Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Россия несет прямую военную угрозу европейской безопасности. Что заставило министров обороны страны Северной Европы принять столь жесткий меморандум? Военный эксперт Павел Фельгенгауэр в программе "Лицом к событию". Ведущая Елена Рыковцева.

Полная видеоверсия эфира

Елена Рыковцева: Я представляю нашего сегодняшнего гостя – Павел Фельгенгауэр, военный обозреватель "Новой газеты". Мы обсуждаем сегодня два события, которые, как ни странно, рассматривались в обратной последовательности российскими средствами массовой информации. Сначала говорилось о заявлении министров обороны Северных стран о том, что они объединяются перед российской угрозой, а потом уже сообщили о такой милой встрече американского разведывательного самолета и российского истребителя в небе Балтии. На самом деле события были в совершенно другом хронологическом порядке: сначала случилась милая встреча двух самолетов, а потом уже заявление министров обороны. Поэтому может быть, эта встреча даже сыграла свою роль в том, что такое заявление появилось.

Павел Фельгенгауэр: Было сближение, если верить американцам, очень опасное, до 6 метров. Правда, наш истребитель подлетал сзади к американскому самолету, а это большой "Боинг 707", когда-то очень массовый, но они остались на военной службе, выполняют разные задачи, в том числе и как разведывательные самолеты электронной разведки, радарной разведки. Он летел вдоль северного побережья Польши в международных водах в сторону Калининградской области. И к нему сзади подошел наш истребитель, довольно близкое расстояние. Правда, совместная скорость была тоже низкая, потому что они летели в одном направлении, иначе невозможно было бы, скорее всего, избежать столкновения. Россйский облетел его несколько раз, попугал, тот потом улетел. Столкновения не было. Но опасность столкновения была – это летное происшествие, то, что случилось. И это очень опасно во всех смыслах.

Елена Рыковцева: Самое интересное, что последовало дальше. Российская сторона не сообщала об этом инциденте, реакция российской стороны последовала вслед за реакцией американской, которая обвинила ее в непрофессионализме. Тогда включилась пропагандистская машина. "Российская газета" размещает свою версию, свою подачу событий встречи и иллюстрирует свой материал фрагментом "Вестей недели с Дмитрием Киселевым", который тоже получил задачу оправдать российского летчика в этой ситуации, показать, что Россия была права в этом конфликте. Давайте послушаем, как он это преподнес.

(Сюжет см. в видеоверсии эфира.)

Елена Рыковцева: Как вам официальная версия российской стороны, Дмитрий Киселев ее озвучил, "Российская газета" ее озвучила, большой материал написала о профессиональной работе российского летчика?

Павел Фельгенгауэр: Тут как раз Киселев ссылается на случай с американским эсминцем в Черном море. Об этом случае, кстати, говорит Путин в своем интервью в этом фильме про присоединение Крыма, и он сказал, что это хулиганство, что сделал тогда летчик. Правда, Путин улыбнулся, по-видимому, за это хулиганство никого не наказали, скорее всего. Но это действительно воздушное хулиганство, создание аварийной ситуации. А аварийная ситуация – это значит потеря обоих самолетов, потеря жизней почти наверняка, и это может привести к войне, во всяком случае, к очень резкому обострению, кризису отношений между Россией и США, между Россией и НАТО. Конечно, это не единственный случай, уже немало было таких сближений, наши самолеты больше сейчас летают гораздо, они летают время от времени на уровне того количества, как летали во времена холодной войны. Гражданский воздушный транспорт – с тех пор его стало гораздо больше. Они летают сейчас через Британский канал, над Ла-Маншем, там много сейчас летают, и над Балтикой летают. Это создает угрозу постоянную. Когда и если вдруг произойдет столкновение в воздухе, такой инцидент может привести к резкому обострению. Это, кстати, наиболее вероятный сейчас случай, который может привести если не к войне, то к вооруженному конфликту, во всяком случае, вооруженному противостоянию между Россией и НАТО. Это вещь очень опасная. Если потеря американского самолета – американцы перебрасывают в Европу новейшие истребители, начинают сопровождать свои самолеты и при случае сбивать российские истребители, если они к ним приближаются, или применяют значительно более жесткие санкции, вплоть до эмбарго на экспорт российской нефти, например. Можно ожидать чего угодно. Наиболее вероятный сценарий столкновения, который может произойти – это не прямой украинский конфликт, который разрастается, это столкновение двух самолетов.

