Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В российские магазины возвращается импортный алкоголь


Программу ведет Евгения Назарец. В программе принимают участие - Надежда Шестакова, заместитель министра торговли, питания и услуг Свердловской области, Евгений Макаров, директор розничной торговли одной из томских компаний по торговле алкоголем, и корреспондент Радио Свобода в Томске Мелани Бачина.



Евгения Назарец: В российские магазины возвращается импортный алкоголь. И томские магазины – не исключение. В начале июля, когда вступил в силу новый федеральный закон, почти вся импортная продукция исчезла. Теперь товар начал поступать, но его очень мало. Крупные поставщики алкоголя говорят, что кризис только начинается, в том числе и из-за новой системы учета алкоголя - Единой государственной автоматизированной информационной системой (ЕГАИС). Что говорят о винном кризисе томские оптовики и рестораторы, поинтересовалась наш томский корреспондент Мелани Бачина.



Мелани Бачина: В большинстве томских кафе сегодня можно встретить такое объявление «Алкоголь временно не продаем». Того, что появляется в барах, надолго не хватает. В одном из самых дорогих ресторанов Томска «винную карту» клиентам даже не предлагают - из 40 видов выпивки осталось лишь четыре вида водки. Количество поставщиков алкоголя в Томской области сократилось больше чем в два раза, из 35 компаний на рынке осталось только 15. Это связано с тем, что больше половины фирм не перерегистрировали форму собственности. По закону об обороте алкогольной продукции торговать и поставлять спиртное не могут частные предприятия, а только акционерные общества.


Кроме этого, компании должны установить систему ЕГАИС - Единая государственная автоматизированная информационная система. С ее помощью можно отследить путь каждой бутылки от производства до продажи. С 1 июля торговля вне этой системы учета запрещена, а еще и новых акцизных марок не хватает. Все это разоряет сегодня алкогольный бизнес. Говорит Станислав Кацоев, директор оптовой фирмы по поставке спиртного.



Станислав Кацоев: Странно, что это делается вот так, вот таким способом, такими методами, потому что, условно говоря, ограничения касаются легальной продукции, безусловно, легальной и, безусловно, качественной. И самое главное, этот переход, даже если он планируется, государство вправе определять свои правила игры на этом рынке, и никто этого не оспаривает. Но сейчас ничего не готово. Система ЕГАИС, про которую говорили, она не введена и не может работать в полном объеме не по нашей вине.



Мелани Бачина: Алкогольный бизнес в последнее время приносит не прибыль, а одни проблемы. По сравнению с прошлым годом обороты в томской оптовой фирме «Сорис» упали в два раза. Но и переходить на водку или пиво, которых сейчас в избытке, компания не хочет. На складе стоит достаточно элитного спиртного, но продавать его нельзя. Говорит Сергей Ронге, директор компании по продаже алкогольной продукции.



Сергей Ронге: Мы будем ждать, пока нам пришлют акцизные марки. Мы надеемся, что, во всяком случае, процедура будет такой. То есть легальный товар ждет своей легализации. Все очень интересно. Видимо, наши реформы и идут к тому, чтобы выбор этот окончательно ограничить. И я думаю, что вопрос, скажем, нашего позиционирования на рынке, он будет рассматриваться в ближайшее время.



Мелани Бачина: Томским компаниям, занимающимся поставками алкоголя, остается только ждать и покупать продукцию с новыми акцизными марками, которой сейчас очень мало. От этого, правда, несет многомиллиардные убытки и государство, но сделать пока с этим ничего не может. Тем временем малый бизнес разоряется. Вся эта ситуация, говорят оптовики, может означать лишь то, что грядет серьезный передел рынка и возможная госмонополия на спиртное.



Евгения Назарец: И, тем не менее, томские предприниматели, занимающиеся сбытом алкогольной продукции, подавать в суд для возмещения ущерба не планируют. Такая реакция бизнесменов последовала сразу после того, как партия «Союз правых сил» распространила заявление с призывом обращаться в суд для возмещения огромного ущерба, нанесенного введением новых акцизных марок и прочих новшеств. Но томские бизнесмены говорят, что судебные разбирательства – это бессмысленная трата времени, тем более что не известно даже, кому предъявлять претензии.


Какие перспективы у частного бизнеса, когда закончится «алкогольный кризис»? Об этом с Евгением Макаровым, директором розничной торговли компании по продаже алкогольной продукции в Томске, беседует моя коллега Мелани Бачина.



Мелани Бачина: Евгений, на самом деле на сегодняшний день вот импортный алкоголь возвращается в магазины и товар начал поступать, правда, его мало. Вы можете сказать, что кризис позади?



Евгений Макаров: Нет.



Мелани Бачина: Почему?



Евгений Макаров: То есть кризис только начался на самом деле. Потому что импорта на территорию Российской Федерации ввозится очень мало. То есть у одного из импортеров буквально 45 дней ждали 30 фур, которые стояли на границе из-за того, что не было акцизных марок. Соответственно, отсюда возникает острый дефицит и нехватка продукции. То есть я на собственном опыте скажу, что буквально две недели назад мы привозили партию « H en n essy», и все это у нас продалось в течение трех часов.



Мелани Бачина: Но что порождает этого кризис? Это нехватка именно акцизных марок, нехватка самого товара, какие-то административные препоны? Что именно?



Евгений Макаров: Скорее всего, административные препоны, как вы выразились. То есть дело в том, что ту цепочку, которую хотело выстроить правительство, на текущий момент не действует практически даже на 20 процентов. Ситуация такая, что все импортеры ждут определенное количество времени, чтобы напечатать марки, хотя товар за границей уже оплачен, готов грузиться в фуры и везтись на территорию Российской Федерации. Бюрократические вещи очень сильно как бы отталкивают импортных производителей, а также импортеров.


То есть на текущий момент просто еще ситуация складывается следующим образом, что практически все наши партнеры и импортеры отгружают только в предоплату за счет этого дефицита. То есть вы сами можете предположить, сколько на текущий момент «замороженных» денег у нас стоит на складе, потому что переоклейка по решению правительства будет происходить именно на складе дистрибьютера, то есть той компании, которая имеет оптовую лицензию и лицензию на хранение, то есть у себя на складе. Там «заморожены» очень большие деньги. То есть средств катастрофически не хватает. Банки не идут на уступки, и кредиты выдаются в минимальном количестве, и под залог товара не выдает никто. То есть приходится как бы закладывать совершенно другие вещи, чтобы каким-то образом хотя бы скорректировать свое финансовое положение и те финансы, которые необходимы будут для минимального привоза того или иного импортного алкоголя.



Мелани Бачина: А почему это происходит, на ваш взгляд? Я так понимаю, что в нынешней ситуации выживут в России только сильнейшие компании, крупные компании. Это передел рынка, на ваш взгляд? Вот с чем связана вся эта ситуация с алкогольной продукцией?



Евгений Макаров: Буквально где-то месяца полтора тому назад господином Драгановым было внесено предложение на рассмотрение в Госдуму ввести госмонополию именно в алкогольной отрасли. То есть предложение было следующее. В каждом субъекте Российской Федерации открывается некое учреждение – либо ООО, либо ОАО, которое занимается именно алкогольным бизнесом, реализацией на территории города. Вот и все. То есть это первый шаг нашего правительства к переделу рынка. На текущий момент они рассматривают законопроект, или даже, возможно, его приняли, что с 1 февраля 2007 года система ЕГАИС будет также вводиться в рознице. То есть не будем забывать, что с 1 июля ИП не может торговать, а может торговать только ООО, и уставной капитал там, по-моему, должен быть не менее 250 тысяч плюс перерегистрация на ООО, а это тоже занимает какое-то время, получение той же самой лицензии.



Мелани Бачина: То есть уже как минимум в два раза количество предприятий, занимающихся этим бизнесом, сократится?



Евгений Макаров: Да. Я могу вам точно сказать, что в 2005 году на территории Томской области было 26 компаний, которые имели оптовую лицензию. 1 июля оптовую лицензию получили 14 компаний всего. То есть исходя из этих данных мы можем получить следующее, что количество оптовых компаний сократилось практически в два раза. А если посчитать это по всей Российской Федерации, то там цифры гораздо больше.



