Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Одаренные дети как национальное достояние


«Ты должна доделать свои уроки, в Китае люди жаждут получить твою работу!»

«Ты должна доделать свои уроки, в Китае люди жаждут получить твою работу!»

Лето идет к концу, и пока дети лихорадочно догуливают каникулы, их родители торопятся в магазины, где висят уже осенние плакаты о распродаже школьного инвентаря: Back to School.


Как всегда, пора возвращения за парту открывает волну дискуссий о проблемах американской школы. В последнее время все рассуждения на эту тему отталкиваются от влиятельной метафоры «плоской Земли», которую предложил публике знаменитый колумнист New York Times Томас Фридман (Thomas Friedman).


Будучи крупным экспертом по ближневосточным бедам, Фридман, тем не менее, считает, что как бы тяжелы ни были для американцев бесконечные войны с террористами, настоящую опасность для Америки представляют не бородатые исламисты, а безбородые юнцы из стран третьего мира.


Об этой угрозе Фридман говорит без устали всем, кто готов его услышать.


С тех пор, как информационная революция сделала знания доступными любому абоненту интернета, изменились не только правила игры на поле всемирной экономики, но другой стала сама наша планета. Земля опять оказалось плоской, ибо все теперь в равном положении. И это значит, что в безжалостной конкурентной борьбе за наше будущее выиграет тот, кто лучше учится, а не тот, кому повезло родиться в богатой стране. Ключ к успеху хранит школа. Между тем, американская система образования, которую Билл Гейтс назвал «безнадежно устаревшей», находится в кризисе. Если в начальной школе американские дети опережают своих сверстников из стран Азии, то в выпускных классах проигрывают им. То есть, наши дети, чем дольше учатся, тем хуже.


Стремясь пробудить Америку от самодовольной спячки, Фридман обращается к родителям с пророческим пафосом:


Проснитесь! Выключите телевизор, и научите своих детей учиться. В детстве родители читали мне нотацию: «Ты должен все доесть, грех выбрасывать еду, когда в Китае люди голодают». Сегодня я говорю своей дочке: «Ты должна доделать свои уроки, в Китае люди жаждут получить твою работу!»


Все это, конечно, верно. Статистика совершенно объективно показывает, что американские школьники хуже знают точные науки, чем их сверстники из многих других стран, включая будущих конкурентов Америки, — Индию и Китай. Бесспорно, Америке надо принять меры, чтобы исправить двойки.


Проблема, однако, в том, что решением задачек будущее не построишь. Прогресс идет неисповедимыми путями, а школа учит лишь тому, что мы уже знаем. Грядущее же начинается за чужим порогом.


Об этом говорит опыт самой последней научно-технической революции. Ее вожди принадлежали к той странной породе американцев, что в 1960-е уходили в хиппи, а в 1980-е занимались электроникой. Среди компьютерных гениев Америки всегда был повышенный процент чудаков и искателей приключений. При этом все те, кто, собственно, изобрел наш XXI век, не учились своему ремеслу в школе просто потому, что и наук таких тогда не было. Как рассказывают очевидцы, Билл Гэйтс каждое утро повторяет своим сотрудникам:


Будущее рождается не только в университетских аудиториях или в государственных лабораториях, но и в затрапезном гараже, ибо прогресс — не столько развитие техники, сколько расширение ментальных горизонтов. Многим внушительным победам мы обязаны не державной поддержке, а мальчишескому энтузиазму какого-нибудь вундеркинда, чей гений как раз и приводит мир к самым решительным и самым непредсказуемым переворотам.


Вопрос в том, как найти и выпестовать такого вундеркинда?


Обзор публикаций на эту тему из американской прессы для нас подготовил обозреватель Радио Свобода Владимир Гандельсман.


Как Америка пестует вундеркиндов


— Америка любит даровитых людей и заботится о них. Это же относится и к детям. Гениальные дети — особый случай, требующий повышенного внимания и осторожности в обращении. Замечательно, однако, что поддерживают их в Америке не только умилениями, похвалами и прочими сентиментальными эмоциями, но и материально. «Вы гении», — так пышно сенатор Карл Левин обратился недавно к юным дарованиям в Капитолии. Но собрались они в Вашингтоне не только для пышных слов, но и для получения премий, которыми Дэвидсонский Институт для Поощрения Талантов награждает особо одаренных детей. Одаренных в разных областях человеческой деятельности: математике, физике, музыке, литературе. В этом году награждены были 17 человек, награды от 10 до 50 тысяч долларов. Это своего рода стипендии, которые выплачиваются не сразу, но постепенно.


— Интеллект, творческие способности — главное национальное богатство. Это давно поняли японцы, которые дорожат своими одаренными детьми и не жалеют средств на их обучение и развитие. Еще интереснее, что в Израиле существует эффективная система обучения одаренных детей, и она является государственным секретом. В США создана действенная система поощрения и развития одаренности. Неслучайно так называемый brain drain («утечка мозгов») направлен в основном в сторону Соединенных Штатов.
— Да. Именно поэтому стоит сказать несколько слов об этом самом институте Дэвидсонов. Его основали Боб и Джейн Дэвидсоны, которые вложили свои немалые деньги в собственное предприятие в 1999 году. Цель — поддержка выдающихся детей и подростков от 4 до 18 лет. Инициативы института разнообразные: помимо стипендий, консультации, летние школы и так далее.


— Но, самое сложное в этом деле — отбор. Каким образом происходит отбор детей?
— Для начала коэффициент IQ должен быть, по меньшей мере, 145. Вы, собственно, знаете, что такое этот самый коэффициент? Для его получения надо умственный возраст умножить на сто и разделить на действительный (хронологический) возраст. По определению, ребенок, чей умственный и хронологический возраст совпадает, будет средним ребенком: его IQ в точности равен 100.


То есть 145 – это высокий показатель?
— Даже сверхвысокий. Количество людей с IQ ниже 70 (их обычно называют «слабоумными») или выше 130 (чьи способности считаются «блестящими») составляет и в том, и в другом случае около 3% от общей массы. Но вопрос не только в отборе, но, главным образом, в воспитании талантов. В том, чем и занимается институт Дэвидсонов. На самом деле есть разные точки зрения на этот вопрос. Существует миф, что высокоодаренных детей надо оставить в покое, — пусть себе сами развиваются, — что им не нужны спецшколы и прочее.
Так вот, Дэвидсоны против такого подхода. «Лишать наших вундеркиндов специального образования, соответствующего их способностям, — значит лишать нашу цивилизацию перспективы ускоренного развития». Кроме того, вундеркинды — это не только выдающиеся способности, но и тонкая, не всегда обычная психика. Нужны специалисты, чтобы с такими детьми правильно работать.


— Дидро говорил, что гении падают с неба. Иногда им повезет свалиться к воротам дворца, но в ста тысячах других случаев они падают мимо.
— Совершенно верно. Иначе говоря, неправильное воспитание, стандартное обучение, отсутствие индивидуального подхода делают свое черное дело. Гениальность не состоялась, из одаренного ребенка вырастает закомплексованный, неконтактный неудачник с тяжелым характером.
«Синдром бывшего вундеркинда» — так психологи называют специфический невроз, который выражается в болезненном самолюбии, желании постоянно демонстрировать свои способности, непрерывно самоутверждаться. Такое тоже бывает. В создании каких-то специальных условий сегодня много экспериментируют. Некоторые школы видят свою задачу в устройстве особо комфортных условий для обучения. Другие говорят: ничего нет вреднее для одаренных детей (и вообще для детей), чем излишний комфорт. Нужна сложная, напряженная деятельность, где даже одаренному ребенку приходится попотеть. Как ни парадоксально, но неинтересные моменты занятий тоже необходимы. Дети обязаны преодолевать себя, тренируя свои «волевые мускулы». Умственная работа должна быть трудной.


— А как же, иначе неинтересно. Помните Набокова: искусство должно быть трудным. Однако вернемся к нашей теме. Всегда ли тестирование надежно? Можно ведь легко ошибиться и не разглядеть?
— Да, и это тоже проблема. Есть одаренность, плохо поддающаяся количественному учету и тестированию. Ее можно просто не заметить. А можно заметить и, испугавшись, попытаться затормозить, вогнать ребенка в обычные рамки. Это тоже трагичные варианты: невостребованность дара может вылиться в драму, в болезнь.
Другая опасная ошибка — стремление некоторых родителей искусственно подхлестнуть развитие вполне обычных детей. Есть многочисленные примеры, и они часто печальны. Впрочем, обычный ребенок тоже имеет шансы стать выдающимся. Побольше труда, немного удачи и главное — благоприятные условия, доброжелательное отношение общества.


— Генетик Льюис Терман, изучавший в течение тридцати лет особо одаренных детей, пришел к следующему заключению: большая часть вундеркиндов теряет свои качества, взрослея.
— Правильно воспитанные вундеркинды становятся взрослыми высшего порядка, с умом, не сравнимым с людьми обычного типа. Они в тридцать раз активнее хорошо одаренного человека. Их «индекс успеха» в двадцать раз больше. Природа экспериментирует на одаренных. Порой неудачно. Те, кто платит своим здоровьем и жизнью за прогресс человечества, за то, что оно с каждым поколением становится умнее, заслуживают большого сочувствия, защиты и заботы общества.
Если вы и ваши дети — «как все», — ваше счастье. Но прогресс двигают, как правило, не такие, «как все». Долг общества — считают Боб и Джэйн Дэвидсоны — поддержать их хотя бы потому, что им трудно.


XS
SM
MD
LG