Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Гринпис Россия подал иск в Верховный суд Российской Федерации против правительства страны


Программу ведет Кирилл Кобрин . Принимает участие корреспондент Радио Свобода Марина Катыс.



Кирилл Кобрин : Гринпис Россия подал иск в Верховный суд Российской Федерации против правительства страны в связи со строительством горнолыжного курорта в районе Красной поляны. Как считают юристы Гринпис, утвержденная программа развития Большого Сочи противоречит российскому законодательству и угрожает Кавказскому биосферному заповеднику (объекту Всемирного природного наследия ЮНЕСКО) и заповедной зоне Сочинского национального парка. Тему продолжит моя коллега Марина Катыс.



Марина Катыс: Попытки строительства крупных объектов на особо охраняемых территориях на Кавказе начались в середине 90-х годов прошлого века. Но до последнего времени экологам удавалось отстоять эти территории. Однако, когда речь зашла о строительстве комплекса, который планируется представить, как возможное место проведения Зимней Олимпиады 2012 года, тучи над Кавказским биосферным заповедником и Сочинским национальным парком сгустились уже всерьез. И тогда Гринпис подал иск в Верховный суд против правительства Российской Федерации. Говорит руководитель проекта Всемирное наследие "Гринпис Россия" Андрей Петров.



Андрей Петров: Претензии, собственно говоря, получаются к правительству Российской Федерации, которое нарушает законы, принятые на самом высоком уровне. Программа по развитию Сочи в качестве горнолыжного курорта не прошла обязательную по закону экологическую экспертизу. Уже некоторые объекты вовсю строятся, идет подготовка к строительству, но это прямое нарушение законов, действующих на сегодняшний день в Российской Федерации. Собственно, мы против этого и подали иск в Верховный суд.



Марина Катыс: Каковы требования?



Андрей Петров : Требования, как минимум, провести экологическую экспертизу. Если говорить о территориях Всемирного наследия, то проблема состоит в том, что целый ряд объектов, который планируется по этой программе строить, будет непосредственно расположен в буферной зоне заповедника, который является часть территории Всемирного наследия. Но основная часть объектов будет построена на территории Сочинского национального парка, который формально не входит в территорию Всемирного наследия, но, тем не менее, подпадает под действие закона об особо охраняемых природных территорий Российской Федерации.



Марина Катыс: Можно сказать, что ни территория Кавказского биосферного заповедника, ни территория Сочинского национального парка не являются объектами, на которых можно вести строительство?



Андрей Петров: Да, да. Если речь идет о заповеднике, то это совершенно однозначно. Потому что у заповедника особый статус. Если речь идет о национальном парке, то в национальных парках предусмотрено, как правило, тоже по закону, функциональное зонирование, так называемое. Выделяются зоны заповедные, которые имеют фактически статус того же заповедника, где нельзя ничего строить, ничего делать, и есть зона так называемая рекреационная. Такие вещи допустимы, если бы это было предусмотрено Генеральным планом создания этого национального парка.


В данном случае ситуация следующая, что целый ряд объектов, который планируют строить на территории Сочинского национального парка, они попадают именно в заповедную зону. Если будут под это дело пытаться менять границы зон, это будет тоже уже прямое нарушение закона.



Марина Катыс: А как вы полагаете, если весь этот объект - Сочинский горнолыжный курорт - находится под покровительством президента страны, если федеральные чиновники представляют его как объект будущей Зимней Олимпиады, могут ли общественные организации, опираясь на законы Российской Федерации, все-таки отстоять эту территорию и не позволить там строить такие крупные рекреационные объекты?



Андрей Петров : Во-первых, Верховный суд должен разобраться и поставить точки над " i ". Они должны объяснить нам, насколько здесь нарушено законодательство, либо нет. Я повторю, что главная проблема состоит в том, что не было экологической экспертизы. Второе - это, конечно же, обращение в международные организации, как у нас была ситуация с Байкалом относительно недавняя, когда очень сильно помогли международные организации, в частности, ЮНЕСКО, который патронирует объекты Всемирного наследия. Плюс есть такая замечательная организация как Международный олимпийский комитет, который позиционировал себя, по крайней мере, последние годы, как организация крайне экологически ориентированная, то есть не нарушающая в любом случае при проведении Олимпийских игр никаких экологических вещей. Я думаю, что эти вещи свою роль тоже сыграют в решении проблемы, если она, соответственно, будет иметь место и продолжаться.



Марина Катыс: Но такое впечатление, что все-таки и власти Краснодарского края и федеральные власти настроены на то, чтобы построить крупный горнолыжный курорт в районе Красной поляны. Во всяком случае, из ваших слов следует, что даже если это все будет построено, учитывая обстоятельства, в которых это происходит, никакая Зимняя Олимпиада никогда на этот объект не приедет.



Андрей Петров : Я думаю, что - да. Насколько я знаю ситуацию последних лет, Международный олимпийский комитет не должен на это пойти, зная реально, что происходит. Решение может быть только отрицательное в данной ситуации. Вообще совершенно непонятна идея проведения Зимней Олимпиады в северной стране, каковой является Россия, в самой южной ее точке притом, что у нас очень много мест. Почему был выбран именно город Сочи, можно только догадываться.



Марина Катыс: Впрочем, догадаться - почему для строительства масштабного горнолыжного курорта была выбрана именно Красная Поляна несложно - это любимое место отдыха президента России, который, как известно, увлекается горными лыжами. А вот почему Гринпис только сейчас подал иск в Верховный суд? С этим вопросом я обратилась к директору Гринпис Россия Сергею Цыпленкову.



Сергей Цыпленков : Потому что программа, которую мы оспариваем, была официально принята в июле этого года. При этом в доступе эта программа появилась гораздо позже - в августе. Мы просто-напросто хотели уложиться в срок, в который официально мы можем опротестовать эту программу.



Марина Катыс: Но ведь в 2003 году Гринпис уже один раз выигрывал суд в связи с Сочинским заповедником, но тогда просто речь шла о более локальном, видимо, внедрении на территорию заповедника.



Сергей Цыпленков : Действительно, этот кавказский узел достаточно давно кровоточит. Было несколько попыток строительства дороги, которая должная была проходить через Кавказский заповедник в некоторых вариантах либо через заповедные зоны Сочинского национального парка. С нашей точки зрения, это строительство предполагалось вестись незаконно. Мы, действительно, выиграли суд, поскольку это, наверное, как проект переброса рек северных. Чьи-то умы это будоражит. Время от времени появляется эта идея. В ряде случаев нам удалось через суд остановить это. В ряде случаев удалось воспользоваться Конвенцией по охране Всемирного природного наследия. Поскольку эта территория занесена в список Всемирного наследия ЮНЕСКО, удалось это в досудебном порядке приостановить. При этом факт, что опять будут попытки это все сделать.



Марина Катыс: Почему все время российские власти посягают на объекты Всемирного наследия ЮНЕСКО - это и зона Байкала, это и алтайский вариант прохождения газового трубопровода в Китай, Сочинский национальный парк, тоже зона Всемирного наследия? Почему обязательно эти объекты привлекают внимание застройщиков от федеральных властей?



Сергей Цыпленков : Российские власти причем различных уровней и бизнес не только российский, но и тот бизнес, который в России существует, они покушаются на охраняемые территории. Другое дело, что в случаях с территориями Всемирного наследия может быть эффект узнаваемости выше. Поэтому больше об этом пишут. Но, на самом деле, покушения именно на охраняемые природные территории происходят. Мы по многим таким случаям работаем. Но, наверное, другие случаи не столь интересны прессе. А связано это, наверное, с тем, что, к сожалению, ни для российских властей различного уровня, ни для российского и зарубежного бизнеса, который работает на территории России, ни закон не существует, ни понятие того, что в долгосрочной перспективе нужно находить какие-то компромиссы и пытаться все-таки сохранить природы.


Для иллюстрации я приведу разговор 1993 года с губернатором Иркутской области, когда он сказал, что лет через 10-20, когда мы решим те, те и те вопросы, мы можем начать думать о сохранении озера Байкала, если к тому времени озеро сохранится. Для властей, бизнеса, как и в 90-е годы, так и сейчас вопросы охраны природы, вопросы будущего нашей страны, вопросы будущего населения нашей страны не являются приоритетами.




Материалы по теме

XS
SM
MD
LG