Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Массовый снос гаражей и «ракушек» в Москве


Вероника Боде: Сегодня мы будем говорить о гаражах и «ракушках», которые массово сносят в московских дворах. В программе участвуют - Вячеслав Лысаков, лидер общественного движения автомобилистов «Свобода выбора», автомобилистка Людмила Космачева и адвокат Андрей Столбунов, заместитель председателя президиума Межрегиональной коллегии адвокатов «Закон и человек».


Вячеслав, 30 сентября ваше движение провело в Москве митинг под лозунгом «Доступную парковку всем москвичам», а другой лозунг был - «Защитим «ракушки», гаражи и бесплатную парковку от произвола чиновников!». Пожалуйста, расскажите, что послужило причиной этой акции?



Вячеслав Лысаков: Во-первых, я хочу поблагодарить Радио Свобода и Веронику за то, что они сегодня эту тему взялись обсуждать с нашей помощью. Хочу предвосхитить возможное недоумение наших слушателей по поводу темы. Многие могут подумать, что тема мелка, скажем так, - подумаешь, какие-то «ракушки», гаражи. Но на самом деле это вопрос достаточно сложный. Здесь много проблем в этом вопросе сконцентрировалось. В частности, вопросы частной собственности, прав человека. Кстати, Радио Свобода этими темами постоянно занимается. Так что мы абсолютно в русле нашей тематики.


В чем проблема здесь? Мы не говорим о том, что «ракушки» должны стоять во дворах незыблемо, что они должны занимать детские площадки, газоны и прочее. Мы говорим о том, что у людей отнимают частную собственность. Людям не предлагают нормальную альтернативу. Людям не предлагают материальную компенсацию. Людей фактически насильно пытаются заставить покупать так называемые антинародные гаражи, потому что цена там фантастическая. Людей выжимают на многоуровневые паркинги, где цена тоже сумасшедшая. Это обычное место, помеченное краской. 5-7-этажное здание на 100-200 машин на каждом этаже. Можно подсчитать, какую прибыль дает это здание. Оно совершенно без всяких коммуникаций. Это голые площадки, где стоят рядами машины. Они ничем не защищены. Там стены даже не до самого верха возводятся. Стоимость там 7-8 (и выше) тысяч долларов за это место.


Так вот, о чем разговор? О том, что у людей отнимают собственность, но не предлагают никакой альтернативы. Это людей возмущает. Почему люди «ракушки» заимели? Это элементарная возможность защитить свою собственность, то есть автомобиль, от вандалов, от грабителей и так далее. Если бы власть, государство, которое обязано нас защищать, хотело, имело возможность защитить те же наши автомобили, то никто бы не прятал их ни в какие уродливые «ракушки». Людям предлагают фактически то, о чем я говорил (паркинги, гаражи и прочее, и прочее) по стоимости, превышающей в 5-10 раз себестоимость таких объектов.


Как раз проблема «ракушек» - это та капля воды, в которой отражается ситуация в жилищном, к сожалению, нашем московском секторе. Цены складываются не из-за рыночного спроса. Многие говорят: мы же в рынке живем, такая цена, такой спрос. Уважаемые господа, если этот рынок бандитский, тогда – да, это цены рыночные. Поскольку мы все прекрасно понимаем, что себестоимость одного квадратного метра жилья в Москве - где-то 400-500 долларов, а нам его предлагают за 3-4 тысячи долларов, то же самое и с «ракушками», с гаражами. Себестоимость объекта - копейки, а предлагают его за многие тысячи долларов. Эта цена складывается из отката московским чиновникам. Вот в чем дело-то! Не может быть прибыль в 5-10 раз больше себестоимости. Поэтому люди возмущены этим фактом.


Мы дали информационную площадку владельцам «ракушек» и гаражей. Потому что сносят не только «ракушки», но и плоскостные гаражи. Мы предлагаем, если уж вы сносите плоскостные одноэтажные гаражи, дайте людям на первом этаже место бесплатно. Вы же все-таки им не даете никакой компенсации, тогда хотя бы по себестоимости предоставьте места. Нет, решение одно – ломают все, всех изгоняют, предлагают по сумасшедшим ценам выкупить места. Совершенно понятно, что это не наведение порядка в Москве, а это способ московских чиновников заработать и положить себе в карман круглую сумму.



Вероника Боде: Расскажите, пожалуйста, как это все происходит – я имею в виду снос гаражей и «ракушек».



Вячеслав Лысаков: Есть несколько разных способов. Дальше Людмила расскажет, она член нашей организации. Она обратилась к нам, как обычный владелец «ракушки». Она живет в Солнцево. Там тоже стали сносить «ракушки», большинство «ракушек» уже снесли. К сожалению, российские люди по древней российской привычке, когда им начинают затягивать петлю на шее, они еще и мылом сами эту веревку намыливают. Но не все. Меньшая часть все-таки сопротивляется. В частности, Людмила как раз представитель такой общественной инициативной группы, которая активно начала этим заниматься.



Вероника Боде: Людмила, как я понимаю, вам свою «ракушку» пока удалось отстоять?



Людмила Космачева: Мне и нескольким нашим соседям по двору.



Вероника Боде: Расскажите, пожалуйста, что происходило.



Людмила Космачева: Дело в том, что было подано заявление в управу о сохранении. В 2003 году и ранее были получены официальные разрешения от управы. Люди платили 3 тысячи рублей за разрешение. Теперь оказывается, как нам сказали, что нас просто кинули. Это никакое не разрешение. Даже официальный ответ они пишут, что это не является разрешением на размещение «ракушки». По 526 постановлению, на которое они ссылаются, - они не работают по нему. Мне, например, вместо того, чтобы рассмотреть мое заявление, как полагается, то есть созвать гаражную комиссию, обсудить мое заявление… Моя «ракушка» стоит между инвалидами, и мне приходит официальный отказ, что раз вы не инвалид, мы вам отказываем в разрешении. Они понимают, что просто так снести или даже по суду не получается, и они действуют противозаконно, то есть нанимают таджиков, узбеков. Практически у всех управ есть люди, которые этим занимаются. Приходят, режут, ломают, бросают железо. Они, видимо, считают, что, раз они бросили железо рядом, то «ракушку» не увезли. У нас, например, так было у многих. Сейчас люди подали в суд на противоправные действия. А наши «ракушки» не успели сломать. Мы организовали живой щит, скажем так, и просто физически препятствовали сносу.



Вероника Боде: Вы постоянно, круглосуточно дежурили во дворе?



Людмила Космачева: Мы дежурили три дня. После чего они махнули рукой, хотя у нас заявление лежало в суде по поводу противоправных действий и по поводу отказа управы, скажем так, официально рассматривать наши заявления. Ничего не останавливает. «02» вызывали. Приехала милиция. Она даже у них не проверила документы, она проверила документы у владельцев «ракушек». Я говорю им: «Вот же люди ломают». Они при нас – раз - собрали все ракушки, которые хотели разобрать. И нас оставили пока.



Вячеслав Лысаков: «Ракушки» распиливают, «ракушки» вывозят на машинах, либо где-то складируют, либо «ракушки» пропадают в неизвестном направлении. Пропадает имущество, кстати говоря, потому что в «ракушках» автомобилисты колеса хранят, аккумуляторы, еще что-то.



Людмила Космачева: Да.



Вячеслав Лысаков: Это происходит совершенно по-разному, кто во что горазд, как говорится. Хотя по закону, Андрей вот скажет, должно все решаться.



Вероника Боде: Да, сейчас нам как раз понадобится комментарий юриста. Андрей, попрошу вас прокомментировать ту ситуацию, которая сложилась у Людмилы. В частности, у них было разрешение, за которое они платили деньги. Им сказали, что оно недействительно. Прошу вас.



Андрей Столбунов: Очень рад, что удалось принять участие в такой необходимой дискуссии, которая затрагивает проблему хоть и локальную, но являющуюся частью большой и серьезной проблемы в обществе, которую рано или поздно решать придется, и решать, как выясняется, не кому-то постороннему, а нам, обществу, гражданам, жителям города.


Прежде всего, конечно, ситуация, складывающаяся с теми документами, которые предлагалось в свое время подписать жителям, - якобы разрешающими установку «ракушек». Они на самом деле являются плодом безграмотности как представителей местной власти (то есть управ), так и, к сожалению, безграмотности правовой населения вообще. Почему? Потому что, подписывая локальный договор… Вот у меня есть экземпляр такого договора, подписанный конкретным жителем и представителем управы. Так вот, его юридический анализ говорит о том, что никакой юридической силы он не имеет, то есть в дальнейшем в суде никогда в жизни вы не докажете, что этот договор легитимен. Правды на вашей стороне не будет.


В первую очередь, я думаю (и Вячеслав подтвердит), что основной задачей общества должно быть раскрытие вот этих позиций, раскрывание глаз, что ли, - жителям, гражданам: друзья, не подписывайте документы, которые могут оказаться абсолютно не легитимными. Я не призываю, конечно, из-за каждого документа обращаться к юристам, но, по крайней мере, та дискуссионная площадка, тот портал, который предлагают общественные организации, в частности, организация «Свобода выбора», - обращайтесь туда, вам там помогут.



Вероника Боде: То есть помогут отличить одно от другого – легитимный документ от не легитимного?



Андрей Столбунов: Совершенно верно. Потому что, когда задается вопрос – насколько законно то или иное решение, насколько законен тот или иной нормативный акт? – следует заметить, что законность ставит своей целью достижение некоей справедливости – социальной, общественной справедливости. Также следует отметить, что законы-то тоже люди пишут. Одна часть людей, получается, делает законы для себя или для какой-то части населения, а вторая часть населения думает, как эти законы обойти, или как эти законы применить для себя. Поэтому получается такое разделение, к сожалению, в сегодняшней российской действительности. Оно обрело за последние годы вполне осязаемую форму.


Может быть, я выражусь несколько аллегорически, но это некая стена, о которую бьется основная часть населения страны, а с другой стороны ее пытается всячески подпирать класс чиновников и на местном уровне, и на среднем уровне. К сожалению, такая проблема есть. Законность здесь, к сожалению, занимает не самое первое место, именно законность с точки зрения традиционного права. Суды, к сожалению, не независимы, как определяется в Конституции, они находятся не в безвоздушном пространстве. Да, они финансируются из федерального бюджета, но располагаются в зданиях, которые находятся на территории города Москвы. Судьи получают надбавки от исполнительной власти города Москвы. Поэтому ожидать от судов и от службы судебных приставов понимания проблем граждан, заявителей, потерпевших, - к сожалению, не приходится. Если судья выбирает между интересами правительства и интересами гражданина, то, к сожалению, гражданин здесь проиграет в большинстве случаев. Я думаю, что процент проигрыша – 99, увы. Юристы, адвокаты, даже если они представляются самыми лучшими и с большим опытом, к сожалению, здесь вряд ли помогут.


Поэтому, учитывая опыт Людмилы, я могу сказать, что именно общественная реакция и общественное движение будут на сегодняшний день более действенными, чем юридические и процессуальные какие-то меры.



Вероника Боде: У нас есть сообщения от слушателей. «С одной стороны, «ракушки» - это старый хлам, с другой – владельцам демонтированных «ракушек» нужно выплачивать компенсации», - пишет Станислав из Москвы. Как, кстати, обстоит дело с компенсациями?



Вячеслав Лысаков: Мы, наверное, спросим Людмилу, поскольку она владелец «ракушки».



Вероника Боде: У вас же все-таки не увезли «ракушку»...



Людмила Космачева: Неважно. Перед тем, как снести, как раз нам управа Солнцевская предложила на этом же месте организовать за наши же деньги свою стоянку с сеткой-рабицей и сверху покрыть ее шифером. Сказали – это от 30 до 45 тысяч рублей будет стоить. Увидев мои глаза, они сказали: ну, если вы еще уложите за свои деньги асфальт, то это будет дешевле. Я говорю: «Хорошо, мы посоветуемся с нашими активистами. Скажите, какие документы у нас будут?» «А никаких». Все это на баланс ДЭЗа ставится. Я говорю: «А мне тогда что?» «А вам - разрешение на год». А потом?



Вероника Боде: Интересно.



Людмила Космачева: А потом продлять.



Вероника Боде: То есть это не ваша будет собственность?



Людмила Космачева: Нет, конечно.



Вячеслав Лысаков: Никаких пока, ничего… Разбирайте, убирайте - или мы разберем и увезем.



Вероника Боде: А компенсации предлагаются какие-нибудь?



Вячеслав Лысаков: За плоскостные гаражи иногда предлагается компенсация. Как раз Андрей говорил о некоей гражданской общественной активности. Это единственное, что может поменять ситуацию в корне. Ведь чем большее количество граждан перестанет, наконец, мириться с чиновничьим произволом, в том числе и судебным, чем большее количество граждан будет активно обращаться в судебные органы, активно будет эту тему поднимать в обществе, тем больше есть вероятность, что мы эту стену, о которой Андрей говорил, пробьем. Если же мы будем молчать, молча будем принимать любые действия властей, чиновников, - они ведь заканчиваются чем? Нет противостояния, нет борьбы – это очень развращает. И все больше и больше сумасшедших проектов в головах рождается у наших «отцов города». Они готовы наш карман вывернуть просто до последней копейки!



Вероника Боде: У нас есть звонок. Сергей из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. В Крылатском, Вячеслав Иванович знает, я с ним созванивался, мы говорили об этом… Сейчас новое развитие ситуации. Во-первых, с чего началось? Нам предложили вместо наших «ракушек» сделать укрытия, как бы стоянку. И предложили за 4 тысячи долларов одно место. Естественно, мы не соглашались. До 2,5 тысяч опустилось. Потом разделились наши «ракушки» на добровольцев, которые согласились, чтобы снесли их «ракушки» - и дальше по ситуации. Фирма-подрядчик, которая как-то связана с главой управы Крылатского, предложила остальным также согласиться. Вот сейчас уперлись. Кто согласился, тем снесли «ракушки», а остальные… Я не знаю, какая сейчас ситуация будет. Но нам уже угрожают по телефону. Естественно, не представляются, но понятно, чтобы сдались.



Вячеслав Лысаков: Здесь проблема еще возникает, которая совершенно очевидна: вокруг этой проблемы работают прикормленные, скажем так, строительные фирмы, которые, конечно, имеют отношения и теплые связи с местными управами, которые назначают сумасшедшие цены, о которых мы говорим: в частности, вот эти 4 тысячи долларов. За что? За место, огороженное сеточкой. Но, тем не менее, есть какие-то сдвиги, в частности в Западном округе. Информация пришла от наших коллег, от наших товарищей о том, что предлагают самим обустроить эти места. Префект якобы говорил, что «нам без разницы, какая строительная фирма (сами будете или кого-то наймете)». Составьте общественный проект, смету - и можете решить этот вопрос полюбовно среди своей инициативной группы. Это уже немножко обнадеживает. Значит, есть возможность по себестоимости что-то сделать. Но, повторяю, это не во всех округах. В большинстве все-таки делается так, как мы слышали.



Вероника Боде: Еще один звонок. Иван из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Животрепещущая тема. Краснохолмская набережная, дом 11 и дом 5/9. Сносят гаражи ветеранов войны со всеми разрешительными документами, капитальные гаражи. Срезали ворота второго числа. Милиция стояла, потупив глаза. Понимаете? Никто нас не хочет защищать, а управа отворачивается, якобы это все по решению правительства Москвы. Налетели со стволами, в коже, с «болгарками». Привезли целую бригаду. Я еле-еле отстоял свой гараж – что хотите, делайте, хоть убивайте, - не дам!



Вячеслав Лысаков: Спасибо за информацию нашему слушателю. Мне звонили и сказали об истории, когда просто избили участника Великой Отечественной войны. Просто вцепились ему в горло. Была самая настоящая драка. К сожалению, я не смог до него дозвониться, но такие факты есть. В данном случае, в частности, государство, правительство Москвы должно выполнять социальные функции. Мы понимаем, что земля в Москве супердорогая, но нельзя же идти напролом, презрев все нормы морали, все нормы социальной справедливости!



Вероника Боде: Еще звонок у нас - от Галины из Москвы. Прошу вас, Галина.



Слушатель: Здравствуйте. У меня такая ситуация. Мне повесили объявление о том, что 26 числа снимут «ракушку». Как мне в такой ситуации поступить?



Андрей Столбунов: Я, конечно, с удовольствием отвечу, какие практически шаги могут быть. Я как юрист должен какие-то юридические рекомендации дать.



Вячеслав Лысаков: А мы народные можем дать.



Андрей Столбунов: Если я буду давать юридические рекомендации, я потрачу все драгоценное время эфира. Я вам предлагаю вот что: есть ряд сайтов, в частности, сайт Вячеслава.



Людмила Космачева: Наш сайт. Мы предлагаем обычно помощь таким людям, которые не знают, что делать.



Вячеслав Лысаков: 19 may . ru – заходите.



Вероника Боде: Все-таки, куда обращаться - хотя бы для начала?



Вячеслав Лысаков: Прежде всего, это те же живые щиты, о которых мы говорили. Люди должны постараться, чтобы кто-то находился во дворе круглосуточно. Чаще это бывают пенсионеры, инвалиды, которые просто визуально контролируют процесс. Если увидели, что собирается некая группа с желанием разрезать, снести и увезти, созваниваться и подъезжать нескольким людям и просто начинать элементарный скандал. Надо предупредить тех, кто хочет сносить…



Людмила Космачева: У меня есть надежда на то, что это можно решить каким-то юридическим образом. Поэтому мы подавали в суд.



Андрей Столбунов: Решить это, конечно, можно, но во главу угла нужно поставить следующее – фиксация всех фактов происходящего с вашей «ракушкой» - видео, аудио.



Вячеслав Лысаков: Звонки в милицию.



Андрей Столбунов: Комиссии общественные, звонки в «02» и так далее.



Вероника Боде: У нас есть звонок. Ольга Ивановна из Москвы, здравствуйте, прошу вас.



Слушатель: Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, а кто может защитить интересы другого лагеря населения, противоположного? Вот у меня сейчас поставили «ракушку» в мае. Я уже дошла до главы управы (у нас Северный округ). Он обещал, что эту «ракушку», незаконно поставленную прямо перед нашими окнами на газоне, уберут. Тем не менее, с мая все стоит, а воз и ныне там.



Вероника Боде: Спасибо, Ольга Ивановна. Есть еще сообщение от Артема из Санкт-Петербурга: «Нужно не только сносить «ракушки», но и запрещать держать машины во дворах, в частности, запрещать ставить их на тротуарах и газонах. Они должны стоять либо в гаражах, либо на спецстоянках, третьего быть не должно». Мешают все-таки «ракушки» москвичам-то!



Вячеслав Лысаков: Конечно, «ракушки» могут и мешать москвичам. В самом начале нашей беседы я сказал, что мы не за то, чтобы «ракушки» стояли на детских площадках, либо на газонах. То, что касается второго звонка, я могу сказать, что существуют ГОСТЫ и строительные нормы, по которым, по самым последним данным, количество машиномест около нового дома должно соответствовать количеству квартир.


Мы не говорим о том, что машины должны… Почему они на тротуары ставят? Потому что принимают дома. Строители урезают территорию, не дают возможности ни строить площадки для того, чтобы машины нормально стояли, цивилизованно - около дома. Люди начинают ставить их где-то по углам, по тротуарам, залезать неизвестно куда.


Делается это по одной простой причине. Повторяю – земля дорогая. Поэтому чиновники и строители пытаются из каждого сантиметра земли выжать максимум денежных средств, в том числе и себе в карман. Вот в чем проблема.



Андрей Столбунов: Женщина звонила по поводу того, что «ракушка» мешает, стоит не там. Понятно, что можно подать исковое заявление в суд и в судебном порядке решать этот вопрос, так же, как делает множество «ракушечников», которые сталкиваются со своей проблемой. Но я еще раз напоминаю, что проблема не в «ракушке», как таковой, а проблема в том, что не предусматривают, к сожалению, наши местные чиновники вообще правильную организацию паркинга в наших дворах. Действительно, земля в Москве дорогая, причем непонятно, почему. Этот вопрос еще предстоит общественности поднимать долго. Благодаря этому точечная застройка, уплотнение застройки.


Но надо отдать должное, пытаются с этим как-то бороться. Невозможно на сегодняшний день построить новые здания в Москве. Инвестор обязан предусмотреть подземный паркинг. С одной стороны, это, конечно, правильно, а, с другой стороны, во-первых, это не решает вопрос в корне, потому что количество машиномест там весьма невелико. Во-вторых, проблемы простых граждан также не решает, потому что множество старых домов, которые не обладают технической возможностью для установки этих паркингов. В итоге надо смотреть шире. Надо иметь в виду, может быть, даже придание крупным городам, мегаполисам, каких-то особых статусов, какие-то особые применять моменты. Все это надо делать в рамках общественных дискуссий, чтобы это было прозрачно, чтобы чиновник не мог сам, по своему усмотрению, решить, какой участок ему продать.


У риэлторов существуют теневые списки участков, которые, в принципе, можно оформить. Эти списки ходят по всем риэлторским конторам, обсуждаются – как, кому, где найти инвестора, кому, чего занести. Все это есть. Откуда эти участки берутся? Есть Генеральный план застройки Москвы 1987 года, который с 1990 года не просто не выполняется, а там такие вопиющие нарушения! В общественных дискуссиях, которые мы проводим с гражданами, в частности, и в жилищной сфере, мы все это знаем, понимаем, видим. Сейчас, я думаю, уже настало время все это преподнести правильно обществу, начать обсуждение и сделать все процессы прозрачными. Я считаю, что это будет гораздо эффективнее, чем какие-то экстремистские высказывания, что правда, а что ложь. Давайте это обсуждать и находить какой-то консенсус!



Вероника Боде: Еще один слушатель нам дозвонился: Дмитрий Михайлович из Москвы. Здравствуйте, вы в эфире.



Слушатель: По поводу вопроса о земле, о котором сейчас говорили, возникает следующий вопрос. Мы самостоятельно собрались, построили эти укрытия, поставили в них машины. Но мы не знаем, абсолютно не знаем, кому принадлежит эта земля, кто потом, через год или через два (когда угодно), придет и скажет – это земля не ваша, это земля наша. Как в таких случаях быть? Они могут распоряжаться местом, на котором стоит «ракушка», или укрытие, которое мы сделали?


А потом, на мой взгляд, это просто совершенно неприкрытая торговля местами. Вы вспомните, сколько всего было по распоряжению нашего мэра: изымались какие-то новые палатки, старые убирались, новые ставились на те же места только ради того, чтобы, очевидно, кому-то подзаработать.



Вячеслав Лысаков: Спасибо за звонок. Как раз это та тема, о которой мы и говорим, что земля принадлежит всем нам, москвичам, а распоряжается ею какая-то конкретная, определенная группа чиновников. То, что говорил Андрей, я абсолютно поддерживаю. Наша задача (это все-таки задача не тактическая, а стратегическая) – гражданский контроль над государством, над чиновниками, над бюрократическим аппаратом.



Вероника Боде: Еще один звонок. Людмила Викторовна из Подмосковья, здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Я тоже из другого лагеря. У нас в Королеве были эти «ракушки», и это было ужасно. Сейчас много снесли «ракушек». Но теперь у нас машины стоят прямо под подъездами, на газонах, все вытоптано. Я знаю, что у людей есть по два-три гаража. Почему кто-то должен ставить «ракушку» или заезжать под подъезд? А я хочу дышать нормальным свежим воздухом!



Вячеслав Лысаков: Это проблема – два лагеря. Кто купил автомобиль, старается его продать, а у кого нет автомобиля, мечтает его купить. Здесь, конечно, имеют место некие объективные разногласия между тем и другим лагерем. Видимо, нам всем надо изучать Закон «О Товариществе собственников жилья», который говорит о том, что, если таковое товарищество оформляется, то оно коллективно, на демократических началах может решить, где ставить машины, где разбить газон и так далее. Придомовой территорией здесь распоряжаются жители Товарищества собственников жилья. Это один из выходов. Повторяю, это закон очень объемный, вышел не так давно, поэтому в нем надо разбираться. К нам поступает информация о том, что люди таким образом пытаются решить проблему – учесть интересы и автомобилистов, и людей «безлошадных», скажем так.



Людмила Космачева: Как мне кажется, правительство Москвы очень многое делает для того, чтобы поделить людей на два лагеря. Потому что людям внушается: вот, посмотрите, они занимают общую землю, а вы тут можете ходить, гулять. Некоторые люди на это реагируют, но в итоге там же все равно не построят какой-нибудь город развлечений. Там все равно построят эти же палаточки, чтобы вытащить у людей деньги. Раньше же не было у нас такого деления!



Вячеслав Лысаков: Вот предыдущий звонок. Женщина сказала, что было плохо, там «ракушки» стояли, было страшно, а сейчас еще хуже. Сейчас машины на тротуарах, у подъездов и так далее. Да, если бы строилось вместо этого что-то… Люди говорят: дайте нам землю не в этом месте, а в другом. Давайте, мы покрасим, посадим цветочки, благоустроим и прочее.



Людмила Космачева: Да, мы тоже такое предлагали. Коллективное письмо писали в управу.



Вячеслав Лысаков: Никто же не дает! Значит, вместо этого непонятно, что будет – либо будут места, от сломанных «ракушек» бездарным образом освобожденные, либо построят какие-то коммерческие точки, которые опять будут приносить прибыль - и мы знаем, кому.



Вероника Боде: Еще один звонок. Олег из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Тут упоминалось, что «ракушки» сносили какие-то узбеки. Я хотел бы сказать, что наши городские органы вообще набирают таких странных людей якобы для своих дел, что их часто невозможно отличить от бандитов. Только вчера я пришел к своему дому - у нас там такой садик в японском стиле - и увидел, что неизвестный мужчина собирает камни из этого садика для каких-то своих целей. Он сказал нашему дворнику, что его послала управа. Когда я попросил у него какой-нибудь документ, он ничего не ответил, а когда подошли еще два мужика, и ему уже надо было как-то объяснить свое поведение, вместо документов он просто выхватил нож! Мы вызвали милицию. Не знаю, чем это кончилось. Я в этой драке не участвовал, но факт остается фактом. Только благодаря тому, что в этих управах работают совершенно невозможные личности, практически любой уголовник, любой аферист может представиться деятелем городских властей.



Вячеслав Лысаков: Давайте не будем затрагивать национальный вопрос. Так получилось, что люди, согнанные со всего постсоветского пространства, приезжают в Москву – их нужда заставляет. Понятно, что у этих людей иногда очень низкий образовательный уровень. Но это абсолютно ни о чем не говорит. Этим людям надо объяснять, что они нарушают Уголовный кодекс, что они будут отвечать по соответствующей статье. Это, кстати, иногда действует. К нам поступает информация, что, когда предупреждали таких гастарбайтеров о том, что за свои действия будут отвечать они сами, они отступались и не выполняли команду управы.



Вероника Боде: Еще один звонок. Лев Яковлевич из Москвы, пожалуйста.



Слушатель: Я живу в селе Давыдково. У нас такая же проблема. 21 сентября у нас был решительный снос «ракушек» в присутствии представителей управы.



Вероника Боде: Очень плохо слышно. Но, видимо, это именно Лев Яковлевич прислал нам сообщение на пейджер о том, что «21 сентября был очередной акт вандализма. Пришла бригада из РЭП-35. Стали спиливать «болгарками замки». Представитель управы в сопровождении участкового мотивировал распоряжением правительства Москвы, без всяких документов об исполнении судебных органов. Мы считаем, что это произвол. Мы в тот день отстояли свои «ракушки», но что будет дальше – не знаем. Просим помощи и содействия. Все противоправные действия запечатлены на пленку. Правомочно или нет обращение в суд?»



Андрей Столбунов: Естественно, правомочно. В суд исковые заявления можно и нужно подавать в любом случае. Ведь если вы будете бездействовать, то, соответственно, против вас будут применяться другие санкции. Кто первый написал, тот и прав – к сожалению, сейчас в современном российском праве такой принцип. Это касается и уголовного производства, и гражданского – кто первый иск подал, тот, вроде бы, и прав. Чем раньше вы подадите любое исковое заявление, тем лучше. Еще раз напоминаю, что оно должно быть подкреплено какими-то фактами. Если у вас документы не легитимные (то есть они вызывают сомнения), вы все равно их, конечно, прикладывайте, но старайтесь собирать «первичку» для суда – это видео, аудиоматериалы, - пускай даже это будет диктофонная запись, пускай на диктофонной записи будут какие-то высказывания сотрудника управы. Все это можно и нужно применять в суде обязательно!



Вероника Боде: У нас звонок от Леонида Николаевича из Москвы. Здравствуйте, Леонид Николаевич.



Слушатель: Добрый день. Дело в том, что все, конечно, упирается в землю. Такая скученность застройки не позволяет, конечно, чтобы были скверы, гаражи. У нас на каждого в России приходится 100 квадратных километров земли. Но ради наживы специально устраивают такую скученность населения, не думая о том, что завтра будет война. Все думают, что войны не будет. Одна бомба - и 20 миллионов населения Москвы, которые хотят тут устроиться, в один день не будет. Не будет России.



Вероника Боде: Не дай Бог, конечно, такое, Леонид Николаевич!



Слушатель: Раньше в каждом доме бомбоубежище делали…



Людмила Космачева: Согласна. Сейчас об этом вообще не заботятся.



Слушатель: …А не какие-то гаражи! Сегодняшнее руководство думает только о наживе, думает только о том, чтобы истребить население. Оно подыхает каждый день!



Вероника Боде: Я не думаю, чтобы уж прямо такие цели были у руководства, как истребить население!



Смех в студии



Андрей Столбунов: Геноцид такой.



Вероника Боде: Просто, возможно, тут возникают побочные эффекты каких-то решений властей. Еще один звонок. Евгений Павлович из Москвы, прошу вас.



Слушатель: А как быть мне, если происходит оглушительный грохот, когда закрываются эти «ракушки» в 2 часа ночи?



Людмила Космачева: А вы не пробовали подойти к хозяину? Это же легко сделать.



Слушатель: Нет, я беру бинокль и смотрю, кто это. У меня под окнами стоит 10 гаражей. И там всего один порядочный владелец. Это разговор о культуре нашего народа. Только один человек тихонечко закрывает свою «ракушку» в 7 часов вечера, в 9 часов утра, а все остальные в 2 часа ночи – бух!



Вероника Боде: Евгений Павлович, значит, надо вести с ними какую-то воспитательную работу.



Слушатель: Какую работу?!!



Вероника Боде: Беседовать с ними, объединяться для борьбы с такими людьми.



Людмила Космачева: Естественно. Если человек не будет вас понимать и будет создавать вам большие проблемы, вы можете, опять же, подать на него в суд, как советовал наш адвокат, за то, что он нарушает, ущемляет ваши права.



Вероника Боде: Еще один звонок. Анна Степановна из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Я вот что хотела спросить. У нас кооперативный дом. Придомовая территория тоже принадлежит кооперативу. У нас стоят «ракушки» возле дома. Могут ли их снести? Какие права мы имеем?



Людмила Космачева: Насколько я поняла, «ракушки» ваши, да?



Вячеслав Лысаков: Если территория оформлена как товарищество собственников жилья, тогда распоряжаетесь этой землей вы.



Андрей Столбунов: Если же просто дом кооперативный, без дополнительного обременения земельного участка, как в соответствии с Законом о ТСЖ оговорено, то, к сожалению, такие же проблемы у вас будут. То есть если это просто кооперативный дом - не более того.



Вероника Боде: А сейчас предлагаем вашему вниманию выпуск автоновостей, который подготовил мой коллега Анатолий Горлов.



Анатолий Горлов : Застраховать свою гражданскую ответственность теперь можно без документов на право владения автомобилем. Такое положение действует в России с 1 октября. Кроме того, при покупке полиса обязательной «автогражданки» страхователь обязан известить страховщика обо всех страховых случаях за прошлые годы. Если сведения окажутся ложными или неполными, автовладельца ждет штраф. Но в случае утери полиса или стикера страховая компания обязана выдать дубликат бесплатно.


В Москве скоро появятся парковки с лифтом. Они напоминают по конструкции этажерки, в ячейки которых помещаются автомобили. От водителя требуется лишь загнать машину в лифт, а оператор поднимет автомобиль на нужный ярус и поместит в нужную ячейку. Префектуры административных округов заняты поиском места для первых десяти механизированных парковок. Московские власти надеются благодаря нововведению уменьшить количество гаражей-«ракушек» и «пеналов», борьба с которыми до сих пор была безуспешной.


Представители компании Volkswagen сообщили, что в конце октября в Калужской области начнется строительство нового автомобильного завода. Здесь будет налажено сборочное производство машин знаменитой немецкой марки.


« Ford Motor Company » начинает в декабре производство автомобилей с двухлитровым двигателем, сообщает пресс-служба компании. Официальные дилеры Fordа начали принимать заказы на Ford Focus российской сборки с двухлитровым бензиновым двигателем мощностью 145 лошадиных сил и автоматической коробкой передач. Заводская цена автомобиля, в зависимости от типа кузова и комплектации, составит от 16 с половиной тысяч до 19 тысяч долларов.


Корпорация Toyota обошла американских производителей на автомобильном рынке США. Японский автопроизводитель опередил таких гигантов, как General Motors и DaimlerChrysler, и даже компанию Ford, которая подняла продажи почти на 5 процентов. Toyota ежегодно увеличивала продажи на четверть. Однако General Motors заявляет, что снизил объем продаж сознательно, потому что компания занята разработкой моделей, потребляющих меньшее количество топлива.


Через четыре года на рынке появится маленький Rolls-Royce – делится планами концерн BMW. Новинка будет не только меньше нынешних моделей этой марки, но и дешевле их. Дизайн машины пока в работе, но BMW уже начала обучение мастеров по кожаной и деревянной отделке салона. Место сборки малыша известно - это завод Rolls-Royce в Гудвуде (графство Западный Суссекс).


А субкомпактная версия Renault Twingo - уже реальность. Автомобиль стал намного спортивнее и молодежнее не только за счет квадратных выхлопных труб, спойлера на крыше, массивного переднего бампера и 100-сильного турбированного четырехцилиндрового двигателя объемом 1,2 литра. Внутренняя начинка Renault Twingo высокотехнологична - в салоне есть разъемы для подключения iPod и смартфонов Nokia, 15-дюймовый экран бортового компьютера с веб-камерой и выходом в Интернет, а также USB-порт и голосовое управление освещением. Самый крохотный из модельного ряда Renault станет серийным весной 2007 года.


А у корпорации Nissan Motor - свой малыш - новый Nissan Otti. Его сдвижные двери позволяют парковаться на любом пятачке и в мини-гараже. Эффектная внешне машинка выпускается в десяти вариантах расцветки кузова и в нескольких версиях, в том числе особо спортивных - RS/RX. Автомобиль оснащается либо обычным, либо турбированным двигателем объемом всего 0,7 литра. При этом модификация с обычным мотором превосходит все остальные двигатели по экологичности. Содержание вредных веществ в выхлопных газах на 75 процентов ниже. По этому показателю Otti соответствует экологическим стандартам 2010 года.


На днях прошла мировая премьера серийной гибридной машины компании Nissan . Это модель Altima Hybrid, которая представляет собой просторный седан с 4-цилиндровым двигателем 2,5 литра и дополнительным электрическим мотором. Общая мощность силовых установок составляет 198 лошадиных сил, при этом машина разгоняется быстрее, чем с обычным двигателем такого объема. Благодаря новым разработкам выхлоп Nissan Altima Hybrid фактически не содержит вредных веществ.


Самый скоростной Mitsubishi Lancer может появиться на дорогах уже в 2007 году. Стало известно, что он проходит испытания на трассах Австрии. Новый Lancer-седан станет самым быстрым представителем этой модели и возглавит весь модельный ряд Mitsubishi. Судя по неофициальным фотографиям, это полностью новый автомобиль с вытянутой линией крыши, сильно наклоненным лобовым стеклом и очень коротким для таких размеров багажником.



Вероника Боде: Как вы думаете, уважаемые гости программы, те парковки, которые предполагается создавать в Москве, - они действительно могут решить проблему гаражей и «ракушек»?



Андрей Столбунов: Хотелось бы верить, что они ее решат. Самое главное - опять же, проконтролировать, что это будет за система. Если это будет такой монстр механический, который в наших условиях (суровой зимы, например) будет клинить этот механизм, соберется очередь из 50 машин, и они будут въезжать целый час, то зачем такая система нужна? Это будет просто издевательство очередное - вот и все!



Вероника Боде: У нас звонок от Юрия Петровича из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Вот я хотел спросить у юриста. Он в своем выступлении говорит о Законе ТСЖ или он имеет в виду Жилищный кодекс?



Андрей Столбунов: Нет, нет, имелся в виду именно Закон «О Товариществах собственников жилья», а не Жилищный кодекс.



Вероника Боде: Сейчас я хочу дать слово Вячеславу Лысакову. Вячеслав, на вашем сайте вы даете советы автомобилистам, как отстоять свои ракушки. Прошу вас, повторите самое основное для наших слушателей!



Вячеслав Лысаков: Мне бы хотелось, во-первых, призвать всех к тому, чтобы быть более активными. Мы сейчас провели митинг. И вот СМИ сейчас обсуждают эту тему. Вопрос сдвинулся с мертвой точки хотя бы в наших умах, в нашем сознании. Нам многие не верили, что мы сможем защитить правый руль, американские поворотники, Олега Щербинского, что мы сможем снять мигалки. Процессы идут. Все знают, чем закончились эти темы.


Поэтому я сейчас, пользуясь вниманием радиослушателей, хочу сделать маленькое объявление. 14 числа наша организация координирует и проводит акцию против цен и качества бензина. Она имеет такое народное, хлесткое название «Бензин за 12, а не бодягу за 20». Акция будет проходить почти в двух десятках городов. Москва проводит ее на Триумфальной площади у памятника Маяковскому в субботу, 14 октября, с 12 до 14 часов. В понедельник мы узнаем у мэрии - должно быть согласование. Призываю всех автомобилистов и пешеходов прийти. Цена на бензин отражается на всем – на продуктах, на нашем кошельке и на многом другом.



Вероника Боде: К другим участникам программы. Андрей, что вы советуете автомобилистам по поводу «ракушек»?



Андрей Столбунов: Во-первых, следует, на мой взгляд, подать массово - не в одиночку, а массово - заявки на регистрацию «ракушек» в установленном законом порядке. (Еще раз напомню, все механизмы есть на сайтах, поэтому я не буду сейчас углубляться в этот вопрос.) Если одновременно будут поданы такие заявки, они будут, естественно, не приняты местной властью. Это понятно. Потом так же массово обжаловать их в судах. Я считаю, что именно массовость в правовом поле приведет к сдвигу в сознании и судей, и, может быть, представителей управ и так далее.



Вячеслав Лысаков: Полностью присоединяюсь.



Вероника Боде: Людмила, прошу вас.



Людмила Космачева: Мне просто хочется пожелать людям побольше уверенности в себе. Ведь идет расчет на то, что у власти «все схвачено», что простому человеку защитить свои права будет экономически невыгодно, долго, что он смирится с преступлением. Мне бы хотелось сказать: давайте все-таки судиться, давайте принимать меры самозащиты и сопротивляться незаконному сносу гаражей и «ракушек»!



Вячеслав Лысаков: В рамках закона.



Людмила Космачева: Да, в рамках закона.



Андрей Столбунов: Еще хочу добавить, что представители юридического сообщества Москвы и области сейчас планируют такой Интернет-портал, где можно будет за фиксированные и понятные деньги создать массовое движение в правовом поле. Мы готовы в этом помочь.



Вероника Боде: Спасибо всем участникам программы!


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG