Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Мужчина и женщина. Герои сказок и былин


Тамара Ляленкова: Наше представление о современном мире формируется довольно причудливым образом. Взять хотя бы сказки, которые вслух читают маленькому ребенку. По сути, первая детская книга – это сборник сказок, а вовсе не букварь. И что любопытно, ни один родитель, сколько ни вникает в содержание, не может объяснить, в чем, собственно, заключается смысл волшебных сказок, то воспитательное чудо, которое, как яблочко по тарелочке, перекатывается из века в век.


В сегодняшней программе мы попытаемся с помощью фольклористов Варвары Добровольской и Виктора Смолицкого разобраться в особенностях русской сказки и былины, понять, как действует в сказочном контексте герой и существовала ли равная ему героиня.


Рассказывает Варвара Добровольская.



Варвара Добровольская: Есть категория «женская сказка». Термин такой двоякий: женская сказка – которую рассказывают женщины… Женщин-сказочниц, которые привлекают внимание исследователей, меньше, чем мужчин, потому что мастерство – это в определенной степени отступление от традиций, и конечно, мужчины к этому склонны больше.


Женщина вообще в сказке существо активное. Редкий случай, когда наряду с конем, Жар-птицей она выступает как предмет поиска. Допустим, традиционная сказка «Финист – ясный сокол», «Аленький цветочек», «Крошечка-Хаврошечка» - очень разные сюжеты, тем не менее, там действует героиня. Так называемые сказки о невинно гонимых: Безручка, которую оклеветали; жены, которых подменили; превратили в уточку. В общем, женщина чаще всего обладает большей свободой воли, хочет чего-то сама, а героя чаще провоцируют на действие. Героиня идет искать Финиста – ясного сокола, потому что она его любит, выходит замуж за Ужа, потому что она считает, что она должна это сделать, раз пообещала. Герой отправляется за золотыми яблоками, потому что так папа велел.



Тамара Ляленкова: Какие-то внешние качества есть?



Варвара Добровольская: Говорить о красоте, например, очень сложно в русских сказках, потому что это не восточная сказка. В восточной сказке всегда дается портрет героине, черноглазая, у нее тонкий стан, походка как у лани… У нас в лучшем случае – золотая, черная коса, длинные волосы. Ну, бывает богатырка Синеглазка, она прекрасная, то есть красивая априори. Премудрая. Бывает Белая Лебедь Захарьевна – что за этим скрывается, не очень понятно. Бывает такое описание: «Выступает точно пава…», «как лебедь плывет…». Совершенно загадочный для меня образ: «Кожа такая прозрачная, что видно, как мозжечок из косточки в косточку переливается…» Не очень уверена, что это красиво, но считается красотой. Заодно у нее звезда во лбу, месяц под косой, часто звезды по бокам. «По колено ноги в золоте» - чаще у мужчин, конечно, у чудесных детей, но у нее тоже может быть.



Тамара Ляленкова: А описание героев настолько же скупо?



Варвара Добровольская: Да еще даже, пожалуй, я бы сказала, скупее. Ну, богатырь. Чаще всего в сказке чудесные дети: «По колено ноги в серебре, по локотки руки в золоте, на каждой волосинке по жемчужинке…»



Тамара Ляленкова: Но действительно, что главный действующий мужской персонаж – как тенденция – Иван-дурак, а будущая жена, невеста – красавица, к тому же обладает некими волшебными навыками?



Варвара Добровольская: Общее впечатление именно такое. На самом деле Иван-дурак – это так называемый тип иронического удачника. Так называемые сказки с социально сниженным героем. То есть он повышает свой статус, и дурак он в глазах тех, кто этой возможности не имеет. Царская дочь совершенно не подозревает его в отсутствии каких бы то ни было умственных способностей. Любимая идея о том, что в русской сказке отражается мечта русского народа о полном безделье, при этом чтобы жена была сексапильная красавица, которая решала бы все проблемы, - это не совсем, по-моему, верно. Потому что если проанализировать сказки других народов, то на самом деле все то же самое. Основные типы героев: герой-лентяй, герой-колдун, герой-змееборец.



Тамара Ляленкова: Это такой мужской путь преодоления, который проделывает герой, персонаж?



Варвара Добровольская: Для героя, который искатель, – царский сын, который ищет Жар-птицу, золотого коня, невесту себе – это путь преодоления препятствий для получения неких диковинок. Для Ивана-дурака это повышение социального статуса. Есть герои-змееборцы, у которых вообще женщина на последнем месте. В общем, герой должен жениться в конце сказки – ему невесту присобачивают.



Тамара Ляленкова: Насколько я помню, если мы про того змея говорим, у змея-то как раз были жены.



Варвара Добровольская: У змеев были жены, и даже мамаша была. Вообще, Змеи – существа явно семейные.



Тамара Ляленкова: В сказках создается такое впечатление, – может быть, на то они и волшебные сказки – что герой сам ничего не делает, то есть он волю свою не проявляет.



Варвара Добровольская: Просто логика сказки, она немножечко другая. Его отправляют – он идет выполнять. У нас не очень большой арсенал сказок востребованных. Говорят, что Баба Яга – отрицательный персонаж, она детей ест. А на самом деле, если проанализировать сказки, это 30 процентов сказок, а остальные 70 – это Баба Яга – помощница героя. Так и с героем. На самом деле герой-змееборец – уж куда там больше собственной инициативы – поехать к реке Смородине, сесть под мост и отрубить змею голову? Вообще нет волшебного помощника. Другое дело, что есть помощники, но все дело в том, что помощник – это персонифицированная способность героя.



Тамара Ляленкова: Справедливости ради надо сказать, что любые исследования устного народного творчества затрудняется тем, что самые ранние записи относятся к концу XVIII века, и вполне вероятно, что их авторы не всегда были точны. Что же касается былин, народного эпоса, то в их сюжетах отражались вполне реальные события. Другое дело, что в народном сознании эти события трансформировались.


Мой следующий вопрос адресован сотруднику Центра русского фольклора Виктору Смолицкому.


Кто главный герой в былинах, как правило?



Виктор Смолицкий: Герой былин – это мужчина, который защищает свое и борется с чужим.



Тамара Ляленкова: Как правило, женщина вообще не присутствует в былинах?



Виктор Смолицкий: Они чаще всего вне действия. Есть былина «Женитьба князя Владимира», где он женится на Апраксе. В летописи говорится, когда Рогнеда сказала: «Не хочу разути Робичича, Ярополка хочу», то есть брата Владимира. А в былине она почти никак не действует. В лучшем случае Апракса плачет и говорит, что вот «батюшка меня не смог выдать замуж без драки, без кроволития». С другой стороны, есть былины, в которых женщина осуждается. Былина «Добрыня и Маринка», где Маринка называется «еретицей халтурной», - там эта Маринка показана как женщина легкого поведения. Когда убили ее полюбовничка, она говорит богатырю Добрыне: «Ах, ты убил моего полюбовника, значит, иди ко мне в полюбовники». А он отказался. Она его превратила в оленя с золотыми рогами, он плакал. Это богатырь плакал! И только мать Добрыни приказала Маринке вернуть человеческий образ Добрыне, иначе ее сделают «сукой волочебной».


Материнский персонаж очень сильный. Есть «Песня о Настасье Романовне», первой жене Ивана Грозного. Это сюжет, в котором отразилось историческое событие об убийстве сына. Но там это не убийство, а он приказал Малюте Скуратову своего сына казнить. Когда узнала об этом Анастасия Романовна, она вскочила, как была, без обуви, непричесанная, бросилась через всю Москву к своему брату, чтобы сказать, что «ты горя не ведаешь…» Там, где показана материнская любовь, это очень сильное произведение.



Тамара Ляленкова: Каким должен был быть богатырь, молодец, какие мужские качества были ему присущи? Сила, наверное…



Виктор Смолицкий: Немереная, конечно. Он выпивал чашу вина в полтора ведра. Наиболее поздний среди них – Илья Муромец, старый казак, и он в какой-то степени идеал мужчины, идеал доброго молодца, всегда справедлив. Все они – именно люди, только очень сильные, очень храбрые и то же время обязательно горячо верующие в Бога.



Тамара Ляленкова: А они хитроумные?



Виктор Смолицкий: Это свойственно Алеше. Он никак не мог победить Тугарина Змеевича, у него были бумажные крылья. И Алеша Попович говорит: «Что же это, мы договорились биться один на один, а сзади тебя целое войско». Тот удивленно повернул голову назад – и этого было достаточно, чтобы ее срубить. Причем есть и другая былина про него, где он хитростью хочет жениться на жене Добрыни. Он сказал, что Добрыня погиб. Кончился тот срок, который определил Добрыня: «Выйди замуж за кого хочешь, кроме Алеши Поповича, бабьего пересмешника». Это по существу международный сюжет, который имеется почти у каждого народа, называется он так: муж на свадьбе своей жены.



Тамара Ляленкова: А Добрыня какими качествами обладает?



Виктор Смолицкий: В одной из былин он расплакался и говорит своей матери: «Ты, когда меня родила, лучше бы камешек положила в пеленки и бросила меня в воду, потому что я такой вот нехороший…» А она говорит: «Силою и мудростью – это Илья Муромец. Ловкостью – это Алеша Попович. А вежеством – это Добрыня Никитич». Вежество в смысле знаний, а не вежливости. Он дипломат хороший, его посылают, когда хотят выбрать жену князю Владимиру, сватом.



Тамара Ляленкова: Хочу спросить две вещи, которые меня смутили. Во-первых, богатыри плачут…



Виктор Смолицкий: Они живые люди.



Тамара Ляленкова: Второй момент, принято думать, что было очень важно брать в жены все-таки девицу, а тут кто-то покушается взять в жены чужую жену.



Виктор Смолицкий: Но каждый раз не удается. С другой стороны, этот вопрос снимается в былинах. Женщина обладает какой-то высшей силой до тех пор, пока она девица. Но как только она перестает быть девицей, она становится простой бабой. Мудрый Илья Муромец, когда видит, как богатырь Дунай никак не может справиться с богатыркой, он ему подсказывает, куда ее надо ударить. И когда тот уже бой ведет не с богатырем, а по-женски, тогда у него все получается.


XS
SM
MD
LG