Мелани Бачина: То есть на ваш взгляд, эта вещь очевидная. Ну а что касается Единой государственной автоматизированной информационной системы (ЕГАИС), вот о ней мнения неоднозначные. Но как вы считаете, нужен такой контроль?



Евгений Макаров: Я думаю, что нет. Можно было сделать другим образом: просто все это подавать именно в местный налоговый орган, чтобы наши налоговые органы контролировали все эти вещи, но не всероссийские. Потому что на текущий момент открещиваться от своих проблем и говорить, что работает все хорошо и замечательно... Ну, я могу сказать, что в нашей компании ЕГАИС очень плохо работает. То есть на самом деле эта система максимальное количество документооборота может в день именно на территории Томской области обрабатывать 50 накладных. А как я упомяну еще раз, что в городе Томске зарегистрированы 14 оптовых компаний. Соответственно, если сложить все эти цифры, то можно рассудить, какое количество каждый оператор будет вводить.



Мелани Бачина: То есть что в итоге тогда в вашей компании на сегодняшний день происходит? В ваших магазинах полки практически пустые, я так понимаю, ЕГАИС не работает. И даже если есть, я так понимаю, новые акцизы, вы именно из-за того, что система ЕГАИС не работает, не можете продавать уже имеющийся у вас продукт.



Евгений Макаров: Ну, тут ситуация немножко разрешилась буквально где-то недели три тому назад. То есть Фрадков внес некие поправки и сказал, что можно отгружать в ручном режиме. Но это занимает очень длительный период времени. И объясню почему. То есть приходит, допустим, некая заявка из какого-то магазина, из того же самого ООО. То есть мы обязаны в ЕГАИС все это провести, подать данные в налоговую, налоговая это рассматривает и дает добро. После этого только мы отвозим товары нашим постоянным клиентам. То есть это занимает минимум от трех часов и максимум до двух дней. Если разговаривать про московских поставщиков, то отгрузка может производиться в течение недели. Потому что Россия большая.



Мелани Бачина: Компания ваша выживет, как вы думаете, в таких условиях?



Евгений Макаров: Ну, на текущий момент я думаю, что да.



Мелани Бачина: Скажите, все-таки ЕГАИС насколько... если я правильно понимаю, обслуживание этой системы ЕГАИС – это около 30 тысяч ежемесячно. Это не бьет по карману? И вообще, насколько оправданы такие суммы, как вам кажется, за обслуживание этой системой?



Евгений Макаров: Я могу сказать одно, что из года в год просто по постановлению правительства и налоговых органов мы практически из года в год меняем оборудование. Не так давно были акцизные марки старого образца именно местных налоговых органов, которые мы приобретали и также клеили на российскую продукцию. Там оборудование стоило 200 тысяч. Проработав год, это оборудование стало ненужным. То сейчас мы приобрели ЕГАИС, которая стоит 500 тысяч рублей плюс необходимо нанять человека, который будет обрабатывать всю эту систему, плюс ежемесячная оплата 30 тысяч за обслуживание ЕГАИС. Это лишние расходы, и это очень сильно сказывается на ценообразовании, и, соответственно, страдает конечный потребитель. То есть все бизнесмены, я думаю, это поймут, потому что расходы вырастают, а они вкладываются в цену.



Мелани Бачина: Ну а насколько оправдана и вот эта цена ЕГАИС, и вообще его присутствие в компании?



Евгений Макаров: Она не оправдывает себя ни на сколько, потому что она не работает. Просто потраченные деньги. И не понятно, когда и что заработает.



Мелани Бачина: Тогда зачем это нужно?



Евгений Макаров: Есть желание наших высших эшелонов, то есть они решили навести в алкогольном бизнесе порядок. Но на текущий момент здесь, наоборот, творится хаос. Мои предположения, что более-менее все стабилизируется к новому году. Но это не факт.



Мелани Бачина: И если к новому году появится импортный алкоголь, какие будут цены, и вообще, вот именно для людей, чем весь этот передел рынка и все эти проблемы будут, в конечном итоге?



Евгений Макаров: Однозначно могу сказать, что цена повысится минимально от 15 процентов и максимально до 40. Потому что на текущий момент у нас приходит несколько партий, и цены уже от наших партнеров идут выше – от 15 до 40 процентов.



Евгения Назарец: Прогнозы Минторга Свердловской области о том, что ситуация на алкогольном рынке относительно нормализуется к сентябрю, сбываются. Из чего исходили, говоря о таких сроках? Теперь говорят, что окончательная стабилизация на алкогольном рынке произойдет к новому году. Что подразумевается под окончательной стабилизацией?


Итак, в российские магазины постепенно возвращается импортный алкоголь. Несколько месяцев почти советского алкогольного дефицита прошли тихо и спокойно, даже терпящие убытки предприниматели не вняли призывам некоторых политиков пойти в суд. Однако алкоголь теперь стал дороже в среднем на 30 процентов.


В Екатеринбургской студии Радио Свобода сегодня тему алкогольного кризиса мы обсуждаем с заместителем министра торговли, питания и услуг Свердловской области Надеждой Шестаковой.


Надежда Евгеньевна, доброе утро.



Надежда Шестакова: Доброе утро.



Евгения Назарец: Простите, конечно, вопрос первый довольно личный. Вам хватает того, что продается сейчас в магазинах? И есть ли там то, что вы привыкли пробовать в праздничной ситуации за столом?



Надежда Шестакова: Я не скажу, что я такая уж поклонница алкогольных напитков. Но на мой взгляд, сегодня в Свердловской области ситуация достаточно активно стабилизируется. И по нашим проверкам, которые мы провели уже в этом месяце по территории Свердловской области, они показывают, что очень активно пополняется ассортимент алкогольных напитков. У нас сегодня в области до 100 наименований предлагается нашим потребителям водочных изделий, 80 наименований вин, до 20 наименований коньяков и бренди и около 10 наименований игристых вин мы сегодня предлагаем нашим потребителям.



Евгения Назарец: Все-таки нельзя отрицать, что в течение летних месяцев были некоторые проблемы с алкогольным ассортиментом. Называют три причины, когда говорят об алкогольном кризисе. Одна из них – это новые правила лицензирования самих торговцев. Второе – это новые акцизные марки. И третье – это введение Единой государственной автоматизированной информационной системы. На какую из этих составляющих вы относите большую долю вины в кризисе?



Надежда Шестакова: Ну, наверное, так сложно сказать, какая большая доля вины этих причин. Но, действительно, одна ситуация накладывалась, в принципе, на другую. Но если говорить, допустим, о вопросах лицензирования, то я считаю, что правительство Свердловской области очень продуманно подошло к этому вопросу. У нас каких-то серьезных проблем сегодня в области нет. Мы выдали лицензии на 1 января текущего года юридическим лицам в области 1303, и вот сейчас, за этот период – порядка 2 тысяч. Сегодня в области уже 5 тысяч объектов занимаются розничной продажей алкогольной продукции. Да, где-то есть сегодня территории, где этим не занимаются, магазины не взяли лицензию на розничную продажу. Но я думаю, что до конца этого года такие решения они все-таки примут. Потому что те условия, которые сегодня предлагаются, и те условия, которые можно было определить субъекту в рамках действующего законодательства, на наш взгляд, они очень даже щадящие.


Сегодня уставной капитал у нас определен в размере 250 тысяч рублей, его можно сформировать не только денежными, но и нематериальными активами. Мы очень активно разъясняли эту позицию правительства. Лицензионный сбор у нас 30 тысяч рублей – это 10 тысяч за год, потому что лицензия выдается на три года. Вы знаете, что в области не введено ограничение розничной продажи по времени. Я думаю, что эти условия щадящие. Освобождена от формирования уставного капитала система потребительской кооперации, которая сегодня в основном работает в сельских поселениях и на территории 30 муниципальных образований.



Евгения Назарец: Вы вместе со мной слышали, что в Томске результатом этих всех «алкогольных» потрясений, потрясений на алкогольном рынке стало большое сокращение, больше чем в два раза сокращение тех, кто получил лицензию на торговлю алкоголем. Сократилось ли количество торговцев, лицензировавших свою деятельность, получивших лицензию в Свердловской области?



Надежда Шестакова: Там речь шла об оптовых организациях, коллеги именно об опте говорили. Во-первых, у них сама по себе цифра лицензиатов оптовых очень небольшая, по сравнению со Свердловской областью. Вот называлась цифра 26, а сейчас 14. У нас в области было 108, а сейчас 60 лицензиатов имеют лицензии на хранение, поставки и закупки. Поэтому у нас их достаточно больше само по себе. Но количество их тоже, конечно, сократилось, потому что условия были достаточно серьезные выставлены правительством Российской Федерации в нормативных актах – это и размер уставного капитала, и многие другие факты. Но не так значительно у нас произошло сокращение, как, допустим, в Томской области – в 2 раза. Такого у нас нет.



Евгения Назарец: Существует стереотип, что отсутствие достаточного количества доступного алкоголя способно настолько расстроить россиян, что, в крайнем случае, дело может дойти и до народных волнений. Но во время летнего кризиса все было спокойно.


А нашим слушателям мы предлагаем ответить на вопрос: вас лично коснулся алкогольный кризис?


Надежда Евгеньевна, прогноз Министерства торговли Свердловской области о том, что ситуация на алкогольном рынке относительно нормализуется к сентябрю, по сути, сбывается. Из чего исходили тогда, когда все начиналось, говоря о сентябре, как о переломной точке?



Надежда Шестакова: У нас, во-первых, вы знаете, и не только у нас, но и по всей России, когда пошел запрет на поставку продукции из Грузии и Молдавии, а у нас Молдавия занимала порядка 45 процентов в импорте алкогольной продукции и 4 процента занимала Грузия, то, конечно, эта ниша не могла долгое время пустовать. И на территорию Свердловской области начались поставки из других регионов Российской Федерации и из других стран дальнего зарубежья. Сегодня, если говорить по итогам первого полугодия, у нас на территории области присутствовала продукция из 33 регионов Российской Федерации и из 36 зарубежных стран. Поэтому эта ниша была быстро заполнена.


У нас даже объемы продажи не падали по итогам первого полугодия. К уровню прошлого года мы продали на 104,2 процента больше алкогольной продукции. Причем по позиции водки это примерно 100 процентов к уровню 2005 года, на 113 процентов вин виноградных, несмотря на ту ситуацию, что как бы действительно Молдова и Грузия очень серьезные объемы занимали, в 2 раза мы увеличили объемы продажи вин плодовых. У нас снизились только продажи вин шампанских, игристых и напитков винных. Эта ситуация понятна.



Евгения Назарец: Это сезонный фактор, наверное.



Надежда Шестакова: Да-да. Коньяков и шампанских на 121,9 процента мы продали к уровню прошлого года. То есть объемы продажи на территории Свердловской области за первое полугодие этого года к аналогичному периоду 2005 года у нас не были снижены.


У нас работают сегодня компании, которые напрямую делают поставки. То есть большая часть сегодня оптовых организаций не только Свердловской области, но и в других регионах работают через Москву. У нас есть компании, которые работают напрямую с импортерами. И уже сегодня напрямую они получают поставки из Армении вот этих коньяков, ну и из Болгарии идет сегодня вино по тем договорам, которые были заключены в Свердловской области. И вы знаете, что и министр торговли участвовала в переговорах тогда, и губернатор Свердловской области.



Евгения Назарец: То есть когда говорили о сентябре, имелось в виду замещение на рынке вот той опустевшей ниши после молдавских вин, то есть на это, да, понадобились эти месяцы буквально?



Надежда Шестакова: Да.



Евгения Назарец: Поэтому в сентябре сейчас более-менее все нормализовалось с ассортиментом, по крайней мере, вин.


А все-таки говорят о том, что окончательно все успокоится на алкогольном рынке где-нибудь к новому году. И такой прогноз мы слышали и от собеседника нашего корреспондента Мелани Бачиной в Томске. Это связано с введением Единой системы контроля, она должна наладиться к этому времени, или еще с какими-то обстоятельствами, возможно, с какими-то договорными компаниями, с поставщиками? Объясните, пожалуйста, почему еще про новый год говорят, что к этому времени все нормализуется окончательно?



Надежда Шестакова: Я думаю, что в основном коллега в Томске имел все-таки в виду работу системы ЕГАИС. Потому что сейчас та стабилизация, которая происходит в ассортименте алкогольной продукции, она связана с тем, что с 21 июля ФНС разрешила в ручном режиме отпускать алкогольную продукцию. И это очень активно подвинуло сразу рынок и расширило ассортимент на прилавках магазинов. Но, вместе с тем, вот те инструктивные письма, которые прошли, они говорят о том, что этот ручной режим будет возвращен обратно на свои места, так скажем, будет автоматизированная система. И то, что сейчас отпускается вручную, должно быть занесено с эту систему ЕГАИС в любом случае. То есть она должна когда-то вернуться к автоматизированной системе работы.



Евгения Назарец: Понятно. Вы уже упомянули, что существенно изменился ассортимент, и в первую очередь вин. Есть ли какие-либо методы, или, может быть, у вас уже есть данные, как на это отреагировали потребители? По вкусу ли им пришелся новый ассортимент: вместо молдавских вин – болгарские, и еще вы назвали некоторые замены? Как отреагировал потребитель?



Надежда Шестакова: Ну, потребитель отреагировал, наверное, позитивно, если объемы продаж у нас не упали в области. Потому что мы провели переговоры... предвидя такую ситуацию, надо отдать должное правительству Свердловской области, мы заранее провели переговоры сразу же с Болгарией и Венгрией, и эти поставки в область уже у нас пошли. Кроме того, у нас достаточно неплохой ассортимент идет сегодня из Франции, Испании, Германии, Италии, Аргентины, Чили. То есть наши поставщики очень активно работают. И вот той ситуации, которая сегодня, как мы слышали, наблюдается в Томске, в Свердловской области нет.



Евгения Назарец: И все-таки импортный алкоголь стал появляться снова на прилавках свердловских и российских магазинов. В частности, в Свердловской области, по наблюдениям аналитиков, он подорожал в среднем на 30-40 процентов. С чем это связано в первую очередь, на ваш взгляд?



Надежда Шестакова: Я бы не сказала, что цифра именно такая – 30 процентов. Но мы все понимаем, что раньше, допустим, те же заводы шампанских вин, они получали виноматериал из Молдавии, а сейчас у нас поменялось сырье, которое мы получаем. Я думаю, что это связано именно с этим.



Евгения Назарец: Во многих российских регионах от временного осложнения на алкогольном рынке выгоду получили местные производители алкоголя, в первую очередь речь идет о крепких напитках, водке и пиве. Так сложилось исторически или в условиях рынка, что Свердловская область ни пивом, ни водкой не блещет. Надежда Евгеньевна, а вы можете рассказать, познакомить слушателей Радио Свобода, которые живут не только в Свердловской области, какие производители алкоголя есть в Свердловской области, их место на рынке, и вообще, как здесь с местными производителями обстоит дело?



Надежда Шестакова: Вы уже подспудно в своем вопросе дали характеристику местного производства. Сегодня по итогам первого полугодия этого года доля местной продукции в общем объеме составила 7,2 процента. Это ниже, чем в первом полугодии 2005 года, тогда было 13,3 процента. Вместе с тем, действительно, сегодня ряд наших заводов, предприятий не увеличили объемы к уровню прошлого года. Можно только назвать ОАО «Тагилводка», которое на 104,2 процента увеличило объемы именно производства водки и ликероводочных изделий. Здесь можно назвать хрусталевские заводы – на 129,5 процента прирост произошел к уровню прошлого года. Среднеуральский винзавод – ситуация такая, что он работал на виноматериалах Молдавии, поэтому здесь снижение производства наблюдается к уровню прошлого года. Ну и Екатеринбургский ликероводочный завод где-то на 84 процента выполнил объемы производства к уровню прошлого года.



Евгения Назарец: Надежда Евгеньевна, предприниматели заявляют о том, что потрясения на алкогольном рынке принесли им убытки. А что с бюджетом? Ведь, в общем-то, торговля алкоголем – это существенный источник дохода и для бюджета. Когда можно будет судить о том, какое это оказало влияние?



Надежда Шестакова: Я думаю, что сейчас об этом рано говорить. Конец года покажет, есть ли какие-то факты и влияют ли они на состояние бюджета.



Евгения Назарец: В принципе, каковы ваши прогнозы, будет ли еще меняться ассортимент, количество алкоголя в Свердловской области? И в какой динамике это будет происходить?



Надежда Шестакова: Я думаю, что те сложные ситуации, которые были, они уже сейчас позади. Мы надеемся, что процесс этот будет развиваться на алкогольном рынке позитивно. И я думаю, что таких уже потрясений, которые, допустим, были, их уже не будет.



Евгения Назарец: А были ли в Свердловской области некие свои особенности? Вы уже говорили о том, что правительство Свердловской области и Министерство торговли принимали активное участие в нормализации ситуации. Но все-таки региональные особенности работы в условиях перехода на новые правила лицензирования, новые акцизные марки, на систему ЕГАИС, они были именно в Свердловской области?



Надежда Шестакова: Вот судя по тому, что мы сейчас услышали о ситуации в Томске, я считаю, что мы достаточно легко пережили все эти периоды и быстро сориентировались в ситуации. Кроме того, что я сказала, что по вопросам лицензирования достаточно, на наш взгляд, лояльно было все продумано. И это, наверное, в связи с тем, что мы, как субъект Российской Федерации... с 1998 года правительство дало поручение о введении лицензирования розничной продажи алкогольной продукции органу исполнительной власти, поэтому эта система очень отработана в области.


Что касается вопросов работы Единой государственной автоматизированной информационной системы, то мне очень сложно давать оценку, потому что здесь все вопросы замыкаются на Федеральной налоговой службе, и это их прерогатива – комментировать.


Что касается производства на сегодняшний день. Мы очень быстро эту нишу восполнили. Ну и продукцию мы достаточно активно ввозим. У нас, как я уже сказала, очень многие предприятия оптовые работают напрямую.


Ну и еще один момент – это те переговоры, которые очень оперативно были проведены по поставке вин из Венгрии и Болгарии, что тоже сыграло свою роль. И предполагая ту ситуацию, что с 1 января ввоз мог осуществлять на территорию области, да и любого субъекта, любой хозяйствующий субъект, в области было принято постановление в конце прошлого года номер 1137 «О проверке качестве алкогольной продукции, предназначенной для розничной продажи алкогольной продукции». Мы попытались создать некую систему, чтобы та продукция, которая будет ввозиться на территорию Свердловской области, она была надлежащего качества. И вот это постановление, оно предлагает оптовым организациям в добровольном порядке предъявлять продукцию, ввозимую на территорию Свердловской области, в аккредитованные лаборатории. И сегодня это делается. И процент забраковок у нас ниже, допустим, в этом полугодии 2006 года к уровню аналогичного периода 2005 года. То есть мы попытались эту ситуацию как-то спрогнозировать. И я думаю, что результат неплохой в области.



Евгения Назарец: Надежда Евгеньевна, спасибо вам за то, что вы объяснили нам, как развивается ситуация на алкогольном рынке Свердловской области. Наверное, на примере этого региона можно судить и о том, каковы будут дальнейшие тенденции в других российских регионах.


Отчасти преодолен кризис алкогольной отрасли, вызванный одновременным и не очень хорошо подготовленным введением новых акцизных марок, новых правил лицензирования предприятий алкогольной торговли и, наконец, Единой государственной автоматизированной системы контроля над оборотом алкогольной продукции. В российские магазины возвращается импортный алкоголь. Окончательную стабилизацию власти обещают к новому году. Но уже теперь заграничные напитки стали дороже в среднем на треть.


XS
SM
MD
LG