Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Девальвация нарушила сезонность цен


Девальвация радикально изменила привычную для начала года сезонную структуру роста потребительских цен.

Девальвация радикально изменила привычную для начала года сезонную структуру роста потребительских цен.

Вклад роста цен на продовольствие в общую инфляцию оказывается меньшим, чем год или два назад

Доля непродовольственных товаров в общем приросте потребительских цен в России в январе-феврале почти сравнялась с удельным весом в нем товаров продовольственных. При этом доля плодоовощной продукции, четверть еще недавних поставок которых в страну подпала под контрсанкции, оказывается теперь не только в полтора раза меньшей, чем год назад, но и на четверть меньшей, чем в первые два месяца 2013 года. Об этом свидетельствуют сравнительные данные по потребительской инфляции в России, представленные Центральным банком.

Банк России в этой статистике отделяет продовольственные товары от плодоовощной продукции. И по его оценкам, удельный вес первых в общем росте цен в стране с начала года в январе составил 32%, а в феврале – 35,2%. Это лишь немногим больше, чем в начале прошлого года, когда фактора санкций для российской экономики еще не существовало: 26,7% - в январе, 30,3% - в феврале.

Девальвация оказалась столь сметающей все на своем пути, что никакого выбора торговым компаниям уже не оставляла.

Но что еще любопытнее, вклад этой группы в структуре нынешней инфляции оказывается значительно меньшим, чем в начале 2013 года, когда общие темпы роста цен в России были вдвое ниже, чем сегодня. Так, в январе 2013 года, по данным ЦБ, на продовольственные товары приходилось 40,5% общего роста потребительских цен, а в феврале – 37,9%.

Тогда в России еще проявлялись последствия засухи 2012 года, и продовольственная инфляция доминировала в общей структуре прироста цен примерно до конца первого квартала 2013 года, напоминает эксперт исследовательского “Центра развития” Высшей школы экономики в Москве Николай Кондрашов. К началу 2014-го соотношение вернулось к более или менее традиционным для этого времени года уровням. “А в начале 2015 года проявился фактор, общий для всех групп товаров или услуг – девальвация рубля, который заметно выровнял “вклады” этих групп в общий прирост цен”.

При этом их динамика заметно отличалась. Если удельный вес продовольственных товаров в общем приросте цен изменился мало, то товаров непродовольственных - увеличился почти вдвое: в январе-феврале 2014 года их доля составляла 17-20%, теперь – 31-32%.

Услуги дорожали не так сильно, а вот непродовольственные товары “оттянули” на себя значительную часть общего прироста цен.

Продавцы разных товаров, видимо, по-разному реагировали на очередные падения рубля, предполагает главный экономист инвестиционной компании “Уралсиб Кэпитал” Алексей Девятов. В начале прошлого года некоторое ослабление российской валюты стало частью общей тенденции в развивающихся странах, которая многими на рынках воспринималась, впрочем, как явление временное.

И если компании, торгующие в России продовольствием, цены тогда повысили, то продавцы непродовольственных товаров, стремясь увеличить свою долю на рынке, были готовы пожертвовать для этого частью прибыли, продолжает Девятов. На этот же раз все было иначе. “Девальвация конца 2014 – начала 2015 года оказалась столь сметающей все на своем пути, что никакого выбора торговым компаниям уже не оставляла”.

Продавцы разных товаров по-разному реагировали на очередные падения рубля.

В части роста цен, ослабление рубля в наибольшей степени проявилось именно в товарном секторе, где доля импорта особенно велика, тогда как в секторе платных услуг его влияние оказалось значительно меньшим, добавляет Николай Кондрашов. “И фактически часть “доли” услуг в общем росте потребительских цен “перетекла” в долю непродовольственных товаров. Услуги дорожали не так сильно, а вот непродовольственные товары “оттянули” на себя значительную часть общего прироста цен”.

Девальвация радикально изменила и привычную для этого времени года сезонную структуру роста потребительских цен. С одной стороны, в 2014 году под действие российских продовольственных контрсанкций, по данным Министерства сельского хозяйства, подпало, например, 25,2% прежнего импорта в страну овощей и фруктов. Заместить это собственным производством или поставками из “несанкционных” стран удалось лишь отчасти, что, по идее, лишь разгоняло рост цен на плодоовощную продукцию в стране.

В начале 2015 года проявился фактор, общий для всех групп товаров или услуг, который заметно выровнял “вклады” этих групп в общий прирост цен.

С другой стороны, ее удельный вес в общем ускорении инфляции оказался в январе-феврале, как ни парадоксально, почти в полтора раза меньшим, чем в начале 2014 года: 22,9% - в январе и 19,8% - в феврале против 36,3% и 32,2% год назад. Более того, он оказывается чуть ли не на четверть меньшим, чем в начале 2013 года.

Годовая инфляция в январе и феврале 2014 года составляла 6,1% и 6,2% соответственно. Для сравнения, за в первые два месяца 2015 года – 15% и 16,7%. “Год назад, на фоне относительно невысокой еще общей инфляции, рост цен на плодоовощную продукцию являлся куда более значимым проинфляционным фактором, - поясняет Алексей Девятов. – Сегодня же, в результате “всепроникающей” девальвации рубля, подорожание овощей и фруктов оказывается уже меньшим, чем по другим группам товаров”.

Если резкий рост цен на плодоовощную продукцию в начале 2013 года объяснялся недавней засухой в России, то в начале 2014 года ему предшествовала дождливая осень, говорит Николай Кондрашов. “Тогда как в начале 2015 года - после девальвации, резко ускорившей общий рост цен в стране - традиционный удельный вес “сезонного” фактора в потребительской инфляции значительно сократился. То есть девальвация нарушила саму привычную сезонность роста цен”, - заключает эксперт “Центра развития”.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG