Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Русский мир" – это война и смерть"


Сергей Лавров на пресс-конференции в Москве 21 января 2015 г.

Сергей Лавров на пресс-конференции в Москве 21 января 2015 г.

Как развивается ситуация на востоке Украины? Что говорит по этому поводу Сергей Лавров на своей пресс-конференции? Как реагирует украинская сторона? Обсуждают Роман Цимбалюк (УНИАН), Павел Каныгин (Новая газета) и Юрий Бутусов (Цензор.Нет). Ведущая Елена Рыковцева.

Полная видеоверсия эфира

Елена Рыковцева: Представляю гостей нашей программы: в студии Роман Цимбалюк, корреспондент украинского агентства "Униан", гроза российских официальных лиц. Он ходит на все пресс-конференции и пугает, сначала Путина, теперь Сергея Лаврова. Вам удалось задать вопрос на пресс-конференции?

Роман Цимбалюк: Насчет пугать – это слишком громко сказано. Несмотря на то, что мы в состоянии войны, противников надо уважать. Российские должностные лица, в частности, Сергей Викторович – это дипломат очень высокого уровня. Да, конечно, как ни странно, ближе к концу я задал свой вопрос. Но вы прекрасно знаете, что в таких ситуациях можно задать все, что угодно, но он скажет только то, что захочет.

Елена Рыковцева: Вопрос прозвучал, ответ прозвучал, нам есть, что обсуждать, по крайней мере, сегодня. С нами на связи Юрий Бутусов, главный редактор интернет-издания "Цензор.нет", очень уважаемого нашими слушателями. Я, кстати сказать, хочу рассказать одну историю, что у нас в прошлом эфире был Антон Геращенко, советник Арсена Авакова, министра внутренних дел. Он посидел в нашем эфире час, поговорил с нашей аудиторией, послушал наши звонки и пошел хвалить нас на украинские каналы. Говорил, какие взвешенные и адекватные слушатели у Радио Свобода. Безотносительно к тому, какую позицию они занимают. С нами также на связи Павел Каныгин, корреспондент "Новой газеты", который часто бывает на востоке Украины. И сегодня мне предоставился случай познакомиться с корреспондентом Первого канала, заочно пока, который тоже там бывает, у него есть своя позиция по этому поводу. Сегодня не получилось, потому что я буквально несколько часов назад начала вести переговоры на тему участия в нашем эфире. Но я надеюсь, что в будущем и Первый канал тоже примет участие в нашем эфире по ситуации в Украине. Давайте с последнего события – пресс-конференция Лаврова. Слушаем, что он сказал. Наш корреспондент Никита Татарский был, у нас есть свое видео.

(Видео с выступлением Лаврова см. в видеоверсии эфира)

Елена Рыковцева: Я должна сказать, что это ответ был на вопрос нашего гостя Романа Цимбалюка. Тем не менее, я попрошу сначала прокомментировать этот ответ Юрия Бутусова. Потому что очень важно понять, сказал ли Лавров что-то существенное. Он сейчас рассказал нам, что была линия разграничения, обозначенная в минских соглашениях, после которой бои все-таки продолжались. Ополченцы, сепаратисты завоевали, отхватили большую территорию, чем предполагалось по этой линии. Теперь якобы они готовы снова на обозначенные минскими соглашениями позиции, но для этого нужно, чтобы все отвели тяжелые вооружения. Что вы об этом скажете, Юрий?

Юрий Бутусов: Я скажу одно, что почему-то Лавров забыл одно важное условие, которое необходимо для выполнения минских соглашений, с которых начинались эти соглашения – это условие прекращения огня. Так вот если бы российские боевики, которыми руководят граждане России, в том числе Моторола, если бы российские генералы, которые находятся сейчас в Донецке, в том числе зам командующего войск сухопутной операции, который с российской стороны якобы приехал принимать участие в переговорах, а на самом деле руководит российским контингентом в Украине, который ведет войну, боевые действия против украинских войск, так вот если бы эти люди для начала прекратили обстрелы наших позиций, наших городов, если бы вчера они не ударили из "Града" по Дебальцево, опять убили троих мирных жителей, если бы "Градом" не расстреляли автобус в Волновахе, то тогда можно было бы говорить о перемирии, красивые слова произносить о территориальной целостности, о том, что нужно ответить тяжелое вооружение. Но де-факто Россия не выполняет условия минских соглашений, она не обеспечивает никоим образом прекращения огня. Поэтому все, что говорит Лавров – это просто демагогия, это такая словесная дымовая завеса, которой Кремль пытается прикрыть эскалацию боевых действий. Вчерашний диверсионно-террористический акт, когда был подорван диверсантами в тылу один из мостов в Запорожской области. То есть Россия создает словесную дымовую завесу. К сожалению, лидеры Кремля неадекватны – это люди, которые считают, что кроме военного решения, кроме силового решения они никоим образом с Украиной разговаривать не должны. Они говорят с украинским руководством с позиции силы, и они считают, что кроме как капитуляция, кроме как сдача полностью Москве у нас никаких вариантов даже быть не может.

Елена Рыковцева: Это бессмысленные слова, которые на самом деле прикрывают только одно, что будем дальше бить, это будет продолжаться, пока Украина не иссякнет, не измучается, не приползет на коленях?

Юрий Бутусов: Безусловно. Потому что эти слова полностью противоречат тому, что Россия делает. Откуда у террористов, например, вдруг нашлись взрыватели из ста килограммов взрывчатки мощной, которой они разнесли мост? Кто это организовал? Понятно, это профессиональные диверсанты. Кто ведет массированный обстрел артиллерией? Мы знаем – кто. Потому что конкретно боевики утверждают, дают интервью: да, большинство – это россияне. Это их интервью, их десятки в интернете. Все перестали скрывать свою принадлежность, свое гражданство. Совершенно очевидно, что это делает Россия. А от Лаврова мы слышим такие просто издевательства, которые никак не связаны с происходящим.

Елена Рыковцева: Павел, ваши ощущения, ваше восприятие этого ответа, что все образуется, ополченцы отдадут назад те территории, которые они прихватили после Минска, с условием, что все отведут свои вооружения. Что вы об этом думаете, это перспективно, это практически реализуемо?

Павел Каныгин: Я не знаю, как комментировать слова нашего министра иностранных дел. Потому что мы столько раз видели, как говорятся одни вещи, а потом на деле выясняется совсем другое. Поэтому, мне кажется, комментировать дипломатов российских – это излишне. Я хотел бы добавить к словам о вооружениях, которых якобы нет на территории зоны конфликта, российского вооружения, действительно доказать это так, чтобы в это поверил какой-то суд, а тем более российский – это довольно сложно, если вообще возможно. Потому что те типы вооружений, которые там сейчас используются сепаратистами – это советского образца, начиная от патронов, кончая минами. Все это датируется годами 1970-80-ми и действительно могло быть изготовлено, где угодно. Но сами воюющие комбатанты открытым текстом говорили в том числе и мне, что это вооружение приехало из России. Они говорили, естественно, не на камеру, не под запись, но это не составляло тайны. Об этом знали все, откуда идет вооружение, откуда идет техника. Естественно, в таком количестве ее не было на Донбассе, в таком количестве дэнээровцы не могли ее отжать у Украины. Поэтому, когда просят доказать и показать, откуда это все, это кажется такой игрой. Все всё понимают, но бумажку предъявить, где будет написано "это привезено из России", к сожалению, никто не может. Могут показать фотографии с техникой, видеопленки с тем, как она внезапно появляется у российско-украинской границы, идет в сторону Макеевки и Донецка – это да, но это же не является по мнению МИДа доказательством.

Елена Рыковцева: Роман, поскольку вы автор вопроса– это ответ вам, что вы об этом думаете, есть ли хоть какое-то рациональное зерно в этом ответе по поводу линии, по поводу отвода вооружений? Это реализуемо?

Роман Цимбалюк: Знаете, грустно на самом деле. Я сейчас думаю, там была еще вторая часть вопроса, она звучала примерно так, что после событий на Донбассе, когда вся планета увидела, что "Русский мир" – это война и смерть, как вы будете это словосочетание реабилитировать. Я сейчас после этих ответов понимаю, что надо было этот вопрос более концептуальный задавать первый. Потому что ответы по войне, по поставкам оружия просто никакие: я не вижу, я не знаю, у вас нет доказательств. Но опять же по уголовному праву свидетельства людей являются доказательством для Следственного комитета, они заявляют, что у них тысячи свидетельств военных преступлений.

Елена Рыковцева: Украинского?

Роман Цимбалюк: Естественно. И у них огромное количество доказательств. Людей, которые сейчас содержатся в российских застенках, говорят, около 30, даже в нарушение всех законов Российская Федерация не сообщает об удержании здесь. Самое главное, Сергей Викторович говорит очень интересно, потому что он дипломат опытный, он говорит: мы отведем тяжелое вооружение за линию, которая была согласована 17 сентября. Но он же не говорит, что мы вернем контроль Украине над территориями, которые были захвачены после перемирия.

Елена Рыковцева: А это не предполагается? Я тоже удивилась, когда они кричат каждую минуту: мы вернем оккупированные украинской армией территории! И вдруг они что-то отдадут.

Роман Цимбалюк: Если посмотреть по действиям на фронте, российские боевики, российские военные. У них стоит задача максимально расширить плацдарм, максимально захватить территорию Украины. Потому что рано или поздно перемирие какое-то настанет, закон такой, что после войны приходит какой-то мир. Их задача, во-первых, захватить максимальное количество территорий. Я не вижу ни одного основания, что Украина сможет вернуть, кроме как военным путем. Во-вторых, понятно, что эти боевые действия, которые сейчас проводятся, их главной целью является сломить Украину, чтобы она перестала сопротивляться. Но это им не удастся. Да, они взорвали мост, как говорил Юрий, построим, отремонтируем его рано или поздно. Просто акции устрашения, показать максимально на фоне пленных военнослужащих, что какие украинские военные глупые, не смотрят за солдатами, не дают им патроны, забыли и бросили. Если посмотреть федеральные каналы, они все работают на эту тему. Любопытно было бы пообщаться на эту тему с каким-нибудь журналистом, который работает на федеральное СМИ. У меня был бы единственный вопрос: неужели ты никогда не видел российского солдата? Естественно, если это будет на камеру, он скажет, что нет. Но объективно все понимают, что если бы там не было Российской Федерации, то конфликта вообще бы не было.

Елена Рыковцева: Юрий, это звучит уже как стишок, сказка про белого бычка, скороговорка. Если бы у нас здесь сидел журналист федерального канала, которого я мечтаю увидеть и он, наверное, придет, он скажет, как и Лавров: это не доказательство. Сегодня мы видим какие-то колонны снова на границе, нам показывают бесконечную военную технику – это не доказательство, скажет он, потому что не та камера, не та граница, не та территория. Что вообще должно быть доказательством? Псковские десантники – это было доказательство, ведь они отреагировали официально, они что-то наврали, но они признали, что они были на этой территории.

Юрий Бутусов: На самом деле это тоже информационная игра, поскольку нынешний кризис, война ведется прежде всего информационными методами. Доказательств более, чем достаточно, их очень много. Но если каждый день говорить, что нет доказательств, то действительно кому-то может закрасться в голову, что нет доказательств, и мы начинаем это обсуждать. Как же нет, когда есть не то, что десятки – сотни свидетельств. Во-первых, заявления самих граждан Российской Федерации, российских военнослужащих и даже не только тех десантников, но и других. Есть погибшие, могильные плиты сфотографированы, памятные знаки в 6 танковой бригаде Российской Федерации, в 18, в других частях, где люди погибли в августе, масса фотографий. Насчет российской техники, есть уникальные образцы российской боевой техники, которые массово снимались, фотографировались на территории Украины, в том числе российскими федеральными телеканалами. Последняя из новинок российского ВПК в Украине – это бронемашины производства КАМАЗа типа "Выстрел" и типа "Водник". Они никуда не поставлялись за рубеж, они находятся на вооружении российских воинских частей, находятся на пограничной службе и находятся на вооружении 7-й военной базы в Абхазии.

Елена Рыковцева: То есть в украинской армии ни одного такого нет оружия?

Юрий Бутусов: Не только в украинской армии, ни в какой другой армии этого нет, они выпускались ограниченным выпуском исключительно для нужд вооруженных сил России. Опять-таки, видео с этими бронемашинами распространяется не украинскими СМИ, ни кем-то анонимным – это официальные российские агентства, которые обслуживают интересы боевых действий, обслуживают боевые подразделения, которые состоят из российских граждан, о чем они сами откровенно говорят. Последнее из того, что было в интернете – это когда устроили разборки в Луганске боевики двух группировок Вагнера и Бэтмена, обе стороны дают интервью в интернете и говорят: как же так, за что же вы нас разоружаете, мы же все россияне, мы граждане Российской Федерации. Почему российский спецназ забирает у нас оружие, мы же так хорошо убивали укров, мы герои войны. Это не единичные свидетельства. То, что какие-то российские официальные лица говорят, что у нас нет доказательств – это просто полная ложь, даже смешно комментировать. Можем устроить в посольстве России в Киеве выставку – это будет огромная экспозиция, если им не ясно, что это доказательства. В администрации президента Украины на втором этаже повесили несколько огромных фотографий, там висят фотографии с Майдана, а есть несколько фотографий с войны. Фотография есть российских десантников, которые попали в плен, и на пресс-конференции рассказывали, как их послали на войну. И фотографии российских танков Т-72, колонны на территории Украины, которых на вооружении украинской армии опять-таки нет, это уникальная модель, только на вооружении российских вооруженных сил, модификация 2012 года. Поэтому доказательства есть, а все, что мы слышим – мы комментируем эхо. Мы комментируем информационный шум. Просто по канонам КГБ при проведении активных мероприятий врать должны все сверху донизу. Я думаю, что такое же распоряжение выполняет и господин Лавров, который четко работает на обслуживание информационной войны.

Елена Рыковцева: Павел, гипотетически, что меняет, если Россия признает: да, это наше вооружение, да, это наши восемь с половиной тысяч военных?

Павел Каныгин: Кардинально меняет ситуацию. Потому что в таком случае Россия, выясняется, что это не просто страна, заинтересованная, как неоднократно подчеркивал президент и глава МИДа, а что Россия фактически является стороной этого конфликта. Для Европы это не новость и никакая не неожиданность, Европа считает Россию стороной, но Россия сама для себя решила и для внутреннего потребителя новостей центрального телевидения, что Россия здесь не является никакой стороной. Если мы признаем, тогда все очень сильно меняет. Тогда надо объяснить людям, что Россия фактически ведет войну с соседним государством. Если мы посмотрим те же самые федеральные каналы, да, есть поддержка моральная, гуманитарная, но Россия ни в коем случае никаким образом не вмешивается – это сугубо украинский конфликт. Россия на стороне ополченцев, но никоим образом им не помогает. Поэтому, конечно же, это изменит не многое на самом деле, я соглашусь с Юрием Бутусовым, что ситуация нелепая, очень странная, что Россия не признает поставки и помощь всяческую.

Елена Рыковцева: Санкции объявлены ровно за участие России в конфликте. Чего упираться?

Павел Каныгин: Это уже вопрос к тем, кто упирается. Наблюдатели для себя вывод сделали, сделали его давно. Те самые неприятные последствия, которые мы сейчас имеем – это ровным счетом выводы, сделанные из этих наблюдений, я имею в виду санкции и прочее.

Елена Рыковцева: Пленные, сейчас на российских каналах с огромным удовольствием нам показывают, как над ними издеваются, как их допрашивают и как их лечат. Вчера их допрашивали и били, они сидели со связанными руками униженные, оскорбленные и так далее, сегодня вытащили новую группу "киборгов" из развалин аэропорта и перевязывают, потому что они пострадали. Продолжают задавать им вопросы, но, по крайней мере, как сегодня нам объясняют, спасли их жизни. Где пленные с той стороны, предъявляют ли украинской стороне российских пленных?

Роман Цимбалюк: В течение последней недели я лично видел допрос двух российских солдат, один из Самары, другой из Ульяновска. Поэтому нельзя говорить о том, что таких случаев нет. В Москве вы вообще ничего кроме карателей не видите по телевизору, поэтому ничего удивительного нет. Я не исключу, что это видео было показано по украинским телеканалам. А если каким-то образом пойдет резонанс в России, тут скажут, что это неправда, это не доказательство, это не наши солдаты, они их переодели и все. Отмазаться в таком ключе несложно. А в контексте, вы говорили, почему Россия скрывает это, и что изменится… Еще год назад для российских граждан факт того, что воевать с Украиной, убивать украинцев – это была вещь за гранью, сейчас после того, как из украинцев сделали хунту и фашистов, мы теперь не братская страна по факту, а мы бандеровцы, то есть враги. Убить врага – это почетно. Никто не будет объяснять, что боевые действия ведутся на территории Украины, и агрессором является именно Российская Федерация.

Елена Рыковцева: Юрий, объясните нам, пожалуйста, что все-таки происходит в донецком аэропорту? Бесконечно разная информация: его взяли, его не взяли, теперь 25 пленных. Нам сначала говорят, что это "киборги", вытащенные из завала, потом вдруг кто-то из них говорит: нас сюда отправили, нам не сказали, что аэропорт не наш, поэтому мы доверчиво поехали, и тут такое делается, оказывается, он контролируется сепаратистами. Нас подставили, мы оказались в плену. То есть совершенно явно, что человек, которого нам транслируют как пленного, не был среди "киборгов". Что там, с вашей точки зрения, происходит?

Юрий Бутусов: Я тоже не видел ни одного пленного в российских репортажах "Лайф Ньюс" и "Вести", который сказал бы, что он был среди защитников. Мы видим, что пленные, которые выступают, говорят, что мы были в составе колонн снабжения, которые шли в новый терминал. Вчера одна из таких колонн в густом тумане заблудилась, вышла на позиции противника, была разбита, 8 наших бойцов попало в плен. Сегодня видел человека, была подбита МТЛБ, которая шла в терминал, раненный был захвачен в плен. Среди тех, кто является защитниками, я еще ни одного пленного не видел. Просто я знаю, какие там подразделения дислоцируются, еще ни один человек не сказал из пленных, что он оттуда. Опять-таки обстоятельства того, что эта МТЛБ и эта колонна вышли на позиции противника и были разбиты – это подтверждается нашей стороной. Относительно другого ничего утверждать не могу. Поскольку в аэропорту работает очень сильная российская радиоэлектронная разведка, средства радиоэлектронной борьбы, телефонная связь там подавлена. Поэтому позвонить в терминал просто невозможно. Дело в том, что Россия развернула там очень серьезные системы подавления, в радиусе нескольких квадратных километров вообще не работают никакие средства связи – это делается для того, чтобы парализовать управление нашими подразделениями. К слову про новую технику. Буквально 4 дня назад Россия продемонстрировала миссии ОБСЕ развернутую под донецким аэропортом радиолокационную станцию новейшую контрбатарейной борьбы, называется она "Аистенок". Это новейшая малогабаритная радиолокационная станция для обнаружения и засечки позиций артиллерийских и минометных батарей. Это к слову про отсутствие доказательств. Было продемонстрировано, это есть в официальном видео ОБСЕ, в официальном отчете, этим Российская Федерация показывает, что она контролирует обстановку над аэропортом и видит, откуда летят снаряды. Поэтому там достаточно серьезная группировка. Информацию о том, что там происходит, я не могу сейчас сказать, связь заглушена, позвонить в терминал я не могу. Естественно, наши штабы так же не откровенничают на эту тему. Я могу здесь только полагаться на какую-то конкретно подтвержденную информацию. Подтвержденной информации, что взяты в плен именно "киборги", у меня на данный момент нет. "Киборгами" называли 80 человек, которые держали этот терминал весь сентябрь и начало октября. Сейчас там уже достаточно крупные силы, поскольку возросла концентрация российских отрядов в аэропорту. Естественно, туда подтянута дополнительная сила украинским командованием. Среди защитников нового терминала я еще не видел ни одного защитника, который был бы в плену. Информации об этом нет в том числе на российском телевидении.

Елена Рыковцева: Сегодня ваше имя прозвучало по российским федеральным каналам, говорилось о том, что вы сообщили о ранении Дмитрия Яроша. Что на эту минуту известно?

Юрий Бутусов: Дмитрий Ярош действительно был сегодня ранен во время обстрела, он находился на одной из позиций в донецком аэропорту, был ранен вторичными осколками от попадания рядом ракеты "Града". У него перебита рука, открытый перелом, по касательной задело голову, но он был в каске, повезло просто.

Елена Рыковцева: Ему удалось не попасть в плен, как я понимаю.

Юрий Бутусов: Донецкий аэропорт – это не один дом, он занимает 400 сотен гектаров. В самом новом терминале нет большого количества войск, там их невозможно держать. Борьба за аэропорт сводится не за один дом, а за многочисленные объекты, которые на нем размещены. Это здание старого терминала ВИП-терминала, нового терминала, это целый ряд контрольных наблюдательных вышек, пожарная вышка, ремонтные мастерские, склады, гостиница. Там большое количество объектов. Все эти объекты, контроль за этими объектами, наблюдательными пунктами позволяет удерживать аэропорт. Если мы говорим про оборону аэропорта, речь не идет о том, что это оборона одного здания, безусловно, это оборона тех объектов инфраструктуры, которые мы контролируем в данный момент.

Елена Рыковцева: На пресс-конференции Лавров опять предлагал Украине конституционную реформу.

Роман Цимбалюк: Это же старая позиция российского государства, которая была озвучена сразу после нашей революции. Она как раз заключалась в конституционной реформе и федерализации Украины, то есть ослабления Киева, чтобы на так называемые местные элиты Россия могла давить и получать свой результат. Это закрепление внеблокового статуса и, соответственно, русский язык. Мне все это приятно слышать, но дело в том, что выполнение этих условий, особенно, как говорит Сергей Викторович, давайте поговорим о будущем конституционном устройстве Украины, мне кажется, что этот вопросы главы российского МИДа как минимум не касаются. По поводу русского языка, Юрий, я сомневаюсь, что кто-то из ваших гостей или с кем-то вы общались из Украины, что кто-то не говорил по-русски. Дело в том, что эта история про ущемление русского языка – это просто ложь и метод давления на Украину, может быть в том числе, чтобы гражданам России объяснить, для чего они убивают граждан Украины. Причем опять же убивают русскоязычных. А по поводу внеблокового статуса, Украина была внеблоковым государством, тут пришел российский сапог, расстреливает нашу страну, взрывает мосты, убивает массами мирных и не только мирных жителей, украинских военных, разрушает инфраструктуру, оккупировал часть территории, я имею в виду Крым, уже оккупировал восточную Украину. Эти рассказы, что вы выполните все условия Москвы, все у вас будет хорошо. Но опыт подсказывает, что российское руководство готово прислушиваться и идти на какие-то компромиссы только с сильными. Как только у тебя будет малейшее сомнение, они почувствуют малейшее сомнение, что ты не готов сопротивляться, тебя просто сомнут, как принято сейчас говорить, намотают на российские гусеницы. Сейчас Украина показывает, что она готова воевать за свою страну. Таких людей миллионы. Что бы там ни думали, возможно, жертвы будут, когда по российским телеканалам докладывают о каких-то страшных потерях со стороны Украины, возможно, это так, но гражданам России не стоит забывать, что на войне не погибают солдаты только одной армии. Имейте в виду, что столько же людей погибло с вашей стороны. Проблема в том, что вы об этом не говорите.

Елена Рыковцева: Не говорят о потерях среди ополчения.

Роман Цимбалюк: Тоже вопрос к российскому обществу, жизнь человека, оказывается, ничего не стоит. Погиб ополченец, не погиб, никому это неинтересно, интересно, только когда он готов нажимать на курок.

Елена Рыковцева: Здесь сообщают исключительно о гибели мирных жителей. Это правда, что они гибнут, но это все-таки прием, почему сообщают о гибели только мирных жителей: украинская армия воюет не с ополчением, она давно отодвинута в качестве бойца, в качестве погибающей стороны. Гибнут мирные жители, потому что украинская армия целится в них.

Роман Цимбалюк: Все это делается для того, чтобы фактически оправдать свою агрессию. Мы долго тут спорим, есть там российские войска или нет. Признают завтра, это не в компетенции Сергея Викторовича, а у Владимира Владимировича завтра будет какое-то другое настроение или просто так решит, он скажет: да, мы защищаем русских. И все, тут все будут радостно аплодировать на всех федеральных каналах, на всех телешоу, найдут миллионы аргументов, как это правильно, надо прийти, защитить русских, русскоязычных. То, что по факту после прихода российских войск и началась эта трагедия, никто об этом, естественно, говорить не будет.

Елена Рыковцева: Поступило сообщение: "Президент Украины только что на Давосском форуме призвал мировое сообщество помочь Украине в борьбе с терроризмом и российской агрессии. Президент отметил, что по данным украинской разведки на территории Украины находится 9 тысяч российских солдат, 500 танков, тяжелой артиллерии и БТР". Вы считаете, достаточно или недостаточно предпринимает мировое сообщество для поддержки Украины?

Юрий Бутусов: Я думаю, что то давление, которое оказывается международным сообществом, оно беспрецедентно, я думаю, что эта поддержка для Украины очень важна. Здесь слушатель звонил, говорил о Финляндии. Я бы хотел отметить, что мы полностью повторяем путь Финляндии. Потому что если мы вспомним историю, Финляндия смогла выстроить добрососедские отношения с Россией только после того, как с оружием в руках воевала за свою независимость и потеряла в результате этой войны Карелию. Тем не менее, Россия дважды предпринимала попытку создать Финляндскую народную республику, тоже была народно-освободительная армия Финляндской народной республики, которая сражалась за советскую власть в Финляндии. Тоже было установлено, что война была спровоцирована инцидентом, когда обстреляли собственную пограничную заставу советскую и сказали, что это злобные финны решили напасть на великий Советский Союз. То есть мы сейчас четко идем по пути Финляндии. Безусловно, Украина как раз хочет выработать добрососедские дружественные отношения с Россией, но просто Россия должна перестать идти по этой дурацкой модели советской, кагэбистской энкавэдешной модели выстраивания отношений с близлежащими странами. Пора уже отказаться, уже XXI век. У нас была в Киеве делегация Финляндии недавно, тоже со мной встречалась руководитель делегации, чтобы узнать мое мнение о конфликте, что происходит. Я сказал: вы знаете, для того, чтобы понять, что происходит у нас на Донбассе, достаточно открыть учебник по истории Финляндии, вы все сразу поймете. Там все это было: народное правительство, выборы, Финляндская народная республика, народная армия. Один в один, как смотришь, один и тот же учебник. Видно, что Россией руководят те же люди, кто эти учебники советские истории и писал. Это люди с тем же образование. Все это уже было много раз в истории, и причина этого одна. Точно так же, как Финляндия решила сражаться с оружием в руках против СССР, потому что добрососедские отношения – это отношения равного с равным, это партнерские отношения. Именно поэтому вынуждена воевать и Украина. Мы здесь все говорим по-русски – это смешно, большая часть людей в Киеве говорит по-русски.

Елена Рыковцева: Давайте понадеемся, что в случае с Украиной все закончится так же, как с Финляндией.

Роман Цимбалюк: Мы победим, это наша страна, оккупант будет изгнан.

Звонки зрителей и слушателей, прозвучавшие в эфире, слушайте в аудио или видеоверсии.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG