Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дом ветеранов сцены: быть или не быть


Программу ведет Дмитрий Казнин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская. Гость студии - главный редактор "Петербургского театрального журнала" Марина Дмитревская.



Дмитрий Казнин: Проблема петербургского Дома ветеранов сцены, на ремонт которого у Союза театральных деятелей России нет денег, существует давно. В последнее время шла речь о продаже 4-х из имеющихся при доме 5,5 гектаров земли в обмен на ремонт дома, но после интернет-конференции президента России Владимира Путина ситуация изменилась.



Татьяна Вольтская: 21-22 октября в Москве прошел Съезд театральных деятелей России, к которому 90 престарелых жителей петербургского Дома ветеранов сцены обратились с письмом, в котором протестовали против продажи земли, принадлежащей дому, и высказывали опасение, что они скоро могут лишиться особняка, в 1902 году подаренного русским актерам великой актрисой Марией Савиной. Дело в том, что денег на реконструкцию дома нет. На официальном сайте Союза театральных деятелей России размещена информация о том, что дальнейшее благоустройство Дома планируется провести за счет реализации инвестиционного проекта на условиях предоставления инвестору права застройки части территории земельного участка, занимаемого Домом ветеранов сцены. Что это за проект, как он будет осуществляться, престарелых актеров никто в известность не ставит, - говорит член Совета ветеранов сцены Нина Мазаева.



Нина Мазаева: Нас на протяжении двух лет все время обманывают. Приезжают официальные лица, начиная с самого председателя СТД Александра Александровича Калягина - «да, да, мы хотим все возродить, но нам надо взять какой-то кусочек земли, чтобы этот кусочек продать и сделать все прекрасно для вас».



Татьяна Вольтская: Одновременно до престарелых актеров доходят сведения, что уже готовятся документы о выселении части жителей дома. Нина Мазаева обвиняет Александра Калягина в том, что он обманом вынудил нескольких стариков проголосовать за продажу земли.



Нина Мазаева: Он говорил, что почти все ветераны согласны. Это все неправда. Кстати, я, разумный человек, о реконструкции услышала - и я тоже проголосовала за это, но когда разобралась, я поняла, что я проголосовала вроде бы за продажу. Так нас всего 20 человек, а количество ветеранов - около 90 человек. А он говорит - 100 процентов.



Татьяна Вольтская: И вот теперь в ходе «прямой линии» президент России Владимир Путин призвал Союз театральных деятелей и компанию «Система» оказать содействие ветеранам сцены, отремонтировать дом на свои деньги, а если их не хватит, то государство добавит. Казалось бы, все хорошо, но городские власти почему-то тут же предложили взять дом на свой баланс. Именно поэтому первый заместитель председателя Союза театральных деятелей Андрей Толубеев пока от комментариев отказывается, а престарелые актеры опять не знают, что с ними будет завтра.



Дмитрий Казнин: У нас в гостях Марина Дмитревская, главный редактор "Петербургского театрального журнала". Тема нашей программы - Дом ветеранов сцены: быть или не быть?


После конференции, которую устроил президент России Владимир Путин, эта тема стала достоянием всей страны. Если до этого об этой проблеме знали, но она не была столь широко освещаема, то вот этот рубеж стал, видимо, именно рубежом. Что было бы этого? Наверное, стоит вспомнить историю этого конфликта, этой проблемы. И что произошло затем?




Марина Дмитревская

Марина Дмитревская: На самом деле это уникальное место. В 1902 году Марья Гавриловна Савина, великая русская актриса, построила на Петровском острове дом, она купила небольшой участок земли на деньги своего мужа, мецената Молчанова, царь подарил еще часть земли. Советская власть затем ратифицировала, то есть не национализировала эту землю. И Дом ветеранов сцены - уникальный памятник, в котором сошлись, с одной стороны, русская власть в виде царя, русское меценатство в виде Молчанова и благородные порывы наших театральных деятелей в виде Савиной и Русского театрального общества. Этот культурный памятник таковым был признан в 2001 году, у него есть статус памятника федерального значения. Он стоял в голодные, страшные послеблокадные годы, и, между прочим, нашли средства построить еще один корпус. И там, в общем, вполне благоденственно жили старики.


Дом разрушался. В последние 10 лет он столкнулся с очень серьезными проблемами, а три года назад, когда в редакцию нашего "Петербургского театрального журнала" позвонили старики, ветераны и стали говорить, что у них все плохо, мы туда выехали и подняли огромный шум в СМИ по поводу того, что их плохо кормят... Они же туда не просто так попадают. Они сдают 11 тысяч долларов, и за эти 11 тысяч долларов и отнятые каждый месяц две трети пенсии, а в какой-то момент у них отнимались даже надбавки ГУЛАГовцев, фронтовиков, блокадников и так далее, они имели в тот момент кормежки на 42 рубля в сутки и медикаментов на 120 рублей в месяц. Оставить это все так было невозможно, мы в это вмешались. Было много публикаций в разных местах, эфиров и так далее, и Свобода тогда тоже много об этом говорила.


В тот момент мы получили письмо от Александра Александровича Калягина. Тогда его отношения с журналом и со мной напряглись очень сильно, журнал был лишен финансовой помощи - такая репрессивная мера была. Но все-таки удалось шум поднять. И в тот момент включилась, надо сказать, Валентина Ивановна Матвиенко, которая стала выделять дому средства большие, чем выделяет СТД, и с бытовой жизнью стало немножечко лучше. А потом как-то Бог принес в нашу редакцию Сергея Владимировича Дударева, который тоже много раз был на Свободе, заместителя генерального директора ОАО "Мостотрест". По их традициям, они должны были совершить в городе что-то благотворительное, и на миллион рублей они оборудовали с нашей помощью лазарет и процедурную в этом доме. Это был первый раунд всего этого дела.


На два года ситуация немножко затихла, но дом продолжал разрушаться, нужен был капитальный ремонт. Денег СТД якобы найти не может. Якобы в 2001 году Калягин попросил денег у президента, президент отправил его к Грефу, Греф еще куда-то... Версии расходятся. Вообще надо сказать, что относительно того, как СТД просил, искал деньги на ремонт этого дома, версии расходятся очень сильно. Даже сейчас на сайте, после прямого эфира Путина, на сайте СТД публикует каждый день противоречащие друг другу сведения.


В итоге в июне в дом пришел факс о том, что один корпус уже надо готовить к выселению. Была совершена противозаконная сделка. Земля охраняемая, надзор не снят, в это время СТД переуступает - есть такая юридическая формулировка - половину земли инвестору, системе "Галтс". Это компания Феликса Евтушенкова, это ближайший лужковский круг. По своим какими-то милым взаимоотношениям с Юрием Михайловичем Александр Александрович нашу землю вот так вот переуступает. До этого два года назад, кстати сказать, такую же манипуляцию, собственно говоря, хотела проделать Валентина Ивановна Матвиенко, и тогда мы тоже выступали по этому поводу. То есть все время вокруг этого памятника идет сюжет купли-продажи.


И вдруг, знаете, как Бог из машины, как финал "Тартюфа", появляется замечательный, уникальный человек - председатель Совета ветеранов Дина Петровна Кальченко. Она бесконечно писала президенту, письма возвращались с Калягину, дальше мы писали. И во втором номере нашего журнала мы тоже говорили о Доме ветеранов сцены. Была пресс-конференция в июне в "Интерфаксе", в общем, они эту тему не оставляли, а мы все это поддерживали. Дальше происходит этот прямой эфир. Он произошел через два дня после того, как завершился Съезд театральных деятелей, которому ветераны написали отчаянное письмо. Наша редакция напечатала 400 экземпляров этого письма. Меня физически на съезд не пустили, это была репрессивная мера. Журнал топтали ногами, он опять лишен финансовой помощи Союзом театральных деятелей, но это не важно. То есть важно, потому что журнал на краю, но тем не менее, этот вопрос не был поднят, не был обсужден. Был издан глянцевый буклет - в Доме ветеранов все в порядке, ура. И мы сидели абсолютно непонятно как. Но до этого неделю я нажимала кнопки различных правозащитных сайтов, рассылала письмо съезду по разным местам. И, видимо, это сыграло какую-то свою роль, и комплекс причин по которым президент выбрал этот вопрос, - это ветераны, это Петербург, это вопрос культуры. Видимо, активность обсуждения его в сети сыграла свою роль. Но вот каким-то чудесным образом был этот эфир.


А теперь - ничего не понятно. Это так смешно, про это можно написать пьесу. На следующий день Союз театральных деятелей... Казалось бы, у вас есть четырехкомнатная квартира, и чтобы отремонтировать одну аварийную комнату, вам надо продать три другие. Вы находите покупателя, и вам грозит коммуналка. Вдруг с неба раздается голос: "Не надо продавать, вам дадут деньги так". СТД, радуйтесь! СТД почему-то не радуется.



Дмитрий Казнин : Марина, после слов президента о том, что земля не будет…



Марина Дмитревская : Статус территории не должен быть изменен.



Дмитрий Казнин : Да. Что произошло? Какова позиция Союза театральных деятелей и компании «Система Галс» и так далее?



Марина Дмитревская : Ужас в том, что за неделю с того прямого эфира, ни одна из сторон не сделала внятного прилюдного заявления. Неделю отмалчивался Союз театральных деятелей. Они опубликовали на своем сайте очень разноречивую информацию. С одной стороны, что ничего не будет нарушено. Спасибо президенту, что он одобрил их проект (это не поддается как бы комментарию) продажи земли, что только в районе котельной и гаражей они построят что-то такое небольшое. На следующий день они опубликовали ответ ветеранов, где было сказано, что это небольшое будет составлять 20 тысяч квадратных метров жилой площади, подземные гаражи и парковка. Как на месте котельной можно построить такое сооружение – это тоже вопрос для юмористов.


Вчера Калягин на сайте выступил с заявлением, что Дом не должен отойти в госбюджет, что он всегда был Домом, принадлежащим СТД, но их инвестпроект, продолжает настаивать он. Это единственное решение. Я перестаю что-либо понимать. Выступил президент. Сказал – инвестпроект отменяется. «Система Галс» должна выделить деньги. Если не выделит, дадим из бюджета. Какие вопросы СТД? Работайте с «Системой Галс», работайте с бюджетом.



Дмитрий Казнин : С федеральным?



Марина Дмитревская : Конечно. Если президент обещал, что он даст государственные деньги, значит, работайте с этим. Не работают, отмалчиваются. Мы в эфире не слышали ни одного секретаря СТД.


Дальше. «Система Галс» сколько-то дней говорила, что реконструкция Дома и покупка территории – это разные проекты. Теперь якобы, по вчерашним сведениям, на них нажала Валентина Михайловна Матвиенко, они отказались от этого инвестпроекта. Телевизор нам это показал. Дальше вступила в сюжет наш губернатор и объявила, что она хочет получить Дом в ведение Петербурга. Я, вообще, не очень понимаю, почему на данном этапе возникает вопрос о перераспределении собственности. 100 лет с гаком это принадлежит СТД. Есть рекомендация президента. Что мешает их выполнять? У меня на данный момент вопрос к Союзу театральных деятелей - что мешает Союзу выполнить рекомендации президента и внятно работать с системой?


Ужас в том, что ни у Совета ветеранов, ни у нас с вами нет… Во-первых, нам не объявлено, в каком состоянии находятся юридические дела. По некоторым сведениям СТД таки успела переуступить землю и получить от «Системы Галс» какие-то деньги. По другим сведениям, это все равно была противозаконная сделка. Но в какой-то момент «Система Галс» объявляла, что наш ГИОП надзор не снял, но они сейчас работают над тем, чтобы надзор с части территории был снят. Каждый день наши СМИ, извините за выражение, гонят абсолютно противоречивую информацию. Сейчас должен выйти СТД…


Кроме того, кто будет надзирать? Понимаете, ведь у нас же царская воля. Все-таки есть наместники, кто будет надзирать над выполнением? Получается, что наш город, в лице Валентины Ивановны Матвиенко, в лице нашей администрации, готов надзирать, но…



Дмитрий Казнин : Но вместо этого хочет взять себе в собственность.



Марина Дмитревская : Но хочет взять себе в собственность. А почему просто так-то не надзирать? Вот это мне непонятно. Получается, что есть «вишневый сад». За спиной Фирса решают опять проблему этой земли. Мне кажется, что путь указан правильный, и надо его исполнять. Очень все просто.



Дмитрий Казнин : К нам поступают телефонные звонки, здравствуйте.



Слушатель : Здравствуйте! Ленинградец Сергей. Уважаемая гостья, у меня два вопроса. Вы не очень четко сформулировали, как удалось технически задать вопрос президенту. Второе, какой режим содержания ветеранов в этом Доме? Неужели как в психоневрологических интернатах – в ночнушках, смирительных рубашках и так далее?



Марина Дмитревская : Нет, что вы. Как задать удалось вопрос президенту? Я не знаю, кто этот вопрос отбирал, но Дина Петровна Кальченко послала его для этого эфира. Это с одной стороны. С другой стороны, Петербургским театральным журналом и мною лично и обращение к президенту, и обращение к съезду было широко распространено в сети Интернет. По словам Владимира Владимировича Путина, он сам выбрал это из части вопросов. Остальное я не знаю, и не знаю, узнаю ли когда-то.


Живут ветераны не так страшно, конечно, как можно себе представить. На самом деле, это Дом, куда они приезжают в течение всего ХХ века. Приезжали деятели театра со своими вещами. Поэтому Дом хранит вот эту неповторимую ауру. Вещи-то оставались. Люди уходили, а вещи оставались. Там много живописи, там много картин. Но на фоне разрушающихся потолков, (Дом требует капитального ремонта), на фоне того, что нет горячей воды, по ночам стоят газогревы, чтобы по 8-10 человек могли помыться из 85 людей, которые там живут. Удалось как-то цивилизовать процедурную. Они могут теперь хоть кардиограмму сделать. А-то им при сердечных приступах отравление ставили, и старики просто умирали. Там не организован надзор за ними. Кроме того, Дом действительно разрушается.


А еще там есть Савинский особняк. Почему-то половина его уже принадлежит городу. СТД как-то с документами обратился таким образом, что это уже не его собственность. Этот особняк тоже требует реконструкции. Тогда там могло бы жить больше людей. Это ведь не петербургский дом. Туда съезжаются артисты с российских театров и не только актеры, но и режиссеры, цеховые люди. В последнее время драма еще в том, что за, соответственно, большие деньги, Союз театральных деятелей стал селить туда не театральных людей. Там 30 процентов уже не театральных людей. Ветераны еще протестуют против этого. Это было действительно угодное Богу место. Так было завещано великими русскими артистами.


Они, конечно, не в смирительных рубашках, что вы! Они хотят жить как люди, если Дом не обрушится.



Дмитрий Казнин : К нам поступают телефонные звонки. Здравствуйте.



Слушатель : Доброе утро. Меня тоже Сергей зовут. Мне приходилось бывать еще в 80-е годы внутри этого здания по работе. Даже тогда невооруженным взглядом можно было видеть, что такое близко к аварийному состоянию помещение было. Так что, оно такое было давно. Но самое главное, что, я думаю, что это ничего не удастся устоять. Главная проблема - это, конечно, парк. Потому что вокруг этого сверхдорогого, элитного дома должен быть такой соответствующий закрытый парк. Поэтому, я думаю, проблема даже не в самом старом здании, а именно в парке.



Марина Дмитревская : Так вот именно парк-то и хотели вырубить. Парк заложен еще при Петре. Он - охраняемая зона. Я глубоко уверена и хочу это всем протранслировать, что, мне кажется, что сейчас Совет ветеранов с помощью каких-то еще своих друзей, все-таки мы этот вопрос отстояли. Земля продана не будет, и парк сохранится, Дом сохранится. Хотелось бы только услышать внятные юридические комментарии от Союза театральных деятелей, которым этот дом принадлежит. Мы их пока не услышали за неделю. Если вчера продолжает Калягин утверждать на сайте, что прошлый инвестпроект с продажей земли - это лучший и практически единственный выход из создавшегося положения, я вообще перестаю что-либо понимать. Значит, в нашей стране нет ни закона, можно против Закона "О культурных памятниках" продавать землю, ни царской воли, потому что было пожелание президента сохранить статус этой территории. Думаю, что эта история, конечно, не заканчивается, но она не проигрышная.


Если уже и закон не работает, и слова Путина ничего не значат, тогда мотать надо из этой страны! Уже совсем тогда конец всему!



Дмитрий Казнин : В СМИ много говорилось о разных возможных вариантах решения этого вопроса, в том числе, как правило, говорится о том, что отдадут, например, не 4 гектара из 5,5, а 2.



Марина Дмитревская : Я вообще не понимаю, зачем что-то отдавать. Есть "Система Галс". Было сказано, что для нее 6 миллионов долларов на ремонт не большая сумма, сказал нам президент страны. "Если у них этих денег нет - дам я", - сказал Путин. Какие вопросы?



Дмитрий Казнин : Тем не менее, видимо, многие игроки в этом детективе хотят в любом случае получить какую-то часть земли. Ведь в будущем - это дает возможность брать больше и больше.



Марина Дмитревская : Да, да, тем более, там будут введены какие-то промышленные объекты. Это будет еще более дорогая земля. По сведениям из вчерашней газеты "Ведомости" финансовые аналитики говорят, что в результате выгода "Системы Галс" составила бы 40 миллионов долларов, если бы на этой земле произошло это коммерческое строительство. Нам показали картинки по телевизору и сказали, что они останутся произведениями изобразительного искусства. Так что, сейчас вопрос о технической документации на ремонт здания, о контроле за этим вопросом, а не о передаче собственности. Я считаю, что мы сохранили это все.



Дмитрий Казнин : К нам поступают телефонные звонки. Здравствуйте.



Слушатель : Здравствуйте. Меня зовут Николай. Я бы хотел уточнить у вас. Как вы считаете, ведь мы не только теряем живых людей, но и наше поколение, наши внуки уже не увидят никогда их на экране. Потому что "Белые столбы" в Москве, где находятся все эти пленки, а рядом строятся кирпичные заводы, пыль. Все это, в конце концов, уничтожится. Никакие протесты не действуют.


А мастера культуры Калягин и Михалков... Вы видите, что было сделано с Московским музеем кино. Если нельзя украсть экспонаты, то можно украсть само здание. А сейчас Дом кино. Вчера Михалкова показали. Он цинично пришел на это выступление, и говорит - вы знаете, мое имя дороже всех денег, которые я могу выручить. Я сомневаюсь в этом. Деньги, наверное, дороже имени этой семьи.


Я хочу сказать, что очень жаль, конечно, вашу проблему, ваших актеров, которые платят огромнейшие свои деньги (отчисления от пенсии, от льготных денег), вы говорите, по 11 тысяч долларов вкладывают туда, и вынуждены жить, получать питание и лечение хуже, чем заключенные, приговоренные за страшные преступления к высшей мере. Потому что пожизненные заключенные получают около 100 рублей на пропитание, потому что это международная норма. За этим следит мировая общественность. А актеры могут получать в два раза меньше. Спасибо.



Марина Дмитревская : 100 у них тоже, по-моему, не выходит, насколько я понимаю.



Дмитрий Казнин : Проблема памяти тут, видимо, еще.



Марина Дмитревская : Самое мое отчаянное такое впечатление, депрессивное от того, что вот состоялся съезд театральных деятелей. И ни один мой коллега не нашел... От чего мы все это теряем и "Столбы", и Дом кино и все остальное? Потому что у каждого хата с краю. А в этой стране "хаты с краю" не бывает. Потому что сегодня к вам пришли за грузинской фамилией, а завтра придут за другой. Ваша хата окажется центральной. На съезде театральных деятелей возник только один человек, екатеринбургский профессор Лев Абрамович Закс, который задал Калягину вопросы, не получив на них ответа. Его быстренько свернули с этой темы. Никто не нашел в себе смелости... Я 400 листовок, просто как "Молодая гвардия", распространила. Видели мои коллеги, как просто ходила администрация Калягина и их в урну бросала - письмо ветеранов.


У меня ужасное ощущение от нашей корпорации. Наша театральная корпорация закрывает окна на очень многие проблемы - вот мой театр, вот моя грядка, вот мой огород.


Не могу смотреть в глаза своим коллегам петербургской делегации, которая состояла из 17 человек. Там, например, был Николай Витальевич Буров, который сейчас в Интернете на всех баррикадах заявляет о том, что СТД вело себя по отношению к Дому очень плохо. А что же он на съезде не встал и не поднял этот вопрос во всеуслышание? Против Калягина проголосовало всего 7 человек. Питерская делегация составляла 17! С кем вы, деятели культуры? Вопрос остается.


Позавчера Андрей Юрьевич Толубеев, председатель петербургского отделения, сказал, что он тоже не видит никакого другого решения проблемы, кроме как инвестпроект. Ну так выйди в прямые эфиры и объясни, почему это так. Он говорит - я не верю в подарки. А я верю в подарки. Конечно, это не рождественская сказка. На месте нашего президента за 3 дня до съезда, выделяя госбюджетные деньги на разные другие программы Союза театральных деятелей к съезду, я бы, наверное, поинтересовалась, почему такой в Интернете вопль стоит? 90 беззащитных стариков просят помощи. Почему в это время Александр Александрович Калягин не просит деньги на Дом ветеранов сцены, а просит на любительские театры, детские театры и помощь русским театрам за рубежом, что тоже надо. Но, как в любой семье, сначала накорми родителя старого.



Дмитрий Казнин : Распространенное тоже очень решение подобных вопросов - это переселение людей, например, в какое-то другое здание, которое представляется более современным, более оборудованным и так далее. А старое здание отдается куда-то. Такая опасность есть?



Марина Дмитревская : Да, конечно. Они в этой опасности жили, что их куда-то переселят на время ремонта и не вернут назад. Я все про то же! Кто будет контролировать эту ситуацию? Одна Дина Петровна Кальченко, которая стоит просто на этих баррикадах уже который год? Я с голодным журналом, который неизвестно будет ли выходить теперь вообще? Спасибо Александру Александровичу Калягину. Где, повторяю, эта третья контролирующая сила?



Дмитрий Казнин : Каков идеальный сценарий? Как все должно происходить, чтобы все было так, как надо?



Марина Дмитревская : "Система Галс" должна всенародно сказать, что она готова выделить эти деньги. Они должны вступить в юридические отношения с Союзом театральных деятелей по поводу нового... Должен быть расторгнут прошлый инвестпроект. Если у них все чисто на душе и в карманах, то ничего не мешает им вступить в новые взаимоотношения. "Системе Галс" выделить деньги. Должна быть произведена техническая экспертиза здания. СТД говорит, что семь томов есть. И в этом участвовала, например, Дина Петровна Кальченко. Дина Петровна Кальченко не слышала даже, что эта экспертиза была проведена. Здесь очень много лукавства, чтобы не сказать лжи, во всех этих сведениях.


Должна быть составлена проектно-сметная документация в предельно сжатые сроки. Вместе с Советом ветеранов разработан такой план тактики и стратегии проведения этой реконструкции. Все! Если "Система Галс" отказывается от субсидирования этого проекта, значит, наш СТД должен обратиться к Путину, сославшись на его слова. Очень просто, проще не бывает. Почему сейчас все так усложнилось, и про передачу собственности идут разговоры, я не понимаю. Дом, конечно, должен остаться у Союза театральных деятелей. Гарантий никаких нет, что Союз будет вести себя по-человечески по отношению к этому Дому. Но нет никаких гарантий, что наш город будет вести себя по-человечески по отношению к этому Дому. Надо пока что, мне кажется, эту модель с СТД ясно, спокойно и с чистой совестью прокрутить.



Дмитрий Казнин : Спасибо.



XS
SM
MD
LG