Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Необыкновенные американцы Владимира Морозова

Александр Генис: Понятно, что в конце года главным предметом обстановки квартиры становится елка. Раньше она у нас дома называлась новогодней, сейчас уже мы привыкли звать ее рождественской. А это означает, что стоять у нас ей приходится дольше, чем у соседей. Если те выбрасывают елку сразу после Рождества, то мы под одним деревом отпразднуем и Рождество, и Новый год, да еще и старый Новый год - 13 января.

Это значит, что нам нужна елка особая, выносливая, чтоб хватило чуть ли не на месяц праздников. Конечно, проще всего обзавестись всем необходимым на ближайшем перекрестке - в рождественские дни праздничным товаром торгуют повсюду. Но это было бы слишком просто. Куда интереснее, дешевле и надежнее покупать елку на специальной ферме.

После двух часов езды по шоссе, ведущему на север штата Нью-Йорк, мы сворачиваем на маленькую дорогу - и сразу, без перехода, оказываетесь в сельском раю. В городе - одна слякоть, а здесь - снег лежит, пруды ледком покрылись, кругом добродушные пейзане. А чтобы эта мирная картина приобрела праздничный вид, все телеграфные столбы украшены фонариками, лентами и венками.

Елочная ферма представляет собой смесь леса с парком: бескрайное поле, усаженное деревьями разного возраста и, кстати, разных пород - у каких хвоя длиннее, у каких окраска интенсивнее.

Хозяева вам вручают пилу и отправляют на охоту за самой красивой елкой. Любая из них выглядит прекрасно, но раз есть такой выбор, вы начинаете привередничать. То она не круглая, то не густая, то ствол кривой. Короче говоря, два часа мы бродим по лесу, пока не остановливаемся у последнего дерева, дальше уже шли поля. Отсюда тащить добычу надо было с километр. Зато мы убеждены, что из тех 35 миллионов деревьев, которыми в это рождество украсили свои дома американцы, наша елка - самая роскошная. И стоять она может хоть до весны. Спиленную елку засовывают в хитрую машину, которая превращает дерево в аккуратную упаковку. Теперь ее можно привязать на крышу и ехать домой. Однако традиция требует по пути остановиться в баре (так и хочется назвать его постоялым двором), куда все заходят, чтобы выпить чего-нибудь горячительного и посидеть у камина. Паркинг перед баром сплошь уставлен машинами и на крыше каждой - связанная елка. Как будто и в самом деле охотники собрались.

Уже покидая бар, я заметил маленькую ферму, во дворе - бельевая веревка, а не ней сушатся сразу три выстиранных колпака Санта-Клауса. Оно и не удивительно: лучше всего Рождество умеют справлять в провинции.

Об этом в своем предпраздничном репортаже рассказывает Владимир Морозов.

(Jingle-Bells)

Владимир Морозов: Какой ты подарок хочешь получить на Рождество?

Эби: Я хочу получить Айпод. Кто мне его подарит? Санта-Клаус, папа и мама. Почему люди празднуют Рождество? Потому что это день рождения Иисуса.

Владимир Морозов: Родители клянутся, что девятилетняя Эби начала играть с электроникой еще в колыбели. У ее 11-летней сестры Ханы желания более старомодные.

Хана: Я хочу щенка. Да, у нас уже есть собака, но она общая. А я хочу свою. Какой породы? Золотистый ретривер.

Владимир Морозов: Рождество в Америке начинается за месяц до Рождества, что особенно заметно в провинции. Нью-Йорк круглый год сверкает огнями рекламы, которая утверждает, что это «город, который никогда не спит». А провинция рано отправляется на боковую. Часов в 10 вечера почти все окошки в домах уже темные. Но вот за месяц до Рождества эта Спящая Красавица пробуждается.

Исайя: А я не жду каких-то особенных подарков. Что будет, то и будет. Для меня главное - отметить день рождения Иисуса. В этот день хочется видеть людей счастливыми, чтобы вся семья была вместе. Это главное, а подарки большого значения не имеют.

Владимир Морозов: Америка празднует Рождество 25 декабря, но зажигает рождественские огни сразу после Дня Благодарения, то есть уже в конце ноября. Едешь по темной лесной дороге, и вдруг справа цветным пятном возникает дом, на котором гирлянды лампочек и за окном украшенная рождественская елка. А вон слева другой дом, где елку побольше поставили еще и во дворе. Рядом подсвеченные ясли с младенцем, фигуры Марии, Иосифа, волхвы, овцы, верблюды. Подъезжаешь к деревне и, словно, видишь перед собой цветную рождественскую открытку. Праздник, как бы, пробуждает от комы даже самых ленивых, которых тут, надо признать, немного. В моей деревне Коринф есть домишко, который давно пора подправить, подкрасить или хотя бы разобрать заваленный всякой рухлядью двор, да, видно, руки не доходят. Но вот в ожидании Рождества жильцы, поеживаясь от холода, бродят возле своей хибары с елочными украшениями и фигурками святых.

Майкл, ну, ты как, работу нашел?

Майкл: Я инвалид. Ты же знаешь, у меня поврежден позвоночник. Так что, не работаю. Как мы сводим концы с концами? Мне платят пособие по инвалидности. Семья получает талоны на питание (фудстемпы), нам оплачивают аренду этого дома.

Владимир Морозов: В молодости его жена Пэм, как и Майкл, тоже служила в армии, поэтому им щедро помогает еще и Ассоциация ветеранов, которая вместо Санта Клаусса в рождественскую ночь приносит и кладет под елку подарки для всех членов семьи Фигерас, а тут пятеро детей. Майкл любит рассказывать, что его родня со стороны отца ведет свою родословную не только от испанского дворянства, но и напрямую от кастильских королей. И на Рождество здесь ставят на стол испанский рис и курицу по-испански с горстью неизвестных нам пряностей. А рождественские песни возле елки поют не только по-английски, но и по-испански.

(Майкл поет по-испански)

Владимир Морозов: А как выходят из положения те семьи, где никто в армии не служил и которым не помогает Ассоциация ветеранов? Где не до подарков, а надо просто свести концы с концами? На это есть отдел социального обеспечения, специальный продуктовый банк в каждом регионе и различные благотворительные организации. В деревне Коринф имеется еще и продуктовая кладовка, где бесплатно раздают продукты всем малоимущим, не спрашивая ни документов, ни справок. Содержат кладовку вскладчину все деревенские церкви: методисты, пресветериане, веслианцы, католики, баптисты и адвентисты седьмого дня. Рассказывает пастор одной из церквей Джон Олдридж.

Джон Олдридж: Таким же образом мы помогаем детям, родители которых находятся в тюрьме, чаще всего это отцы. Мы не хотим, чтобы на Рождество эти семьи остались без подарков. Не только дети прихожан, но и просто из нашего района. Одежда, продукты, просто подарки.

Владимир Морозов: Среди курьеров его церкви состою и я сам. Отвозил подарки детям, отцы которых в тюрьме. Побывал в деревнях Уорренсбург и Харрисбург. И хотя при этом не было на мне пышной бороды Санта Клаусса, чувствовал я себя этаким Дедом Морозом, благо и фамилия у меня вполне подходящая, а в электронных письмах российским внукам я так и подписываюсь — Дед Морозов. Пастор Джон рассказал мне, что перед Рождеством на адрес продуктовой кладовки вдруг начинают приходить необычно большие для небогатой деревени чеки — на 500 и на тысячу долларов. Причем, чеки анонимные, так что и не ясно, какой щедрый благотворитель это послал.

Ну, а что касается людей среднего достатка, то на праздник они отовариваются на свои кровные.

Зашел я к своим соседям Тому и Роуз. Они ожидали приезда трех внуков и целая комната до потолка была заставлена разнокалиберными коробками с подарками. Вы что, ребята, тысяч десять за подарки выложили, пошутил я. Нет, только 5 тысяч, серьезно ответила Роуз. Работает она санитаркой. Муж — плотник. Роуз, так неужели вы с Томом, действительно, потратили 5 тысяч на подарки! Ведь и внуков-то у вас всего трое. Чего же вы им накупили?

Роуз: Мы купили им всем зимние пальто, теплые ботинки, теплые жилеты, свитера, много другой одежды. Потом игрушки, компьютерные игры, шапки, шарфы, зимние перчатки — словом, все для зимы. Джейсу купили салазки. Джонни любит книги, ему набрали книг. Стиви обожает видиоигры, ему накупили игр. Да, мы не миллионеры, но я много работала сверхурочно за двойную оплату, деньги были. Имел работу и Том, так что, мы вложили в это дело каждый по 2 с половиной тысячи.

Владимир Морозов: Я думаю, ребята, вы не дедка с бабкой, а просто чудовища. Вы же забалуете, испортите своих внуков!

Роуз: Они живут в бедном районе. У матери не всегда есть работа. А дети любят Рождество, каждый ребенок хочет праздника. И мы обязаны им этот праздник устроить. Потом, когда внуки вырастут, они будут с благодарностью вспоминать и нас, и этот замечательный праздник. Да, конечно, каждый год нам по пять тысяч не потянуть. Поэтому мы делаем такие большие подарки только раз в три года.

Владимир Морозов: В своей деревне Коринф я встретил оригинальную даму, которая копит на подарок сама себе. Недавно знакомый фермер Энди Боуи привез мне дрова. На разгрузке нам помогала Шарлин, крепкая девушка 14 лет, которая не отставала от нас-мужиков. Как выяснилось, это дочь его соседа.

Шарлин, почему ты работаешь на этого дядьку?

Шарлин: Потому что мне нужны деньги, чтобы купить себе четырехколесник. Это мой рождественский подарок самой себе. Нет, я не охотник и не рыбак. Зачем мне четырехколесник? Потому что у нас в деревне дети ездят на них друг к другу в гости. Да, верно, по основным дорогам на четырехколеснике ездить запрещено, но мы и не выезжаем на большие шоссе, где можно встретить машину или нарваться на полицейского. Мы гоняем по маленьким дорогам. Сколько будет стоить такой подарок самой себе? Я буду искать за тысячу, подержанный.

Владимир Морозов: А как твои семья и одноклассники отмечают Рождество?

Шарлин: Я еврейка, поэтому у нас дома Рождество не отмечают. Но я буду праздновать с одноклассниками. Обычно мы собираемся у моей подруги Эмили. Украшаем елку, покупаем друг другу подарки. У Эмили мы и ночуем. И ночью, как положено, приходит Санта Клаус и кладет подарки под елку. А мы утром просыпаемся и начинается визг, шум и гам, мы раскрываем подарки.

Владимир Морозов: До этого, вечером 24 декабря в местных церквях проходит предпраздничная служба, а днем 25-о в семьях - рождественский обед. Его меню обычно разнообразием не отличается. Здоровенные ломти вареной говядины или индейки, непременный овощной салат, винегрет. Вареная картошка или рис. На десерт тыквенный или яблочный пирог. Иногда на столе может стоять бутылка красного сухого, которую взрослые едва одолевают. Зато в охотку пьют эг-ног (слабенький яичный коктейль). Но для моей соседки Роуз выпивка - особая статья.

Роуз: У прошлом году я приготовила лазанью, салат и чиз-кейк (творожный торт). Что пьем? Колу, эг-ног. Вино, пиво? Том, как ты знаешь, давным-давно завязал. И я больше не пью. Ни при внуках, ни без них. В рот не беру. Почему? Потому что во хмелю я ужасна. Когда выпью, муж из дома уходит. Так что я завязала. СМЕХ.

Владимир Морозов: Для меня, как выходца из России, есть в американском Рождестве и один грустный момент. Новый год здесь не отмечают, и в уже конце декабря, сняв украшения с елок, деревья начинают выбрасывать на улицу. Жалко елок.

… Но зато весь предыдущий месяц праздник всегда с тобой.

(Jingle-Bells)

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG