Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"В октябре 1993 года в России победили демократы, но не демократия"


Программу ведет Алексей Кузнецов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Марьяна Торочешникова.



Алексей Кузнецов: По прошествии 13 лет многие люди по-разному оценивают события октября 1993 года: кто-то называет их концом буржуазно-демократической революции, которая началась в России в августе 1991 года, другие считают, что именно эти события стали отправной точкой на пути становления России как правового государства. Свое мнение и у политолога Дмитрия Фурмана, он считает, что в октябре 1993 года в России победили демократы, но не демократия.



Дмитрий Фурман: Я считаю, что событие 1993 года это было не первым, первое было еще в декабре 1991 года во время Беловежья, но очень важным шагом в той естественной революции, которая привела нас к тому, что мы сейчас имеем, и еще будет вести нас дальше. То, что субъективно сторонники президента и в 91-м, и в 93-м году, сторонники Ельцина, были, условно скажем так, буржуазными демократами, прямо не связано с тем, что у них получилось. В свое время французская революция шла под лозунгами свободы, но тут же она привела естественным образом к Робеспьеру, а затем к Наполеону.


Есть естественные, не зависящие от субъективных намерения людей и от их идеологии путь развития. На этом пути 1993 год важная веха.



Марьяна Торочешникова: А что бы вы назвали прямыми последствиями событий 1993-го года в нынешней жизни?



Дмитрий Фурман: Прежде всего, в 1993 году было окончательно определено, что хозяин в стране один и реальных противовесов ему не будет. Это важнейший, скажем, шаг. Следующий логический из этого шаг вытекающий, что переизбрать хозяина нельзя. Дальше идет еще один логический шаг - кого хозяин назначит преемником, тот и будет. Следующий логический шаг - никто не имеет права сопротивляться хозяину. Ну и так далее, и тому подобное. Можно быть субъективным сторонником, абстрактным сторонником демократии и, тем не менее, фактически быть диктатором.



Марьяна Торочешникова: То есть я правильно вас поняла, что, на ваш взгляд, это была победа демократов, но не демократии.



Дмитрий Фурман: Совершенно правильно.



Марьяна Торочешникова: А победа над кем?



Дмитрий Фурман: Победа двояка. Во-первых, победа, безусловно, над силами, скажем, реакции, над силами старого режима. Но так же, как победа демократов не значит победы демократии, так и победа над силами старого режима не значит победы демократии так же. Потому что в истории все куда сложнее. Это, во-первых. А во-вторых, это была победа просто победа считающих себя, объявивших себя демократией клики во главе с Ельциным, если так можно выразиться, над соперниками, неважно тут уже, какие они. Конечно, среди тех, кто поддерживал и помогал парламенту, было громадное количество приверженцев советской власти и красно-коричневых, как называли. Но известно, что во главе этой партии стояли Хасбулатов, который не только сторонником, а на втором месте после Ельцина, и Руцкой.


XS
SM
MD
LG