Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

27 июня 1976 года в международном аэропорту Энтеббе в Уганде совершил вынужденную посадку самолет компании Air France, рейсом из Тель-Авива в Париж. На борту было 248 пассажиров, оказавшихся заложниками террористов Народного фронта освобождения Палестины и "революционных ячеек" из ФРГ. Угонщики отделили израильтян и евреев, а остальным пассажирам и экипажу позволили покинуть борт. Преступники угрожали убийством заложников, если правительства Израиля и других стран не отпустят более полусотни заключенных, в основном палестинцев.

Правительство Уганды, возглавляемое Иди Амином, покровительствовало террористам и препятствовало попыткам разрешения кризиса. Правительство Израиля предложило начать переговоры и сумело добиться небольшой отсрочки, которая оказалась решающей для планирования спасения. 4 июля под покровом ночи в Энтеббе приземлились израильские самолеты с десантом спецназа.

Полное описание этой легендарной операции побивает сюжет любого триллера, но речь сейчас не об этом. Операция продолжалась полтора часа и завершилась освобождением 102 заложников, трое погибли; кроме того, были убиты все террористы и 45 угандийских солдат. С израильской стороны было четверо раненых и всего один убитый – командир десантников подполковник Йонатан Нетаньяху, старший брат нынешнего премьер-министра Израиля.

Подвигу спасателей рукоплескал весь мир. А теперь вообразим себе гораздо менее успешный вариант операции, пусть даже он покажется поначалу крайне неправдоподобным (цель этого мысленного эксперимента прояснится через минуту). Предположим, что пресловутая отсрочка затянулась на долгие годы, и в самолете победил стокгольмский синдром: заложники побратались с угонщиками, и теперь многие полностью или почти полностью разделяют их цели. Более, того, они вдруг обнаружили, что принадлежат к одному с угонщиками племени, а незадачливые спасатели – к враждебному, которое становится все враждебнее, потому что время от времени эти спасатели открывают стрельбу по самолету в ответ на провокации террористов, и жертвами становятся по преимуществу заложники. Конца этой истории не видно, и мир уже давно не рукоплещет.

Израиль обращает внимание на то, что ни одно государство в мире не потерпело бы постоянной угрозы ракетного обстрела своей территории. И тем не менее большинство жителей Газы остаются заложниками, захваченными против своей воли и оказавшимися под перекрестным обстрелом

Между тем заложники остаются теми, кем были с самого начала, невинными жертвами чудовищной ситуации, в которую угодили не по своей воле и выбраться из которой не в состоянии. Думаю, что многие уже догадались, о чем речь – о Газе. Не подлежит сомнению, что ХАМАС – террористическая организация, захватившая население сектора в качестве заложников и пытающаяся использовать мирных людей для достижения собственных целей. Сравнение с набитым пассажирами самолетом на посадочной полосе вполне оправдано, если учесть невероятную плотность населения этой территории и ее изоляцию от внешнего мира. В такой массе целящемуся трудно отличить террориста от заложника, но угонщики в любом случае намеренно и откровенно используют население в качестве "живого щита", запускают ракеты из жилых кварталов, устраивают склады боеприпасов под школами и больницами, строят тоннели для диверсионных вылазок.

Израиль обращает внимание мировой общественности на то, что ни одно государство в мире не потерпело бы постоянной угрозы ракетного обстрела своей территории, со все расширяющимся радиусом. И тем не менее большинство жителей Газы остаются теми, кем были с самого начала – заложниками, захваченными против своей воли и оказавшимися под перекрестным обстрелом. Этого никак не меняет то обстоятельство, что многие из них, отчаявшись, становятся на сторону террористов. Потому что операция, объектом которой они оказались, демонстрирует совершенно иной баланс жертв, чем та, что имела место сорок лет назад в Энтеббе. Несмотря на все старания Израиля свести число гражданских жертв к минимуму, оно перевалило за тысячу человек, тогда как с израильской стороны погибли единицы.

В интервью BBC премьер-министр Израиля Беньямин Нетаньяху очень находчиво ответил на вопрос о том, почему число жертв в Газе столь сильно превышает потери израильской стороны, и этот ответ облетел все блоги сторонников Израиля. Число жертв с немецкой стороны во Второй мировой войне, напомнил он, во много раз превышало совместные потери британцев и американцев. И тем не менее никто не сомневается в том, что войну начали немцы.

Однако на поверку этот ответ не так уж неотразим, как кажется. Только при бомбардировках союзниками в феврале 1945 года Дрездена погибло больше людей, чем за все годы бомбежек Лондона, и большинство нормальных людей считает и то, и другое военным преступлением. В любом случае Вторая мировая была войной в традиционном смысле, где проблема заложников не на первом месте. Тогда как Израиль настаивает (и я не буду оспаривать это), что в Газе он ведет антитеррористическую операцию, и здесь правила другие: заложник не считается нечаянной, но вполне допустимой потерей, средством, оправдывающим цель. Если бы Владимир Путин на вопрос о Беслане ответил, что террористы начали первыми, он был бы прав, но ему не хватило цинизма так выстроить фразу. Да и вообще речь здесь не о Путине, а о тени брата нынешнего премьер-министра. Ему в его тогдашнем Энтеббе подобный ответ явно не показался бы очень находчивым.

Алексей Цветков – нью-йоркский политический комментатор, поэт и публицист

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG