Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему в пятигорской школе номер 2 в этом году не стали набирать первый класс? Сочи: Как научить детей с уважением относиться к людям других национальностей? Имеет ли право молдаванка Елена Эйвазова лечиться в больницах Малоярославца бесплатно? Почему пенсионерка Валентина Чапайкина из села Советск судится с прокурором? Псков: Что делать с останками военнопленных, найденными в строительном котловане? Самара: Почему жилые дома на территории санатория имени Чкалова объявлены нежилыми? Ижевск: Кому было выгодно, чтобы только что построенный дом Светланы Андрушкайте сгорел? Челябинск: Как быть, если в квартире провалился пол? Мордовия: Можно ли жить без электричества? Подмосковье: Философия работающей пенсионерки


В эфире Пятигорск, Лада Леденева:



Ученица : Школа! Ты вновь принимаешь гостей,


Добрых, надежных, верных друзей.


Пусть будет тепло и уютно в стенах школы моей.



Лада Леденева : К торжественной линейке, посвященной началу нового учебного года, старшеклассники пятигорской школы номер 2 готовились со слезами на глазах. В конце августа они узнали, что школу закрывают, а всех учеников переводят в другую. По словам директора школы Ирины Мичевой, решение о реорганизации приняла в июле этого года Городская Дума Пятигорска в целях экономии бюджетных средств. И это несмотря на то, что учредителем школы является администрация курорта, а не Городская Дума, а значит, парламентарии подобные решения принимать не вправе.



Ирина Мичева : Дело в том, что речь о закрытии школы была еще в июне месяце. Но это было на уровне слухов. Дабы проверить слухи, я написала заявление в прокуратуру. В ответ получила заверение, что школа не закрывается и закрываться не будет. В конце июня и в июле был проведен косметический ремонт школы. И вдруг, когда ремонт практически был закончен, меня приглашают в Управление образования и говорят о том, что школа закрывается, что 1 сентября работать она не будет. На руки мне не выдали решения этой Думы. Получила я это решение только 14 августа. В нем я прочла, что с 1 сентября школа не должна существовать. Я не юрист. Но даже на первый взгляд было несколько нарушений, которые подвигли меня обратиться в суд.



Лада Леденева : Это решение означало, что 22 преподавателя и 9 технических сотрудников школы останутся без работы, а 230 учащихся будут переведены в школу номер 16, что в другом конце города. Родителям такое решение не понравилось.



Родительница : До трамвая дойти 10-15 минут. Подождать трамвая, пока доедет. Там тоже ребенок должен дойти. Это и времени больше. Главное, что 16 школа итак вся переполнена. Куда там еще наших детей!



Родительница : Если учатся 20 человек в классе и к ним внимание, или когда все школы переполнены – 40 человек! Там даже учителя не знают некоторых своих учеников. Наоборот, школа маленькая. Здесь все ученики просто на виду.



Родительница : Мы же сделали ремонт. Мы сдали деньги. Мы отремонтировали классы. Кто мог предположить? Знали же об этом в гороно, в районо!



Лада Леденева : Не хотят расставаться с любимой школой и дети.



Ученик : Нет. Всего год осталось.



Ученик : В старой хотим остаться.



Ученик : Учителя к нам хорошо относятся.



Ученик : Хотим нашу школу.



Ученик : Все дороги тут перекроем. Плакаты будем вешать везде.



Ученик : До Верховного суда дойдем мы.



Лада Леденева : Говорят мальчишки. А девочки рисуют плакаты, чтобы выйти на митинг в защиту своих прав, если суд вынесет решение не в пользу администрации школы.



Ученица : Если уже не будет решения, значит, мы устроим этот митинг. Учились еще наши мамы в этой школе. Она очень старая – одна из первых в городе. Мне было бы очень грустно расставаться со своей школой. Во-первых, сказали, что школу купила бывший директор школы номер 4 Петренко. Я думаю, если она хотела построить школу для детей, то есть чтобы это была частная школа, зачем выгонять нас?! Если она хотела сделать ее платной, может быть, кто-то также бы и учился здесь, только за плату. Я думаю, что половина детей здесь бы однозначно осталась, хоть бы миллион пришлось платить.



Лада Леденева : В том, что на ремонт и содержание школы в бюджете города нет средств, виноваты вовсе не дети. В том, что контингент школы невелик, нужно винить государство - рождаемость падает год от года. А по экономическим показателям вторая школа не уступает элитным, говорят учителя.



Учитель : В конце учебного года здесь была независимая комиссия. Именно делала расчеты по экономической целесообразности школы. Так вот мы оказались в плюсах. Там все передовые школы, на которые тратят много денег, они были в минусах, а мы – в плюсах.



Лада Леденева : За последний год в Пятигорске трижды менялась власть. И каждая новая спешила передать в частную собственность все то, что не успела предыдущая. Школа номер 2 в этом смысле давно «лакомый кусок» для предпринимателей. Она находится в самом центре города, в курортной зоне, у подножья горы Машук. Что будет со зданием, если школу все же закроют, в Думе не поясняют. А вот что думают по этому поводу родители учеников.



Родительница : Говорится о том, что здесь хотят построить казино.



Родительница : Да, это кто-то конкретный – это директор школы номер 4 Петренко, которая себе захотела просто эту собственность.



Родительница : Она глава Думы. Начальную школу в Горячеводске продала. Там теперь просто жилой дом. Потом школы 8-ю и 9-ю. Самой первой была школа номер 1 причем после капитального ремонта. Там молодой директор молодец – отстояла это. Тоже старейшая школа имени Лермонтова около парка. Все продается, все покупается. Школы номер 8 и 9 закрылись. Детей распихали куда-то.



Лада Леденева : Точку в этом деле поставит суд. В ожидании его решения расписание занятий в школе составили всего на несколько дней - с 1 по 4 сентября. Но уже сейчас известно, что больше всего в этой ситуации пострадали первоклашки. Первый звонок для них прозвенел не там, где учились их мамы и папы, а в других школах города.



Ирина Мичева : Первый класс мы не набрали. Мы не набрали не по нашей вине. Родители все знают, что я его просто распустила первый класс. Потому что морального права держать до сегодняшнего дня детей, которые первый раз идут в первый класс и родителей, я не могла. Я раздала документы со слезами родителям. В течение лета приходили, уходили. В газете прочтут – заберут, другой газете прочтут – принесут и так далее. В конце концов, я поставила точку в этом вопросе. Еще приблизительно полторы недели назад перевела учительницу, чтобы она не осталась без работы в соседнюю школу. Раздала оставшиеся документы и отказывала в приеме остальным. Вот так.



В эфире Сочи, Геннадий Шляхов:



Загорелые и отдохнувшие завершили лето сочинские школьники. Многие из них даже с неплохим заработком. Пять с половиной тысяч подростков старше четырнадцати лет трудились в гостиницах и в парках, на предприятиях торговли и общественного питания. А некоторые из них, как Вероника Герасимова, в ученических фирмах.



Вероника Герасимова : Этим летом мы проходили практику в УПК, внешкольный комбинат. Мы пытались открыть свои фирмы. Наша фирма была направлена на сувенирную продукцию, на изготовление сувенирной продукции. Мы делали бизнес-планы, знакомились с работой бизнесменов. Мы даже сделали какие-то изделия, не все, но многое продали. Сейчас, на данный момент, у нас еще фирма есть. Может быть, как раз, когда начнется учебный год, сейчас начнем потихоньку дальше продвигать свой бизнес. Стараться. Я получают какой-то опыт, какую-то практику. Я уже немного поняла, что такое бизнес, научилась работать с документами. Думаю, мне будет легче.



Геннадий Шляхов : Ученические фирмы в Сочи впервые появились в этом году. Инициатива исходила от взрослых – городское управление по образованию и науке предложило этот проект. А вот его реализацией - производством сувенирной продукции, созданием этнографического музея и туристического агентства - занялись, под присмотром взрослых, дети, В одночасье школьники стали директорами и менеджерами, бухгалтерами и маркетологами. Первый опыт ведения бизнеса в ученических фирмах оказался поучительным. Рассказывает преподаватель географии, куратор школьного туристического агентства Ольга Емельянова.



Ольга Емельянова : По существу, школьные предприятия замкнуты на себе. Только внутри школы они могут действовать. Потому что нормативно-правовая база отсутствует. У нас нет финансирования, которое позволило бы нам как-то действовать. Для нашего агентства, что самое главное? Проведение экскурсий ведь. А для того, чтобы провести экскурсию, нужен автобус. Мы можем один раз, два раза спонсоров найти, особенно, среди родителей, но бесконечно это не может быть.



Геннадий Шляхов : Проблемы ученических фирм, как и многие другие темы, касающиеся школы, обсуждали в Сочи на социально-педагогическом фестивале. В семинарах и дискуссиях приняли участие родители и учителя, представители власти и бизнеса. На сочинский форум были приглашены ведущие российские эксперты и методисты из разных регионов России.


В классах за партами взрослые обсуждали различные аспекты жизни современной школы. Профессиональные разговоры о педагогике чередовались с дискуссиями на общегражданскую тематику. Так, например, в одной из аудиторий, где собрались учителя и ученики, родители, представители некоммерческих организаций, а также священник и молодогвардеец разгорелся горячий спор о том, что такое гражданское образование.



Участник фестиваля : Гражданское образование, чем он отличается от простого образования? Простое образование – это научить человека читать, писать, считать. А вот гражданское образование должно дать человеку образование в его расширенном понятии. Это и правовое образование, и нравственное образование, общение детей и взрослых, то есть то, что не включает в себя плюсы и минусы, глаголы и так далее.



Участник фестиваля : Гражданское образование необходимо нынешнему поколению. Основной проблемой его является низкий уровень, а порой и полное отсутствие культуры.



Участница фестиваля : Гражданское образование тогда будет иметь смысл, когда права нашей свободы не только в Конституции были, а чтобы они были на деле. Потому что в нормативных документах у нас много что хорошо прописано, но на деле все это не реализуется. Вот тогда гражданское образование будет успешным.



Участница фестиваля : Гражданское общество, многие уже знают, это когда государство позволяет своим гражданам управлять общественными отношениями, выражая свои желания. В дальнейшем, если у нас это все хорошее получится, то государство будет устанавливать как можно меньше законов, а граждане все больше будут участвовать в реализации своих желаний.



Геннадий Шляхов : Права и обязанности учителей по отношения к учащимся общеизвестны - прописаны в должностных инструкциях. Но, нередко остаются за скобками отношений взрослых и детей в школе. Случаи психологического или физического воздействия на ученика или воспитанника всё чаще становятся достоянием гласности. Как защитить права школьников? На этот вопрос нет однозначного ответа. Вот что думает по этому поводу заместитель министра образования России Андрей Свинаренко.



Андрей Свинаренко : Я считаю, что должны быть в большей степени задействованы внешние инструменты управления образованием. И потребитель, если говорить о школе, а это родители, должны более активно участвовать в работе школы, в управлении школой, построения системы внутреннего менеджмента школы. Граждане, которые входят в состав попечительских советов школ, должны такие вещи рассматривать регулярно, контролировать этот процесс. Без общественного контроля трудно ожидать изменений позитивных. Мы поэтому в рамках национального проекта почти во все компоненты включили участие институтов гражданского общества в принятии решений. Это очень важно – внешний контроль за системой с тем, чтобы она чувствовала, что она работает для общества и подконтрольна обществу.



Геннадий Шляхов : Ещё одну проблемную тему на социально-педагогическом фестивале обозначили как «формирование толерантной поликультурной среды в школах Северо-Кавказского региона». Название сложное, впрочем, как и сама терминология, понятная далеко не всем. А ведь речь идёт о межнациональных отношениях и методах преодоления чувства неприязни, непонимания, которое порой возникает на бытовом уровне не только у детей, но и у взрослых.


Так уж сложилось исторически, что у Сочи есть свои преимущества, потому что многонациональность в городе традиционна. Сочинцы привыкли жить, имея рядом с собой образцы другой культуры, другого жизненного уклада. Рассказывает Нина Эристави, заместитель директора Сочинского центра развития образования, кандидат педагогических наук.



Нина Эристави : Нам в этом отношении проще. Мы к этому готовы. Посмотрите, у нас же была реализована программа поликультурного образования в Сочи, потом колледж поликультурного образования. Он же единственный в России. Там готовят специалистов – учителя начальных классов с дополнительной специальностью «этнический язык». Они могут работать с детьми, владея их этническим языком. Понимаете, когда я понимаю культурное основание языка и различия, мне проще работать с ребенком. Они готовят специальных педагогов. Это как раз тот человек, который помогает детям общаться.



Геннадий Шляхов : Как создать условия для общения? Ведь культурные различия могут стать непреодолимым препятствием? Нас много, мы разные и это здорово - вот что должно, считают сочинские педагоги, стать главным в воспитании, в формировании интереса друг к другу у детей разных национальностей. Надо как можно больше школьников поставить в условия жизни другого народа. Его культуры и традиций.



Педагог : Я считаю, что дети, которые хотят жить на другом совершенно Кавказе, на Кавказе мирном, на Кавказе, построенном по типу европейской, может быть, американской нации, которые будут заниматься вот этими работами. Они должны воспринимать толерантность, как проблему, чтобы, сохраняя свое индивидуальное, каждый ребенок вырос, уважая и проникая в культуру другого, в целом сохраняя свое.



Геннадий Шляхов : Трудно не согласиться с предложениями учителей. Тем более, когда вопрос о межнациональных отношениях обсуждают за одним столом греки и армяне, адыги и русские, представители других национальностей, работающие в сочинских школах. Они воспитали не одно поколение учеников, но готовы как их дети и воспитанники учиться новому. Что и происходит каждый год на социально-педагогическом фестивале в Сочи.



В эфире Калужская область, Алексей Собачкин:



Год назад молдаванка Елена Эйвазова вышла замуж за гражданина России, жителя Малоярославца. Вскоре забеременела, а когда попыталась встать на учет в женской консультации, ей отказали, так как у нее не было медицинского страхового полиса. Она обратилась в страховую компанию за полисом, но ей отказали, так как она не имеет российского гражданства, у нее есть только разрешение на временное пребывание, хотя фактически Эйвазова живет в Малоярословце постоянно. Здесь она вышла замуж, и здесь она оформляет российское гражданство. Полис ей стал остро необходим на седьмом месяце беременности, когда ее направили на госпитализацию. Но в районной больнице лечить ее бесплатно отказались. Тогда Эйвазова стала стучаться в различные чиновные двери и в Малоярославце, и в областном центре – в Калуге.



Елена Эйвазова : Я им звонила туда, каждый день звонила, мне же говорили: звоните. Каждый раз они мне отвечали: «Мы не дадим вам и все, вы никто для нас здесь». Еще мне говорили: «Зачем вы пришли сюда, идите к себе на родину, там и лечитесь». Я писала в Калугу. Давали ответы, что это ваша личная жизнь, делайте, что хотите, хоть платно, хоть бесплатно, что хотите, то и делайте, нас это не интересует. Писала два-три раза…



Алексей Собачкин : Эйвазовой ответил даже областной министр здравоохранения Юрий Кондратьев. В своем письме он рассуждал о чем угодно, только ни слова, ни полслова не написал о том, должны ли ей, беременной, выдать медицинский полис!


А дело-то в том, что должны! Причем безо всяких проволочек. В Законе «О медицинском страховании иностранных граждан в Российской Федерации» так и говорится: «Иностранцы, живущие в России постоянно, имеют те же права в области страхования, как и граждане России». Вопрос только в том, что значит «постоянно». Оказывается, трактовать это слово можно по-разному. Поэтому беременным женщинам, которые находятся замужем за российскими гражданами, но не успевшим получить российское гражданство, отказывают в медицинском полисе не только в Малоярославце. Подобные истории произошли во многих городах Калужской области.


И все же Елену Эйвазову положили в больницу и дали полис. Это произошло после вмешательства депутата Законодательного Собрания, правозащитницы Татьяны Котляр.



Татьяна Котрял : Отказ в бесплатной медицинской помощи беременной женщине – это что же это такое? Такого нет ни в одной стране мира. Я пошла к помощнику губернатора, говорю, что мне надо срочно на прием. Мне отвечают, что губернатора нет – то ли в Твери, то ли еще где. Там ловите. Я говорю: «Я никого ловить не буду. Я сейчас стулья буду ломать в вашей приемной». Показала ей вот это заявление, рассказал в чем дело. Меня там хорошо знают. Помощник губернатора Катина сама села на телефон и стала обзванивать министерства, больницы и все прочее. Через два часа звонит мне, говорит, что я могу связаться с Эйвазовой, пусть идет в районную больницу, ее положат. Ее действительно на следующий день положили в больницу, там пролечили. Прямо в больнице, пока она лежала, ей выдали медицинский полис.



Алексей Собачкин : После того, как Елену Эйвазову полечили, чувствует себя она лучше, да и отношение врачей к ней поменялось.



Елена Эйвазова : Сейчас нормально, сейчас они уже хорошо смотрят, сами меня в больницу хотят пихать. Если что-нибудь болит - а, может быть, ты в больницу ляжешь? Уже начали по-другому обращаться.



Алексей Собачкин : Калужская область сейчас включена в государственную программу по возвращению соотечественников из стран СНГ. Область должна стать для них очень привлекательным регионом. Наверное, и финансирование из госбюджета появится соответствующее, и отчетность напишется замечательная. Наверняка в Москву полетят рапорты об улучшении медицинской помощи беременным – в рамках президентской кампании за исправление демографической ситуации. Только станет ли легче от этого возвращающимся соотечественникам? Одно ясно - женщинам, приехавшим в Россию на постоянное место жительства, а именно в Калужскую область, беременеть без полиса нельзя. Иначе чиновники всю душу вынут.



В эфире поселок Советск Кировской области, Екатерина Лушникова:



Валентина Чапайкина : Грубо обращался с нами, с ветеранами, очень грубо.



Екатерина Лушникова : Так считает Валентина Чапайкина – ветеран труда, инвалид второй группы. Недавно Валентина Филипповна вместе с другими ветеранами из Советска побывала на приеме у прокурора Кировской области Александра Шайкова.



Валентина Чапайкина : У нас была деловая встреча. На деловой встрече поднимались вопросы очень большие – о ЖКХ, о реформе ЖКХ. Сегодня ветеранов обидели очень. Потом задали вопрос по выборам. Все-таки у нас был глава Мамаев Сергей Павлинович. Он для нас, для ветеранов, делал очень много. Всегда все вопросы решал. Почему опечатали перед самыми выборами его кабинет? Пришли из прокуратуры. Город у нас небольшой, Советск. Сразу сенсация – опечатали кабинет у главы района. Значит, что-то не честно, не чисто.



Екатерина Лушникова : Ветераны пришли к прокурору области, чтобы выяснить, в чем дело. Но встретили не самый любезный прием.



Валентина Чапайкина : Мы все вместе зашли. «Вы что, пришли митинговать сюда?» Сидит такой здоровый дядя. Сам себя показал, что он действительно начальник, высокий начальник, что вы сегодня мелочь для нас. С нами была ветеран, педагог Елена Константиновна. Она говорит: «Я все-таки против, что такую кампанию сотворили и не защитили главу района Мамаева». Он говорит: «Мы его не защитили и защищать не собираемся. Не посадили, так посадим. Если надо опечатаем и Совет ветеранов». Елена Константиновна говорит: «Вы очень грубо разговариваете с нами. У меня тоже есть сын, который занимает высокий пост. Он работает в Перми, ведет прием, но такого разговора не бывает». Он говорит: «Ну что, митинговать пришли? Все! У меня времени нет. Уходите». Мы, конечно, ушли, с валидолом вышли.



Екатерина Лушникова : После общения с прокурором Валентина Филипповна попала в больницу.



Валентина Чапайкина : В больницу сначала свою районную, там три месяца отлежала. Теперь вот сюда направили. Я инвалид, по сути дела. Уже лишилась всего. Нельзя же быть таким бесчеловечным к людям.



Екатерина Лушникова : За права человека Валентина Чапайкина решила бороться в суде Первомайского района Вятки. Ветеран труда из Советска требует от прокурора Кировской области Александра Шайкова 500 тысяч рублей в качестве компенсации за моральный ущерб и публичных извинений в районной газете. Уже два заседания состоялось по этому делу. Последнее было отложено в связи с болезнью истца. Валентина Филипповна просто не смогла встать с постели, чтобы прийти на процесс.



Валентина Чапайкина : Я сейчас написала заявление, что по состоянию здоровья присутствовать не могу. Вот, когда выздоровею, снова продолжу. Должны быть законы на нашей стороне, на стороне простого народа, а не просто так. Я начальник – значит верну все дела. Так не должно быть.



Екатерина Лушникова : Сейчас Валентина Чапайкина лежит в неврологическом отделении областной больнице и ждет: может быть, прокурор области все-таки придет с извинениями, если не публичными, то хотя бы частного порядка. Но Александр Шайков не спешит наведать больную старушку.



В эфире Псков, Анна Липина:



Татьяна Захарова : Это очень беспокоит нас, в общем-то, многих жителей этого района.



Анна Липина : Псковичка Татьяна Захарова в новом квартале живет недавно. Вокруг, как грибы, растут новые многоэтажки. Вот-вот строители должны возвести еще один дом. Котлован под фундамент уже достиг необходимых размеров. Как вдруг рабочие, копая лопатами в котловане, обнаружили человеческие кости и черепа. Их было около 30. Все останки лежали в ряд. На место прибыли сотрудники прокуратуры и археологи. Говорит Антонина Тарасова, специалист Общества охраны памятников.



Антонина Тарасова : Когда нам сообщили, мы уже не видели, когда собирали эти останки. По крайней мере, они были уже собраны. Тот вещевой материал, который нам показали, он был собран в специальный ящик, говорит о том, что останки в очень хорошей сохранности.



Анна Липина : К расследованию подключилась городская прокуратура. Говорит следователь Татьяна Демиденко.



Татьяна Демиденко : Была собрана оперативно-следственная группа, состоящая из различного рода сотрудников – криминалистов, медицинских экспертов, в том числе и следователи прокуратуры, и оперативных работников, которые при прибытии на место обнаружили останки человеческих тел, в частности черепа и различные виды костей. В настоящее время по данному факту проводится проверка, назначено судебно-медицинское исследование.



Анна Липина : Как удалось выяснить у краеведов, во время Великой Отечественной войны на этом месте был концлагерь и пункт пересылки военнопленных. Историки утверждают, что на этом месте могли быть захоронены несколько тысяч военнопленных. Людей хоронили в разных траншеях. Предположительно, копая котлован, рабочие вскрыли одну из таких траншей.


Между тем, антропологический материал, собранный на месте будущего жилого дома, не является археологическим. Такое заключение сделала комиссия в составе чиновников Центра по охране памятников истории и культуры, археологического центра и компании-застройщика. То есть фактически комиссия дала добро на продолжение строительства. У строителей теперь одна задача. Говорит мастер участка, представившийся Николаем.



Николай : Наша задача, естественно, после обнаружения тех костей, добиться вместе с общественной организацией «След пантеры» убрать останки из котлована.



Анна Липина : Собранные кости поступили на экспертизу в прокуратуру, а строители продолжили свою работу. В дальнейшем извлекаемый из котлована грунт вместе с несобранными человеческими костями поехал за город на свалку. Дело в том, что в нашей стране нет закона, стоящего на охране подобных неучтенных захоронений. Поэтому и местные власти игнорируют поисковое движение. Псковским поисковикам из общественного объединения «След пантеры» никто не сообщил о страшной находке. А ведь именно они уже 12 лет занимаются поисками погибших воинов в Великой Отечественной войне и их перезахоронением. Что касается обнаруженного захоронения.


Известно, что раскопки в котловане проводить не будут, так как эта территория не располагается в охранной зоне. Жители района предложили на этом месте разбить сквер.



Жительница : Хотелось, чтобы людей, которые здесь погибли, когда-то был убиты, замучены, просто по-человечески перезахоронили.



Анна Липина : Но застройщик решил строительство 10-этажного дома продолжить.



В эфире Самара, Сергей Хазов:



Жители трех частных домов, расположенных на территории самарского санатория имени Чкалова, с 24 августа объявили бессрочную голодовку протеста.



Житель : Работа есть, жилья нет. Вот, скитаюсь. И квартиру не найдешь здесь. У знакомых – одну ночь здесь, другую – там. Вот здесь живу.



Сергей Хазов : С помощью такой крайней меры, как голодовка, пять самарских семей протестуют против безразличия властей. Частные дома, в которых живут люди, власти перевели из жилого в нежилой фонд, даже не пояснив, по какой причине это было сделано. Произошло это в январе, когда рядом с домами частная фирма начала работы по строительству. Строители, расчищая место под будущую стройплощадку, снесли туалеты, сараи и другие постройки, принадлежащие людям. Также частные дома, отключили от тепло- и водоснабжения. Строители просто перерубили тепломагистраль и водовод. По словам жителей, представители стройфирмы не раз предлагали им покинуть свои дома, взамен обещая купить квартиры в городе. Семьям приватно даже предлагали деньги – по 600 тысяч рублей. Однако менять одно жилье на другое люди не согласились.


Первой голодовку начала 9 августа Светлана Ремезова. За время голодовки женщина похудела на 9 килограмм.



Светлана Ремезова : Пока вот я буду в сознании, буду я. Потому что нас очень мало, нас всего пять семей. Пять взрослых людей. Сначала я, потом – другая. По очередности. Пока будут силы у каждого. Каждый до конца будет.



Сергей Хазов : Рассказывая о том, что никто из властей не обращает внимания на голодовку, Светлана Ремезова извинилась, что не может долго говорить. Добавив, что очень ослабла за время голодовки. Участковый врач районной поликлиники Наталья Якушкина сообщила, что сейчас Светлана Ремезова находится в предкритическом состоянии. За время голодовки к Ремезовой уже дважды приезжала «скорая помощь».



Наталья Якушкина : Без воды, нет удобств – мы живем. И есть мы на карте, или нет – неизвестно. Это кошмар, что.



Сергей Хазов : 20 августа, когда в крови Светланы, которая на тот момент уже 10 дней не принимала пищу, довольствуясь только водой, резко упал уровень сахара, и возникла угроза гипогликемической комы. По решению врачей, Светлане Ремезовой начали внутривенно вводить глюкозу.


24 августа к голодовке присоединилась соседка Светланы Ремезовой, пятидесятилетняя Лидия Панченко.



Лидия Панченко : Страшнее остаться вообще тут, когда если свет отключат, это уже вообще беда. Остальное все уже отключили.



Сергей Хазов : Еще одна голодающая жительница частного дома – Елена. В голодовке участвует, но свою фамилию на микрофон называть отказывается. «Начальство может пригрозить увольнением, если узнает, что участвую в акции протеста», - говорит Елена.



Елена : Вообще, конечно, вот у меня дочь взрослая, но у нас трехкомнатная. Каждый хотел бы иметь для детей отдельную квартиру. Но у нас возможности такой нет. Я знаю, что стройки сейчас идут. Просто из последних жил люди тянутся, отказывая себе в каких-то там продуктах, одежде.



Сергей Хазов : Жилищные условия самарцев, проживающих, как семьи Ремезовых и Панченко, в частных домах у санатория имени Чкалова, далеки от идеальных. Работники разных строительных фирм предлагают людям продать их дома. И даже оказывают давление. «В этом нет ничего удивительного – многие строительные компании привлекает возможность возвести коттеджи в экологически чистом районе Самары», - продолжает Виктор Баранов.



Виктор Баранов : Сейчас вот каждый человек зарабатывает, сколько может. Даже средний сотрудник, сможет он себе на зарплату в шесть тысяч позволить себе квартиру за пятьдесят тысяч долларов? Я не вижу в этом вообще никакой возможности. Хочешь кушать – значит, продавай квартиру, да? А хочешь жить – значит, сиди голодный.



Сергей Хазов : Представители мэрии и милиции не комментируют голодовку протеста. Единственными кто встретился с людьми за время их голодовки, были работники самарской прокуратуры и правозащитники. Говорит директор общественной организации «Свободное общество» Валерий Павлюкевич.



Валерий Павлюкевич : Голодовка – достаточно экстремальный вид протеста. Голодовка применяется уже тогда, когда все уже законные методы пройдены. Люди просто так не выйдут на какие-то активные действия. По сути дела, их вынудили пойти на экстремальные меры. Практически мы имеем здесь факт нарушения прав человека. Они попали в так называемую «зону отчуждения». Но здесь строительная фирма, которая ведет застройку на этой территории, она заняла позицию действовать силовыми методами – людей вытеснить, людей прогнать.


Я считаю, что люди должны отстаивать свои интересы. Лучше, конечно, обратиться в суд. Как бы не был наш суд достаточно волокитный, тем не менее, вот такие дела надо решать только в судебном порядке. И призвать к ответу бесчинствующих строителей, заказчиков-захватчиков, которые должны заплатить будут людям не только за их имущество, за их земельные участки, но в том числе и за моральный ущерб. Вот это очень важный момент.



Сергей Хазов : Участники голодовки протеста при поддержке правозащитников подготовили иск в суд, требуя от городских чиновников перевести их дома обратно в жилой фонд. От строительной фирмы жители намерены потребовать восстановления разрушенных коммуникаций и возмещения материального ущерба. Прекращать голодовку люди, тем не менее, не хотят. Заявляя, что даже если голодовка протеста приведет к их госпитализации, они готовы продолжать голодать даже в больнице.



В эфире Ижевск, Надежда Гладыш:



Всего полтора месяца, с середины мая по конец июля, простоял новый бревенчатый дом ижевчанки Светланы Андрушкайте, построенный ею на собственной земле на улице Шишкина, что на Восточном поселке – в самом экологически чистом микрорайоне Ижевска. Чистый он потому, что представляет собой деревню, большой массив частного сектора, расположенный вдалеке от предприятий-загрязнителей и магистралей с интенсивным движением.


С осени 2004 года сюда вошел частный застройщик – закрытое акционерное общество «Экспресс». Загрохотала не только строительная техника, но и разгорелись конфликты между застройщиком и владельцами и жителями сносимых домов. Светлана Андрушкайте узнала про «Экспресс» в 2004 году, когда вернулась с похорон отца.



Светлана Андрушкайте : Меня сыновья встречают с поезда и говорят: «Мама, нас сносят». Вот тогда я первый раз узнала о ЗАО «Экспресс». Нас никто не предупреждал. Подогнали сразу трактора к моему участку и намеревались разровнять мой участок полностью, говоря, что вы после пожара получили страховку. Все соседи мне помогали. Мы живой изгородью тут стояли под бульдозерами.



Надежда Гладыш : Наш разговор с Андрушкайте я записала, стоя у того самого сильно покосившегося забора, за которым уныло торчат две полуобгоревшие руины. Старый, еще бабушкин дом сгорел в 2000 году. Тогда чудом спасли ее младшего сына. С тех пор семья мыкается по квартирам, сейчас их приютила подруга, пустив их на свой садовый участок, расположенный в городской черте. Первая встреча Светланы с директором ЗАО «Экспресс» не предвещала беды. Зоя Трофимовна Чернышева, личность в Ижевске легендарная. Ей сейчас сильно за восемьдесят, не стесняет себя никакими регламентами, как в ведении своего бизнеса, так и в отношениях с людьми.



Светлана Андрушкайте : Меня к себе приглашала Чернышева. Смотрела мои документы. Естественно, у меня тогда земля была не оформлена, как положено. Они мне ничего не сказали, сказав, ладно, все в порядке, трехкомнатную квартиру мы вам выдадим. Здесь мы жили буквально до 26 июля. 26 июля в ночь нам подожгли дом. 24 июля снесли забор с той стороны. Инженер-техник ЗАО «Экспресс» Васильев, видели свидетели, как он пригнал с другого объекта трактор и велел сталкивать полностью дом. Они с самого начала ничего не собирались давать. Просто пускали пыль в глаза. Когда снесли забор, я вызвала милицию, вызвала журналистов из «Нового региона». Они все засняли. Чернышева прямо там, даже в новостях показали, они кричала: «Жилья не получишь! Ничего не получишь! Дом ты не зарегистрируешь!».



Надежда Гладыш : Почему Чернышева поменяла позицию? Потому, считает Андрушкайте, что, посмотрев ее документы, Зоя Трофимовна решила сыграть «втемную» - на тот момент у Андрушкайте не было документально оформлено право на земельный участок, а пожарище подпадало под трехгодичный срок, в течение которого погорельцы обязаны были предпринять попытки к его восстановлению. Поэтому юристы «Экспресса» сделали все, чтобы помешать Светлане законным образом оформить право владения. Но суд это право ей восстановил. А с новым домом обошлись и вовсе по-простому. Улики, свидетельствовавшие о поджоге, позволили завести уголовное дело. Но поскольку дома в этой части Восточного поселка полыхают с завидным постоянством, и главным образом те, которые мешают строителям, то перспективы у дела смутные.


Сейчас котлован, вырытый под две новые секции к уже существующим трем длиннющего 12-этажного дома, подступил вплотную к земле Андрушкайте.



Светлана Андрушкайте : Вот они нам тут хотят железобетонный забор выстроить, хотя это наши земли. Мы вызывали милицию, телевидение. Это буквально позавчера было. В прокуратуру тоже звонили.



Надежда Гладыш : Создалась патовая для «Экспресса» ситуация - и стройку не остановить, и Андрушкайте просто так не выкинуть. Хорошо еще, что интересы собственника защищают суд и прокуратура. Судья Индустриального суда Руслан Казаков недавно отклонил иск «Экспресса» к Андрушкайте, которым фирма требует изъятия ее участка в пользу государства. По заявлению Андрушкайте прокурор Сергей Ложкин предложил Росимуществу произвести проверку застройщика.



Сергей Ложкин : Я могу следующее сказать, что мы поручаем проверку контролирующим органам, в частности в данном случае Роснедвижимости, которые выехали и установили нарушение Земельного законодательства, и своими мерами привлекли к ответственности подрядчика.



Надежда Гладыш : Исход конфликта может быть только одним – Светлана Андрушкайте и ее сыновья должны получить жилье. Но, как и когда это случится, сегодня никто предсказать не в силах.



В эфире Челябинск, Александр Валиев:



19 июля все челябинские средства массовой информации дружно сообщили о том, что в жилом доме поселка Новосинеглазово, что является пригородом Челябинска, провалился пол, отрезав жителям выход из дома, а также, соответственно, вход. Кроме того, в подъезде пошла трещинами и отделилась от стены лестница с первого на второй этаж. Телевидение показало сюжеты о том, как люди выбирались через окна и балкон по приставной лестнице. Вот как описала свои ощущения от ЧП на следующий день после происшествия жительница дома по адресу Станционная, 4 Наталья Мантлер.



Наталья Мантлер : Эвакуацию произвели мы сами. У меня муж со второго этажа спрыгнул с балкона и побежал за лестницей, чтобы нас эвакуировать – меня, соседей, бабушку, дедушку и девочку.



Александр Валиев : Ее соседка Ирина Минеева испытала шок, так как за минуту до обрушения на той плите, которая с грохотом ушла в подвал, она оставила детскую коляску. К счастью, пустую.



Ирина Минеева : Вышли, а в подъезде пола нет. Все обрушилось. Коляска стояла в подвале, плавала.



Александр Валиев : Жители также удивлялись тому, как вообще можно было довести дом до столь плачевного состояния, что он начал рассыпаться.



Житель : Мы платим исправно по 380 рублей в месяц за ремонт и обслуживание этого дома. Где они, эти деньги?



Александр Валиев : Впрочем, куда ушли деньги, предназначенные на ремонт дома - вопрос второстепенный. Гораздо больше людей интересовало в тот момент, куда им идти ночевать и как власти собираются им помогать. После того, как в доме побывала комиссия, а также независимый эксперт из Южно-Уральского государственного университета, ответов не появилось. Зато вопросов прибавилось. Будут ли дом сносить, а жителей расселять? Или дом поставят на капремонт? Где жить все время, пока дом в аварийном состоянии? Никто ничего не знал. Эксперт из ЮРГУ сказал, что ремонтировать дом уже поздно, пора сносить, а вот Евгений Анисимов, заместитель главы администрации Советского района Челябинска, был настроен более оптимистично.



Евгений Анисимов : Дом будет переведен на капремонт с выселением жителей. Куда выселять жителей, это сейчас жилотдел и администрация будут заниматься. Ветхо-аварийные дома у нас есть. Они все на учете. Этот дом тоже числился.



Александр Валиев : Почему дом, числившийся на учете как ветхо-аварийный, был все же обойден вниманием властей и доведен до столь плачевного состояния - вопрос остается открытым. Также, впрочем, как и все остальные. Из четырех квартир подъезда с дырой в полу две оставили свой кров и перебрались к родным. Хозяева двух оставшихся вывезли детей и имущество, а сами остались на месте. С тех пор прошло больше месяца, а они по-прежнему заходят домой или через окно на первом этаже или через балкон по приставной лестнице, так как дверь в подъезд заколочена, а внутренняя подъездная лестница того и гляди рухнет.


Наталья Мантлер ждала ребенка, когда случилось ЧП в ее подъезде. После всех волнений, связанных с эвакуацией со второго этажа, переносом мебели и вещей через балкон, у нее случился выкидыш. Врачи винят во всем именно этот случай. Вот что говорит Наталья о причинах инцидента.



Наталья Мантлер : Дело в том, что ЖКХ, как и власти, просто не отреагировали вовремя на создавшуюся ситуацию. Были затоплены горячей и холодной водой подвальные помещения. Из-за этого, я так считаю, все и произошло. Несущая стена настолько была повреждена… Дело в том, что вода стояла в подвалах годами – и горячая, и холодная. Естественно, что стены дали о себе знать, то есть невечные все эти строительные материалы.



Александр Валиев : Наталье удалось найти гостеприимных родственников, у которых она и проживает уже второй месяц. Но ее соседка Наталья Ситникова осталась жить в заколоченном доме. Ей идти некуда.



Наталья Ситникова : Мы заходим домой через окно. На второй этаж люди лезут по лестнице, которая вот-вот рухнет. Кошмар, конечно. Мы каждую ночь прислушиваемся. В подъезде все больше и больше разрушений идет. В любой момент он может сложиться, как карточный домик, он старый. И все! Естественно, когда подало, по ржавым трубам громыхнуло. Чувствуется, что все пробило. Вода льется. Запах фекалий от туда. Естественно, в квартиры все это проникает. Конечно, с нас взяли подписку, что мы предупреждены, что аварийный дом, но нам просто некуда пойти. Те условия, которые они нам предложили – это не общежитие, это просто кабинеты. Электроплиту даже не подключишь – нет специальных розеток, уж не говоря о туалетах и ванной.



Александр Валиев : Люди, как и полагается в таких случаях, начали искать помощи у чиновников. В ответ - одни успокоения и увещевания.



Наталья Ситникова : К кому мы только не ходили, кому не писали. Начали, конечно, с местных властей у нас в поселке. Закончилось письмом Юревичу, и депутат Паутов в курсе. В газете обращение к Петру Ивановичу Сумину было. В прокуратуру, кстати, мы тоже написали. Все, что могли, мы все сделали. Результата пока нет никакого. «Мы вашим вопросом занимаемся. Все в курсе. Ждите». Вот и весь ответ.



Александр Валиев : Помощник первого заместителя главы города Дмитрий Еремин попытался разъяснить мне создавшееся положение.



Дмитрий Еремин : Квартиры все есть, но эти квартиры находятся в собственности области. Документы на предоставление этих квартир нами, администрацией города, были посланы в областную администрацию. Пока что там решение еще не принято. Как только примут положительное решение, то сразу же без проволочек будет произведено переселение этих жителей в эти квартиры.



Александр Валиев : Однако у меня возник резонный вопрос. Есть ли решение о признании данного дома ветхо-аварийным? Если – да, то почему людям на первое время не дали общежития, если – нет, почему не начинают ремонтные работы?



Дмитрий Еремин : Официально дом еще не признан ветхо-аварийным. Комиссия еще работает.



Александр Валиев : И на мой следующий вопрос - почему же людям хотя бы не объяснят, что конкретно делается для решения их проблемы? - он ответил следующее:



Дмитрий Еремин : Если, допустим, кто-то из представителей администрации пообещает людям, что их 100 процентов расселят, а в области скажут – нет. Если людям дать надежду, тот, кто обещал, с того будут спрашивать.



Александр Валиев : Итак, жителям четырех квартир заколоченного подъезда никто ничего не обещает. Между тем, начался учебный год, и 7-летней девочке из квартиры на втором этаже нужно идти в школу, а она по-прежнему кочует по подругам и бабушкам.



В эфире Мордовия, Игорь Телин:



Уже пять месяцев жильцы дома номер 14 по улице Центральной в поселке Левжинском Рузаевского района коротают вечера при свечах, не смотрят телевизоры, не могут пользоваться ни холодильниками, ни другой бытовой техникой.



Марина Левина : Утюг забыли, когда в руки брали.



Игорь Телин : "Коммунальными заложниками" называет себя и своих соседей Марина Левина. 1 сентября, чтобы отправить своих троих детей в школу чистыми и опрятными, пришлось ей обращаться к знакомым на другой стороне поселка. У них и постирали, у них и отгладили костюмы и платья.


Раньше этот многоквартирный дом принадлежал племенному совхозу "Левженский", но после банкротства предприятия оказался как бы и ничьим. Конкурсный управляющий, проводивший процедуру банкротства, просто не обратил внимания на жилой дом, находившийся на балансе племсовхоз. Таким образом, это жилье не было переведено на баланс местного сельсовета. В прошлом году жильцам отказали в заключение договоров на поставку электроэнергии и перестали принимать деньги за ее оплату. «А в апреле этого года, - рассказывает жительница дома Галина Арсентьева, - у нас просто отключили свет».



Галина Арсентьева : Не объяснили ничего. Просто взяли и отключили. Мы начали спрашивать – у вас долг. Когда будете оплачивать, тогда… 117 тысяч долг в совхозе был.



Игорь Телин : Поставщик электроэнергии, фирма "Ватт", требует с жильцов погасить не только именно их долг, но и долги всего, переставшего уже существовать, племсовхоза. Парадокс ситуации в том, что именно этот дом сейчас является единственной сохранившейся частью сельхозпредприятия. Все остальное имущество уже давно распродано, а дом с баланса банкрота так и не снят. А, следовательно, является как бы его правопреемником и с его жильцов и можно требовать погашения всех долгов. Руководство фирмы "Ватт" заявило жителям дома, что пока эта сумма - 117 тысяч рублей - не будет погашена, электричества в их квартирах не будет. Жильцы обращались за помощью в районную прокуратуру, к главе района, в антимонопольное управление, к руководству республики. Обещания помочь им прозвучали, но ни одна лампочка от этого в доме не зажглась. Между тем в доме живут пенсионеры, малолетние дети, инвалиды I и II групп, которых лишили нормальных человеческих условий.



Галина Арсентьева : А как можно справляться без света? У нас в доме трое инвалидов - человек с I группой, девочка-инвалид, у меня муж инвалид II группы. Здесь двое детей, там дети, тут маленький ребенок. Везде. Как они обходятся без света? Никак.



Игорь Телин : « Мы не отказываемся платить за электричество, - говорит Галина Арсентьева. - Но только за то, которое мы потребили, готовы и расплатиться за долги – свои, а не предприятия, которого уже давно нет. Но как это сделать – мы не знаем». Визит вместе с жильцами дома к главе поселковой администрации также результата не принес. Вновь и вновь заходит речь о 117 тысячах рублей долга бывшего племсовхоза.



- Причем здесь сельская администрация? У нас нет на данный момент 117 тысяч заплатить за бывшие грехи совхоза.



Игорь Телин : Директор районного предприятия "Жилищное хозяйство" Андрей Юматов просил в разговоре с ним не включать микрофон, но признал, что этот жилой дом оказался бесхозным, потому что до сих пор его не передали на поселковый баланс. А поселковая администрация не делает этого, так как не хочет принимать его с непогашенным долгом. Обычно при процедуре банкротства предприятий, их имущество продается, чтобы в первую очередь погасить долги, но в данном случае этот вариант тоже не проходит – предприятия-то уже давно нет, все, что можно продано, но долг остался. И ответственными за него посчитали жильцов злополучного дома. Не за горами зима, возможно, что и ее они проведут без электричества.



В эфире Подмосковье, Вера Володина:



Малюсенькие пенсии толкают пожилых людей на работу. Семейная пара - именно такие пенсионеры мне повстречались у маленького магазинчика. На «Газели» несколько ящиков овощей и фруктов привезла сюда моя собеседница вместе с супругом. Работающие пенсионеры оказались людьми неунывающими, но озабоченными судьбой других своих ровесников.



Пенсионерка : Все-таки я считаю, что правительство должно думать, прежде всего, не о богатых, а о среднем человеке, среднем звене, которое работает, трудится, которое на пенсии, но все равно трудится. Все-таки дать возможность пенсионеру отдохнуть очень важно. А пенсионер не может отдыхать, потому что за квартиру такие сумасшедшие цены. Сын живет, сын получает зарплату, бабушке не дает. Она должна без всяких субсидий за нее платить. Это я просто своих соседей имею в виду. И много таких примеров есть, просто приводить не хочется.



Вера Володина : Средний размер пенсий в Подмосковье сейчас около 3000 рублей, было увеличение с 1 августа примерно на одну сотню, и оно коснулось 95 процентов пенсионеров. Так что, примеры бедственного положения многочисленны, но собеседница-оптимистка пример привела другой - такой опыт собственной борьбы с государством в виде чиновников за свое законное право.



Пенсионерка : Я сама жила в Якутии определенное время, поэтому я это знаю. Смена места жительства, например. Не каждый же может приехать в Москву и просто так прописаться. А казалось бы, у нас же свобода, у нас демократия. Захотела, приехала и прописалась. Когда я сюда из Якутии приехала, я девять месяцев боролась, я доказывала, что я работала. Я получила по наследству квартиру. Я должна в нее прописаться. А мне говорят – нет. Закона нет. И я полгода ждала закона. Сидела и ждала. Хорошо меня еще эти диктаторы, которые хотели меня вытолкнуть, не смогли вытолкнуть.



Вера Володина : Чтобы не происходило в жизни, все принимает эта мудрая дама как естественную борьбу добра и зла.



Пенсионерка : Конечно, когда найдется гармония, когда все согласуется, сразу станет мир, блажь и благодать. Но этого никогда не будет, потому что мира, блажи и благодати никогда не будет. Потому что если они наступят, перестанет возникать желание в эволюции. А эволюция – это неизбежна. Поэтому этого никогда не будет. Зло с добром…


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG