Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Парламентские выборы, проходящие 17 марта в Израиле, беспрецедентны для истории этой страны, хотя, скорее всего, новый состав Кнессета, как и состав Кнессета уходящего, проработает едва ли половину отпущенного ему законом четырехлетнего срока. И результаты этих выборов будут едва ли не самыми "тяжелыми" для формирования правительства за всю историю Государства Израиль.

Дело здесь не только в том, что две крупнейшие партии, "Ликуд" и Партия труда, идут "голова к голове": намечающийся небольшой перевес социал-демократов находится в пределах статистической погрешности. И по результатам выборов в Кнессет десятого созыва, прошедших в 1981 году, и семь лет спустя, когда избирался Кнессет двенадцатого созыва, перевес "Ликуда" над Партией труда составлял всего один мандат. Однако на двоих две ведущие партии страны в 1981 году имели 95 мандатов, в 1988 году – 79. В 1980-е годы на протяжении шести лет в Израиле существовало так называемое "правительство национального единства", в котором доминировали две ведущие партии.

По результатам нынешних выборов две крупнейшие партии сформировать правительство не смогут даже вместе – ни один социологический опрос не дает им на двоих половины списочного состава Кнессета. В Израиле едва ли не самые слабые большие партии из всех демократических стран мира, вследствие чего в каждом правительстве состоят представители минимум четырех разных фракций. Метафора лебеди, рака и щуки оказывается адекватной для описания того, как функционирует правящая коалиция. Эту ситуацию пытались изменить введением прямых выборов главы правительства (нынешний премьер-министр Беньямин Нетаньяху был в 1996 году их первым победителем), но после трех электоральных кампаний от такой системы голосования отказались. И вот перед нынешними выборами правила электорального противоборства изменили вновь.

В Кнессете уходящего созыва, избранном 22 января 2013 года, на 120 депутатов было двенадцать фракций – и поскольку в обстановке такого разброда крайне трудно договариваться о чем бы то ни было, большие партии продавили решение о повышении электорального барьера. Если прежде минимальный размер парламентской фракции составлял два депутата, то теперь – четыре. Желая обеспечить системе стабильность, депутаты подняли электоральный барьер до 3,25%, превратив, однако, тем самым итоги выборов в немалой степени в лотерею. По опросам, в Кнессет должны пройти одиннадцать партий, но две из них – праворадикальный религиозный список во главе с Эли Ишаем и леворадикальный секуляристский список во главе с Захавой Гальон – балансируют буквально на грани электорального барьера, пользуясь поддержкой 3–4% израильских избирателей. Если одна из этих партий электоральный барьер не пройдет, то, при фиксируемом опросами общественного мнения практически полном паритете между правым и левым блоками, окончательные итоги выборов будут существенно отличаться от волеизъявления избирателей.

Израилю необходимо твердое правительство, которое будет готово защищать страну вне зависимости от того, насколько сильным будет внешнее давление, потому что отступать уже остается только в Средиземное море

Нередко приходится слышать ошибочное мнение о том, что коль скоро израильский закон признает соглашения о так называемых остаточных голосах, то голоса партий, барьер не прошедших, будут переданы идеологически им близким политическим силам, согласно заключенным договорам. Не все, увы, знают, что эти соглашения действуют только между партиями, обе из которых проходят электоральный барьер, голоса же, отданные за партию, которая получает менее 3,25%, не засчитываются вообще. В Кнессет баллотируется 24 партии, но по всем опросам тринадцать из них не имеют никаких шансов, все поданные за них голоса пропадут. На выборах 2013 года за партии, которые в итоге не прошли в Кнессет, было отдано 269 тысяч голосов – это девять пропавших парламентских мандатов! Еще 41 тысяча человек проголосовали в нарушение электоральных процедур. В Израиле достаточно высокая электоральная явка – на прошлых выборах на участки пришли 67% избирателей, но засчитанными оказались голоса отнюдь не всех: в помойном ведре оказались более трехсот тысяч бюллетеней! Демократия предоставляет гражданам выбор, но нужно и осознавать и ответственность за свое голосование, чтобы политические права не оказались использованными вхолостую.

Единственным уже состоявшимся результатом повышения электорального барьера стало объединение между собой трех арабских партий. Этот объединенный список арабских партий отказался подписать соглашение о распределении остаточных голосов даже с леворадикальным блоком МЕРЕЦ, который предлагал им это до последнего дня. Арабский список не нашел ни одну израильскую партию, с которой он готов сотрудничать! Это, очевидно, – огромная проблема для Израиля, который, согласно одному из своих конституционных законов, является еврейским демократическим, но при этом де-факто двунациональным государством. Арабы составляют 21% населения Израиля, и впервые в истории они сформировали единый предвыборный блок. Блок этот очень странный, в нем соседствуют исламисты, арабские националисты и коммунисты, но арабские политики Израиля не смогли найти ни одну еврейскую партию, с которой они готовы сотрудничать. И как в этой ситуации функционировать в рамках одной страны, чтобы 21% населения ассоциировал себя с Израилем, гражданством которого все эти арабы обладают, а не, например, с "Исламским государством", как израильтянам разных национальностей вместе строить общее будущее, это очень и очень большой вопрос. Фактически арабы отказываются от какого бы то ни было общего гражданского знаменателя с еврейским большинством Государства Израиль. Полтора миллиона арабов имеют гражданство Израиля, и нужно начать диалог с ними о будущем, не игнорируя проблему и не заметая ее под ковер. Именно повышение электорального барьера, из-за которого арабские политики оказались вынуждены объединяться (ибо иначе был немалый шанс, что в парламент не прошла бы ни одна из их партий), поставило эту проблему со всей отчетливостью.

В Израиле принято считать, что правый блок всегда формирует правительство при поддержке религиозных ортодоксов, а левый – при поддержке арабских депутатов. Первая половина этой максимы очевидно неверна: коалиция, на которой основано нынешнее правительство Беньямина Нетаньяху, не включала и не включает ни одну из двух партий иудейских ортодоксов: ни ШАС, ни "Еврейство Торы". Сейчас очевидно, что неверна и вторая половина вышеприведенного утверждения: не только с Партией труда, которая сейчас переименовалась в "Сионистский лагерь", но и с леворадикальным блоком арабские политики сотрудничать не готовы. Поэтому даже несмотря на то, что опросы фиксируют небольшой перевес Партии труда над блоком "Ликуд", ее лидерам практически не с кем формировать правительственную коалицию: без арабского списка три левые и левоцентристские партии набирают в лучшем для них случае лишь чуть больше трети парламентских мандатов… Поэтому если он сам не хлопнет дверью, то, во многом благодаря мудрости лидера списка "Еврейский дом" Нафтали Беннета, для которого национальные интересы важнее личных, действующий премьер-министр Нетаньяху, пусть и с большим трудом, сформирует четвертое правительство под своим руководством.

Только один раз в истории Израиля глава правительства так долго оставался на своем посту, что просил у избирателей доверия на формирование правительства в четвертый раз. Этот опыт был только у первого премьер-министра Израиля Давида Бен-Гуриона. Нетаньяху давно у власти, всего две недели назад мир видел его уже третье выступление на совместном заседании обеих палат Конгресса США. Но нет пророка в своем отечестве: Кнессет никогда не аплодировал Нетаньяху так, как ему рукоплескал Конгресс.

Важно понимать, что Израиль сегодня оказался в беспрецедентной ситуации с внешнеполитической точки зрения. Многие десятилетия разговоров о конфликте Израиля с палестинскими арабами и соседними арабскими странами создали некую инерцию восприятия, но за последние четыре года сформировалась совершенно другая реальность: от Ирака до Нигерии наблюдается распад государств арабо-мусульманского мира. В предшествующие годы можно было надеяться на то, что комплексное арабо-израильское урегулирование достижимо и возможно – спор касался условий, но все же не самого факта возможности урегулирования. Однако динамика процессов в арабо-мусульманском мире за последние четыре года, с начала так называемой "арабской весны", оказалась поистине фатальной. От Нигерии в Центральной Африке до Ирака значительные территории оказались под властью радикальных исламистских группировок, которые не готовы признать право Израиля на существование ни в каких границах. Израиль совершенно неожиданно для себя оказался островом стабильности и процветания в регионе, фланги которого один за другим скатываются к чудовищному варварству.

Арабо-мусульманский мир переходит от системы сосуществования государств к доминированию бесчеловечных боевых организаций, борьба против которых ведется неторопливо и крайне неэффективно. Формирование со всех сторон вокруг Израиля пояса ультрарадикального ислама создало новую реальность, и вопрос в том, как защититься от него. В Израиле, увы, мало задумываются о геостратегических проблемах. Однако очевидно: стране жизненно необходимо твердое правительство, которое будет готово защищать страну вне зависимости от того, насколько сильным будет внешнее давление, потому что отступать уже остается только в Средиземное море.

Алек Эпштейн – историк и социолог

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG