Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Язык как важнейший механизм пропаганды толерантности


Программу ведет Дмитрий Казнин. Принимают участие президент общества "Эсперанто" Анна Буткевич, заместитель председателя общества "Эсперанто" Юрий Дорофеев и корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская.



Дмитрий Казнин: В последнее время все настойчивей звучат предупреждения о том, что русский язык страдает от слишком большого количества иностранных заимствований. Способы борьбы с этим явлением предлагаются и на уровне российских властных структур, и простыми людьми, и учеными-лингвистами.



Татьяна Вольтская: Заимствования есть в любом языке. Когда их немного, принято говорить об обогащении языка, но, когда их критическая масса становится слишком велика, ревнители его чистоты обычно бьют тревогу. Мощная волна заимствований из немецкого и голландского языков обрушилась на Россию в начале XVIII века вместе с преобразованиями Петра I . Тогда, кроме моды, для этого была и реальная необходимость - страна училась строить флот, создавать новую армию, училась по-европейски получать образование, одеваться и веселиться; и средств выражения для этого в русском языке часто просто не существовало. Затем, в XIX веке, в высших классах российского общества прочно утвердился французский язык. Но именно петровское время приводил в пример Дмитрий Лихачев, когда говорил, что язык - это живой организм, что заимствования «переварятся» языком в той степени, в которой это необходимо, а ненужное, лишнее будет отброшено. С этим не согласен философ, культуролог, филолог Михаил Эпштейн…



Михаил Эпштейн: Основную массу неологизмов, то есть новых слов в русском языке, составляют заимствования. Язык меняется этим до такой степени, что, я думаю, через 10-20 лет встанет вопрос о том, чтобы он перешел на латиницу, потому что большинство слов уже сейчас - слова с латинскими корнями.



Татьяна Вольтская: Но, в отличие от российских чиновников, готовых запрещать употребление тех или иных иностранных слов, Михаил Эпштейн предлагает свой способ оздоровления русского языка.



Михаил Эпштейн: Задача филологов, писателей, журналистов, на мой взгляд, предлагать новые слова, навязывать языку ничего нельзя, но предложить можно. Наш язык оказался на рубеже веков в таком положении, когда очень нуждается в энергии творческого развития на собственной корневой основе. И Ломоносов, и Карамзин ввели в русский язык те слова, без которых его нынче очень трудно представить, такие, как "промышленность, влюбленность, созвездия, насос, чертеж". Вот эти повседневные слова - ломоносовские слова. Промышленность - карамзинское слово и так далее. И сейчас, в результате экспансии английского языка в русский, мне кажется, тоже создается ситуация, настоятельно требующая индивидуальной инициативы.



Татьяна Вольтская: Вот, например, любовная лексика - ее Михаил Эпштейн предлагает обогатить такими словами, как «любь, безлюбье, нелюбь», есть и масса других предложений. Проект называется «Дар слова», в еженедельном интернет-журнале и сам Эпштейн, и все желающие творят новые русские слова.



Дмитрий Казнин: Сегодня у нас в гостях Анна Буткевич, президент общества "Эсперанто" в Петербурге и Юрий Дорофеев, заместитель председателя общества. Во Флоренции прошел Всемирный конгресс эсперантистов, в работе которого участвовала делегация из Петербурга. Начнем с этого конгресса. Вы там присутствовали, насколько я понимаю.




Анна Буткевич

Анна Буткевич: Да, конечно.



Дмитрий Казнин: Расскажите, что было интересного.



Анна Буткевич: Ежегодно проходит более 400 мероприятий, связанных с языком эсперанто, и среди этих мероприятий ежегодно проходит основной Всемирный конгресс эсперантистов. В этом году он проходил во Флоренции. Очень красивый город. На этом конгрессе присутствовала делегация из 40 человек из Санкт-Петербурга. Непосредственно члены нашего клуба участвовали в этом конгрессе и выступали, и общались. И самое интересное как раз, что касается языков, эсперанто выступает за равноправие языков. Конечно же, было бы замечательным, как в свое время считал автор этого языка Людвиг Заменгоф, чтобы был какой-то вспомогательный самый простой и легкий язык, потому что на переводческие материалы приходит масса времени и очень много переводчиков задействованы. Причем, все убедились, что язык настолько прост, что можно изучить за два месяца и общаться со всем миром. Буквально в 120 странах мира существуют клубы, общества и всевозможные организации, ну, про интернет я уже не буду... отдельная тема. Очень много материала, если посмотреть в интернете, связано с эсперанто. Приятно, что к нашему клубу очень хорошо относятся, потому что ему более 100 лет. Это, я бы сказала, история нашего города, потому что в свое время, до революции Великий князь Константин Романов был членом нашего клуба, известные люди возглавляли клуб.



Дмитрий Казнин: А сколько людей занимаются эсперанто в Петербурге, в стране, в мире?



Анна Буткевич: Как и в любом языке, точные цифры, конечно, сказать сложно, но в Санкт-Петербурге, я могу сказать, что до миллиона, наверное, не доходит, но несколько тысяч, естественно, есть, потому что в 30-е годы был даже университет эсперанто в городе Санкт-Петербурге. С тех пор старались люди, даже в приличном возрасте многие… Есть среди членов клуба по 50 и более лет, кто занимается эсперанто. И сказать, что это, как некоторые утверждают, мертвый язык и движение вымерло, конечно, полный абсурд, потому что сейчас вы разговариваете, все слушаете живого, можно сказать, языконосителя, потому что человек, который много лет занимается этим языком и имеет определенные даже награды за свою работу. И в России тоже развивается очень даже успешно, потому что в Москве есть академия эсперанто юридическая, и в некоторых вузах преподают язык эсперанто. Конечно, не так, как за границей: в Венгрии, если не сдашь экзамен по эсперанто, ты не получишь зачет, и даже не получишь диплом. Но тем не менее этот язык очень популярный сейчас, наверное, мода пошла. И я очень рада, что такое передовое радио, как Радио Свобода, нас пригласило. Я думаю, что это будет все время расширяться и расширяться. По разным сведениям, где-то 500 миллионов разговаривают все-таки на языке эсперанто, как ни странно. Правда, меня немного откорректировали, что одних китайцев 1 миллиард. Я говорю: ну, не все же китайцы разговаривают на эсперанто.



Дмитрий Казнин: Популярен в Европе этот язык больше, чем в России? Есть страны, где наиболее популярно эсперанто?



Анна Буткевич: Да, конечно же, есть. Естественно, в Венгрии, как я уже упоминала, и в Польше, и во Франции. Во Франции даже один из замков принадлежит французским эсперантистам. Когда мы там бываем, мы даже иногда ночуем, нам эсперантисты разрешают. Но я бы сказала, что и в Японии, высокоразвитой стране, популярен язык. Четыре года назад я была в Японии, удивилась, что в одном из городов все население чуть ли не разговаривает на эсперанто. Это объясняется прежде всего тем, что Япония – самая путешествующая страна. Когда она путешествует, она любит общаться с людьми. И для общения выбрали такой международный язык эсперанто.



Юрий Дорофеев: Кстати сказать, в следующем году Всемирный конгресс как раз откроется в Японии. Через год – в Африке. Так что по всему миру проходят такого рода конгрессы. Я хотел бы несколько расширить представление Анны Буткевич, она человек скромный очень, застенчивый. Но тем не менее за активную работу, за активное пропагандирование языка эсперанто, движения эсперантистов она получила в этом году медаль «Лучшие сыны и дочери России». Я думаю, что это вполне заслуженная награда.



Дмитрий Казнин: В России получила награду?



Юрий Дорофеев: Да.



Дмитрий Казнин: Есть люди, которые сейчас своих, например, детей с детства обучают этому языку, и дети говорят на этом языке, как, например, на английском или на каком-то другом языке, который у нас в школе начинают изучать уже с первых классов?



Анна Буткевич: Да, естественно. Это в первую очередь те люди, которые поженились, у них смешанные браки. И надо сказать, что это самые крепкие браки, и дети с рождения разговаривают на языке эсперанто. А потом уже изучают национальные языки. Второе, просто люди своих детей с рождения обучают эсперанто, потому что существует такой метод – потом легче усваиваются другие языки, в том числе и английский. И таких семей очень много.



Юрий Дорофеев: Знание языка эсперанто даже помогает правильно строить предложения на русском языке. Например, сейчас говорят: я пришел со школы. А правильно было бы сказать: я пришел из школы. И вот язык эсперанто как раз такое построение дисциплинирует, грамматику, знание языка.



Дмитрий Казнин: Кстати, следует сказать для тех, кто вообще не в курсе, что это такое: что это такое язык эсперанто?



Анна Буткевич: Это была такая тенденция, что люди нуждались в одном общем международном языке. И было более 600 языков придумано, ну, встречалось в литературе даже – язык волопюк… Все они потерпели фиаско, потому что возле них не развивалась никакая культура. На языке эсперанто очень много литературы, песен, гимн есть на языке эсперанто. Гарри Гаррисон писал сначала свои произведения на эсперанто. Естественно, есть и в оригинале, и в переводной литературе. Поэтому, когда в 1887 году Людвиг Заменгоф издал проект своего языка, он первый учебник так и подписал «Доктор Эсперанто», что переводится с эсперанто «Надеющийся». Он надеялся, что этот язык победит. И в действительности, уже через восемь лет прошел первый конгресс во Франции, присутствовало очень много людей, которые были удивлены простотой и логичностью языка. Время диктовало, что такой язык очень необходим. А сейчас, когда у нас такие взаимоотношения с другими языками… Те же французы, которые защищают права своего языка, у них как красной тряпкой размахивать – английский язык, вся интеллигенция старается в первую очередь изучить именно эсперанто. Поэтому французов очень много, и к нам ежегодно в клуб приезжают. Я считаю, что сейчас самый передовой человек – это тот, кто знает эсперанто, а не тот, кто знает другие языки. Конечно, в них у нас большая необходимость, знать в совершенстве наш родной русский язык, и вспомогательно, я считаю, нужно знать хоть какой-то язык, но лучше самый простой и легкий, потом другие лучше усваиваются.



Юрий Дорофеев: Кстати, это был 91-й конгресс, а первый состоялся в 1905 году, так что в 91-й раз люди собрались и конкретно говорили о проблемах. Причем, на конгрессе обсуждали как общую большую проблему – равенство языков, так и тематические.



Слушатель: Меня зовут Сергей. Почему в советские годы так коммунисты не любили эсперанто? У меня, например, была знакомая, очень пожилая дама, которая за свое знание эсперанто и за то, что учила ему подруг, до войны еще получила лет 20, она вернулась в 50-е годы из ссылки. То же самое и с Прибалтикой, когда второй раз оккупировали, тоже у меня знакомые оказались со своим эсперанто в лагерях.



Анна Буткевич: Все же считали, что враги народа - если несут чужую культуру. Тем более эсперантисты старались выезжать на конгрессы, как уже было сказано, за границу. А это в то время было очень сложно, практически нереально, потому что вызывали всегда в обком комсомола, в обком партии, задавали всякие глупые вопросы – «кто президент какой-то южно-африканской деревни?», «какие горы где-то находятся?», чтобы только никуда не ездили.



Юрий Дорофеев: Тут, я думаю, можно объяснить тем, что коммунисты обвиняли сторонников языка эсперанто в космополитизме, в том, что это чуждая идеология для страны. Но интересна такая деталь, что где-то в 20-е годы в молодой республике язык эсперанто был популярен, даже властями поддерживался, потому что тогда была идея мировой революции, как раз мировой язык мог, по мнению тогдашних руководителей, быть языком мировой революции. Потом уже – 1937 год – это пошло на уничтожение среди прочих репрессий, и эсперантисты очень многие были репрессированы, расстреляны и так далее. И только лишь после войны, и именно где-то в 1956 году, началось это движение. Так что в этом году мы отмечаем в сентябре 50 лет обществу «Эсперанто» в Санкт-Петербурге. А вообще, обществу, Анна Петровна, сколько лет уже?



Анна Буткевич: 114.



Юрий Дорофеев: Вот в этом году юбилей – 50 лет возрождения этого клуба. А активная работа данной организации началась уже где-то 15 лет назад, что тоже определенного рода юбилей.



Дмитрий Казнин: Скажите, много молодежи изучает сейчас эсперанто в Петербурге?



Анна Буткевич: Да, очень много, потому что сейчас, когда появились возможности общаться по интернету, они очень многие переписываются, и даже есть курс специальный по электронной почте, интернету, много учебников эсперанто. Естественно, они хотят очень быстро изучить. Есть примеры, когда некоторые мои ученики изучили эсперанто за 2-3 недели.



Дмитрий Казнин: Наряду с этим, ведь еще такие процессы происходят – в Петербурге законодательная инициатива есть о том, чтобы, например, запретить все надписи на иностранных языках. Люди якобы ратуют за чистоту языка. Вполне возможно, что, наоборот, принося какой-то вред. Ваше отношение к борьбе за чистоту языка, которая развернулась в России в последнее время?



Анна Буткевич: Я считаю, что это немножко глупо, потому что люди все равно будут стараться изучать те иностранные языки… Вспомним, что в царской России все интеллигентные люди знали по несколько языков. Но знать свой родной язык хорошо и достойно изъясняться, без всяких вспомогательных словечек, как сейчас принято, это, я считаю, нужно. И знать другие языки – это только достоинство нашего поколения.



Юрий Дорофеев: К сожалению, можно отметить, что уважаемые депутаты иногда страдают косноязычием столь великим, что, видимо, они и озаботились… для себя закон хотят принять.



Дмитрий Казнин: Ну да, это наши петербургские депутаты предлагают действительно такие вещи.



Юрий Дорофеев: Наши петербургские, да и московские тоже.



Дмитрий Казнин: Ну, московские более масштабно мыслят. Хотя они хотели в свое время принять закон о русском языке.



Юрий Дорофеев: Я продолжу по поводу конгресса. Кроме общих заседаний, были тематические, то есть там были секция журналистики, секция любителей кошек, секция экологов, по разным направлениям собирались люди, свои проблема также обсуждали. Были и партийные… там и коммунисты были, и правые, и консерваторы. Но в целом движение эсперанто вне политики, то есть ни один политический вопрос старались не обсуждать на общем заседании. Но в принципе одно из направлений движения эсперанто такое, что… В новостях говорили о скинхедах, которые избили дагестанца. Так вот знание языка эсперанто смолоду позволит повысить уровень толерантности в обществе, то есть привить терпимость к другим языкам, к другим взглядам, толерантность, конечно, повысится. Поэтому, кроме экономической эффективности, есть эффективность толерантная, общественная значимость. Я хотела бы, чтобы наши уважаемые власти все-таки какую-то поддержку оказывали. Анна Петровна расскажет о тяжелой судьбе эсперантистов за последние годы.



Дмитрий Казнин: В Петербурге вы имеете в виду?



Анна Буткевич: Да. Я бы хотела сказать, что во всем мире, сейчас особенно, к эсперантистам не то что лояльно относятся, стараются помочь им… У нас сейчас тенденция такая у общественных организаций и организаций, которые что-то делают для города… Мы все-таки пропагандируем нашу культуру. Когда мы выезжаем на конгрессы, мы рассказываем о своей стране с любовью, о городе. Хорошо, что у нас есть помещение и филиалы благодаря поддержке общественности, но хотелось бы иметь что-то такое, пусть не самое громадное, но, как в царское время, иметь такое помещение где-то в центре, где было бы написано «Эсперанто», и каждый человек мог бы прийти и не только записаться на курсы, но и некоторые есть люди, которые знают язык, посетить нашу библиотеку. У нас все-таки дореволюционный архив и очень известные люди фигурируют в этом нашем архиве, он бесценный. Сейчас даже не буду сильно афишировать, потому что телевидение периодически снимает наш архив. Хотелось бы, чтобы это было бы доступно для людей. Потому что люди, которые нас находят, приходят, чуть ли не рыдая, что они мечтали, когда еще учились в университете и в школе. Эти люди - наши пенсионеры, жители нашего города. Ну, помогите жителям нашего города обрести радость, чтобы они нас не искали бы!



Слушатель: Это Владимир из Саратовской области. Да, конечно, изучение иных языков – это дело очень полезное и благородное. Но ведь язык, по-славянски, означал не только речь, но и определенный народ в его историческом развитии, который эту речь культивировал, воспитывал и приумножал для своего же блага. Так о каком же здесь-то народе речь идет? Нет такого народа - эсперанто. Вот эта любовь к совершенно искусственному, механическому, человекоподобному языку, извините, смахивает немножко на некрофилию.



Анна Буткевич: У каждого свое видение. Но я хочу пояснить. Сейчас в Европе, например, ввели евроденьги. Не принадлежат ни к какой стране, понимаете? Но тем не менее это единая валюта, которой очень удобно рассчитывать. Кстати, придумал евро эсперантист из Бельгии, известный человек. И если бы не было известных людей среди эсперантистов, то общество бы очень много потеряло, я уж не говорю о господине Соросе, который какое-то время помогал общественным организациям, это очень известный эсперантист, и все началось с эсперанто. Я считаю, что должен быть какой-то общий язык, как раз не принадлежащий к какому-то народу, но несущий культуру разных народов, потому что очень большая информация идет из разных стран благодаря эсперанто. Потом, мы не нуждаемся в каком-нибудь народе, потому что мы сами часть того народа.



Юрий Дорофеев: А вообще, есть такая страна Эсперантида, виртуальная страна. В этой стране есть свой президент, это Ринато Корсетти, итальянец, очень почтенный такой человек, он уже лет 5 или 10 возглавляет движение. Есть свой гимн, есть эмблемы, флаг, то есть все, как полагается.



Дмитрий Казнин: Ну, и граждане.



Юрий Дорофеев: И граждане.



Анна Буткевич: Граждан как раз больше и разных национальностей.



Юрий Дорофеев: В условиях глобализации, конечно, знание стран помогает. Есть такой зелененький значочек, если в любой стране человек увидит на лацкане пиджака такой зелененький значок, то эти люди, даже незнакомые, встречаются, как друзья.



Дмитрий Казнин: И могут общаться?



Юрий Дорофеев: Да, и могут общаться.



Дмитрий Казнин: Может быть, еще в вопросе, который прозвучал до этого, была мысль, просто не высказанная, о том, что есть, например, английский язык, который считается языком международного общения. Мол, зачем тогда изобретать еще один?



Анна Буткевич: Дело в том, что английский язык считается языком делового общения, а эсперанто – это для дружбы. Такой язык, который объединял бы много людей, конечно, необходим, потому что людям необходимо общение, сейчас людям не хватает общения. Общение помогает людям в разных ситуациях как-то выжить и как-то даже не то что выжить, я бы сказала, донести и свои проблемы и, может быть, проблемы, если не своего государства, то своего города. Иногда эсперантисты помогают. У нас даже было такое большое сотрудничество, потому что мы помогали детскому дому, сиротскому, нам эсперантисты помогли, детям тестомешалку прислали, еще что-то, и все абсолютно бескорыстно и бесплатно. Такой страны не знаю, где бы еще кто-то заботился о другом бескорыстно и бесплатно.



Слушатель: Меня зовут Николай. Я хочу сказать, что международных языков очень много. Например, «диэксель», радиоязык, язык глухонемых, это жестовый язык, врачебный язык. Сейчас всего не вспомню, очень много языков. Ну, феня, например. Но они с определенной целью созданы. «Диэксель» – для дальней радиосвязи, чтобы общаться, они тоже носят значки и тоже могут определенное общение производить. Но вот язык «феня» и другие языки тоже для определенной цели, для того, чтобы обманывать и грабить народ. А вообще, когда-то был единый язык, когда все люди разговаривали на одном языке, это божественный язык, и когда они стали равняться Богу и строить Вавилонскую башню, тогда Господь и разъединил людей, и разбросал, и языки разъединил. А когда пришел Христос, то апостолы в один момент в день Пятидесятницы стали понимать разные языки и заговорили на разных языках, и проповедовать стали. Конечная цель все-таки эсперанто в чем? Как вы считаете, в России, в такой многонациональной стране, где много языков, хотя бы локально стоило его бы преподавать в школе? Почему наш президент, который знает много языков и тяга у него такая, наверняка будет против этого?



Юрий Дорофеев: Три языка знает президент – русский, английский и немецкий.



Анна Буткевич: И немного эсперанто. Потому что, когда я была на Гражданском форуме, он к эсперантистам-то как раз относится очень хорошо. Три года назад я была в Москве на Гражданском форуме, немного из Санкт-Петербурга было – всего лишь четыре организации, в том числе наша. Когда я общалась, мне повезло с президентом общаться, он это воспринял как раз неплохо. Я была удивлена.



Дмитрий Казнин: Про школу еще вопрос.



Анна Буткевич: У нас в гимназии в Красносельском районе преподавали язык эсперанто несколько лет. Но получилось так, что ушла преподавательница, в этом году не преподается. Но, вообще, мысль возобновить преподавание в школе именно в Санкт-Петербурге так еще и осталась. Я хочу сказать, что вузы тоже приглашают меня, особенно лингвистические центры преподавать язык эсперанто, но специалистов у нас в городе очень мало. В нашем клубе на весь город пока что только три серьезных специалиста.



Юрий Дорофеев: Высокой квалификации, имеется в виду.



Анна Буткевич: И клуб у нас профессиональный. Поэтому должность как бы открытая. В Москве 15 преподавателей прекрасных. И очень много людей, которые написали хорошие учебники. А у нас в Санкт-Петербурге только автор учебника госпожа Абольская, которой 77 лет, она еще и преподает эсперанто, и консультирует. Поэтому я говорю, что это тема очень такая развивающаяся.



Дмитрий Казнин: Еще у нас радиослушатель спрашивал про цель.



Юрий Дорофеев: Сейчас я добавлю. Пользуясь случаем, наверное, можно обратиться к директорам школ, руководителям вузов и колледжей с тем, чтобы на условиях факультативности мы могли бы проводить занятия, знакомить студентов, школьников с этим языком.



Анна Буткевич: А цель как раз такая, что должен быть язык, который объединяет людей, а не разъединяет, потому что, когда у нас как раз очень много национальностей и не всем русский язык сразу легко изучить, у меня есть примеры, когда из нашего города и грузины, и армяне, и дагестанцы (есть большая диаспора) изучали именно у меня язык эсперанто, потом им легче давался почему-то русский. Но там есть особые способы, правила, в эсперанто.



Слушатель: Это Иван, Подмосковье. Я считаю совершенно ненужным изучение этого языка по следующим причинам. Я смотрел когда-то учебник. Почему-то буква «k” обозначается «с»? Зачем там изменение по родам, когда в английском языке теперь его уже нет? Наши мальчики уже стали пауками, они торчат за компьютерами, а вы им навязываете еще один ненужный язык. Почему не модернизировать английский язык, упростить его написание? И что делать полутора миллиардам китайцев?



Анна Буткевич: Дело в том, что в эсперанто нет изменений по родам, как вы говорите. И грамматика там упрощенная, всего лишь 16 правил, самых простых. Поэтому вы неправильно смотрели учебник. Я бы очень вам рекомендовала заняться языком эсперанто. Тогда бы вы имели бы представление.



Дмитрий Казнин: Кстати, не слишком ли прост этот язык, чтобы выразить какие-то глубокие чувства или мысли?



Анна Буткевич: Да нет. К примеру, две строчки стихотворения.


Blankadas velo unusola


En la nebula mara blu'.


Белеет парус одинокий


В тумане моря голубом!..


Вот так звучит красиво.



Дмитрий Казнин: И еще один момент, про интернет было сказано. Действительно ли эсперанто каким-то образом связан с интернетом сегодня?



Анна Буткевич: Да, очень много информации по интересам и клуб знакомств есть на эсперанто. Если нажать любую страну и написать «эсперанто», выскочит по каждой стране столько много информации! Даже если набрать просто «Анна Буткевич общество эсперантистов», то я уже такой толкач, двигатель этого дела, выскочит столько много информации, как я там борюсь, какие у меня успехи в продвижении эсперанто, не у каждого человека есть столько информации.



Юрий Дорофеев: Насчет успехов замечательно, но хотелось бы, подчеркиваю, чтобы наши городские власти все-таки больше поддерживали. Было замечательное помещение на Большом проспекте Петроградской стороны, оно до сих пор пустует, но тем не менее КУГИ выселило общество «Эсперанто». Там была библиотека, там был клуб общения, туда приезжали, устраивали концерты, вечера, встречи, была очень дружеская обстановка. Но, к сожалению, КУГИ потребовало и оттуда пришлось уехать.



Анна Буткевич: И самое интересное, что перед этим обещали, что дадут в собственность. Мы очень много для района сделали, помогали, у нас есть бумаги, подтверждающие нашу деятельность. Поступили, конечно, так скажем, по-бандитски.



Дмитрий Казнин: К сожалению, у нас время заканчивается. Звонят радиослушатели и просят напоследок сказать что-то на языке эсперанто.



Анна Буткевич: (говорит на эсперанто)



Дмитрий Казнин: Что это значит?



Анна Буткевич: Здравствуйте! Я очень рада, что вы звоните. Я хочу сообщить свои телефоны. Если можно. Можете звонить 234-47-59, 8-901-320-34-12, кто интересуется языком эсперанто. Я думаю, что такие будут после передачи. И огромное спасибо, что вы нас послушали!



Дмитрий Казнин: Напомню, это были телефоны петербургские. Спасибо!


XS
SM
MD
LG