Елена Рыковцева: Технически, как я поняла, хулиганским, опасным было поведение российского летчика, который мог довести до катастрофы, а чисто юридически оба этих самолета имели право находиться в тех точках воздушного пространства, где они находились?

Павел Фельгенгауэр: Они летели над международными водами. Наши говорят, что у американского самолета был выключен транспондер, западные источники говорят, что был включен. Поскольку транспондеры, отслеживают военные или нет, они вообще-то для гражданских диспетчеров работают в основном, военные используют радары поиска. Летать там имели право оба.

Елена Рыковцева: Но претензия состояла в том, что его действия могли привести к катастрофе.

Павел Фельгенгауэр: Американец летел вдоль северного побережья Польши над морем в международных водах, мог, наверное, лететь и через польские территориальные воды или через польское воздушное пространство, поскольку Польша союзник, там только нужно запросить, и летать тоже можно. Туда наш самолет не мог залететь, а в международном оба могут. Тут еще проблема в том, что у нас летчики действительно не очень профессиональные последние годы, потому что летают они мало, они достигли уже достаточного возраста. Сейчас стали больше летать, но до этого летали меньше. Недостаточно даже сейчас по сравнению с американскими летчиками, налет низковат, а прежние годы было еще ниже. Те летчики, которые тогда закончили и с тех пор служат, они вначале очень мало летали. При этом у людей, когда сейчас летают, у них эйфория, им кажется, что он все может сделать, что он ас, а в действительности он так себе подготовлен. К тому же на них действует начальство, которое говорит, что надо показать волосатый кулак Америке, на них действует и телепропаганда российская официальная. Они так хулиганят в воздухе, а последствия могут быть самые печальные, вплоть до прямой войны.

Елена Рыковцева: То есть ни за чем, просто похулиганить? В подаче российской государственной прессы ведь какая версия произошедшего? "Российская газета" пишет с большим удовольствием, что он его выгнал, не дал осуществить его разведческую деятельность, цель которой выражалась, в частности, в том, что этот самолет должен был установить чуть ли не местонахождение "Искандеров" в Калининграде. Буквально у него была задача разбить его планы по разведке.

Павел Фельгенгауэр: Это радиотехнический самолет, он перехватывает мобильные телефоны, переговоры, радиопереговоры, он отслеживает, собирает эту информацию – это не радарный разведчик. Радарные разведчики над Польшей летают, они всю Калининградскую область просматривают. Американцы могут летать не только над нейтральными водами, как во времена холодной войны, они могут летать над польской территорией вплоть до российской границы, могут облетать Калининград, над литовской территорией летать. Так что там проблем у них со сбором информации нет. Тем более такой перехват радиопереговоров, ему не надо близко приближаться, он работает на достаточном отдалении.

Елена Рыковцева: То есть это такая детская версия для народа, что не дали разведчику поразведывать.

Павел Фельгенгауэр: Да, что мы им показали волосатый кулак, что так и должно быть.

Елена Рыковцева: Мы переходим к заявлению министров обороны стран Северной Европы. Возможно, что такой инцидент стал одним из поводов к заявлению?

Павел Фельгенгаруэр: Возможно, конкретно этот нет. Потому что согласование общего заявления для скандинавских стран, наверное, занимало больше времени. Готовились не в день, когда собрались, а заранее некое объявление готовили. Это же не первый такой случай. И над Балтикой, и над Норвежским морем, и нас Северным морем происходят постоянные такие сближения. Плюс, конечно, особенно серьезное – это внезапная проверка, массированные российские маневры на севере и в Балтике, которые носили совершенно откровенный наступательный характер. И угроза для скандинавских стран тоже была вполне очевидна. Потому что там не только флот и авиация участвовали, там проводили десантные операции, высаживали десант на Кольском полуострове, рядом с норвежской границей, а также десанты на Новую землю и на архипелаг Франца-Иосифа. Совершенно очевидно, что такие десанты, там нет на Франца-Иосифа вообще населения, на Новой земле тоже по большому счету немного, там российские военные базы. Это была подготовка к возможной высадке именно в Норвегии, северной Норвегии, на Шпицбергене и оккупация Исландии, у которой вообще нет своих вооруженных сил. Раньше там была американская база во времена холодной войны, но американцы оттуда ушли. Для России с военной точки зрения в случае нарастания военной конфронтации, разрастания нынешней конфронтации в общеевропейскую войну, а тем более глобальную, очень важно занять этот периметр обороны, чтобы защищать Баренцево море и российские стратегические ядерные силы, которые в Баренцевом море должны стрелять межконтинентальными ядерными ракетами по Америке. Занять эти территории, а главное, не дать противнику использовать аэродромы Исландии, Шпицбергена и на севере Норвегии для противолодочных самолетов и тем обезопасить стратегические лодки – это очень важная задача. А у северян, у скандинавов сил почти там нет. У норвежцев есть маленький гарнизон на российской границе, но там в общей сложности чуть больше тысячи человек. Как недавно говорил финский генерал, командующий финскими войсками: да, они проводят маневры, 180 тысяч человек, и мы проводим маневры, 6 тысяч человек. И ничего, все в порядке.

Елена Рыковцева: По совпадению 7 апреля, смотрите, что случилось: Литва рассказала о вылете истребителя на перехват российского Су-24. " НАТО подняло в воздух свои истребители на перехват российского бомбардировщика Су-24, который летел над нейтральными водами Балтики. Об этом сообщается на сайте Министерства обороны Литвы. По данным ведомства, полет российского самолета был внеплановым. Экипаж не включал транспондер, устройство для идентификации воздушного судна авиадиспетчерами и не поддерживал радиосвязь. При таких же условиях, как напоминает Минобороны Литвы, истребители НАТО были отправлены на перехват российских самолетов 2 апреля. Тогда над нейтральными водами Балтики пролетали транспортники Ил-76. Воздушное пространство Литвы ни в том, ни в другом случае нарушено не было". Зеркальная ситуация.

Павел Фельгенгаруэр: Перехват такой осуществляют всегда, потому что надо еще летчиков держать в тонусе. Но сближаться на расстояние до 6 метров – это совершенно недопустимо. Не надо так близко сближаться, в том нет никакой нужды, современные истребители в случае, если нужно применить оружие, используют ракетное оружие, а ракеты будут запускать с нескольких километров, с нескольких десятков даже километров. То есть если истребитель выходит на позицию пуска, ему не надо создавать опасную летную ситуацию и сближаться непосредственно до визуального контакта с самолетом-целью. Именно об этом говорят, когда говорят о профессионализме, что профессионально надо действовать так. Там необходимый перехват был совершен, но при этом никакой угрозы летного происшествия не было.

Елена Рыковцева: Сам термин "перехват" употребляется в обоих случаях, когда российский истребитель был направлен навстречу американскому и наоборот – натовский на перехват российского? Необходимость перехвата в случае литовском в чем состояла?

Павел Фельгенгаруэр: Летит самолет над Балтикой, летит в Калининград, насколько я понимаю, поскольку над Балтией наши борта летать не могут, то они летают через Финский залив, огибая всю Прибалтику, над нейтральными водами. В Финском заливе очень узкий коридор воздушный между Финляндией и Эстонией, там время от времени залетают то в Финляндию, то в Эстонию, чаще в Финляндию. Таких полетов очень много, поскольку рассматривается Калининград как основная серьезная угроза давно уже российским Генштабом, что это наш анклав, что он окружен со всех сторон НАТО, которое господствует еще и в воздухе, и на море, поэтому там заранее подготовлен некий Севастополь, где будут в случае чего оборонятся армейские, и флот, и авиация. Туда тренируются летчики летать этим маршрутом, чтобы в случае предвоенного состояния усиливать группировку в Калининграде. А условный противник готовится эти самолеты перехватывать. Они взлетают, если есть приказ – они этот самолет собьют. То есть они выходят на позицию захвата цели головками самонаведения истребителя.

Елена Рыковцева: У них есть задача его развернуть?

Павел Фельгенгаруэр: Нет. У них есть задача выйти на такую позицию, в крайнем случае, сопровождать его, находясь на позиции захвата цели головками самонаведения. Он летит за этим самолетом на достаточно большом расстоянии, но не таком большом, чтобы можно было его по приказу сбить, если будет таковой приказ.

Елена Рыковцева: То есть все время цель тренировочная этих перехватов?

Павел Фельгенгаруэр: Цели запугивания нет, потому что они обычно друг друга не видят визуально, только на радарах.

Елена Рыковцева: То есть они должны быть в любую минуту готовы.

Павел Фельгенгаруэр: Они тренируются, что если будет приказ. К тому же это отработка перехвата цели.

Отвечая на вопрос слушателя: зачем НАТО расширяется, зачем провоцирует Россию. Если мы говорим о балтийском регионе, там в НАТО вступили три республики плюс Польша. Они вступили, потому что хотели, они всеми силами этого добивались, их не заманивали – это их желание. Они не приняли российские никакие гарантии, потому что они им не верят. Как сейчас доказала Украина, Россия по меньшей мере два договора подписала, ратифицировала о том, что Крым – это часть Украины. Ну и что? Российские обязательства, российские договоры, российская ратификация не значит ничего. Хозяева своего слова: дали, захотели, за один день могут отнять и отказаться от любых обязательств. Поэтому страны Балтии считали, что единственная их защита – это вступить в НАТО. Хотя там до сих пор военных НАТО не было, сейчас они появились на временной основе, до этого со времени вступления никаких контингентов там не размещали. Но там было подписано и если начнется, не дай бог, какой-нибудь конфликт, за Прибалтику будут воевать и немцы, и американцы, и англичане, потому что они подписали. А почему они приняли эти страны? Опять же есть Атлантическая хартия, договор, из которого следует, что любая европейская страна демократическая имеет право добиваться вступления в НАТО. Они проходили по всем критериям – демократические страны европейские. Демократические страны Европы имеют право вступать, имеют право не вступать, как Австрия, например, или Швейцария. Их бы приняли, если бы они захотели, их не принимают, потому что они не хотят. Так же, как и Швеция, Финляндия, Ирландия, которая не хочет состоять в одном союзе с Англией, при всех хороших связей с Америкой. Так что есть нейтральные страны, которые вступать не хотят. Эти захотели, их приняли. Отказать им сложно, для Запада неприемлемо давать Москве право вето на определение того, какая страна может вступить в НАТО, какая нет.

Елена Рыковцева: Мы переходим к тексту заявления министров обороны Северных стран, с которым произошла, я бы сказала, забавная ситуация, потому что массовый русский читатель и зритель не знает, почему появилось это заявление и что в нем пишется. Заявление очень жесткое, оно впрямую увязано с российской агрессией, очень четко министры заявляют, что "действия России бросили вызов безопасности в Североевропейском регионе, ситуация ухудшилась. Россия тратит большие ресурсы на укрепление своей военной мощи. Руководство этой страны демонстрирует, что готово применить силу для решения своих политических целей, даже если при этом нарушаются принципы международного права". Очень жестко они заявляют, что "российская агрессия против Украины и незаконная аннексия Крыма попирают международные законы и другие межнациональные соглашения". Ни один из министров не отрекся от своей подписи, все сказали, что да, этот документ существует, впрямую он увязан с российской возможной агрессией в северном регионе. Как же подает это заявление российская государственная печать. ТАСС, который потом цитирует "Комсомольская правда", говорит следующее: "Министры пяти стран Северной Европы заявили о намерении усилить военное сотрудничество, а также повысить готовность к возникновению кризисных ситуаций в регионе, потому что за последний год существенно ухудшилась ситуация с безопасностью в Европе в связи с обстановкой на Украине". Слово "Россия" и "российская агрессия" вообще не упоминается как повод для появления этого документа. По "России-24" еще смешнее: "Министры обороны пяти стран Северной Европы, Норвегии, Дании, Финляндии, Швеции и Исландии, выступили с совместным заявлением о ситуации на Украине. Они высказались за активизацию оборонного сотрудничества". То есть не хочет российская государственная печать знакомить ни с текстом, ни с поводом. Почему, интересно, им так не хочется, чтобы российский зритель узнал о том, что министры обороны Северных стран объединились в таком жестком заявлении, в такой жесткой форме против России?

Павел Фельгенгаруэр: Там слово "агрессия", а к нему у нас в языке отношение очень плохое. Называть в нашей печати "агрессией" действия России, даже если это цитирование принятого за границей документа – это совсем нехорошо, за это можно и по шапке получить. Деваться некуда, ситуация такая. Во-первых, есть скандинавская солидарность. Хотя они могут издеваться друг над другом, но в принципе солидарность есть, есть очень нехорошие воспоминания о прошлом: у Финляндии, как она была финляндизирована после Второй мировой войны, была под контролем в значительной степени из Москвы, им это не нравится вспоминать это слово и эту ситуацию. Потом в 1940-е годы, когда немцы вторглись неожиданно совершенно в Данию и в Норвегию, оккупировали их, они не были готовы к этому. Россия напала в 1939 году на Финляндию, зимняя война, потом было продолжение зимней войны, участие Финляндии во Второй мировой, Великой Отечественной. Швеция воевала с Россией очень долгие годы, столетия, та потеряла Финляндию, и до сих пор осталось такое отношение среди шведских военных, они хотя нейтральная страна, но в принципе они готовились к будущей возможной войне с Россией. А последние 20 лет после конца холодной войны произошло значительное разоружение, особенно на Севере Европы. Деньги тратили на другое, вооруженные силы сокращали стремительно. Швеция, которая была очень милитаризированной страной, там готовы были чуть ли не миллион человек из 8-миллионного населения поставить под ружье за несколько недель, теперь значительно уменьшились вооруженные силы. То же самое и в Норвегии. Потому что они решили, что угрозы никакой больше с Востока не исходит. А теперь вроде бы угроза снова появилась. И это не только то, что происходит на Украине, что от Скандинавии далеко, а те маневры, которые проводит Россия на границе Скандинавии, маневры с очевидной совершенно наступательной составляющей. Причем силами, с которыми они справиться не могут. Во времена холодной войны на территории Норвегии, хотя она входила в НАТО, никаких чужестранных войск не было на постоянной основе, но там были склады вооружений, проводилась каждый год выставка, до 30-40 тысяч американцев, англичан, французов и прочих высаживались на тот случай, если Россия перейдет границу и займет северную Норвегию, северную Норвегию уже не отстоять, но на уровне Нарвика думали их остановить. Там высаживался мощный десант, чтобы остановить советское наступление. Десятилетия никакой десант там никто не высаживает, никто к этому не готовился. И сейчас они видят, что находятся в угрожающей ситуации. Если бы произошло летное происшествие – произошла бы катастрофа, начался бы страшный кризис отношений между Россией и Западом, Россией и Вашингтоном. Был такой несколько лет назад, когда американский разведывательный самолет летел в Южнокитайском море, которое китайцы считают своим, и столкнулся с китайским истребителем, который полетел на перехват. Там было столкновение, оба самолета погибли, погиб китайский летчик-истребитель, американцы все выжили, прыгнули с парашютами, их взяли в плен китайцы. Потом вернули, и обломки самолета вернули, но крика, шума в китайском интернете, в китайской прессе было очень много. Отношения тогда были между Китаем и Америкой не такие плохие, как между Москвой и Вашингтоном сейчас. То есть сейчас только не хватает такого столкновения где-нибудь, и мы уже практически на грани общеевропейской войны, причем, вполне возможно ядерной.

Елена Рыковцева: Кстати, я думаю, поэтому американцы и не хотят забыть так просто этот эпизод. Потому что сначала они сделали одно заявление, сегодня они снова вернулись к этой истории и сказали, что это ухудшит отношения.

Павел Фельгенгаруэр: Там сначала доложили, экипаж доложил, показал, что собственно произошло. Не видно же на радаре, насколько сблизились борты. Доклад пошел потом по военной инстанции, потом попал политическому руководству, поэтому это заняло время. Эпизод вначале, естественно, не был рассекречен, потом его рассекретили – это тоже политическое решение, принятое сначала в Пентагоне, потом доложенное президенту Обаме. Так что обычно это долгая история. Опасность такая есть. Я месяц назад ездил в Брюссель, разговаривал с людьми в штаб-квартире НАТО, они понимают, что с каждым днем, с каждой неделей возрастает вероятность того, что эти перехваты или просто, что будет лететь борт без транспондера и столкнется с гражданским самолетом, что тоже плохо, они думают, что делать в такой ситуации. Существует протокол, как с российскими военными впрямую связаться, чтобы это не привело к стрельбе сразу, не привело сразу к началу боевых действий.

Елена Рыковцева: Вячеслав из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Господин эксперт ошибается по поводу прибалтийских стран, которые себя застраховали. Третья война началась – это не я сказал, а Папа римский, авторитет авторитетов. Война будет, будет она обязательно ядерная. И страны прибалтийские будут воронками – все, что от них останется. Они этого не понимают. Провокаторы в первую очередь – это американцы. Нечего делать американским самолетам у наших границ. Маховик запущен, альтернативы нет – только война.

Елена Рыковцева: Вячеслав думает, что воронки будут только и исключительно на территории стран Балтии.

Павел Фельгенгауэр: Понятно, что в случае, как по последнему сценарию учений внезапных, которые симулировали сначала переход к общеевропейской войне, сначала в Баренцевом море, потом в Балтийском море, потом в Черном море, наши наносят удар по Босфору, сбивают американский стратегический беспилотник, потом это переходит на Дальний Восток. Естественно, что воевать на этих фронтах можно только с Америкой и ее союзниками. То есть это была проверка подготовки возможности ведения не только большой региональной, но и глобальной войны, причем ядерной, поскольку в этих учения принимали участие все три компонента стратегических ядерных сил – наземная, морская и воздушная компонента. Да, конечно, в случае такого конфликта Россия будет уничтожена полностью – это можно гарантировать, Россия будет уничтожена, ни России, ни русских, только те, которые в Австралии, может быть выживут. Это конец России. С Прибалтикой не совсем понятно, поскольку целей для ядерных ударов там особенно нет. Поэтому как раз они может скорее выживут, а Россия будет стерта с лица земли. Это называется гарантированное взаимное уничтожение. Очень странно, что сейчас в России многие считают, что ядерная война будет односторонняя, то есть Россия будет вести ядерную войну, а ответа никакого не получит. Ответ она получит, причем значительно более серьезный, чем она нанесет. Потому что время для усиления ядерной компоненты, и не ядерной тоже, будет, конфликт никогда не начнется неожиданно. Так что России достанется больше значительно, чем кому бы то ни было в мире. Только сумасшедшие совершенно люди, не думающие ни о себе, ни о своих семьях, ни о своей стране, могут всерьез рассуждать о ядерной войне.

Это не первый раз с начала холодной войны, появления ядерного оружия, когда мир подползает опять к грани войны. Есть еще такая тактика очень известная, очень эффективная, называется балансировать на грани ядерной войны. Этот термин придумал Даллес еще в 1950-е годы, когда он был госсекретарем. Это значит, что ты угрожаешь другой стране, что чуть что, ты применишь ядерное оружие. Другая сторона этого не хочет, потому что это взаимное уничтожение, и идет на какие-то уступки. Мастером такой тактики был большой друг Владимира Путина Генри Киссинджер, который в 1973 году во время кризиса на Ближнем Востоке довольно здорово наших объегоривал. Он приехал в Москву в самый острый момент кризиса, на даче два дня вел переговоры с советским руководством и им объяснял, что Никсон, его шеф, во-первых, сумасшедший антикоммунист, а во-вторых, каждый день напивается виски, причем и то, и другое было правдой. Он схватится и кнопку нажмет, мы его просто остановить не сможем. Вы должны пойти на уступки. Наши пошли на уступки и потеряли довольно серьезно позиции на Ближнем Востоке. Тогда этим занимался больше Запад, который имел ядерное оружие, но был слабее Советского Союза в конвенциональном смысле, сейчас наши слабее – это все признают военные, значит, мы больше занимаемся ядерным шантажом. Не собираются воевать ядерную войну, но хотят использовать ядерный шантаж и наличие ядерного оружия. Тут вся проблема в том, что если ты балансируешь на грани войны ядерной, можно поскользнуться. Правда, пока этого не случилось ни разу за ядерную эпоху, но вероятность этого существует.

Елена Рыковцева: Пока вы видите ситуацию так, что они всерьез ничего подобного не планируют? Как вы прогнозируете общение Путина с народом на прямой линии в четверг, будет ли он как-то настраивать население России, готовить его к тому, что все возможно или он эту тему агрессивную снимет с повестки?

Павел Фельгенгауэр: Это нацелено в основном за границу, а не на наш народ. Когда проходили маневры, о которых я много говорил, их очень широко освещали, пригласили больше ста военных атташе. Показали диаграммы, начальник ГОУ генерал Каргаполов провел брифинг. После этого проводились такие же маневры внутренних войск, их практически не освещали, потому что внутренние войска должны в такой ситуации возможной войны с Западом обеспечивать стабильность внутри, действовать против "пятой колонны", не допустить Майдана. Об этом сообщать особенно не надо, потому что это не элемент сдерживания, не элемент ядерного шантажа.

Елена Рыковцева: И не элемент рекламы.

Павел Фельгенгауэр: Единственное, что он может воспользоваться этой трибуной и опять попробовать Запад подавить условной ядерной угрозой.

Елена Рыковцева: Что он сейчас хочет в военном смысле, чего он хочет сейчас добиться по отношению к Западу?

Павел Фельгенгауэр: Не допустить того, чтобы Украина ушла в НАТО, что в Украине должна быть смена режима. Кроме того исследования показывают, что если сейчас сдать по Украине, выполнять Минск-2, уменьшить уровень конфронтации, то эта мобилизация, которая есть, военная мобилизация, патриотическая значительной части общества исчезнет и начнутся проблемы, потому что экономическая ситуация плохая. Значит нужно поддерживать конфронтацию с Западом хотя бы два года, пока цена на нефть не пойдет вверх.

Елена Рыковцева: То есть на самом деле страны Балтии Владимира Путина сейчас не так интересуют во всей этой истории, как им самим кажется, его интересует исключительно ситуация с Украиной.

Павел Фельгенгауэр: У нас руки так заняты на Украине, я не думаю, что у нас сейчас для этого есть возможности. Но столкновение самолетов может привести к неуправляемой конфронтации неожиданной, и это очень опасно.

Елена Рыковцева: И все-таки наказывать за такие вещи, не заниматься пропагандой.

Павел Фельгенгауэр: Да.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG