Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Анна Качкаева: «Гамарджоба, генацвале?»


Вахтанг, менеджер телефонной компании – грузин и российский гражданин. Родился в Ленинграде, живет в Москве. Жена – русская. Сын – студент. Типичная русско-грузинская семья. Родители Вахтанга и его родной брат живут в Тбилиси. От случившегося обострения ему и грустно, и смешно. Вахтанг не может не помогать родителям, и, конечно, собирается их навещать.

20-летняя Нато немного тревожится. Она на двадцать с лишним лет младше Вахтанга и уже не помнит страны, которая когда-то была их общей родиной. Теперь они – грузины – граждане разных государств. Нато родилась в конце 80-х в Грузии и в Москву впервые приехала уже студенткой. По конкурсу: выиграла право учиться в главном университета России, МГУ. В общежитии Нато любят за то, что она здорово поет старинные русские романсы, слова которых ее однокурсники – граждане России – часто слышат впервые. В Тбилиси у Нато родители и друзья, но она теперь не знает, продлят ли ей студенческую визу и сможет ли она поехать домой на зимние каникулы.

Москвич Вахтанг и не москвичка Нато опасаются облав. В метро они стараются помалкивать, потому что хотя и разговаривают на правильном и хорошем русском, но все-таки с акцентом. Неповторимым, вкусным, но грузинским. За что по нынешним временам можно и схлопотать.

Телевизионные дикторы заклинают: «Люди с пониманием относятся к мерам, введенным Россией против Грузии. Эти меры направлены не против грузинского народа, а против режима Саакашвили». Но ни в одном информационном выпуске не рассказывают историю россиянина Вахтанга или грузинки Нато. Таких в России тысячи. Зато разные чины МВД наперебой рапортуют об успехах борьбы с «грузинской мафией», которую в некоторых очевидных случаях не замечали годами. Думцы единодушно одобряют идею борьбы с «государственным терроризмом» Грузии. И формула эта становится коллективным наказанием таким, как Вахтанг и Нато.

Большая политика никогда не берет в расчет обычного, отдельно взятого человека. Ради которого, как принято объявлять, она вроде бы и делается. Не думает о Вахтанге и Нато президент Саакашвили, одержимый идеей грузинского величия. Тем более не думает о россиянине-грузине и любящей русский язык грузинке президент Путин, уязвленный демонстративной независимостью маленького соседа. Российские СМИ, впавшие в истерику, натягивают действительность на пропагандистскую схему и ничего не делают для того, чтобы помочь людям остаться людьми. Вряд ли этим озабочены и СМИ Грузии.

В истории России и Грузии были разные времена и разные правители. Были общие палачи, общие великие поэты и выдающиеся режиссеры. Грузия обречена быть в орбите России, какое бы мягкое иностранное управление там вдруг ни наступило. Точно так же в России невозможно просто взять и отменить Мцыри, «холмы Грузии», Данелию и Резо Габриадзе. Через много лет после Путина и Саакашвили среди студентов МГУ должны оказаться молодые люди, знающие английский, но свободно говорящие по-русски с грузинским акцентом. Возможно, тогда, точно так же как сейчас, на вопрос: «Кто такой Шота Руставели?» по-дурацки прозвучит легкомысленный ответ: «Которого позавчера по МTV показывали». В аудитории, через неловкую паузу, должны виновато рассмеяться. И тогда кто-нибудь из грузин просто прочтет несколько строчек из поэмы XII века «Витязь в тигровой шкуре». Сначала по-грузински, а потом и в переводе Заболоцкого:

Жил в Аравии когда-то
Царь от бога, царь счастливый -
Ростеван, бесстрашный воин
И владыка справедливый.
Снисходительный и щедрый,
Окруженный громкой славой,
Он до старости глубокой
Управлял своей державой…

XS
SM
MD
LG