Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Джон Ле Карре: исследовать секретные службы как подсознание народов


Джон Ле Карре: «Именно разведка стала местом действия моей "человеческой комедии"»

Джон Ле Карре: «Именно разведка стала местом действия моей "человеческой комедии"»

19 октября исполнилось 75 лет одному из самых популярных британских и европейских писателей, автору всемирно известных шпионских триллеров Джону Ле Карре (John le Carré).


Писатель, чье настоящее имя Дэвид Корнуэлл, родился в английском графстве Дорсет. Получил лингвистическое образование в Оксфорде и Берне. Преподавал в университете, затем служил в британской внешней разведке, работая под дипломатическим прикрытием в Германии. Автор 20 детективных романов, первый из которых — «Звонок покойнику» — написан в 1961 году. Другие известные политические детективы Ле Карре: «Шпион, который пришел с холода», «В одном маленьком немецком городе», «Портной из Панамы», «Русский дом», «Маленькая барабанщица». Только что опубликована новая книга писателя — «Песнь призвания». Он лауреат многочисленных профессиональных наград, в том числе премии Британского клуба авторов детективного жанра «Кинжал кинжалов». Более 40 лет Ле Карре живет в своем поместье в Корнуэлле.


О Джоне Ле Карре рассказывает корреспондент Радио Свобода в Великобритании Наталья Голицына.


«Песнь призвания»


— Сравнивая романы Ле Карре с произведениями других авторов детективного жанра, нетрудно заметить, что имеешь дело с хорошей художественной прозой, а не с завлекательным, но примитивным чтивом, к которому можно отнести большинство творений создателей детективов и триллеров. Ле Карре всегда привлекают серьезные социальные и нравственные проблемы. Когда в 1963 году вышел его третий роман «Шпион, который пришел с холода», Грэм Грин назвал его «лучшим шпионским романом, который ему когда-либо приходилось читать». В отличие от героев Иэна Флеминга и Фредерика Форсайта, беззаветно преданных британской короне и разведке, главный герой лучших и самых популярных романов Ле Карре — Джордж Смайли — демонстрирует неуверенность в моральной оправданности методов работы британской разведки.


Образ Смайли во многом автобиографичен: Ле Карре, который не питает добрых чувств к Intelligence Service, был уволен оттуда в 1964 году. Большая часть конфликтов и проблем в романах Ле Карре — это попытка изжить собственные психологические комплексы и фобии, возникшие у него еще в раннем детстве. Он сам признается, что в своих романах задним числом выясняет отношения с беспутным отцом, с бросившей его в пятилетнем возрасте матерью, с английской школой и Foreign Office’om. Так что Ле Карре пишет не столько, чтобы развлечь читателя, сколько, чтобы изжить мучающие его комплексы. А атрибуты шпионского триллера и сюжетная интрига чаще всего служат для него лишь фоном для решения личных проблем. Всё это наделяет романы 75-летнего английского мастера психологической глубиной и достоверностью чувств.


Ле Карре интересуют не столько детективная интрига и шпионские подвиги, сколько человеческие характеры и стоящие перед ними серьезные моральные проблемы. Вот и в только что вышедшем своем двадцатом романе «Песнь призвания» (The Mission Song) писатель решает сложные нравственные проблемы на фоне запутанных операций британской разведки.


— Господин Ле Карре, как вы пришли к литературе?
— Я рос в очень неподходящих условиях. Родился я в буржуазной семье, мой отец выбрал себе профессию бизнесмена, в худшем смысле этого слова. Он даже несколько раз побывал в тюрьме. Мне это чем-то напоминает новых русских. Как заметил Грэм Грин, «источник вдохновения писателя — его детство». У меня было очень красочное и одинокое детство. Мы с братом никогда не жили подолгу на одном месте и чувствовали себя маленькими ссыльными. Моя мать оставила семью, когда мне было пять лет. Я долгое время думал, что она умерла и встретился с ней снова только когда мне было уже 25. «Теплица», в которой я тогда жил, развила во мне определенные творческие способности. Все дети с трудной судьбой хорошо это понимают. Когда я подрос, решил стать художником. Я занялся иллюстрацией книг, но однажды, когда мне было года 24-25, понял, что никогда не добьюсь успеха в роли художника, зарабатывающего на жизнь живописью. У меня не было таланта. Были амбиции и желание, но не было способностей. Поэтому постепенно я обратился к литературе. В юности я писал стихи, но они были ужасны, я уничтожил все, что смог отыскать.


— Почему вы пишите под псевдонимом?
— Когда я начинал писать, я был на государственной службе. Хотя не было никаких препятствий со стороны начальства — я уже опубликовал к тому времени три первых романа — оно потребовало, чтобы я взял псевдоним. Даже если бы я писал книги о бабочках, это ничего бы не изменило. Это была традиция Foreign Office’a. По правилам министерства иностранных дел — независимо от того, был ли у вас доступ к секретной информации или вы были простым клерком — вам не разрешалось писать под собственным именем, даже если вы писали в газету.


— А почему именно Ле Карре?
— Трудно сказать... Я столько раз изобретал очередную ложь по этому поводу, что просто не знаю, какой верить. Мой английский издатель Виктор Голанц попросил меня — когда я только начинал публиковаться — выбрать псевдоним, состоящий из двух хорошо звучащих англо-саксонских слов. Я должен был как-то отреагировать на эту смехотворную идею. «Вы хотите, чтобы я назвал себя чем-то вроде Чанк Смит?» — подумал я, — и выбрал имя совершенно этому не соответствующее, да еще и воспринимающееся как французское. Имя это, как мне кажется, визуально легко запоминается. Так оно и прилипло.


— Насколько важен ли для вас, как писателя, опыт работы в английской разведке?
— Очень важен. У каждого из нас бывает в жизни какое-то серьезное испытание. У каждого художника, каждого писателя есть некая духовная обитель, куда он мысленно постоянно возвращается. Обычно это связано с тем, что составляет его главный жизненный опыт. Если бы в годы жизненного созревания я был моряком, я писал бы о море. Если был бы банкиром или юристом, я обращался бы к их опыту. Мне очень повезло, что волею судьбы я оказался честным наблюдателем важных событий. В качестве простого клерка я оказался в центре битвы, которую именуют холодной войной. Это дало мне возможность изнутри понять очень многое: как принимались решения, как люди, обладавшие ограниченной информацией, принимали безумные решения, как они общались. Это была очень живописная картина, где мне открывались человеческие слабости и амбиции. Я исследовал секретные службы как подсознание народов, которым они принадлежали. Меня интересовали подлинные подспудные страхи и мифы, которыми они жили. К примеру, история КГБ эпохи холодной войны демонстрирует полнейшее психологическое соответствие состоянию советского общества того времени. Его страхи, его фантазии, его абсурдные, бессмысленные страхи перед русской эмиграцией, например. Сюда относятся и всякого рода заблуждения — особенно в отношении США. И наоборот: неадекватность Запада в отношении к России. У меня была привилегия познать это изнутри. И это в огромной мере способствовало моему собственному социальному и психологическому созреванию. Я понимал, что могу использовать этот свой опыт для иллюстрации широких сфер жизни. Именно разведка стала местом действия моей «человеческой комедии».


XS
SM
MD
LG