Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

На XVI Международном фестивале "Балтийский Дом" в Петербурге показаны спектакли из Польши


Программу ведет Никита Татарский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Марина Тимашева.



Никита Татарский: На XVI Международном фестивале "Балтийский Дом" в Петербурге показаны спектакли из Польши. В этом году программа фестиваля в целом называется "Польский акцент". Инсценировку романа Гомбровича "Космос" предложил классик польской режиссуры Ежи Яроцкий.



Марина Тимашева: В этом году фестиваль носит подзаголовок "Польский акцент". Одним из лауреатов премии "Балтийская звезда" стал выдающийся польский композитор Кшиштоф Пендерецкий. К торжественной церемонии приурочили открытие выставки "Кшиштоф Пендерецкий в польском театральном плакате". Можно было бы сказать, что за торжествами и праздниками последовали будни, если не считать праздниками нечастые появления польских театров в России.


Театр Повшехны из Варшавы привез спектакль по трем небольшим пьесам Беккета, называется он "Запасевич играет Беккета". Збигнев Запасевич - один из лучших артистов современной Польши, которого киноманы знают по фильму Кшиштофа Занусси "Жизнь как смертельная болезнь, передающаяся половым путем". В этой картине он сыграл главную роль умирающего старика. Старика играет он и в спектакле театра Повшехны, а именно единственную роль в пьесе "Последняя лента Креппа". В России пьесы Беккета решаются обычно, как мелодрамы, что противоречит природе театра абсурда. Польский театр играет Беккета куда жестче, и это правильно.


За Беккетом последовал Витольд Гомбрович, рядом с которым Беккет кажется убежденным реалистом. В России пьесы Гомбровича ставятся редко, в основном "Ивонна, принцесса Бургундская". А Национальный театр Варшавы привез инсценировку его романа "Космос", поставленную Ежи Яроцким. Этот человек при жизни и по праву возведен в ранг классика. Ему за 80 лет, но блистательное мастерство и превосходное чувство юмора заставляют думать, что "Космос" поставлен молодым и очень озорным режиссером. И все же даже его работа не способна убедить в том, что странные произведения-сновидения одного из самых знаменитых писателей Польши годятся для сцены. Все равно они кажутся, скорее, остроумными филологическими экзерсисами человека, уверенного в том, что жизнь не поддается никакому логическому осмыслению, а все попытки ее упорядочить совершенно бессмысленны.


XS
SM
MD
LG