Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Готовность школ Екатеринбурга к новому учебному году


Программу ведет Светлана Толмачева. В программе принимает участие Анатолий Меренков, учитель высшей категории, директор екатеринбургской гимназии номер 207 «Оптимум».



Светлана Толмачева: Тема с егодняшней программы - школа накануне нового учебного года.Может ли обычная школа выполнить все предписания Роспотребнадзора, пожарной охраны, а также антитеррористической программы? Легко ли освоить грант, полученный в рамках национального проекта «Образование»? Первый урок в школах Екатеринбурга в этом году посвящен воспитанию гражданственности. О чем будут говорить педагоги с детьми?


Гость Екатеринбургской студии Радио Свобода сегодня – Анатолий Меренков, доктор философских наук, профессор, академик Международной академии наук высшей школы, учитель высшей категории, директор екатеринбургской гимназии номер 207 «Оптимум», одной из 16 школ Екатеринбурга, получившей грант на развитие своей инновационной программы.


Доброе утро, Анатолий Васильевич.



Анатолий Меренков: Доброе утро.



Светлана Толмачева: В который раз вы завтра отмечаете 1 сентября в качестве учителя?



Анатолий Меренков: Уже 12-ый раз.



Светлана Толмачева: Вы можете сказать, что ваша гимназия на сто процентов сегодня, за сутки до 1 сентября, готова к приему учеников?



Анатолий Меренков: Да, конечно. Нас же проверяют все контролирующие инстанции. Поэтому мы старались. И в течение всего лета мы делали ремонт. И практически мы готовы. Но, конечно, где-то придется еще помыть, убрать мусор.



Светлана Толмачева: То есть все необходимые разрешения вами получены?



Анатолий Меренков: Да.



Светлана Толмачева: Но вас с этим даже можно поздравить, насколько я понимаю, потому что слишком серьезны требования пожарной охраны, Роспотребнадзора, а есть еще требования антитеррористической программы. И в Екатеринбурге на этой неделе говорят о том, что только 18 школ города получили добро от МЧС и всех остальных заинтересованных органов.



Анатолий Меренков: Дело в том, что мы тоже получили добро, но с различными указаниями и предписаниями, которые надо будет в ближайшее время реализовать. Потому что сейчас требования действительно очень сложные, они рассчитаны фактически на те школы, которые только сейчас должны вводиться. Поэтому само законодательство, оно как бы хорошее, в том смысле, что надо действительно создавать комфортные условия для учащихся. Но когда школа, скажем так, была построена, может быть, 10-30 лет назад, естественно, тогда были другие требования и пожарной охраны, и Санэпидемслужбы. И по тем требованиям, которые были когда-то, несколько десятков лет назад, многие школы, естественно, сразу, за короткий срок, за год-два все реализовать не могут.



Светлана Толмачева: Наш корреспондент Денис Каменщиков разбирался в теме, каким образом принимаются сейчас школы в городе Екатеринбурге и какие требования выдвигает пожарная охрана, Роспотребнадзор и другие заинтересованные органы.



Денис Каменщиков: Директор екатеринбургского лицея номер 159 Наталья Ващук с удовольствием показывает отремонтированные классы, столовую и кухню. Эта средняя школа одна из немногих смогла получить перед 1 сентября положительное заключение комиссии Государственного пожарного надзора.



Наталья Ващук: Здесь у нас кабинет начальной школы. Учителя готовятся к новому учебному году, то есть наводят порядок, расставляют цветы. Инна Александровна уже занимается тематическим планированием – готовится к новому учебному году.



Денис Каменщиков: Разрешения Госпожнадзора получили только 18 из 276 екатеринбургских школ. Остальные 1 сентября тоже откроются, но с ними начальник Главного управления МЧС России по Свердловской области Василий Лахтюк пообещал судиться.



Василий Лахтюк: Я не имею права замок на двери повесить. Школа, естественно, откроется, начнется учебный процесс. И там, где не было положительного заключения Государственного пожарного надзора, на директоров школ будут поданы в суд документы.



Денис Каменщиков: Начальник Управления образования администрации Екатеринбурга Евгения Умникова ничего страшного в возможных судебных исках от МЧС не видит.



Евгения Умникова: Вы знаете, волнения нет. Я сама была директором школы, и меня тоже в свое время штрафовали. Это их право и их функция – обращаться в суд. В каждом районе есть план приведения учреждений в соответствие с требованиями пожарного надзора. И планово мы эту работу осуществляем. Скажу, чтобы вам было понятно, школы не должны иметь деревянных перекрытий. У нас школ, которые построены в 30-40-е годы, которые не ремонтировались, около 20-ти. Естественно, что все требования пожарных можно будет исполнить только в результате капитального ремонта. Я думаю, что всем понятно, что 20 учреждений одновременно, даже при условии финансирования, мы не смогли бы закрыть.



Денис Каменщиков: Кроме противопожарной безопасности сотрудники МЧС проверяют антитеррористическую готовность школ к новому учебному году. И здесь, по словам генерала Лахтюка, ситуация еще сложнее.



Василий Лахтюк: Там перечень очень большой и достаточно серьезный, перечень мероприятий, которые должны проводиться в школах. Если следовать этому перечню, который утвержден, в том числе, решением Антитеррористического комитета Российской Федерации, то, в принципе, на сегодняшний день у нас ни одна школа не может быть готова. Потому что там есть одно из положений – наружное видеонаблюдение, а на сегодняшний день такого нигде нет.



Денис Каменщиков: По словам Василия Лахтюка, школы сегодня считаются готовыми к отражению террористической атаки, если у них есть собственная охрана, так называемая «тревожная кнопка» с выходом на отдел милиции и специальный «паспорт безопасности». Управление ФСБ по Свердловской области также проводит антитеррористические мероприятия. Говорит первый заместитель начальника управления Сергей Старицин.



Сергей Старицин: Мы можем только вскрывать какие-то недостатки, которые допускаются взаимодействующими с нами структурами, информировать руководство этих ведомств для того, чтобы они приняли меры. А то, что мы работаем по обеспечению безопасности таких объектов в несколько иной сфере, я могу жителям Свердловской области абсолютно ответственно заявить, что свою работу мы выполняем в полном объеме.



Денис Каменщиков: Роспотребнадзор также проверяет готовность школ к новому учебному году. Большинство учебных заведений Екатеринбурга предъявленным санитарно-эпидемиологическим нормам соответствуют. А вот три школы в отдаленных районах Свердловской области, по словам начальника отдела Территориального управления Роспотребнадзора Натальи Моисеевой, пришлось закрыть, а материалы передать в суд.



Наталья Моисеева: В школе планировалось провести ремонт пищеблока, чтобы привести пищеблок в соответствие с нормами. Были даны предписания. Но предписания не были выполнены. Или такая ситуация, когда, допустим, кровля находится в аварийном состоянии или система канализации в аварийном состоянии. Мы такие здания открыть не можем.



Денис Каменщиков: Специальные комиссии по приемке школ будут работать сегодня до позднего вечера. И, возможно, специалисты Роспотребнадзора еще успеют вынести предписания о закрытии каких-то учреждений. В таких школах завтра состоятся только торжественные линейки. Ученики поздравят учителей... и разойдутся по домам. А педагоги останутся устранять нарушения до понедельника, 4 сентября.



Светлана Толмачева: Анатолий Васильевич, насколько серьезно вы воспринимаете угрозу от представителей МЧС судиться со школой, если школа не в состоянии выполнить весь перечень тех указаний, которые дают?



Анатолий Меренков: Я считаю, что, в принципе, это возможно, но главное – какие результаты. Действительно, если нет реальных материальных возможностей реализовать буквально за несколько месяцев очень большой перечень требований, то надо просто учитывать, в какой стране мы живем и на каком уровне находимся. Это мне напоминает нечто, когда мы пытались за 20 лет построить коммунизм, но вы знаете, чем это закончилось. Сейчас можно пытаться реализовать все требования Госпожарнадзора за два года, но это закончится точно тем же самым.



Светлана Толмачева: То есть реально из тех списков, которые предлагаются школе, - установить наружное видеонаблюдение, как мы сейчас слышали, какие-то другие совершенно фантастические проекты – выполняются...



Анатолий Меренков: Это, в принципе, невозможно.



Светлана Толмачева: Сколько процентов выполняется?



Анатолий Меренков: Максимум 10-15 процентов. Например, «тревожная кнопка» практически во всех школа существует, это верно. Но сейчас требуется, чтобы стены были покрашены особой краской, например в коридорах. А если в школе четыре этажа, то это сколько надо средств... И финансирование вот всех этих работ именно из бюджетной сферы практически очень ограничено. А если еще устанавливать наружное наблюдение, то я думаю, наверное, уже десятки миллионов надо на весь город.



Светлана Толмачева: В том самом национальном проекте «Образование» не предусмотрены ли средства на выполнение всех этих требований?



Анатолий Меренков: Абсолютно не предусмотрены. Там предусмотрены средства только на повышение квалификации учителей, на приобретение компьютерной техники, то есть на информационное обеспечение образовательного процесса, на приобретение пособий и учебной литературы – четыре направления, четыре пункта. И очень жесткий контроль со стороны всех властей, и требование – очень быстро все это реализовать – до середины ноября.



Светлана Толмачева: Вашей школе удалось получить 1 миллион рублей – тот самый грант, о котором говорилось на всех уровнях власти. Скажите, вот вас с этим можно поздравить или только посочувствовать, что сейчас у вас проблем прибавилось?



Анатолий Меренков: Я бы сказал, что, может быть, процентов на 70 можно поздравить, а процентов на 30 посочувствовать. Потому что реализация всех требований, которые предъявляются к самому приобретению даже соответствующих технических средств, очень сложная. И идет жесточайший контроль через Казначейство. Открыт специальный счет для всех школ. И пока будут проходить документы из магазинов или из фирм, у которых приобретаешь, пройдет достаточно большое количество времени. И надо правильно составить все бумаги. И потом еще на конкурс... У нас ведь сейчас можно приобретать только до 60 тысяч – есть такая система с 1 января, очень ужасная, - самостоятельно, а дальше уже есть особые требования.



Светлана Толмачева: Анатолий Васильевич, давайте объясним нашим слушателям, что вы хотите на этот 1 миллион рублей сделать в своей школе, и как вы потом будете перед государством отчитываться. Вот вы вложили в своих учеников, а что государство получит от этого?



Анатолий Меренков: Дело в том, что я считаю, что это вообще вопрос номер один. Потому что разные школы по-разному подходят к этому вопросу. Кто-то, например, оборудует компьютерный класс, которого нет в школе. Кто-то приобретает более сложные технические средства. Но у нас все-таки компьютерный класс есть, поэтому мы проводим модернизацию этого компьютерного класса. Мы приобретаем, например, сейчас интерактивные доски – это считается одним из последних вариантов технической оснащенности образовательного процесса. То есть когда учитель с учеником непосредственно взаимодействуют на основе современной техники на уроке. Поэтому сейчас наша задача номер один, кроме приобретения соответствующих средств, - это научить учителя работать по-новому. Вот я считаю это проблемой номер один. Более того, для всех инновационных школ, которые получили такие возможности, я считаю, что эта проблема и должна быть номером один.


Но вот что будут контролировать соответствующие органы? Само наличие? Например, провели учебу учителя или приобрели какие-то технические средства. Вот что дальше будет, вот тут у меня есть некоторые сомнения, если не сказать больше. Потому что само понимание инновационной деятельности теми или иными учебными заведениями очень размыто. И, действительно, сейчас получили те школы нашей области, а наверняка и другие, которые что-то делали. Ну а каков результат того, что сделано?.. И очень трудно проверить качество не только обучения, но еще и воспитания детей. Потому что практически во многих школах, а особенно нашего города, в городских школах выпускники поступают в учебные заведения. Но является ли это достаточным критерием эффективности?.. Вот я лично считаю, что это не является достаточным критерием.


А вот что у них происходит в мозгах, какие у них ориентации и установки возникают, и насколько им интересно учиться, насколько повышается их собственная активность на основе учебного процесса, они становятся самостоятельными учащимися, то есть обучение мы переводим в самообучение, то это я считаю нашей главной задачей. Вот я лично вчера проводил педсовет, как директор школы, и я вот эту задачу поставил перед учителями на первую четверть: составить планы реализации новых технических средств прямо на уроках.



Светлана Толмачева: А нашим слушателям мы предлагаем ответить на вопрос: чего, по вашему мнению, не хватает современной школе сегодня?


Анатолий Васильевич, первый урок в школах Екатеринбурга в этом году Управление образования рекомендовало посвятить воспитанию гражданственности. Вот что под этим понимается? О чем педагоги будут говорить с детьми?



Анатолий Меренков: Дело в том, что существует специальный приказ, где указывается, в частности, что в Свердловской области – это изучение особенности символики Свердловской области, основных пунктов законодательства, которое регулирует, флаг Свердловской области, символы Свердловской области. И тема, которая является главной, - это «Урал – опорный край державы». По сути, сама идея эта очень хорошая. Но мне кажется, что кроме флага, надо все-таки обращать внимание на историю развития, в частности, нашей Свердловской области. У нас здесь очень большие, специфические достижения, я считаю, своя история, начиная с Демидовых, и развитие Урала за время советской власти. Есть очень большие достижения в процессе индустриализации. Я уж не говорю о роли Урала в Великой Отечественной войне.


Конечно, за 40 минут все эти моменты раскрыть перед учащимися будет сложно. И поэтому мне кажется, что многое зависит от учителя, насколько он сможет не просто сконцентрировать какие-то моменты, может быть, формального характера, на тех или иных символах, а именно от того, насколько он попытается провести хотя бы одну-единственную мысль о том, что то, что создавалось прошлыми поколениями, это сейчас может быть использовано эффективно в зависимости от того, как нынешние учащиеся, ну, пусть это будет не 1-ый класс, а может быть, 8-10-ый классы, будут реализовывать, когда они сами войдут во взрослую жизнь – вот это самая главная идея. Преемственность поколений, мне кажется, - это главная идея гражданственности.


И второй момент. Все-таки гражданственность предполагает развитие собственной активности человека. Это ведь отношение с обществом через различные общественные организации, учреждения. В частности, во многих школах есть органы ученического самоуправления, их взаимодействие с педагогическим советом, с родительской общественностью. Это конкретные формы проявления гражданственности. Это та форма, где ученик учится быть активным, отстаивая интересы личности, интересы общества, а не только непосредственно взаимодействие с властью.



Светлана Толмачева: Скажите, вот эти ученические образования – это все-таки для галочки какие-то объединения, для того, чтобы показать, что «вот у нас идет внеклассная работа», или, действительно, какие-то полномочия есть у этих советов?



Анатолий Меренков: Это зависит во многом от конкретного учебного заведения. Вот мы в рамках тоже экспериментальной деятельности создаем... вот у нас уже четвертый год существует особая форма организации ученического самоуправления. Она направлена на развитие активности каждого ученика с точки зрения управления самим собой. Вот это как раз та идея, которой даже у Макаренко нет.



Светлана Толмачева: А можно ли привести пример, что происходит...



Анатолий Меренков: Да, я расскажу конкретно. Дело в том, что надо выстраивать трехступенчатую систему: умеешь управлять собой – тогда ты можешь участвовать в управлении делами класса, школы – третья ступенька. И вот суть заключается в том, что, во-первых, учащиеся сами занимаются на уровне класса планированием всех классных мероприятий. Вот на весь год с сентября они составляют планы. Есть люди, которые берутся за выполнение тех или иных мероприятий. Учителя, ну и родители, хотя значительно реже, чем учителя, классные руководители, они в первую очередь помогают организации этих дел. Далее, система отслеживания достижений учащихся всех классов в учебе, в общественной активности – это тоже осуществляет уже школьный совет старшеклассников. И он организовывает практически все праздники, все мероприятия, которые проходят в школе.


Более того, мы сейчас даже систему... вот отметить с помощью каких-то благодарственных писем, с помощью каких-то других форм поощрения – мы это тоже передали учащимся. И в этом смысле у нас сейчас процентов 70 всех школьных мероприятий осуществляется либо полностью, либо в основном с помощью вот этих органов самоуправления.



Светлана Толмачева: Кстати, в этом году классные часы будут заняты в школах Свердловской области новым предметом – Культура безопасности и жизнедеятельности. От известного ОБЖ – Обеспечение безопасности жизнедеятельности – этот предмет отличается тем, что все темы будут подаваться через какие-либо культурные явления или литературные примеры. Я цитирую пояснения, которые поступили в средства массовой информации. И получается, что над классными часами вы уже не властны. Вот как вы относитесь к этому новому ответвлению ОБЖ?



Анатолий Меренков: Дело в том, что это естественная форма, потому что на уровне Федерации ее сохранили в качестве федерального компонента образовательного процесса только в двух классах – в 8-ом и в 10-ом. И поэтому школам все-таки необходимо, а особенно сейчас... вот мы говорили о террористической опасности, о необходимости сохранения и в других условиях безопасности жизнедеятельности учащихся, и особенно в начальной школе это очень важно сделать. Но дело в том, что школы здесь имеют возможность выбора: либо, действительно, как вы сейчас отметили, за счет классных часов, либо за счет так называемого школьного компонента, компонента образовательного учреждения. И тогда те педагоги... А у нас ведь еще специфика Свердловской области заключается в том, что у нас очень большой опыт ведения курса «Основы безопасности жизнедеятельности». У нас была особая программа, у нас практически полностью – с 1-го по 11-ый класс - и во всех школах имеются педагоги, у которых большой опыт преподавания этого курса. Поэтому я думаю, что им перестроиться будет не так уж сложно.



Светлана Толмачева: Давайте скажем прямо, что сейчас мы затронули тему «Холиса». О проблеме «Холиса» знают, наверное, многие жители России, потому что эта проблема вышла за пределы Екатеринбурга. Суть в том, что в прошлом учебном году группа родителей протестовала против методик Центра «Холис». А сейчас с «Холисом» покончено, такой организации не существует. Люди, которые работали в «Холисе», частично уехали из Екатеринбурга, а частично сменили даже свою профессию – настолько сильный удар был нанесен по всему этому социально-психологическому центру. А сейчас вы будете работать по этим методикам?



Анатолий Меренков: Дело в том, что мы работали не по этим методикам изначально. Но суть заключается в том, что у нас была попытка в рамках «Холиса» перенести непосредственно без адаптации к нашим условиям западные программы. А все-таки наша страна специфическая, менталитет населения тоже специфический, и надо уметь это делать. Но сама идея формирования у учащихся собственных представлений о различных формах безопасности, в частности, по отношению к наркотикам, к так называемому защищенному сексу (я просто напоминаю, что там было), она сама по себе, по идее, правильная. Но ведь идею можно реализовать умело, а можно, мягко говоря, и не совсем умело. И вот мне кажется, что этот механический перенос вообще чего-либо западного на нашу страну – это просто бесполезное занятие, и даже вредное.



Светлана Толмачева: И к вопросу о менталитете. Во многих городах России сейчас идет обсуждение вопроса об изучении в школе Основ православной культуры и истории православия. Говорится о том, что в Орле, в Белгороде уже есть, собственно говоря, учебники по Основам православия, и вводится этот предмет для изучения. Скажите, пожалуйста, не ожидаете ли вы нового предмета и в своей гимназии? Ведь между Управлением образования Екатеринбурга и епархией подписан договор о сотрудничестве.



Анатолий Меренков: У нас Управление образования, я это точно знаю, оно очень продуманно относится к этим вопросам. И практически каждая школа имеет возможность, во-первых, выбора. И какие-либо указания директивного характера по этому вопросу отсутствуют полностью.


Второй момент, который мне кажется принципиальным и более важным, заключается в том, что у нас все-таки многоконфессиональное государство. И попытка внедрить один курс, например православие, в каких-то школах, где учатся и мусульмане, и может быть, буддисты, может быть, просто тоже христиане, но католической направленности, - это, я считаю, негативный фактор. Мне кажется, что здесь лучше всего идти по тому направлению, которое было раньше, - это изучение истории религий – вот это другое дело. А православие – это все-таки одна из форм.



Светлана Толмачева: А история религий сейчас преподается, по крайней мере, в старших классах?



Анатолий Меренков: Нет. Это была лишь идея. Даже пытались какие-то учебные материалы для этого подготовить. Но эта идея, так скажем, не осуществилась.



Светлана Толмачева: Ну а если родительские комитеты попросят ввести факультатив Основ православия, Основ мусульманства, иудаизма, вы пойдете навстречу родительскому комитету?



Анатолий Меренков: Нет.



Светлана Толмачева: А почему?



Анатолий Меренков: Во-первых, я считаю... и у нас записано в Конституции, что у нас образование светское. И поэтому все-таки мы должны давать те научные знания, которые относятся ко всем областям. А религия – это не научные знания. Это во-первых. Во-вторых, даже если решать чисто механическим большинством... скажем, 80 процентов родителей за введение. А 20 процентов? Почему мы должны игнорировать эти 20 процентов? И более того, даже если в классе будет один ученик, родители которого придерживаются каких-то других взглядов, ну, например, атеистических...



Светлана Толмачева: Ну, он не будет ходить на факультатив. Зато 90 процентов пойдут на этот факультатив.



Анатолий Меренков: А где он, извините за выражение, будет болтаться? Вот я лично, как директор, должен контролировать, чтобы учащиеся всегда были на уроках, иначе он выйдет за территорию школы, и не известно, что с ним произойдет. И что тогда мы скажем по поводу охраны безопасности жизнедеятельности?..



Светлана Толмачева: Понятно. И у нас есть звонок от наших слушателей. Доброе утро.



Слушатель: Доброе утро. Меня зовут Михаил. Вы сейчас затронули вопросы религии. Не знаю, как в Екатеринбурге, но вот в Москве, в частности, существует такая проблема. Я знаю нескольких родителей, и они просто боятся пускать своих детей старших классов, как правило, 6-7-ой классы, потому что много приезжих. И, в частности, учатся в наших школах приезжие из кавказских республик. И там такое иногда творится, что я своим ушам не верю. По-моему, это противоестественно, когда проводится совместное обучение...



Светлана Толмачева: ...с детьми мигрантов.



Слушатель: Да-да.



Светлана Толмачева: А в чем проблема, по вашему мнению? В том, что дети плохо знают русский язык, то, что они социально не адаптированы?



Слушатель: Как бы сказать корректно... У них другое мировоззрение, в частности, по отношению к нашим девушкам. И вообще они ведут себя нагло.



Светлана Толмачева: То есть сказывается разница в воспитании?



Слушатель: Да. И это очень большая проблема, потому что у них с демографией все в порядке. Так что мало не покажется.



Светлана Толмачева: Вопрос Михаила понятен. В Екатеринбурге Управление образования тоже озаботилось этим вопросом, потому что есть дети не только мигрантов с Кавказа, есть дети китайцев, вьетнамцев, которые хотят учиться в российских школах. Есть опять же проблема цыганских детей. И все это укладывается в тот самый вопрос Михаила.


Анатолий Васильевич, что делать с теми детьми, которые не адаптированы к российской школе?



Анатолий Меренков: Я считаю, что эта проблема настолько актуальна, что просто надо ее очень оперативно решать. В наших школах есть, и у нас в школе тоже есть представители из разных регионов России и разных национальностей, естественно. И вот мне кажется, что здесь первый вопрос заключается в том, что, так скажем, коренные русские, они просто не готовы к тому, чтобы умело адаптировать приезжее население к требованиям нашей российской культуры. Более того, я бы сказал, что просто эта культура не сформирована.



Светлана Толмачева: А что делать? Надо устраивать какие-то воскресные школы при уже существующих школах, чтобы объяснять, как живет Россия?



Анатолий Меренков: Нет-нет. Речь идет о том, что это, прежде всего, на уровне педагогов должно быть совсем другое взаимодействие с учащимися – взаимодействие на основе, во-первых, знания тех особенностей культуры, которая есть у этих мигрантов в тех регионах, в которых они жили, все-таки ее надо знать шире. Даже в советское время мы изучали культуру фактически русских, хотя у нас было 16 республик. Мы ничего не знали ни о Грузии, ни об Армении, какие у них особенности бытовой культуры. Речь же идет о бытовой культуре. И то же самое сейчас, например, с Кавказом. Что мы заем об особенностях бытовой культуры? Да ничего не знаем. Надо быть честными.



Светлана Толмачева: Анатолий Васильевич, а какой линии вы здесь придерживаетесь? Нужно выделять особые классы, где будут...



Анатолий Меренков: Ни в коем случае.



Светлана Толмачева: Или все-таки мы должны ассимилировать этих мигрантов?



Анатолий Меренков: Только ассимиляция, и больше никаких других вариантов. Но для этого надо показывать возможности взаимодействия наших традиций на уровне бытовой, повседневной культуры. Речь не идет о каких-то мировоззренческих вопросах. Бытовая культура общения, взаимодействие представителей разных полов, даже то, кто перед кем, как говорится, уважение проявляет, – вот о чем идет речь. Возможности проявления даже каких-то моментов самоутверждения, может быть, с помощью агрессии, а можно и без агрессии. Вот эти моменты. И для этого надо знать особенности культуры приезжих, и как наша культура может взаимодействовать с ними для того, чтобы она все-таки стала ведущей, но не подавляющей. Есть традиции – проведение праздников, какие-то песни свои, танцы и так далее – пусть все это сохраняется. Кто против этого?! Но все-таки если ты приезжаешь в какое-то место, например, если ты приезжаешь в Америку, то хочешь ты или не хочешь, но ты будешь изучать эту культуру, а иначе ты останешься в стороне.



Светлана Толмачева: А иначе мы получим проблему Франции.



Анатолий Меренков: Да, конечно.



Светлана Толмачева: Анатолий Васильевич, если говорить о том, что все это, о чем вы сейчас говорили, должен претворять в жизнь учитель, скажите, пожалуйста, насколько у вас ощущается нехватка кадров?



Анатолий Меренков: Ну, кадров всегда не хватает, а особенно с точки зрения того, что уровень оплаты труда учителя остается низким. И особенно те выпускники педагогических вузов, которые, по идее, должны пойти работать в школу, вот их приходится искать в школе днем с огнем. Поэтому до сих пор состав учителей – это те, которые, может быть, 15-20 лет назад окончили вузы, им по 35-40 лет. А новые кадры очень сложно найти. Поэтому дефицит имеет место. Буквально позавчера все-таки удалось нам найти двух учителей начальной школы. У нас два дня назад их просто не было.



Светлана Толмачева: Вас с этим можно поздравить. Но в Управлении образования опять же говорят, что самый большой дефицит учителей физкультуры в этом году.



Анатолий Меренков: Я согласен. Но, слава Богу, у нас учитель физкультуры есть.



Светлана Толмачева: Остается чуть меньше суток до первого звонка. Что вы, как директор гимназии, еще должны успеть до времени «Ч»?



Анатолий Меренков: Я должен опять-таки (с чего мы начинали) проверить степень готовности. Вот классы все готовы. Надо проверить ближайшие территории. Потому что буквально вчера строители еще где-то подмазывали. Надо все-таки везде проверить. И фактически учителя готовы, классы готовы. Учащиеся вчера приходили – вчера был день встречи с учащимися. Поэтому как бы все готовы. Остается только какие-то шероховатости устранить.



Светлана Толмачева: Приподнятое настроение, и вся надежда на погоду, что завтра первый звонок под дождем не пройдет.



Анатолий Меренков: Да, хотелось бы на это надеяться.



Светлана Толмачева: Спасибо вам, Анатолий Васильевич. Мы желаем вам хорошего учебного года!



Анатолий Меренков: А я всем желаю, чтобы наши учащиеся всегда умнели и радовали и учителей, и родителей. Большое спасибо.


XS
SM
MD
LG