Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Ничего не стоит просто поклониться памяти убитой»


Тот же Дрезден...

Тот же Дрезден...

Общественность Германии весьма критически восприняла слова Владимира Путина по поводу убийства Анны Политковской, высказанные им во время пребывания в этой стране.


Свое заявление о том, что степень влияния Политковской на политическую жизнь была крайне незначительной, а убийство журналистки нанесло российским властям больший урон, чем ее публикации, Владимир Путин произнес в Дрездене, отвечая на вопрос немецкого журналиста.


Главный мотив комментариев на вчерашнее заявление российского президента в Дрездене (вместе с вечерним совместным интервью Владимира Путина и Ангелы Меркель оно было показано по первому телеканалу общественного телевидения ARD) можно выразить следующим образом: недоверие снова вернулось. С выстрелами в Анну Политковскую немецкие предприниматели, мечтающие прибыльном бизнесе в России, имеют основания испугаться и поразмыслить. Владимир Путин произнес в Дрездене абсолютный минимум приличествующих в такой ситуации слов: он осудил убийство, как мерзкое преступление. Те, кто ждал от него слов сожаления и сострадания, были разочарованы: Путин пытался приуменьшить значение деятельности Политковской. Он сказал, что Политковская была острым критиком правительства, но ее влияние было ничтожным. По-человечески это было непорядочно. Известно, насколько нетерпим Путин к критике. И сказанное им просто не соответствует действительности.


На этом фоне выделяется комментарий журналистки и политолога Сони Микич, автора книги «Планета Москва - истории из новой России», написанной под впечатлениями от работы корреспондентом в Москве в 1992-98 гг.


- Если бы я была политической реалисткой, или циником, или, к примеру, думала только о своем счете за газ, то тогда в отношении Путина и Меркель мне не пришло бы в голову ничего, кроме: „Как мило, что вы опять друг с другом поговорили“. Но мне не дает покоя убийство Анны Политковской, потому что она бесстрашно и просто доказывала своей жизнью, что журналистика и мораль все-таки имеют между собой нечто общее. И еще потому, что это убийство является символом для смертельно больной демократии в России.


- И тогда я придумала речь для Ангелы Меркель. Вот она: "Дорогой Владимир Путин! Свобода прессы и мнений в России не под угрозой, она просто мертва. Мы, немцы, должны исходить из того, что это убийство заказали те круги, которые точно знали, насколько раздражающе надоела тебе и всем твоим подручным эта женщина. Оппозиционер Политковская не первая, кому заткнули рот. Преступники, совершавшие эти убийства, все еще на свободе, потому что твоя юстиция и твоя полиция не функционируют". И еще: "Ничего не стоит поклониться памяти убитой, которая была российской совестью. Поклониться, даже если ты и подчеркнуто принижаешь ее роль”.



XS
SM
MD
LG