Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Слово затерянного мира


Информант Иса и эндемики острова – сокотрийский язык и дерево драконовой крови

Информант Иса и эндемики острова – сокотрийский язык и дерево драконовой крови

Российские лингвисты помогли жителям острова Сокотра создать письменность для их языка, раньше существовшего лишь в устной форме

Группа российских лингвистов под руководством члена-корреспондента РАН, директора Института востоковедения Виталия Наумкина создала систему письменности для архаического языка, на котором говорит стотысячное население острова Сокотра, лежащего в Индийском океане к югу от Аравийского полуострова и востоку от Африканского рога.

Сокотра относится к Йемену, однако островитяне общаются на собственном языке – сокотрийском, который существенно отличается от государственного арабского. До самого последнего времени сокотрийский язык был исключительно устным, но российские лингвисты совместно с жителями Сокотры за пять лет создали полноценную систему письма, основанную на арабском алфавите.

В авторитетном голландском научном издательстве Brill только что вышел первый том книги Corpus of Soqotri Oral Literature – “Корпус устной литературы Сокотры”, в которой впервые на языке оригинала приводятся фольклорные тексты Сокотры. Существенную часть издания занимает сокотрийско-арабско-английский глоссарий, включающий около 2500 слов.

Один из участников проекта, заведующий кафедрой истории и филологии Древнего ближнего Востока Института восточных культур и античности РГГУ Леонид Коган рассказал Радио Свобода о лингвистическом затерянном мире, рождении нового языка и неопределеном будущем сокотрийской письменности.

– Как вышло, что сокотрийской письменностью занялись именно российские лингвисты?

Виталий Наумкин

Виталий Наумкин

– Все началось благодаря Виталию Вячеславовичу Наумкину, это знаменитый наш арабист, исламовед, в настоящее время директор института востоковедения РАН. Известно, что Йемен как единое государство существует не так уж давно, с 1991 года, а до этого там было два государства – Северный Йемен и Южный Йемен. Южный Йемен, к которому относилась Сокотра, был сателлитом советского блока. Поэтому еще в первую половину 1970-х годов Наумкин смог совершить первые поездки на остров, который в то время был совершенно закрытым для западных ученых. Фактически Наумкин стал первооткрывателем Сокотры для современной науки, не только в лингвистическом и филологическом ключе, но и во многих других отношениях. Правда, в самом строгом смысле первооткрывателями были австрийские ученые начала 20-го века: Давид Генрих Мюллер, знаменитый венский арабист, совершил путешествие на Сокотру на рубеже 19 и 20-го веков и оставил после себя ценнейшие материалы, однако серьезного влияния на науку они не оказали, о чем красноречиво свидетельствует почти 75-летнее молчание, последовавшее за Австрийской экспедицией. И вот в последней четверти 20-го века политическая конъюнктура сделала изучение Сокотры доступным и даже эксклюзивным для советских ученых. Огромная заслуга Наумкина в том, что он в полной мере смог воспользоваться этой возможностью.

– В чем уникальность Сокотры для исследователей, в частности, для лингвистов?

– Арабский мир – это почти исключительно монокультура арабского языка и литературы, другие языки (и прежде всего родственные арабскому семитские языки) в этом ареале почти не сохранились. Едва ли не единственный иначе устроенный уголок в этом регионе – это как раз Махра-Дофар, приграничные районы Йемена и Омана. К этому удаленному, труднодоступному, окруженному пустынями ареалу как раз и примыкает, в историко-культурном и языковом отношении, остров Сокотра. В этом регионе чудом сохранились три языка – мехри, джиббали и сокотри, которые, будучи семитскими, то есть родственными арабскому, смогли остаться самостоятельными идиомами и, одновременно, средствами передачи относительно слабо затронутой арабским влиянием культуры, прежде всего фольклора. И уже в этом, и без того весьма своеобразном ареале, Сокотра занимает особое место, это остров, на котором сохранилась самая архаичная и изолированная в семитском мире культура. Разумеется, для исследователя это очень интересно.

– Изолированность и архаичность, наверное, создают и проблему для исследования. Как с такой культурой строить коммуникацию?

Информанты Иса и Ахмед

Информанты Иса и Ахмед

– Наумкин неоднократно рассказывал нам, что в начале 70-х годов, когда он впервые оказался на Сокотре, там нелегко было найти людей, которые вообще могли бы говорить по-арабски, а тем более писать. Сегодня, конечно, ситуация иная. Практически все мужское население Сокотры полностью двуязычно, взрослые мужчины знают арабский язык не намного хуже, чем любой йеменец с континента. Так что для исследователя, более или менее прилично владеющего арабским языком, проблемы здесь нет, найти метаязык для научного (да и любого другого) общения несложно. Я сам до сих пор практически не пытаюсь говорить по-сокотрийски, вот в этом году, впервые после пяти сезонов, стал вводить в свой разговорный обиход отдельные фразы.

– Сокотрийский и арабский существенно различаются?

– Чрезвычайно. Если взять германские языки для аналогии, то можно сравнить это с различием между современным английским и современным исландским. Они вообще не взаимопонимаемы ни в каком отношении – в лексике, грамматике, синтаксисе, фонетике, во всех мыслимых аспектах они различаются очень сильно.

– Как на остове распространяется арабский язык?

– Это официальный язык страны, язык религии, это язык образования, а теперь еще и язык интернета. Только на арабском сокотрийцы могут общаться с людьми со стороны, в том числе с чиновниками из континентального Йемена. В некоторых практических аспектах это похоже на ситуацию в Каталонии: проблематика официального статуса там, конечно, совершенно иная, но в остальном можно заметить много интересных параллелей. В Каталонии практически невозможно найти человека, который не говорил бы по-испански, а образованные каталонцы говорят "по-кастильски" совершенно неотличимо от "этнических" испанцев. И знание испанского языка, разумеется, очень важно для них – это средство общения и с остальной страной, частью которой они пока являются, и с иностранцами, ведь испаноговорящих в мире очень много, а по-каталански говорят единицы. При этом вы никогда не встретите двух каталонцев, которые вдруг ни с того ни с сего стали бы бы говорить по-испански между собой. Точно так же, два коренных сокотрийца никогда не станут говорить между собой по-арабски.

– Есть ли социальное разделение язык городской и язык деревенский, язык образованных и язык крестьян?

– Нет. Количество этнических арабов на Сокотре очень невелико. Население острова сейчас оценивают более чем в 100 тысяч, из них приезжих всего несколько сотен. Местное население все говорит только на местном языке. Женщины в силу своей социальной закрытости вообще гораздо меньше подвержены арабизации, и, думаю, среди них до сих пор остается много монолингвов. Я сам знаю женщин 30-35 лет с крайне рудиментарным представлением об арабском. Соответственно, дети до поступления в школу говорят в семье только по-сокотрийски. Таким образом, положение языка довольно устойчиво, я бы не назвал его умирающим. Так что ситуация совсем иная, чем в случае с некоторыми малыми языками России или Северной Америки. Острову, конечно, в этом смысле всегда легче.

– Школьное образование двуязычное?

– Нет, в официальной сфере сокотрийский язык на сегодняшний день не присутствует. С прошлого года функционирует местное радио, и там можно услышать сокотрийскую речь. Есть стихийные попытки использования сокотрийского языка в прессе и в интернете, именно поэтому есть заметный социокультурный запрос на регулярную, общепринятую систему письменности, о которой мы будем говорить ниже. Довольно перспективна ситуация в высшем образовании: среди студентов-сокотрийцев уже сейчас есть немало тех, кто хотел бы посвятить родному языку дипломные и диссертационные сочинения.

– Как дети, в семье говорящие на сокотрийском, справляются в начальной школе?

– Часто бывает, что совсем ничего не понимают первое время. Учителя рассказывают, что ребенок может постучать в дверь класса, учитель скажет “Кто там?”, и ученик ответит “Кто там?”, потому что вообще не понимает, что ему говорят. В последнее время распространилась система вроде детских садов, как раз для того, чтобы дети до школы могли усвоить хотя бы азы арабского языка.

– Давайте перейдем к самому любопытному: ваша научная группа действительно создала письменность для сокотрийского языка, которой до этого не существовало?

– Да, это так.

– Насколько уникальна такая ситуация: регион относительно развитой страны, 21-й век, язык, который нельзя назвать умирающим, и нет письменности?

– Я не социолингвист, чтобы компетентно ответить на этот вопрос. Бесписьменные языки нередки и по сей день, конечно, но вы правы, для этого региона это сегодня скорее исключение. Есть много носителей, есть развитая культура, оформленное самосознание и нет письменной формы выражения. Вероятно, не совсем нормальная ситуация.

– Лингвистический “затерянный мир”.

– В общем, да.

– Как это могло получиться?

Леонид Коган и Иса

Леонид Коган и Иса

– Факторов много. Во-первых, Йемен остается довольно слаборазвитой страной в ближневосточном контексте, это хорошо известно. Кроме того, Йемен – страна малочитающая, "non-reading culture", как отмечали многие литературоведы и культурологи. Вообще арабы очень любят читать. Если вы попадете в Каир, Дамаск или Багдад, вы увидите огромное количество книжных магазинов с большим разнообразием литературы, национальной и переводной. В Йемене все иначе, даже в крупных городах – культура чтения здесь пока развита явно недостаточно. И если уж так обстоят дела на континенте, стоит ли удивляться, что на отдаленном острове до недавнего времени письменность особого интереса ни у кого не вызывала. Хотя практические попытки что-то записать на сокотрийском языке известны очень давно. Первооткрыватель Сокотры для западного мира, британский капитан Уэллстед в 1835 году впервые записал 200 слов на сокотрийском языке, и это было сделано и латинскими и арабскими буквами. Не знаю, кто делал арабскую транскрипцию, сам ли англичанин, его ли проводник или местные жители – это до сих пор большая загадка. И во время экспедиции Мюллера жители острова записывали для него арабскими буквами местные стихи. Но нужно четко понимать – одно дело что-то записать какими-то буквами, и совсем другое – разработать полноценную систему письма, регулярную, с правилами, с устойчивой передачей гласных и согласных. Вот в этом смысле то, что сделали мы, пожалуй не имеет прецедентов. И местные жители это понимают лучше, чем кто бы то ни было, и очень высоко ценят.

– Создание письменности – инициатива сокотрийцев или российских лингвистов?

– Нет, с первого до последнего момента инициатива исходила от носителей языка, более того, методологию письменности и большую часть практических решений предложили наши информанты. Мы их задумки сглаживали, систематизировали, но 80 процентов системы было заложено и придумано самими сокотрийцами.

– Без вашей помощи они не смогли бы обойтись?

– Такая помощь потребовалась бы носителю любого языка, в том числе и культурному, если он не лингвист. Создание письменности, регуляризация грамматических феноменов на письме – дело профессиональных лингвистов. Такое случалось даже в истории европейской цивилизации. Например, в Швейцарии создание единого письменного ретороманского языка было "поручено" местным населением профессиональному лингвисту Генриху Шмиду, который не был его носителем. Я не говорю уже о первых годах советской власти, когда создание и усовершенствование систем письменности вообще считалось основным делом для лингвистики как науки и профессии.

– Из чего складывается письменность? Это ведь не только набор символов, но и правила, регулярная грамматика?

– Конечно. В сокотрийском алфавите есть новые согласные, отсутствующие в арабском языке, есть и гласные, которых нет в арабском языке, и это еще сложнее с точки зрения семитской письменности. И, разумеется, есть система правил – когда писать долгую гласную, когда не писать, как передавать глагольные формы, как именные, и так далее. Просто взять арабские буквы и написать ими сокотрийское слово как попало – это совсем не письменность.

– Как строилась ваша работа?

Запись поэмы на Сокотре

Запись поэмы на Сокотре

– Так уж повелось, что экспедиционный сезон обычно идет первые две недели ноября, иногда немного дольше. Это время выбрано из-за погоды: Сокотра находится в зоне муссонного климата, я сам в муссонный период на острове не был, но говорят, что в это время там тяжело не то что работать, но и жить. Кроме того, на протяжении четырех лет мы приглашали и, надеюсь, будем приглашать в Москву наших основных информантов, это семейная пара и еще один человек. Они обычно приезжают летом, в июне-июле. Как раз эти долгие визиты сыграли решающую роль, потому что здесь хорошие условия для работы – есть книги, достаточно времени, и свет есть всегда, в отличие от Сокотры, где электричество – большая проблема. Так что основные массивы текстового, грамматического анализа были выполнены в Москве. На острове мы стараемся в первую очередь записывать новый материал – как тексты, так и фотовидеодокументы.

– Как первое сокотрийское слово оказалось записанным на бумаге новой письменностью?

Первый текст Исы

Первый текст Исы

– Это очень красивая история. Смотрите, вот лист, который информант принес Наумкину во время моего первого сезона на остров в 2010 году. Тогда еще вообще не шло никакой речи о письменности. И вот однажды вечером к нам пришел наш любимый информант Иса Гуман, учитель в начальной школе, он преподает исламские науки, другими словами, религию. Он сказал: “Знаете, несколько дней назад один мой друг рассказал мне интересную историю, и я, чтобы не забыть ее до встречи с вами, решил ее записать”. Это сокотрийский текст, записанный арабскими буквами исключительно самим носителем, к нему не притрагивалась рука европейца. По сравнению с тем, как мы бы написали это теперь, когда письменность систематизирована и доработана, этот текст выглядит немного "сырым", но в целом, примерно на те 80 процентов, о которых я уже говорил, Иса уже там сделал все что нужно. И это не так уж удивительно: на самом деле любой носитель языка – стихийный лингвист, и любая попытка слоговой или алфавитной записи своего языка будет тяготеть к "естественному фонологизму". Человеку свойственно на интуитивном уровне различать, что имеет, а что не имеет смыслоразличительного значения в его родной речи, а это ведь и есть основа основ научного лингвистического анализа.

– И что вы с этим текстом сделали?

– Мы его набрали в компьютере (мой коллега Дмитрий Черкашин, наш преподаватель классического арабского языка, этим занимается в нашей группе), проанализировали и быстро поняли, какие перспективы это открывает для нас, лингвистов. Ведь есть очень много того, что мы никогда не услышим своим тупым ухом, но что прекрасно видно на письме. Но и сокотрийцы быстро поняли, как много письменность может дать им – с точки зрения престижа, с точки зрения развития, консервации фольклора и наследия. Так все это и завязалось.

– Уже в этом тексте было ясно, что букв арабского алфавита не хватает для сокотрийского языка?

Легенда "Верная жена" на сокотрийском. Из книги “Corpus of Soqotri Oral Literature”

Легенда "Верная жена" на сокотрийском. Из книги “Corpus of Soqotri Oral Literature”

– Конечно. Новые буквы в подобном алфавите обычно создаются не как отдельные знаки, а с помощью диакритических точек. Такого рода дополнительных символов понадобилось всего четыре. Всего в сокотрийском алфавите получилось 28 букв, в чисто количественном отношении столько же, сколько и в арабском (некоторые фонемы, имеющиеся в арабском языке, в сокотрийском как раз отсутствуют). Очень важную инновацию Иса сделал в области вокализма. Семитское письмо в принципе консонантное, то есть пишутся в основном согласные, гласные – гораздо менее регулярно и, в основном, специальными значками над или под строкой. И вот в сокотрийском есть один гласный, которого нет в арабском и который очень важен для системы языка. И Иса сам придумал для него особый значок, причем удачный, и сейчас мы его регулярно используем. Наша роль, повторяю, в основном была в доведении до ума этой системы, в мотивировании сокотрийцев к систематизации.

– Для сокотрийского алфавита создан отдельный компьютерный шрифт?

– Мы стремились использовать те значки, которые уже существуют в других шрифтах на арабской основе, поэтому по сравнению с первыми вариантами пришлось сделать легкие корректировки: вот ты хочешь три точки вверху, а давай сделаем внизу, потому что такой знак уже есть в таком-то алфавите. Мы использовали знаки, которые есть в других письменностях на арабской основе, не обращая внимания на их оригинальное значение. Есть ведь сложные алфавиты у таких языков, как урду или пушту, там много "свободных" с нашей семитской точки зрения символов, их можно беспрепятственно заимствовать, при этом они входят в любой обычный арабский шрифт вроде Times New Roman.

– Интересно, что отсутствие и не универсальность кириллических шрифтов и кодировок во многих программах на заре развития интернета привели к стихийному образованию своеобразного канона латинской транслитерации русских слов. И смс-сообщения, которые латиницей могли содержать больше символов, укрепили этот канон. Сокотрийцы ведь пользуются смс и интернетом с помощью арабского алфавита? У них не появилась стихийная письменность?

– Честно говоря, не знаю, я этом вопросом не интересовался. Вот в Махре, регионе в континентальном Йемене, где тоже есть свой семитский язык, отличный от арабского (и родственный сокотрийскому), работает наша британская коллега Джанет Уотсон, она часто хвастается своей огромной коллекцией смс-сообщений на мехри в арабской графике. Вы правы, у сокотрийцев тоже мог сложиться какой-то стихийный способ транслитерации при написании смс, это стоит изучить. Но я вообще не очень много видел, чтобы сокотрийцы писали смс, они больше любят поговорить.

– Разработанная вашей группой письменность уже начала внедряться на каких-то уровнях? Вывески магазинов появились на сокотрийском?

– Нет. Мы – лингвисты, а не политики и не культурные строители. Мы не станем говорить людям – “а не повесить ли вам вывеску на сокотрийском языке?”. Я знаю точно, что наша письменность с легкостью читается независимыми от проекта, сторонними сокотрийцами. Мы это проверяли и специально, и жизнь проверяла – люди находили наши рабочие листки с записанными сказками и анекдотами и с радостью читали друг другу. Наша книга только вышла, но те два сигнальных экземпляра, которые мы чудом успели захватить на остров, – там уже очередь выстроилась ее читать.

– То есть этой письменности не нужно специально учиться, если человек знает арабский?

– Нужно учиться писать, а свободное чтение без подготовки я сам наблюдал десятки раз, и это меня убедило, что письменность получилась хорошей. Я, например, показывал сокотрийцам записи Мюллера, которые тоже сделаны арабскими буквами, и они читаются с трудом.

– Вам, очевидно, очень повезло с вашим информантом Исой?

Иса

Иса

– Да, мы очень рады, что нам посчастливилось встретиться с таким человеком. У нас сложились замечательные отношения. Огромная удача для исследователя – стопроцентное взаимопроникновение между лингвистической наукой и одаренным естественным интеллектом информантом. Я никогда не думал, что естественный потенциал языковой рефлексии так велик в людях из относительно архаического общества. Конечно, арабская культура, ислам сыграли здесь очень большую роль. Некоторые ученые пишут, что арабский язык разрушает местные языки и скоро их вытеснит, но я вижу здесь и другую сторону –знакомство с литературным арабским сыграло большую роль в повышении способности к анализу и сохранению своего собственного языка. Мы пришли к людям, для которых уже не было секретом, что в языках бывает категория времени или наклонения – они уже учили это в средней школе. Пусть не в самом научном виде, но хоть как-то: в конце концов, так же, как это известно любому образованному русскому или англичанину. Идея, что у сокотрийского языка тоже есть грамматика, что он может быть оформленным письменным медиумом, конечно же, связана с влиянием арабской культуры и мусульманской религии, и здесь я вижу очень много плюсов.

– Вы сказали, что лингвисты – не культурные строители. Но письменность – ваше детище, неужели вам не хочется, чтобы она не просто осталась академическим трудом, а стала бы чем-то большим, вошла бы в жизнь людей?

– Хочется, но еще больше мне хочется, чтобы из-за письменности никого не убили, не оскорбили, не выгнали с работы, чтобы никто не понес ущерба – уж сколько подобных событий мы видели в новейшей истории человечества! Регион этот непростой, никто не знает, что будет с ним даже в ближайшие годы. Год назад впервые в своей истории Сокотра стала единой самостоятельной провинцией (раньше она была разделена на западную и восточную части, которые по отдельности входили в континентальную провинцию Хадрамаут). Это уже привело к очень многим и разнообразным изменениям в жизни людей. Посмотрим, что будет дальше.

– А религиозные проблемы могут возникнуть?

Леонид Коган и информант Ахмед

Леонид Коган и информант Ахмед

– Это интересный вопрос. Прямой связи с религиозной проблематикой тут вроде бы нет. Иса, как преподаватель религии, в меру своих сил и возможностей интересуется исламской теологией, и одним из последних текстов, который мы записали с ним в Москве, был довольно длинный трактат, который назывался одним словом – “Бог”. В этом тексте Иса постарался на сокотрийском языке изложить основные принципы ислама, причем в полемическом ключе – это воображаемая история обращения христианина в ислам через диалог об истинах веры. Ему, конечно, хотелось, чтобы на его родном языке появились записи не только сказок и стихов, но и "серьезные", с его точки зрения, вещи. Для нас было удивительным и во многом трогательным, что появление письменности мотивирует такого рода теологическую рефлексию. Ничего неортодоксального в этом сочинении нет, поэтому ждать от него каких-то проблем я бы не стал. Впрочем, друзья и родственники Исы отнеслись к его сочинению с заметной осторожностью. Но мы этот текст обязательно рано или поздно опубликуем.

– У вас есть надежда, что вы приедете в следующий раз на Сокотру и увидите, что там вышла, скажем, тоненькая книжка сказок на сокотрийском, использующая вашу письменность?

– Такое вряд ли случится в ближайшее время. Но и в том, что наша книга и наша работа не останутся совсем без плодов, я уверен. Широко это будет или узко, в глубине или на поверхности – посмотрим, но я почти уверен, что каких-то более официальные, более институциональные инициативы не заставят себя ждать. Подчеркну, что вся наша фольклористическая и лингвистическая деятельность транслируется также на арабский литературный язык, и мы всегда надеемся на поддержку местных, региональных и общегосударственных структур Йемена.

Материалы по теме

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG