Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Мужчина и женщина. Раздельное обучение


Тамара Ляленкова: Тема сегодняшней передачи - «Раздельное обучение» - у кого-то вызовет искреннее недоумение, а у кого-то и ностальгию. С одной стороны, несколько странно говорить о раздельном обучении мальчиков и девочек в то время, как социальные и культурные роли мужчин и женщин все больше выравниваются. С другой стороны, практика совместного обучения детей существует относительно недавно - меньше 100 лет, и за этот срок отношения между мужчиной и женщиной претерпели значительные изменения.


О прошлом и современном опыте системы раздельного и раздельно-параллельного обучения я попросила рассказать директора московской школы Владимира Гармаша.



Владимир Гармаш: Есть понятие многовекового опыта людей вообще по воспитанию и образованию детей. В любой стране есть свои традиции, и согласно этим традициям, всегда существовали особые подходы к воспитанию мужчин и воспитанию женщин, потому что все цивилизации предполагали наделение определенными функциями и мужчин, и женщин. Главным аспектом является само природное предназначение и понятие архетипа. Потому что чисто исторически понятию отропосоциогенеза больше полутора миллионов лет. Нам подобным - порядка 40 тысяч лет. Современной системе образования - 300 лет. И то, если мы будем говорить о подходах, так скажем, среднеродных, то им еще меньше, это последнее столетие фактически.


Понятно, что мужчины и женщины могут выполнять почти одинаковые функции сегодня. Но не надо смешивать равенство социальное и предназначение. Достаточно простой пример. Дети пришли в первый класс, вроде бы по календарному возрасту они семилетние дети, и для всех уже очевидно, что девочки опережают в своем развитии ребят. Всегда в классном объединении есть понятие лидерства. И совершенно очевидно, кто в этот момент будет лидером и кто более успешен, - кто более развит. Поэтому девушки, естественно, будут справляться с заданиями гораздо быстрее, в результате она быстрее поднимает руку. Он еще только задумался, а она уже решила проблему.



Тамара Ляленкова: Как вы пришли к этой идее и, может быть, как вы учились?



Владимир Гармаш: Я понимаю, когда ты мальчик, вроде неглупый, с тобой сидит девочка симпатичная, тоже вроде бы неглупая, но когда ставили звездочки, например (у тебя пятерка за домашнюю работу, пятерка за классную работу - тебе звездочка на тетрадочку), когда у твоей соседки 10 звездочек, а у тебя не одной, то для тебя первая звездочка, когда у нее 20, - целое счастье. Хотя спустя много лет, уже в старших классах, ты, наоборот, начинаешь делать все быстрее. Но свое «доброе дело» эта схема уже сделала.


В нашей системе для мальчиков надо воспитывать, как издревле, воина. Но воин - это опять, я подчеркну, не солдат. Воин - это дух человека, в первую очередь он должен быть ориентирован на свою семью. Поэтому у нас в школе, например, мальчика 23 февраля посвящаем всегда в «богатыри земли российской». У каждого класса особый обряд посвящения, они принимают присягу, и им вручается щит и меч. Если говорить о женщинах, совершенно конкретно в первую очередь у нее должно быть материнское начало, она в первую очередь мать. И 8 марта проходит обряд посвящения, инициации девочек в «невестушки». Этим - щит и меч, а этим вручаются на празднике белые веночки, и вручается им колыбель с младенцем. Вот символизм. И потом вся система воспитания детей строится на этих символах. И не только на этих.


Определенные позитивные вещи мы уже в детях наблюдаем. Когда мальчики и девочки в начальной школе играют в совместные игры и друг друга «тырят», как они говорят, наши мальчики не трогают девочек. Они могут между собой выяснять отношения. А если девочку взял за ручку - его трясет.


Если мужчина не воспитывается в духе преодоления и воспитания воином, он никогда мужчиной не становится, он все равно будет оставаться в некоторой степени средним родом. А это достаточно опасно. Потому что сегодняшняя система образования по своим задачам и целям где-то мужская, а по всем формам образовательной, воспитательной деятельности она женская. Некий конечный результат - знания в области математики, физики, химии, биологии - они, как ни странно, не разнятся. Тут не следует говорить о поле. Квадратное уравнение - это некое математическое выражение, но за ним могут стоять совершенно разные закономерности. То есть примеры, которые могут приводиться у мальчиков и у девочек, и акценты на определенные символы - это уже тонкости педагогической работы.



Тамара Ляленкова: Ваши педагоги говорят о разнице? Что они говорят?



Владимир Гармаш: Она очевидна. Во-первых, большинство все-таки женщин, и они говорят, что сложнее работать с мальчиками. Потому что если смешанная схема, то очень четко работает система подавления. Потому что когда ты подавляешь определенное мужское начало, тогда становится проще. И когда вы начинаете работать в классах мальчиков и классах девочек, вы непроизвольно столкнетесь с объединением этих людей. И когда есть некая группа юношей, во-первых, некие промахи учителя становятся более очевидными. Они нетерпимы: «Я действительно не понял. И я не понял. И я не понял. Мы не поняли!» Надо задумываться, чтобы они поняли и получить результат. Да, с мальчиками работать сложнее, но это признают женщины.



Тамара Ляленкова: Когда Ушинский с восторгом представлял, насколько быстро станет развиваться общество, если свою силу и талант в нем смогут реализовывать и женщины тоже, то он и подумать не мог, какой бедой этот процесс обернется для образования.


Свой следующий вопрос я адресовала заведующей кафедрой педагогики детства Санкт-Петербургской академии последипломного педагогического образования Валентине Еремеевой.


Можем ли мы говорить о том, что современная так называемая феминность мужчин именно из-за женского воспитания и оттого, что большинство учителей все-таки женщины?



Валентина Еремеева: Это, несомненно, вносит очень большой вклад, очень влияет на формирование наших мужчин. И сейчас мужчины, конечно, стали несколько другими по сравнению с тем, что было раньше. Школа по содержанию мужская, то есть придумывали педагогику выдающиеся педагоги – в основном мужчины. А по форме она женская, потому что преподают женщины. И это тоже очень большая проблема. И мальчикам иногда бывает трудно, когда учитель-женщина пытается объяснить какие-то, предположим, выраженные логические вещи.



Тамара Ляленкова: Но возможно ли это учитывать при совместном обучении?



Валентина Еремеева: Возможно, но трудно. Я много лет работала и продолжаю поддерживать контакты с несколькими школами, в которых имеются классы мальчиков, классы девочек и обычные смешанные классы. И мы проводили специальные исследования в течение многих лет. Не столько отслеживали отметочную успешность детей, хотя здесь мы тоже видели большой прогресс, но мы видели яркое скачкообразное развитие психики у мальчиков, чего не бывает в смешанном классе. Потому что более как бы зрелые, более речевые девочки, они все время оттесняют мальчиков в смешанном классе на второй план и мешают им нормально развиваться. А женщины-учителя, учительницы подхватывают эту способность девочек и приветствуют мальчиков, которые в чем-то развиваются по женскому типу.



Тамара Ляленкова: В таких экспериментах мальчики выигрывали, а девочки? Менялось что-то, если не было рядом мальчиков в классе?



Валентина Еремеева: Менялось. Во-первых, девочкам значительно комфортнее, когда рядом нет мальчиков. Если мы возьмем старшие классы и будем спрашивать детей: «Вы хотите учиться раздельно – мальчики и девочки?» - они, конечно, крикнут «нет». Потому что им не учиться хочется вместе, им общаться хочется. И мы достигаем максимума этого общения, если мы их обучаем в одной и той же школе. Потому что если мы их разведем по разным школам, есть риск, что они не научатся понимать друг друга. А вот само обучение, как говорят наши коллеги из Железногорска, у которых огромный опыт раздельного обучения, для мальчиков это прорыв, а для девочек это благо.


Если мы мальчиков и девочек в начальной школе спрашиваем, простейший вопрос задаем: «Кого бы ты пригласил на свой день рождения?» - мальчики приглашают практически только мальчиков, за редчайшим исключением, девочки – только девочек. «А кого бы ты не хотел пригласить?» - мальчики девочкек вообще игнорируют, они их вообще не называют, а девочки начинают часто говорить про мальчиков. То есть они, особенно в начальной школе, не очень-то друг другу и нужны, а вот мешать они друг другу мешают.


В Железногороске дети сами, школьники, выпускают газету, и в газете, посвященной раздельному обучению, были интервью с детьми старших классов о том, что им вообще дает раздельное обучение и хорошо ли это. Мальчики говорят: «Девочки – болтушки, они мешали бы нам заниматься. У девочек свои интересы, у нас свои интересы. Когда мы учимся в разных классах, девочка не знает, как я учусь…» То есть нет вот этого унижения, «я не стесняюсь выйти к доске», что очень существенно и для мальчика, и для девочки, «я не стесняюсь попроситься в туалет».


Мальчики менее чувствительны к шуму, девочки очень чувствительно к шуму. И когда мы опрашивали 3-5 классы, мальчиков и девочек: «Каким, на ваш взгляд, должен быть идеальный учитель?» - практически только девочки говорили: «Он не должен громко говорить». Не кричать, а громко говорить. А в смешанном классе мальчики ведут себя, мягко говоря, достаточно шумно. Кроме того, что нас поразило, когда мы спрашивали детей, каким должен быть идеальный учитель, то именно мальчики чаще говорили, что он должен быть добрым, он должен быть ласковым, у него не должно быть любимчиков. Девочки очень часто говорили: «Учитель должен быть строгим, но справедливым». Мы этого не ожидали, мы думали, что будет прямо наоборот, а оказалось - нет.


Чем интересен Железногорск? Это Красноярский край, город, в котором химическая промышленность сильно развита и большие проблемы со здоровьем детей. И железногорские педагоги вышли на раздельное обучение через поиск здоровье сберегающих технологий. В Железногорске уже с 1992 года есть классы раздельного обучения, причем с первого по последний класс. И если в первые годы у них в классе мальчиков, предположим, семь медалистов было на один класс мальчиков, то сейчас – 12 и больше медалистов. В классе девочек тоже много медалистов, но мальчики их несколько обходят. Здоровье – 100-процентная годность к армии. И это в городе, где большие проблемы со здоровьем населения. Мальчики не курят, нет за многие годы ни единого привода в милицию. И что меня больше всего поражает, это отношения между мальчиками и девочками. То есть там же в школе есть и смешанные классы, но среди девочек того возраста, когда начинается первая влюбленность, вот среди этих девочек больше «котируются» мальчики из классов мальчиков, а не из смешанных классов. И наоборот, мальчики больше тянутся к девочкам из классов раздельного обучения, а не из смешанных классов. Потому что они другие.


XS
SM
MD
LG