Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Помогает ли фермерам Ленинградской области национальный проект "Развитие агропромышленного комплекса"?


Программу ведет Татьяна Валович. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская, Дмитрий Казнин. Гость в студии – президент Союза фермеров Петербурга и Ленобласти Владимир Антонов.



Татьяна Валович: В Петербурге завершила работу ярмарка «Агрорусь», в рамках которой Ассоциация крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов подвергла критике национальный проект «Развитие агропромышленного комплекса». Российские фермеры считают, что этот национальный проект находится на грани провала, и поэтому направили обращение президенту Владимиру Путину с призывом принять срочные меры.



Татьяна Вольтская: В обращении к президенту и в аналитической записке, направленной Ассоциацией крестьянских хозяйств первому заместителю председателя российского правительства Дмитрию Медведеву, говорится, что национальный проект по возрождению аграрного сектора свелся только к льготному кредитованию, но и этим удалось воспользоваться лишь ничтожному меньшинству хозяйств. Земельные отношения, рост цен на горюче-смазочные материалы, трудности сбыта сельхозпродукции, безработица и другие социальные проблемы села остаются нерешенными. С начала 2006 года импорт мясных продуктов вырос на 50 процентов, закупочные цены на мясо упали на 20 процентов. Закупочная цена продовольственной пшеницы фактически соответствует уровню 2000 года, при том, что затраты фермеров растут стремительно: за последние 5 лет цена дизельного топлива и бензина выросла в 2,5 раза, электроэнергии - в 3 раза, удобрений - в 4 раза, железнодорожные тарифы поднялись тоже вчетверо. Фермеры возмущены, что борьба с инфляцией ведется не за счет обуздания монополистов, а за счет разорения крестьян. Проблемы, обозначенные Ассоциацией крестьянских хозяйств, знакомы любому фермеру, среди которых и живущий в Ленинградской области Николай Грималов, у которого 35 коров, но продавать и мясо, и молоко ему очень трудно.



Николай Грималов: Со сбытом тяжело. Очень маленькая закупочная цена. Вот мы пытаемся продавать через рынок, с нас берут где-то по 100 рублей за килограмм.



Татьяна Вольтская: Со сбытом молочной продукции несколько легче, но только летом. Да и то - все хотят именно парного молока, но получить официальное разрешение на его продажу невозможно.



Николай Грималов: СЭС нам говорит: "У вас нет документов, по которым мы можем вам дать разрешение на парное молоко. Вы его стерилизуйте, вот тогда, пожалуйста".



Татьяна Вольтская: Интересно, что сами работники санэпидстанции покупают парное молоко, а вот разрешительной документации дать не могут. Ферма до сих пор не обеспечена ни электричеством, ни дорогами.



Николай Грималов: Вот эти разговоры о том, что нам сделают мелиорацию, свет, дорогу за счет государства - это все осталось на бумаге.



Татьяна Вольтская: Фактически не работает и земля, пасти коров на ней невозможно, пока не сделана мелиорация. Николай Грималов мечтает, чтобы ему дали хотя бы обещанный президентский беспроцентный кредит, но в какой бы банк он не пришел, ему отвечают, что это невозможно. Именно об этом и говорят в Ассоциации российских фермеров, что меры по подъему сельского хозяйства не доходят до крестьянина.



Татьяна Валович: Сегодня у нас в гостях президент Союза фермеров Петербурга и Ленинградской области Владимир Антонов. Владимир Александрович, доброе утро.



Владимир Антонов: Здравствуйте.



Татьяна Валович: Владимир Александрович, наверное, давайте определимся в первую очередь. Вот на сегодняшний день существует юридическое понятие, кто такой фермер? Что нужно, чтобы им быть, какие регистрационные документы должны быть? Должно ли быть какое-то количество земли? Как это все регулируется?



Владимир Антонов: Да, конечно, имеется понятие "юридической крестьянское фермерское хозяйство". В 2003 году был принят новый закон о крестьянском фермерском хозяйстве. Конечно, он имеет много недостатков, и сегодня как раз на прошедшей ярмарке, на нашем совете Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств России, мы обсуждали, и будем предлагать сейчас изменения непосредственно в данный закон. В первую очередь я хочу сказать, даже неприятно говорить, что, когда издавался гражданский кодекс, даже забыли о крестьянских фермерских хозяйствах и понятие "фермер" туда не попало.



Татьяна Валович: Сейчас оно есть там?



Владимир Антонов: И сейчас его нет, к большому сожалению. Как вы знаете, в 1990 году был принят первый закон о крестьянском фермерском хозяйстве, соответственно, были созданы хозяйства как юридические лица. А раз не попали в Гражданский кодекс, очень нас напрягали тем, чтобы мы стали предпринимателями. Но, тем не менее, мы этот натиск выдержали со стороны Министерства юстиции, непосредственно от налоговых органов и так далее. Но, к большому сожалению, сегодня часть, я бы сказал, еще приличная остается в этой организационно-правовой форме. В сегодняшнем законе только до 2010 года мы можем в этой форме находиться. Отсюда и изменения.



Татьяна Валович: Насколько сложно собрать все документы, представить все справки, чтобы быть официально зарегистрированным, как фермерское хозяйство?



Владимир Антонов: Здесь нет как раз сложности, это легко делается.



Татьяна Валович: То есть большого времени не затратится.



Владимир Антонов: Не затратится.



Татьяна Валович: А деньги нужны какие-то для регистрации?



Владимир Антонов: И деньги не нужны. Так что в этом плане как раз нормально. Другое дело, самое главное, как получить в данном землю. Вот это у нас в Ленинградской области...



Татьяна Валович: Есть ли цифры у вас, какое количество фермеров вообще в Ленинградской области на сегодняшний день?



Владимир Антонов: Конечно, есть. На сегодня 5890 крестьянских фермерских хозяйств насчитывается. Я сказал о земле и о возможностях работы фермеров. В течение всего этого прошедшего периода, можно сказать, с 1990 года, на самом деле на 1 января 1990 года где-то в средне на хозяйство приходилось 9 гектаров земли, то и на сегодня 9 гектаров так же приходиться. Это не говорит о том, что люди не хотят получить землю. Очень много желающих эту землю получить, но, к сожалению, ни в аренду на приличный срок, ни в собственность, это очень большие трудности.



Татьяна Валович: А с чем это связано? С плохим законодательством федерального уровня, местного уровня?



Владимир Антонов: В первую очередь с плохим законодательством. В данное время мы тоже на совете приняли решение о внесении изменений в Земельный кодекс, в закон об обороте земель сельскохозяйственного назначения. Естественно, на федеральном уровне будет это принято, соответственно, будем мы рассматривать и вносить поправки в закон на региональном уровне.



Татьяна Вольтская: То есть все разговоры (насколько я помню, уже лет пять идут) о том, что сейчас земля досталась крестьянам, все хорошо, это не соответствует действительности.



Владимир Антонов: Абсолютно не соответствуют действительности.



Татьяна Валович: А сама земля в Ленинградской области? Вот вы говорите, нехватка земли. Это что, только юридически? Есть ли земли, которые можно дать людям, которые хотят на ней работать?



Владимир Антонов: Конечно, есть земли и их немало, этих земель. Во всяком случае, у нас, насколько я помню, порядка 850 тысяч гектаров земли в Ленинградской области сельскохозяйственного назначения, даже в городе в свое время насчитывалось порядка 26,7 тысяч гектаров, из них пашни где-то половина. Но на сегодня, к сожалению, более 50 процентов не работает эта земля.



Татьяна Валович: Насколько удовлетворяются заявки людей, которые подают на то, чтобы взять в аренду землю?



Владимир Антонов: Я бы сказал, ничтожно совсем удовлетворяются эти заявки.



Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Здравствуйте, мы слушаем вас.



Слушатель: Здравствуйте. Александр. Некоторые толеранты уверяют нас, говорят и считают, что русские не хотят и не любят работать за гроши, а вот гастарбайтеры с Закавказья тем лучше и работают почти за бесплатно. Расскажите мне, пожалуйста, как русские люди работают на полях и за какие деньги. Спасибо.



Владимир Антонов: На самом деле это вопрос очень злободневный и очень хороший, я бы сказал. Я буквально с первого дня, как связан с фермерской деятельностью, уже с 1992 года возглавляю фонд так называемый Санкт-Петербурга, фермерам сегодня садоводам и личным подсобным хозяйствам...



Татьяна Валович: Хотят люди работать? Я знаю, что существует такое исследование по безработице в Ленинградской области, оно говорит о том, что да, действительно, в области люди предпочитают пособия по безработице, нежели чем организовывать какое-то собственное дело.



Владимир Антонов: Не знаю. Я считаю, это неправильно и неправда. Люди хотят работать. Должен вам сказать, что действительно возможностей нет нормальных, условия не созданы. В данном случае объявили национальный проект, правильно было сказано, первое - это только льготное кредитование и то, в общем-то, это серьезные нужно предпринять усилия для того, чтобы получить эти кредиты.



Татьяна Валович: Мы говорим о положении фермеров в Ленинградской области, об их проблемах. В общем-то, они характерны для всей России. Вот что, например, пишет "Новая газета" в своем последнем номере в статье "Женщина в кредит".



Дмитрий Казнин: Вот что пишет по этому поводу "Новая газета" в последнем номере. "Окучить степные просторы, до которых ранее не доехали представители различных МММ, помогает мошенникам нацпроект "Развитие агропромышленного комплекса". Жительница Саратова Клара Р. предлагала фермерам, измученным банковскими очередями, услуги по быстрому оформлению кредитов. Сотрудники Клары поджидали крестьян на крыльце банка. Выбирали самого расстроенного клиента и давали адрес фирмы, где могут помочь. За помощь в оформлении документов и общее налаживание контакты просили от 35 до 50 тысяч рулей, а когда клиент пошел, ставки выросли до 200 тысяч. Согласно нацпроекту, фермерское хозяйство может получить льготный кредит на сумму до 3 миллионов рублей, личное подсобное хозяйство до 300 тысяч. Для этого крестьянин должен представить килограмм справок и документов. Консультационные пункты Ассоциации фермерских хозяйств, сельскохозяйственных кооперативов и Минсельхоза работают только в девяти районах области. Подготовка кредитных заявок стала новым видом посреднического бизнеса. Затем следует общение непосредственно с банком, это еще не меньше месяца. Пока выбиваешь деньги, не посеешь и не пожнешь. По подсчетам милиции, в фирму госпожи Р. обратились более 200 фермеров, но, естественно, реальной помощи за свои деньги так и не получили, что послужило поводом обратиться в правоохранительные органы. Сейчас госпоже Р. предъявлено обвинение в мошенничестве.


Нацпроект движение очень медленно. Основная трудность - у крестьян нет залоговой базы. Банки принимают технику не старше 1995 года. Такой практически нет, 80 процентов машин пахали еще при советской власти. Закон об ипотеке есть, но нет подробных инструкций и специалистов, способных оценить землю. Залогом может быть зерно на элеваторе, но весной, когда брали основную массу кредитов, прошлогодних запасов уже не осталось.


Говорит исполнительный директор Саратовской фермерской ассоциации Владимир Визгалин: "По нашим подсчетам, из 8 тысяч фермерских хозяйств области льготные кредиты теоретически могут получить два процента, из 192 тысяч личных подсобных хозяйств - полпроцента".



Татьяна Вольтская: Мой коллега Дмитрий Казнин познакомил вас с содержанием статьи, опубликованной в последнем номере "Новой газеты", там рассказывалось о Саратовской области. А мы говорим, что же происходит в Ленинградской области с фермерскими хозяйствами.


Владимир Александрович, у вас есть данные, сколько фермеров смогли получить в рамках национального проекта кредиты в Ленинградской области? Решают ли они вообще, эти кредиты, проблемы?



Владимир Антонов: Недоответил на вопрос Александра, когда он спросил, сколько же получают крестьяне в сельском хозяйстве, в данном случае в Ленинградской области. Отвечаю конкретно: где-то порядка около 7 тысяч в так называемых коллективных хозяйствах, акционерных обществах. А что касается зарплаты или уровня жизни крестьянских фермерских хозяйств, то я, опять же, перевожу стрелки на недостаток земли. А материально-техническая база, может быть, в отличие от крестьянских фермерских хозяйств в целом по России. Я считаю, тот, кто особенно активно работал, обладал информацией, у нас неплохая и многие фермеры сегодня могут увеличить производство сельскохозяйственной продукции и в 3, и в 5, и в 10, и в 15 раз. Но главную причину я уже сказал. Нет так уж плохо у нас с точки зрения получения в лизинг, например, сельскохозяйственной техники и оборудования с 1992 года, не так уж и плохо у нас с получением и ранее было, до национального проекта, с получением льготных займов в нашем кредитном кооперативе и в других кредитных учреждений. Нет так уж плохо у нас было с государственной поддержкой на региональном уровне. И тот, кто владел информацией, и тот, кто входил в перечень сельхозтоваропроизводителей, а этих фермеров у нас сегодня более 400, то только субсидии за год, в данном случае фермеры, которые занимают активную позицию...



Татьяна Валович: То есть те, которые объединены.



Владимир Антонов: Объединены.



Татьяна Валович: Вы сказали, что всего 5 тысяч. Несопоставимые цифры - 400 и 5 тысяч.



Владимир Антонов: Я имею в виду тех, кто вошел в перечень сельхозтоваропроизводителей, а еще где-то более тысячи крестьянских фермерских хозяйств обстановкой владеют, приходят к нам, приходят к нам в союз фермеров, приходят в кредитный кооператив, приходят в лизинговую компанию (даже две у нас компании, вторая занимается предоставлением племенных животных на лизинговой основе), в комитет агропромышленного комплекса, где ему полный делают расклад, что он может получить в результате своей производственной деятельности.



Татьяна Валович: Давайте дадим задать вопрос, а потом продолжить о том, как может Союз фермеров помочь. Здравствуйте, мы слушаем ваш вопрос.



Слушатель: Доброе утро. У меня вопрос вот с чем связан. В 160 километрах находится Эстония. Мой родственник с 1990 года, как он вернул себе землю, он получал и отдавал кредит где-то 18-20 раз. То есть это обычное, повседневное дело. Он утром сел в машину, поехал, к вечеру он приезжает уже, взял с собой документы. У нас же, например, заниматься кредитом, вот мои друзья в Псковском и в Волковском районе, это совершенно какое-то немыслимое занятие, и потом там смотрят как на врага какого-то. По-моему, банк больше интересует вопрос завладеть землей, разорить этого человека, чем дать этот кредит. Извините, вот такое наблюдение.


И по поводу наших соотечественников. Настолько сильно выбито желание работать у людей. Например, не могли найти двух, трех малопьющих относительно честных людей, чтобы найти работника. Приходилось привозить буквально из Санкт-Петебурга, вахтовым методом работали на ферме люди.



Татьяна Валович: Понятно. Давайте о кредитах. Насколько Союз фермеров может помочь? Какое количество документов нужно собрать сейчас?



Владимир Антонов: Документов собрать нужно везде одинаково.



Татьяна Валович: Везде одинаково много, так скажем.



Владимир Антонов: Совершенно верно. Все-таки я повторюсь, в данном случае у нас несколько другая обстановка.



Татьяна Валович: Вы помогаете только тем, кто входит в ваш союз?



Владимир Антонов: Нет. Мы помогаем всем, кто к нам обращается, хотя, вы абсолютно правильно говорите, если он фермер, то он должен на самом деле, как и во всем мире, состоять в организации фермерского самоуправления и совместными усилиями как раз защищать интересы - интересы свои, своей организации и фермерства в целом, и деревни в целом.



Татьяна Валович: Хорошо. Когда работать? Вот как это совместить?



Владимир Антонов: В данном случае, если говорить конкретно, у нас в 17 районах области нет вообще у нас ни коммерческих партнерств, организации фермерского самоуправления в трех районах, это Волковский, Ладынопольский и Тихвинский. Там, где в свое время были созданы фонды поддержки сельского развития, они этими фондами только и пользуются, получением оттуда тоже кредитов, кстати. В остальных районах такие партнерства имеются, и особенно активная работа у нас проходит в Приозерском районе, в Выборгском районе, в Кировском районе. Там на самом деле даже председатели некоммерческих партнерств сопровождают получение кредитов не только фермером, но даже личным подсобным хозяйством. И их немало.



Татьяна Валович: А что делать человеку, если он фермер, он один? Хорошо, если у него есть семья. Вот как совместить работу, когда нужно с утра до ночи пахать и участвовать в каких-то общих акциях, собраниях? Вот как участвуют фермеры в вашем союзе?



Владимир Антонов: Как раз я и сказал о том, что на самом деле не только у некоммерческих партнерств такая услуга делается, но в данном случае у нас тоже и в союзе, и в фонде выделен специалист, который сопровождает от начала до конца получение кредита, как для личных подсобных хозяйств, так и для фермерского хозяйства. Мало того, рассказывает обо всех продуктах - продуктах банках, продуктах наших организаций и государственной поддержки в том числе.



Татьяна Валович: У нас есть дозвонившийся. Мы слушаем ваш вопрос.



Слушатель: Здравствуйте. Недавно была такая ситуация, что промышленные предприятия разоряли, скупали за копейки, становились миллиардерами. Не получится ли так же и с сельским хозяйством, что поставят в такие же условия фермеров, они за копейки начнут продавать землю, люди те станут миллиардерами. Как вы считаете?



Владимир Антонов: В общем-то, у нас процесс в Российской Федерации шел и идет, когда на самом деле бывшие колхозы, совхозы, конечно, покупались, приобретались за мизерные цены. На самом деле вы правильно абсолютно говорите.



Татьяна Валович: То есть должен быть контроль жесткий.



Владимир Антонов: Абсолютно точно.



Татьяна Валович: Вопрос, кстати, опять о земле. Вы сказали, что в Кировском районе Ленинградской области у вас действует ваш союз. Хочу привести такой пример. Жаловался мой знакомый, у которого беру молоко в этой районе, не продлевают аренду поля для того, чтобы был выпас скота. Что делать людям, предпринимателям?



Владимир Антонов: Как раз я с самого начала и делал акцент, в Ленинградской области почему перевел я немножко стрелки, с учетом того, что у нас хорошо, что у нас плохо. Если действительно все-таки в этом плане финансовая поддержка, кредитная поддержка, лизинговая поддержка имеется, так если это есть, я же не говорю, что нет. Кстати, фермеры, кто информирован, может этими продуктами воспользоваться в своем некоммерческом партнерстве, в Союзе фермеров, во всех наших организациях. Я говорил и говорю о недостатке земли - вот наша главная проблема.



Татьяна Валович: Как воздействовать на администрацию Ленинградской области, местного самоуправления?.



Владимир Антонов: Я дополнительно хочу сказать. Кроме комитета агропромышленного комплекса, нам помогает и комитет по потребительскому рынку и развитию малого и среднего бизнеса правительства Ленинградской области, где крестьянским, фермерским хозяйствам предоставлена возможность по залоговому обеспечению на 50 процентов через агентства кредитного обеспечения.



Татьяна Валович: Хорошо. А что делать конкретному человеку или группе людей, которые хотят продлить, скажем, аренду своего поля для выпаса, а им говорят, "а мы это под коттеджи отдадим, потому что это более выгодно, это сколько пойдет налогов в наш местный бюджет".



Владимир Антонов: Совершенно верно. И здесь мы всяческими путями и средствами и на своем съезде фермеров, и на различных советах, совещаниях обращаемся к правительству Ленинградской области, к губернатору Ленинградской области с тем, чтобы все-таки пересмотрели к нам отношение, трезво посмотрели на самом деле на наш недостаток земли. Ведь буквально несколько лет назад разорялись сотни производственных помещений (то, о чем, кстати, товарищ задавал вопрос) и производственного назначения, и непроизводственного. Мы даже в свое время разработали проект закона об использовании этих помещений в инвестиционных целях. Но, к сожалению, наш голос, как вопиющих в пустыне оказался, и все эти практически помещения освободившиеся, но не по вине, разумеется, акционерных обществ, растащены были, разворованы, разукомплектованы, как, например, сельскохозяйственная техника. Так что...



Татьяна Валович: Проблема не решается. Вот у нас есть еще вопрос от слушателя. Пожалуйста.



Слушатель: Здравствуйте. Георгий из Санкт-Петербурга. Как приятно слышать выживший голос фермера, реальный. Я в свое время любил копаться в земле, но для своего удовольствия, на своем участке. А вот теперь такой вопрос. Будет ли развиваться реально фермерство в России или оно только будет теплиться, топтаться на месте? Как вы думаете?



Владимир Антонов: Я думаю, что развиваться обязательно будет. Как раз, я считаю, тема нашего сегодняшнего разговора, что касается особенностей Ленинградской области...



Татьяна Валович: Не кто виноват, а что делать.



Владимир Антонов: Да. Не только через получение кредитных ресурсов и финансовой поддержки, а комплексный должен быть подход. В самом начале я попытался сказать о том, что с самого начала я даже не рассматривал малые формы хозяйствования, семейные формы хозяйствования, как главных, основных сельхозтоваропроизводителей.



Татьяна Валович: То есть лозунг, что фермеры накормят всю Россию...



Владимир Антонов: Да, конечно. А мы с первого года, я бы сказал, с 1990 года, когда подвелись итоги, стали же сразу сравнивать, кто больше произвел, кто больше получил, урожайность, продуктивность животных. Ну, разве это дело? Когда человек начинал, я имею в виду в данном случае фермеров, с нуля создавать материально-техническую базу, строить свое хозяйство. Разве так можно? И сейчас в абсолютно неодинаковых условиях мы находимся, как в стартовых условиях, так и с точки зрения продвижения вперед на пути развития. В данном случае инвестиционные кредиты для крупного бизнеса - пожалуйста, для нас практически инвестиционные кредиты долгосрочные невозможны. Представьте себе, нет земли, нет инвестиционных кредитов. Какое может быть расширенное производство? Только, естественно, простое производство. И, разумеется, большинство фермеров в нашей Ленинградской области, им просто эти кредиты даже не нужны, потому что не на что использовать, их действительно немало.


Так вот, в продолжение, с точки зрения значимости, особенно сегодняшней значимости этих малых фермерских хозяйств. Говоря о фермерах, мы забываем о личных подсобных хозяйствах. Вы не задали мне вопрос, а сколько личных подсобных хозяйств. Их 343,2 тысячи. Завершилась сельская перепись населения. Мы предполагали, как она будет выглядеть, насколько уменьшится количество деревень и сколько деревень с населением один, два, три человека появится у нас. А какое количество действительно необрабатываемой земли у нас на сегодня имеется. Я уже не говорю, о каком снижении может идти речь по количеству крупного рогатого скота, мелкого рогатого скота, птицы и так далее. 24 миллиона с личных подсобных хозяйств предполагалось. Оказывается, это уже предварительные итоги, на 6,8 миллиона личных подсобных хозяйств меньше. Так вот не нужно ждать, наверное, конечных итогов переписи сельского населения, а они предполагаются где-то в 2008 году, а нужно срочно сейчас, немедленно предпринимать меры. В первую очередь по крупному сельскохозяйственному бизнесу хочу сказать. Они как должны были выполнять свою главную, основную роль, я бы сказал, отрасль сельскохозяйственная сберегающая и развивающая дальше, и пусть они своими делами занимаются на основе передовых технологий, с применением минеральных удобрений, ядохимикатов, гербицидов и пестицидов. И вторая отрасль - это малые формы хозяйствования, соответственно, как деревнеобразующие, сохраняющие, сберегающие самобытность, культуру деревни. Вот мы о чем, самое главное, должны говорить, вот главная, я бы сказал, задача на сегодня в Российской Федерации - это сохранение деревни. А раз сохранение деревни, значит сохранение и России. Другого не дано.



Татьяна Валович: На ваш взгляд, Владимир Александрович, вы сказали, что все-таки будет продолжать развиваться фермерское производство. Какую долю продукции может все-таки давать фермерство, скажем, по Ленинградской области в общей доле сельскохозяйственной продукции?



Владимир Антонов: Это, если по России, там более 6 на сегодня. Но в данном случае по России 68,4 гектара. У нас прядка двух процентов фермерство занимает, но, как я уже сказал, девять. Девять умножаем на семь, представляете, какой у нас уровень. Но если в целом говорить о малых формах хозяйствования, то по России более 60 процентов производит малый сектор сельскохозяйственной продукции, а в нашей Ленинградской области 47-48 процентов производится личными подсобными хозяйствами и фермерскими. А что касается потенциала, я уже об этом сказал.


Но главный момент - это переходный период, объявленный президентом Российской Федерации, трехлетний, после введения с 1 января 2006 года закона о местном самоуправлении. Сегодня акционерные общества, у них свой бизнес, свое производство, вряд ли, как это раньше было, они будут заниматься решением социальных вопросов. Наверное, нет. И главы муниципальных образований первого уровня должны видеть, и я вижу, что по области многие так и понимают, как раз в этих людях, в этом секторе серьезно значимые для них предприятия. Если они меры предпримут по использованию данного потенциала, то расширение налогооблагаемой базы позволит им действительно по истечению двух последующих лет на самом деле нормально формировать свой местный бюджет и сохранить свою территорию, свою сельскую местность.



Татьяна Валович: Будут ли фермеры Ленинградской области принимать участие во всероссийской акции протеста по поводу безудержного роста цен на горюче-смазочные материалы, она планируется на 21 сентября в Москве.



Владимир Антонов: Я сразу хочу сказать, мы даже сейчас к губернатору обратились принять нас, обратились даже наши сельские женщины, совет сельских женщин, фермеров. Естественно, если не будет пересмотрен вопрос отношения к нам с точки зрения предоставления в аренду земли, недостающего количества, конечно же, примут, обязательно примут. Но я полагаю, мы вообще солидарны должны быть. В частности, если речь вести, еще раз повторяю, то должен во всех отношениях быть комплексный подход. Говорим о создании, развитии кооперации всех видов потребительской кооперации, почему только кредит и субсидирование?



Татьяна Валович: Какие еще меры должны быть, на ваш взгляд?



Владимир Антонов: Я должен сказать, что мы должны помочь и помещениями, и природными материалами, ресурсами строительными, посмотреть серьезно по кадрам и предоставление на первых порах в лизинг техники, оборудования. Также внимание уделить развитию серьезному кредитной кооперации с точки зрения изначального капитала, хотя у нас неплохо это выглядит, но далеко не в полной мере.



Татьяна Валович: Спасибо, Владимир Александрович.


XS
SM
MD
LG