Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Лауреатом Нобелевской премии 2006 года по экономике стал американец Эдмунд Фелпс



Программу ведет Александр Гостев. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Сергей Сенинский.



Александр Гостев : Лауреатом Нобелевской премии 2006 года по экономике стал 73-летний профессор Колумбийского университета в Нью-Йорке американец Эдмунд Фелпс. Как сообщил Нобелевский комитет, премией отмечены работы Фелпса по анализу влияния баланса различных факторов, а также компромиссов в долгосрочной макроэкономической политике. О каком выборе и компромиссах идет речь расскажет мой коллега Сергей Сенинский.



Сергей Сенинский: Для начала - как расшифровать само сообщение Нобелевского комитета о присуждении премии Эдмунду Фелпсу? Наш собеседник - научный сотрудник Гуверовского института Стэнфордского университета в Калифорнии профессор Михаил Бернштам.



Михаил Бернштам: Сейчас уже трудно себе представить, что до начала 60-х годов экономисты занимались в основном вопросами краткосрочных колебаний экономической конъюнктуры. На долгосрочную перспективу не смотрели. Эдмунд Фелпс в одной ранней работе 1961 года, когда ему было 28 лет, поставил вопрос о долгосрочных сбережениях. Затем в своих классических работах 1967-1968 годов он поставил вопрос, что происходит в выборе между сегодня и завтра, между решениями, которые принимаются по отношению к инфляции, безработице на короткое время, и как они меняют долгосрочную перспективу? Это повлияло на все дальнейшее развитие экономической мысли, хотя сегодня это кажется простым и тривиальным.



Сергей Сенинский: Самые известные работы Эдмунда Фелпса были написаны еще в 60-70-е годы. Они посвящены анализу взаимозависимости безработицы и инфляции. Доминирующая тогда точка зрения была выражена в так называемой «кривой Филлипса» (это - известный по учебникам график, названный по имени британского экономиста, родившегося в Новой Зеландии, Албана Филлипса) - чем выше инфляция, тем ниже безработица - и наоборот.



Михаил Бернштам: Это интереснейшая история. Аблан Филлипс практически изобрел вечный двигатель. Он был инженер, старший экономист. Он показал, рассмотрев историю Англии с 1860 по 1957 год, что в течение 100 лет каждый год, если безработица шла вниз, инфляция немного поднималась. Если поднять инфляцию, то опускается безработица. Получался тогда вечный двигатель для правительства. Оно могло в любой момент немножко поднять инфляцию, и за счет этого снизить безработицу. Таким образом, никаких проблем как бы в экономике не существовало. И правительство, и Центральный банк путем денежной политики и увеличения расходов могут улучшать благосостояние, снижая безработицу. Таким образом, могут быть краткосрочные манипуляции.



Сергей Сенинский: Но Эдмунд Фелпс доказывал, что такая взаимозависимость - отнюдь не универсальна.



Михаил Бернштам: Вечный двигатель - это замечательная идея. Все страшно обрадовались. А Фелпс пришел, спустя девять лет, и показал, что это замечательно, но люди не машины. Это идея механическая, а люди соображают. Если они видят, что начинает подниматься инфляция, они понимают, что их реальная зарплата на самом деле падает. Поэтому они исходят из ожидаемой инфляции и требуют повышения заработной платы. Как только они требуют повышения заработной платы, сразу увеличивается безработица, потому что работодатели вынуждены нанимать меньше людей. Таким образом, инфляция не дает возможности в долгосрочной перспективе играть на "кривой Филлипса", потому что люди не действуют механически. И вот ожидания тогда вошли в научные разработки, и стало понятно, что манипулировать рынком в долгосрочной перспективе невозможно.



Сергей Сенинский: В современной экономической истории мира немало примеров, когда в стране могут быть одновременно и высокая инфляция, и высокая безработица, как в США или Европе в 70-е годы. А в Японии в последние годы сложилась прямо противоположная ситуация - низкая безработица на фоне вообще дефляции, то есть падающих цен.



Михаил Бернштам: Как раз это подтверждает, что "кривая Филлипса" в долгосрочной перспективе работать не может. Именно поэтому руководители экономической политики отказались от "кривой Филлипса" в конце 70-х годов. Потому что в 70-е годы как раз в Америке и в других западных странах была высокая инфляция и одновременно высокая безработица, что показало, что когда инфляция становится ожидаемой, к ней привыкают. Ее высокий уровень продолжается, и уже тогда невозможно за счет инфляции снижать безработицу. Вот этого выбора, на самом деле, не существует. Тоже самое в Японии. Несмотря на дефляцию, вместе с тем была низкая безработица, потому что это довольно независимые величины.



Сергей Сенинский: Совсем недавно, в первой половине 90-х годов, и в России была высокая безработица на фоне галопирующей инфляции.



Михаил Бернштам: Россия - особый случай. Потому что в России, в общем-то, нет трудового рынка. Речь идет о развитом трудовом рынке, там, где очень подвижная рабочая сила. В России нет жилищного рынка, поэтому рабочие не передвигаются с места на место. Конкурентного трудового рынка нет. Но во всех западных странах как раз опыт показал, что возможны самые различные варианты. Фелпс вернулся к этим вопросам в 90-е годы и показал, что в Америке оказался возможен бум в 90-е годы, то есть экономическое быстрое развитие и очень низкая безработица без инфляции.



Сергей Сенинский: То, что вы говорите сейчас о работах Нобелевского лауреата 2006 года по экономике, американского профессора Эдмунда Фелпса, представляется с сегодняшних позиций чуть ли не очевидным. В этом контексте, как оценить его вклад в современную экономическую науку?



Михаил Бернштам: Здесь можно ответить несколькими метафорами. В советское время говорили - награда нашла героя, когда какого-то героя войны награждали 20 или 30 лет спустя за его подвиги. Вклад Фелпса в экономическую науку начался в 60-е годы. Его работы уже вошли так органически в развитие науки, что никто этого не замечает. В связи с этим можно вспомнить вторую метафору. Помните мольеровский Журден не знал, что он говорит прозой. Так вот сейчас большинство экономистов даже не знают, что они говорят на языке Эдмунда Фелпса, пользуются его категориями. Потому что его идеи настолько органически вошли в поток науки, что воспринимаются так, как если бы они всегда существовали. Его влияние колоссально.



Сергей Сенинский: Спасибо. На наши вопросы о работах Нобелевского лауреата 2006 года по экономике, профессора Колумбийского университета в Нью-Йорке Эдмунда Фелпса отвечал научный сотрудник Гуверовского института Стэнфордского университета в Калифорнии профессор Михаил Бернштам.



XS
SM
MD
LG