Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Михаил Соколов: «19 августа. (Deja vu)»


Вот-вот отметим 15 лет победы над путчем. Тогда казалось, что ГКЧП ушел навсегда. Но сталинский гимн, помпезное празднование 60-лет Победы, признание кончины СССР самой большой геополитической катастрофой XX века, ежедневная телевизионная великодержавная спесь, - стали символами постепенно навязанной России свыше смены вех.

Отбросим госпропаганду, но в эти дни и свободный от цензоров российский Интернет колдобит в буйной дискуссии, затеянной парой обслуживающих режим политологов. Провокация «продвинутой» кремляди, решившей потешится апологетикой сталинизма, не удивила. Поразили тысячи комментариев и почти равное соотношение мнений: за и против Сталина. Помню, так было в 1987 году: после интервью с Анатолием Рыбаковым в редакцию принесли тысячи писем, разделенные в той же пропорции. Споры года за два стихли – против фактов не попрешь…

И вот, будто и не было последних 15-20 лет! Вновь приходится читать о «враждебном окружении», о «провале» НЭПа, благотворности пятилеток, коллективизации и Большого Террора для укрепления армии и очищения страны от «классового врага».

Можно возражать, что уже современникам ясен был вклад выдвиженцев чистки 1937 года в крах 1941-го. Убеждать, что, расстреляв и сгноив в ГУЛАГе не меньше миллиона граждан, режим сумел создать лишь новых противников: уровень коллаборационизма в СССР был самым высоким в Европе. Но доводы уходят как в песок: в России появился слой новых верующих - не столько в ушедший коммунизм, сколько в право власти ради себя на все.

В Германии прошла денацификация, и в глазах большинства гитлеризм остается преступным, и потому там ревизионисты обречены объяснять обществу, что режим они не оправдывают, а всего лишь ищут новый взгляд на Третий Рейх.

Общим в элите России стало официальное непризнание большевизма преступным, неприятие новой номенклатурой демократического антикоммунизма 1990-91 годов, поощрение идеологии антизападничества. Так что в нынешней России ревизионистам оговариваться нет нужды. Они перестали даже искать троцкистскую, бухаринскую или бериевскую альтернативу, они отклоняют факты и документы, что делать все легче: архивы снова закрывают. Они считают гекатомбы платой за прогресс, и, что примечательно, видят предшественником Владимира Путина именно Людоеда-Сталина, в одном ряду с Петром и Иваном Кровавыми.

Неосталинский ревизионизм молодежи, не помнящей даже Брежнева, проращен и на реальной почве тоски по ушедшему в песок прошлого времени надежд. Кончился фарт революционных возможностей, невероятных карьер, безумных обогащений. Российский капитализм окуклился, закостенел в потреблении, в загуле у нефтяного пирога. Режим затормозил социальные лифты: настала пора асессорских карьер, непотизма, согнутых пред чванным начальством молчалинских вый.

Кремль не хочет показать своего преемства ни горбачевской перестройке, ни ельцинским реформам. Он пользуется плодами тех трудов, но умело переводит зависть масс к себе в злобу к реформаторам недавнего прошлого.

Как бы не мечталось идеалистам, Владимиру Путину, хоть он всем и обязан революции 1991 года, не дано вслух сказать, что и 9 мая, и 21 августа - равнозначные Дни обретенной в союзе с демократическим Западом Победы народа России над двумя самых страшными в истории мира режимами. Президент не может обрушить магию веры во всесилие государства, которую в школе и вузе уже внушают новому поколению. А оно делает вывод, рожденный на почве цветущего культа Путина у «нашистов» или неприятия деяний нового вождя у членов НБП: власти, ради ее целей, все дозволено, главное успеть первым замочить вражину в сортире, и усмехнуться: «она утонула»…

XS
SM
MD
LG