Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Революция без подготовки


"Бархатная революция"

"Бархатная революция"

Чехи вспоминают о "бархатной революции", начавшейся 25 лет назад

В Чехии и Словакии 17 ноября отмечают 25-ю годовщину "бархатной революции" 1989 года, покончившей с коммунистическим режимом в тогдашней Чехословацкой Социалистической Республике. В центре Праги, Братиславы и других городов двух стран - памятные мероприятия. Политики, общественные деятели, простые граждане возложили цветы и поставили свечи в местах, где разворачивались революционные события 25-летней давности.

Революция началась в Праге довольно неожиданно. В центре города 17 ноября 1989 года должна была пройти разрешенная властями студенческая акция, посвященная памяти жертв нацистских репрессий: ровно 50 годами ранее, в ноябре 1939-го, в оккупированной Праге были подавлены демонстрации протеста, арестованы и расстреляны девять пражских студентов. Их преемники полвека спустя, однако, не ограничились поминовением погибших – студенческие демонстрации, довольно многолюдные, переросли в нескольких районах города в антиправительственные выступления.

В принципе в Чехословакии уже больше года было неспокойно, люди не раз выходили на несанкционированные акции протеста, разгонявшиеся властями. Наиболее значительные из них произошли в августе 1988 года – в 20-ю годовщину вторжения в Чехословакию войск стран Варшавского договора – и в январе 1989-го, в память о самосожжении 20 годами ранее студента Яна Палаха в знак протеста против советской оккупации:

Тем не менее к вечеру 17 ноября стало ясно, что на сей раз речь идет о небывало масштабных протестах. Полицейский спецназ блокировал студентов на Народном проспекте в центре Праги и начал вытеснять в боковые улицы, при этом нещадно избивая. Пострадали более 500 человек. Пронесся слух о гибели одного из студентов – некоего Мартина Шмида. Эта информация впоследствии не подтвердилась, но демонстрантов она подхлестнула: в последующие дни к студентам на улицах Праги присоединились другие горожане, ситуация начала выходить из-под контроля властей. 18 ноября различные оппозиционно настроенные группы создали единую организацию – Гражданский форум, неформальным лидером которого вскоре стал драматург-диссидент Вацлав Гавел. В Словакии возникло аналогичное движение "Общественность против насилия". Политическими организациями в полном смысле слова они на первых порах не являлись и задачу взятия власти перед собой не ставили. Однако ситуация на улицах Праги и других городов все изменила – в считаные дни.

Прага конца 80-х. Портреты Густава Гусака и Михаила Горбачева в окне одного из ресторанов

Прага конца 80-х. Портреты Густава Гусака и Михаила Горбачева в окне одного из ресторанов

В последнюю декаду ноября массовые выступления не прекращались, а власть выглядела парализованной. Следует напомнить, что к тому времени в соседних с Чехословакией странах коммунистические режимы или уже пали, или были близки к падению (подробнее о восточноевропейских революциях 1989 года – см. инфографику). Советское руководство во главе с Михаилом Горбачевым, чья политика перестройки подтолкнула революционные процессы в Восточной Европе, отказалось от силового вмешательства в ситуацию. Наконец, сам чехословацкий режим не был един: престарелый президент ЧССР Густав Гусак и служивший предметом всеобщих насмешек лидер компартии Милош Якеш не пользовались широкой поддержкой даже в рядах аппарата КПЧ. В результате власть коммунистов, продержавшаяся почти 42 года, в течение всего лишь нескольких недель стала достоянием истории.

О "бархатной революции" как историческом феномене в интервью Радио Свобода рассуждает чешский историк, научный сотрудник Института современной истории Академии наук ЧР Павел Мюкке:

– Как чешское общество сейчас воспринимает события ноября – декабря 1989 года? Можно ли считать, что оно в достаточной мере осведомлено о них? Согласно недавнему социологическому опросу, 10% чехов в возрасте до 30 лет вообще не знают, что, собственно, отмечается 17 ноября…

– Чешское общество стало за 25 лет, естественно, разнороднее, в нем играет бóльшую роль та молодая возрастная категория, о которой вы упомянули. Для этих людей "бархатная революция" – событие почти столь же отдаленное, как Вторая мировая война. Так что здесь уже играет роль не личный опыт, а школа, массмедиа, самообразование… В целом информированность людей о тех событиях, как мне представляется, довольно высокая. Другой разговор, что не все историей интересуются. Но я бы не решился кого-либо упрекать в том, что его не интересуют те или иные вещи.

– А с чисто исторической точки зрения 1989 год – эпоха хорошо изученная? "Белых пятен" там нет?

– Историкам всегда есть что изучать. Если говорить о "большой" политической истории, то тут о революции известно очень многое. Но не всё. Немало будет зависеть от того, насколько доступными окажутся в конце концов московские архивы. По ряду тем сейчас нет доступа к материалам менее чем примерно 40-летней давности. Иное дело, что многое можно исследовать и другими методами – например, устной истории, региональных исследований, даже любительских исторических исследований в рамках одной семьи. Здесь еще очень много серьезной работы.

Ян Палах покончил с собой в январе 1969 года. Память о нем вдохновляла участников студенческих выступлений 1989-го

Ян Палах покончил с собой в январе 1969 года. Память о нем вдохновляла участников студенческих выступлений 1989-го

– "Бархатную революцию" окружает немало конспирологических теорий. Наиболее распространенная – что, мол, в ноябре 1989 года речь шла о заговоре части коммунистических "верхов" в содружестве со спецслужбами, в том числе советскими, направленном против тогдашнего консервативного руководства КПЧ. Мол, события просто вышли из-под контроля заговорщиков. Эту версию недавно вновь высказал последний (технически – предпоследний) лидер чехословацких коммунистов, 92-летний Милош Якеш, в интервью журналу "Рефлекс". Что стоит за этими слухами? Была ли "бархатная революция" действительно спонтанным народным движением против режима?

– Думаю, что с исторической точки зрения события конца 1989 – начала 1990 годов в Чехословакии вполне вписываются в "формат" революции. Да, там были определенные аспекты, на которые теперь обращают внимание люди типа Милоша Якеша или представители бывших спецслужб, вообще, те, кто чувствует себя "отодвинутым в сторону" историей… В таких случаях открывается большой простор для разного рода теорий заговора, которые почти всегда сопровождают крупные исторические события.

– Но подтвердить эти теории, что называется, с фактами и документами в руках невозможно?

– Революция – всегда процесс сложный. Кто-то с кем-то встретится, поговорит с глазу на глаз, а потом этот факт интерпретируется весьма по-разному. Но есть вещи неоспоримые – тогдашние сотни тысяч, а в сумме за недели революции – миллионы людей на площадях. Ход тех событий не вписывается в представления о каком-то готовившемся дворцовом перевороте.

Если бы Михаил Горбачев не стал лидером СССР и не отказался бы от силового удержания восточноевропейских сателлитов, перемены в нашем регионе были бы вряд ли осуществимы

– В России, с другой стороны, распространены представления о том, что без доброй воли Москвы, в первую очередь Михаила Горбачева, не было бы ни "бархатной революции", ни других тогдашних перемен в странах Центральной и Восточной Европы…

– Внешний фактор, конечно, никак нельзя сбрасывать со счетов. Если бы Михаил Горбачев не стал лидером СССР, не начал политику перестройки и гласности и не отказался бы от силового удержания восточноевропейских сателлитов, перемены в нашем регионе были бы вряд ли осуществимы. С другой стороны, не бывает революций без массового подъема, без "улицы". Так что здесь в процентах рассчитать трудно, но, конечно, события за рубежом заметно повлияли на то, что происходило в Чехословакии. Можно сказать, что на востоке Европы тогда возник "эффект домино": стоило пасть одному режиму, как зашатались и остальные.

– А насколько само чехословацкое общество тогда было готово к переменам? Были ли сильным стремление к ним, допустим, в провинции? Ведь "бархатная революция" часто воспринимается как прежде всего столичная, пражская, да еще и интеллигентско-студенческая…

В дело вступили "неожиданные" факторы в виде как раз студенческого движения, а потом и множества других людей, которые до сих пор особой общественно-политической активности не проявляли

– К любой революции, видимо, нельзя подготовиться заранее. Никто не ожидал, что события начнутся именно тогда, когда они начались, а тем более – что они будут развиваться так быстро. Характерно, что революция застала врасплох как тогдашнее коммунистическое руководство, так и диссидентов. В дело вступили "неожиданные" факторы в виде как раз студенческого движения, а потом и множества других людей, которые до сих пор особой общественно-политической активности не проявляли. Что касается "пражского" характера революции, то да, она началась в Праге, но многие непражские события в общем контексте как-то забылись, а это неправильно. Например, тогдашние экологические выступления на севере Чехии, в городе Теплице – это не были непосредственно акции протеста против режима, но это было заметной проблемой, которая быстро, как и всё тогда, политизировалась. А затем все эти выступления слились в один поток. И, если пофантазировать, не случись в Праге события 17 ноября, как знать, не отмечали бы мы сегодня годовщину тех демонстраций на севере Чехии как события, положившего начало революции.

– А почему, собственно, режим рухнул так быстро, за пару недель? Ведь среди восточноевропейских коммунистических диктатур чехословацкая относилась скорее к более жестким – вместе с режимами в Румынии и ГДР. Что произошло?

– Причин было несколько. В рамках коммунистической иерархии действительно тогда уже соперничали разные течения. К этому надо приплюсовать экономические факторы, а после 17 ноября – эту внезапно поднявшуюся волну общественной активности, давление "улицы". Возник своего рода синергетический эффект. Решающими оказались одна-две недели, в ходе которых режим пытался как-то мобилизовать своих немногочисленных сторонников. Были попытки перебросить в Прагу "народную милицию" – что-то вроде вооруженных дружинников, распространялись МВД и тайной полицией какие-то проправительственные воззвания и петиции… Но чаша весов быстро склонилась на другую сторону, и начало проявлять себя, так сказать, более прогрессивное крыло в рядах самой КПЧ, например, будущий премьер Мариан Чалфа. Но это было и на местном уровне – началась массовая сдача партийных билетов. Многие из недавних коммунистов присоединились к Гражданскому форуму и тем самым стали частью революции.

Эмблема Гражданского форума

Эмблема Гражданского форума

– Если говорить о том, что пришло после революции – возьмем законы о люстрации, принятые в начале 90-х годов. Они были призваны перекрыть путь в политику представителям коммунистического режима, прежде всего спецслужб. Эти законы выполнили свою историческую функцию?

– Эти законы были результатом стремления, с одной стороны, разобраться с собственным прошлым, а с другой – не допустить возвращения в руководство страны представителей доноябрьских правящих кругов. В принципе этого удалось добиться. С другой стороны, выглядит странно тот факт, что и сейчас, через 25 лет после революции, эти темы остаются предметом оживленной политической полемики. Трудно представить себе, чтобы сейчас всерьез кто-то рассматривал возможность возвращения к ситуации, существовавшей до ноября 1989 года, а главное – как бы он хотел этого добиться? По-моему, своей цели эти законы достигли и сейчас скорее являются достоянием прошлого, но в то же время активно используются в политической борьбе, – отмечает чешский историк Павел Мюкке.

Бывший лидер студенческого движения в дни "бархатной революции" Шимон Панек считает, что переходный посткоммунистический период в Чехии еще не закончен, проблем пока хватает:

Накануне 25-летия "бархатной революции" были опубликованы результаты социологического опроса, проведенного по заказу пражского еженедельника "Тыден". Вот некоторые из них:

61% участников опроса считают, что сейчас в стране живется лучше, чем до ноября 1989 года;

57% опрошенных полагают, что не стоит уделять по-прежнему много внимания проблемам развития страны в последние 25 лет – лучше обратить внимание на сегодняшние проблемы;

82% чехов довольны тем, что живут в своей стране, и гордятся ей

58% респондентов, тем не менее, думают, что на прошлые связи нынешних политиков со спецслужбами коммунистического режима нельзя закрывать глаза; в то же время, по их мнению, "обычным людям" членство в КПЧ и даже сотрудничество с тайной полицией сегодня не должно "портить жизнь";

Для 43% опрошенных 17 ноября – "прежде всего выходной день", хотя 84% опрошенных знают, что это государственный праздник и чему он посвящен;

82% чехов довольны тем, что живут в своей стране, и гордятся ей.

Участники акции "Красная карточка Милошу Земану"

Участники акции "Красная карточка Милошу Земану"

Впрочем, политической ситуацией в Чехии довольны далеко не все. К 25-летию "бархатной революции" была приурочена акция протеста "Красная карточка для Милоша Земана", которую провели в центре Праги граждане, возмущенные политикой и риторикой нынешнего главы Чешской республики. Как передает побывавшая на акции корреспондент Радио Свобода Александра Вагнер, демонстранты принесли с собой символические красные карточки, которые "показали" президенту, требуя его ухода. Характерно, что некоторые протестующие несли транспаранты с лозунгами, одинаковыми или созвучными тем, что можно было увидеть на улицах Праги в дни "бархатной революции": "Гавела на Град" или "Miloše do koše" ("Милоша – в мусорную корзину"; 25 лет назад это относилось к лидеру КПЧ Милошу Якешу, сейчас – к его тезке президенту Земану). По словам нашего корреспондента, в демонстрации приняли участие многие тысячи людей.

Земан высказывал сомнения и в том, что в России есть политзаключенные

В заявлении участников акции говорится, что президент Земан "не опирается на моральные и нравственные ценности народа и не защищает его честь". Демонстранты заявляют, что глава государства не представляет в достаточной мере их интересы, нарушая собственное обещание, данное после победы на выборах в прошлом году – быть президентом всех граждан, способствовать объединению общества. Оппоненты Земана вышли на улицы после того, как в одном из недавних интервью президент вовсю использовал вульгарные выражения. Но дело, конечно, не столько в специфических манерах Милоша Земана, сколько в его политике, вызывающей несогласие у значительной части общества. Речь, в частности, о позиции Земана по отношению к украинскому кризису, во многом созвучной политике Кремля. Земан высказывал сомнения и в том, что в России есть политзаключенные. Это заставило бывшего советского диссидента Виктора Файнберга, одного из участников акции протеста против советского вторжения в Чехословакию в 1968 году, выступить в начале ноября с критическим письмом в адрес чешского президента.

У многих в Чехии вызывают вопросы и взгляды главы государства на ситуацию в Тибете, где Земан однозначно поддерживает курс властей КНР. Это полностью противоречит традиции, заложенной Вацлавом Гавелом, в соответствии с которой Прага выступала в защиту прав человека в разных странах и, в частности, поддерживала право тибетского народа на самоопределение. Неудивительно, что на нынешней демонстрации в руках некоторых демонстрантов были украинские и тибетские флаги. Стоит отметить, что на свою акцию вышли и сторонники главы государства. Их, правда оказалось заметно меньше – пара десятков человек. Они держали лозунги "Мы не дадим вас в обиду, господин президент!" и "Позор пражскому кафе!". Сторонники Милоша Земана обвиняют оппонентов в том, что они "не представляют интересы обычных людей" и являются не более чем "завсегдатаями пражских интеллигентских кафе" (последнее выражение употребил сам Земан в одном из интервью).

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG