Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Жертва сталинских репрессий Иван Шалай считает, что борьба за реабилитацию в нынешней России также бесперспективна, как в Советском Союзе


Программу ведет Александр Гостев. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода в Москве Карэн Агамиров и в Пятигорске Лада Леденева.



Александр Гостев: Краевой суд Ставрополя отправил на повторное рассмотрение Пятигорского суда дело ветерана Великой Отечественной войны Ивана Шалая, который требует выплаты компенсации, моральной реабилитации, как жертва сталинских репрессий. Шалай - автор книги военных мемуаров - считает, что борьба за реабилитацию в нынешней России также сложна и бесперспективна, как в Советском Союзе.



Карэн Агамиров: Пятнадцатилетним юношей Иван Шалай, уроженец Кличевского района Могилевской области Белоруссии, ушел в партизаны. В 1942 работал на оккупированной территории в немецком гарнизоне, добывая для партизанского штаба секретные сведения.


С жителем Пятигорска Иваном Шалаем встретилась наш местный корреспондент Лада Леденева.



Иван Шалай: Мне было дано задание такое: ничего не записывать, все запоминать. Продолжалось это больше, чем полгода.



Лада Леденева: 20 марта 1942 года вся Могилевская область была освобождена партизанами. В ответ на это немецкие войска блокировали район и начали бомбежку, а затем - облаву. Так Иван Шалай вместе с другими жителями Кличево попал в немецкий плен.



Иван Шалай: Они нас в вагоны посадили и привезли на бывшую немецко-польскую границу, город Шнайдамюль. Это был распределительный лагерь. Из того лагеря я попадаю в город Быдгош и там были выкопаны круглые такие ямы - лазарет для лошадей военных раненых. Но вместо лошадей погнали туда нас, по 40 человек в яму.



Лада Леденева: После освобождения 47-й Советской армией был принят в нее пулеметчиком. Был дважды ранен. Встретил Победу в госпитале под Берлином, где продолжил служить вплоть до Потсдамской конференции. 31 октября 1946 начальник советской контрразведки подполковник Узубов вызвал его в военную комендатуру, где объявил врагом народа.



Иван Шалай: Контрразведка, СМЕРШ. Заходим в этот дом. Он: а-а, ты думаешь, что меня Сталин зря хлебом кормит? Схватил черенок от лопаты и с двух рук по голове мне, а потом шомполом. И я, конечно, потерял сознание.



Лада Леденева: Военный трибунал приговорил его к 10 годам заключения за измену родине.



Иван Шалай: Отправили сначала в Таргауз, там была большая тюрьма. А потом из тюрьмы в Нижних Куренях - золотоприиски. А оттуда Главное управление лагерей… прицепили жестянки, написали номера - на комсомольскую стройку БАМ. А это же ГУЛАГ был, БАМ. А там срок отбудешь, добавляли без всякого приговора, без ничего, и это было бесконечно, люди сидели с 30-х годов.



Карэн Агамиров: Ивану Шалаю грозило пожизненное заключение, но через десять лет лагерей, уже после смерти Иосифа Сталина, командование партизанского отряда добилось освобождения своего бойца.


После освобождения Шалай переехал в Пятигорск и начал борьбу за реабилитацию. В течение десяти лет обивал чиновничьи пороги, чтобы получить жилье. У микрофона корреспондента Радио Свобода в Пятигорске Лады Леденевой супруга Ивана Шалая Раиса.



Раиса Шалай: Чтобы он не требовал по закону, ему все время приходится писать, писать, обращаться. Отсидел он ни за что, ни про что.



Лада Леденева: Вплоть до 2003 года все документы жертвы сталинского произвола хранились в архивах КГБ под грифом "секретно". Три года назад, получив копию приговора, он обратился в Пятигорский городской суд.



Иван Шалай: За 10 лет я получил 1292 рубля 45 копеек. Я требую, чтобы мне заплатили за незаконное осуждение. Я же работал, мне не платили. У меня же конфисковали, мне должны вернуть. До сих пор мне еще не вернули, вернули только награды.



Лада Леденева: 10 августа этого года Пятигорский городской суд в удовлетворении иска Ивану Шалаю отказал. Краевой суд вернул дело в городской на повторное рассмотрение. Каким будет очередное решение суда, пока неизвестно.



Иван Шалай: Никто мне ничего не должен - так считает и государство, так считает и суд. И даже то, что у меня отняли, что мне без суда должны вернуть, даже в этом суд отказал мне. Это для меня беззаконие. Так что не было закона, как при советской власти, так нет закона и сейчас.



Карэн Агамиров: Ну а что Совет ветеранов Пятигорска? «Помощи не ждите, - «обрадовали» его в этой организации, призванной защищать таких, как он. - У нас нет ни штатного юриста, ни денег». Поэтому Шалай продолжает биться теперь уже с российской судебной машиной в одиночку.


Историю партизана и «врага народа» Ивана Шалая, я попросил прокомментировать президента Института верховенства права, адвоката Станислава Маркелова.



Станислав Маркелов: В этой трагической судьбе очень четко выявляется вся трагедия не только одного человека, а целого поколения, и даже целого государства, как бы оно ни называлось. Советской власти не нужны были ни пленные, ни инвалиды. В 90-е годы ситуация не стала лучше, а для многих даже и хуже, потому что для инвалидов, для ветеранов нужны деньги, чтобы их как-то поддерживать, а деньги в 90-е годы - это только спекуляция, спекулятивный оборот. И сами предприниматели говорили, что инвалиды нам нужны только для создания липовых инвалидных предприятий, чтобы уходить от налогов. А сейчас у нас только декларируется социальное государство, на самом деле мы строим имперское государство. Империи опять не нужны ни инвалиды, ни ветераны. И правильно говорит этот уважаемый ветеран: ему придется бороться даже не с произволом отдельных чиновников, как у нас говорит власть, ему придется бороться именно с этой властью.


XS
SM
MD
LG