Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Военные действия в Луганской и Донецкой областях вынудили сотни тысяч людей покинуть свои дома. Часть беженцев оказалась в России, другая часть, именуемая переселенцами, нашла убежище в самой Украине, в соседних от Донбасса регионах. Российский Белгород и украинский Харьков превратились в транзитные города, где получили временный приют десятки тысяч людей, бежавших от войны. Большинство проживает у родственников или на квартирах, меньшинство оказалось в бывших пионерских лагерях на окраинах областных центров.

Вряд ли советская власть предвидела, что спустя десятилетия на смену торжественным линейкам, играм на воздухе, песням у костра и первым влюбленностям придут совсем иные страсти и настроения. Лагерь "Ромашка" в Харькове по внешнему виду мало чем отличается от лагеря "Юность" под Белгородом. Те же деревянные домики и каменные корпуса, не видавшие ремонта со времен СССР, однако, вполне удобные для размещения людей, потерявших жилье и работу: трехразовое питание, медобслуживание, горячая вода, прачечная и раздача гуманитарной помощи. Но вместо смеха и веселья – разговоры о войне, о погибших родственниках и о политике. Солируют в большинстве своем женщины, мужчины стараются держаться в тени, некоторые из матерей и жен не скрывают, что их сыновья и мужья сражаются на стороне сепаратистов.

Вряд ли советская власть предвидела, что спустя десятилетия на смену торжественным линейкам, играм на воздухе, песням у костра и первым влюбленностям придут совсем иные страсти и настроения

На провокационный вопрос "Почему вы здесь в лагере, а не в ополчении?" резко отреагировал шахтер из Луганска по имени Сергей: "А с кем воевать? Не хочу убивать свою нацию! Я их считаю своими братьями. Только почему-то они меня таковым не считают…" Беседа была долгой, больше вопросов, меньше ответов.

Среди жителей Донбасса немало тех, кто ностальгирует по Советскому Союзу. Оглядываясь вокруг, многие вспоминают свое счастливое пионерское детство, тут тебе и памятник Володе Ульянову, пионер с горном, столовая с говорящим названием "Обжорка", танцплощадка, сцена под куполом, шест для подъема знамени. Правда, все в запустении и тоске, как и жизнь беженцев из Донбасса, рожденных в СССР. Это тебе не "Сто дней после детства", а скорее "Сто лет одиночества".

Мумин Шакиров – кинорежиссер, журналист Радио Свобода

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG