Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Пресс-секретарь - его роль и уловки

Александр Генис: С тех пор, как Хиллари Клинтон официально объявила о своем намерении вступить в борьбу за право вернуться в Белый дом уже в другом качестве, президентская кампания 2016 года началась. Сегодня мы побеседуем о самой, пожалуй, важной части политической жизни свободного мира - о взаимоотношениях с прессой. Об этом - Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов: Американцы настолько привыкли к ежедневным брифингам пресс-секретаря Белого Дома, что им трудно представить себе иное положение вещей. Но у первых президентов не было не только пресс-секретарей, но и денег на зарплату каким бы то ни было помощникам. Еще Гроверу Кливленду, который был впервые избран в 1884 году, приходилось самому отвечать на телефонные звонки и вести переписку.

Между тем информация стала выгодным бизнесом. В стране резко увеличилось число ежедневных газет – их было уже более 1200. К тому же Кливленд стал первым и пока единственным президентом, который женился, занимая этот пост, да еще на молоденькой и хорошенькой женщине – Фрэнсис Фолсом. Ему было 47 лет, ей – 21. Когда новобрачные отправились в свадебное путешествие, журналисты последовали за ними, чтобы освещать их медовый месяц. Президент был этим очень недоволен. Именно тогда началась дискуссия о праве президента на конфиденциальность личной жизни, которая продолжается по сей день. Однако его молодая супруга, наоборот, наслаждалась вниманием прессы. Фрэнки, как фамильярно звали ее журналисты, стала звездой рекламы. Никакого разрешения на использование имени или изображения в то время не требовалось, и этим беззастенчиво пользовались производители конфет, косметики, нижнего белья.

При Кливленде в Белом Доме появился и первый постоянный корреспондент. Журналист газеты «Вашингтон ивнинг стар» Уильям Прайс стал по собственному почину дежурить в входа в ерезиденцию и беседовать со всеми, кто входил и выходил. Конкуренты последовали его примеру. Так возник президентский пул журналистов.

25-й президент Уильям Маккинли первым завел помощника для общения с прессой. Эту должность занимал Джордж Кортелью, стенограф по профессии. Когда в сентябре 1901 года Маккинли смертельно ранил из револьвера анархист Леон Чолгош, Кортелью был среди тех, кто подхватил сраженного пулей президент. Прежде чем потерять сознание, президент обратился к своему пресс-секретарю. «Моя жена… - сказал он слабеющим голос, - Будь осторожен, Кортелью, сообщи ей об этом поделикатней».

Джордж Кортелью остался работать в Белом Доме и при новом президенте, Тедди Рузвельте, и ввел целый ряд новшеств, которые остаются в силе и поныне. Он, в частности, предоставил журналистам президентского пула постоянное место для работы, начал созывать брифинги и издавать пресс-релизы.

В команде молодых амбициозных советников, которую привел в Белый Дом Джон Кеннеди, был и журналист Пьер Сэлинджер. Он вошел в число самых близких к президенту доверенных лиц. Эту близость хорошо иллюстрирует анекдот, однажды рассказанный самим Сэлинджером.

Пьер Сэлинджер: Как вы знаете, мы пережили, вероятно, крупнейшую катастрофу администрации Кеннеди – высадку в Заливе Свиней. Примерно через месяц после этого события президент вызвал меня в свой кабинет что-то около пяти часов вечера и говорит: «Мне нужна ваша помощь». Я говорю: «Что угодно, г-н президент?» Он отвечает: «Мне нужны сигары». Президент, помнится, курил кубинские сигары марки «петит упманн». Я говорю: «Сколько сигар вам надо?» Он говорит: «Тысячу». «А когда?» Он говорит: «Завтра утром». Я говорю: «Это очень сложное задание. Но я сделаю все что смогу». Я сам курил в то время сигары, поэтому я связался со своими поставщиками. Наутро я появился в офисе в восемь утра, смотрю – президент уже названивает мне из Овального кабинета: «Иди сюда немедленно!» Захожу. Он спрашивает: «Как дела?» Я говорю: «Отлично, г-н президент». «Сколько вы достали?» «Тыщу двести штук». «Потрясающе!» Открывает ящик своего письменного стола, достает оттуда указ о запрете ввоза кубинских товаров в Соединенные Штаты – и подписывает его.

Владимир Абаринов: 30 марта 1981 года было совершено покушение на Рональда Рейгана. Страдавший психическим расстройством Джон Хинкли дождался, пока президент выйдет из вашингтонского отеля и выстрелил шесть раз. Первая же пуля попала в голову пресс-секретарю Джеймсу Брэйди, еще двумя были ранены полицейский Томас Дэлаханти и агент Секретной службы Тимоти Маккарти. Одна из пуль отскочила от бронированного корпуса лимузина и поразила президента в шею. Брэйди был ранен настолько тяжело, что телекомпании сообщили, что он убит. Всех четверых немедленно доставили в больницу Университета имени Джорджа Вашингтона. Все четверо выжили, но Джеймс Брэйди до конца жизни остался инвалидом. Он и его жена Сара возглавили кампанию за контроль за огнестрельным оружием. Тем самым Брэйди вступил в конфликт со своим бывшим шефом. Проект закона, получившего название Билль Брэйди, был внесен в Конгресс, но ружейное лобби всячески сопротивлялось его принятию. 29 марта 1991 года, спустя 10 лет после покушения, Рональд Рейган приехал в университетский госпиталь, чтобы еще раз поблагодарить спасших его врачей и сделать важное заявление.

Рональд Рейган: Я хочу всем вам сказать сегодня то, чего вы, вероятно, не знаете. Вы знаете, что я член Национальной стрелковой ассоциации. И моя позиция относительно права владеть огнестрельным оружием хорошо известна. Но я хочу, чтобы вы узнали кое-что еще, и я хочу заявить это ясно и недвусмысленно: я поддерживаю Билль Брэйди и призывают Конгресс принять его без задержки.

Владимир Абаринов: Закон был принят.

Обычно в отставке пресс-секретарь сохраняет лояльность президенту. Но один из пресс-секретарей Джорджа Буша-младшего, Скотт Макклеллан, нарушил это неписаное правило. Он опубликовал книгу, в которой критически отозвался о многих сослуживцах, чем навлек на себя обвинения в неэтичном поступке. Макклеллан ответил на эти упреки в интервью телекомпании MSNBC.

Скотт Макклеллан: Думаю, этого и следовало ожидать. Некоторой неожиданность был личный характер нападок. Белый Дом предпочел бы, чтобы я не высовывался и не говорил открыто и честно обо всех этих проблемах. У меня было чувство, что я должен вернуться в прошлое, обдумать и описать свой опыт работы в Белом Доме и постараться извлечь из него уроки.

Владимир Абаринов: В декабре 2008 года один из вашингтонских мозговых центров, Институт Брукингса, устроил встречу с тремя пресс-секретарями Белого Дома – двумя бывшими и одним действующим. У меня сохранилась запись этой дискуссии, и я приведу некоторые отрывки из нее. Первый вопрос касался стремительно меняющихся информационных технологий. Говорит Рон Нессен, назначенный пресс-секретарем Джеральда Форда в 1974 году.

Рон Нессен: Думаю, в известном смысле мне было легче жить на свете. Тогда не было круглосуточного вещания на телевидении, не было Интернета, не было блогов. По существу, у меня был только один крайний срок в сутки - 6:30 вечера. Это время, когда выходили в эфир обе вечерние информационные программы на телевидении и в этот же час отправлялся в типографии первый выпуск утренних газет. Это не значит, что я уходил домой в 6:30. Моему сыну было тогда полтора года. Я приходил домой примерно в половине одиннадцатого и будил его, потому что для меня это была единственная возможность поиграть с ним.

Владимир Абаринов: Майк Маккэрри, пресс-секретарь Билла Клинтона.

Майк Маккэрри: Когда я уходил в отставку в 1998, Белый дом только-только завел свой вебсайт. Там не было почти ничего, кроме стенограмм моих ежедневных брифингов. Был один новостной телеканал, Си-Эн-Эн; другие еще только создавались. Однако Интернет тогда никоим образом не доминировал как способ подачи новостей и не заставлял пресс-службу Белого дома работать в круглосуточном режиме, как сейчас. Примечательно также, что в зале брифингов главными действующими лицами оставались журналисты бумажной прессы – люди, работающие в том, что называлось газетой и что сегодня можно выставлять в музее.

Владимир Абаринов: В ноябре 2008-го Барак Обама уже выиграл президентские выборы, но в должность еще не вступил. Президентом оставался Джордж Буш, а его пресс-секретарем – Дэна Перино.

Дэна Перино: Мне повезло: у меня круглосуточный режим работы без выходных, но и технология соответствующая. Я могу повсюду брать с собой свой офис – он у меня в моем смартфоне Блэкберри. Но никакой передышки у нас действительно нет. Сегодня любое средство информации функционирует в режиме реального времени. Все хотят получить новость первыми. И я думаю, иной раз мы жертвуем точностью ради оперативности.

Владимир Абаринов: Дэна Перино славилась своей невозмутимостью - на брифингах ее невозможно было сбить с толку. В чем секрет такого хладнокровия?

Дэна Перино: Часто меня спрашивают: «Как вам удается оставаться такой спокойной на подиуме?» Думаю, есть несколько причин, и один из навыков ведения брифинга, по-моему, важных навыков, состоит в том, что ты должен знать свою аудиторию. Я стараюсь прочесть все написанное репортерами, сидящими в зале. Я интересуюсь тем, чем интересуются они. Я пытаюсь угадать их потребности. Часто пресс-секретарь сам действует как репортер: тебе задают вопрос, и ты должен разыскать информацию и удостовериться в ее точности перед тем, как сообщать ее прессе. Я всегда хочу знать больше, чем знают они.

Владимир Абаринов: На плечи Майка Маккэри свалился не один острый кризис, из которых самый беспрецедентный - «Моникагейт». Как должен вести себя пресс-секретарь в такие моменты?

Майк Маккэрри: Самое трудное, что необходимо сделать в разгар кризиса, когда царит информационное безумство, журналисты требуют ответов, стоят у тебя под дверью и выкрикивают вопросы, самое трудное в таких обстоятельствах – это унять страсти, потому что в такие моменты происходит выброс адреналина и возникает искушение действовать все быстрее и быстрее. В этот момент следует остановиться, сбросить скорость и сказать, что ответы на все вопросы будут позже. Для этого требуется высокая дисциплинированность, это очень трудно сделать. Но в девяти случаях из 10, если ты выбегаешь и начинаешь выкладывать информацию, получается плохо.

Владимир Абаринов: Бывают ли ситуации, когда пресс-секретарь должен солгать в интересах дела? Рон Нессен считает, что таких ситуаций нет.

Рон Нессен: Я думаю, для таких случаев надо иметь какую-то формулу, что-то вроде «Я не могу говорить об этом в данный момент». И ты должен стоять на своем как вкопанный. Однажды разрушив доверие к себе, его уже не вернешь. Поэтому лгать нельзя. Иногда вы не можете сказать правду. Для таких случаев у каждого из нас есть свой язык. Для меня таким языком была фраза «Я не могу говорить об этом в данный момент».

Владимир Абаринов: Отдельное умение – подготовить президента к пресс-конференции. По словам Майка Маккэрри, политические решения часто принимаются или меняются в ходе этой подготовки.

Майк Маккэрри: Процесс подготовки президента к пресс-конференции становится очень важным звеном в механизме принятия решений. Вы сидите с президентом и говорите ему: «Вам наверняка зададут такой-то вопрос» и зачитываете ему записку, подготовленную федеральным ведомством. На что президент часто говорит: «Это еще что за чушь собачья?» А вы отвечаете: «Это, сэр, ваша политика по данной проблеме. Если вы хотите изменить ее, позвоните министру». И он звонит.

Владимир Абаринов: И наконец, маленькие профессиональные хитрости. Майк Маккэрри.

Майк Маккэрри: Существует занятная разница между брифингом в Белом доме и брифингом в государственном департаменте. В госдепартаменте действует конвенция: они открывают какую-то тему и не бросают ее, пока не исчерпают. И репортеры там, откровенно говоря, лучше осведомлены, лучше подкованы по своему предмету, чем типичный репортер Белого дома, который должен держать в поле зрения большое число различных проблем. Они сдирают кожуру с луковицы до тех пор, пока от нее ничего не останется, а пресс-секретарь не зальется слезами. Тогда кто-нибудь говорит: «Новая тема», и все набрасываются на эту новую тему. А в Белом Доме ты можешь управлять аудиторией, играть в пинг-понг, давать слово репортерам, спрашивающим о разных вещах. Мой любимый прием – это, когда слышишь серьезный вопрос, говоришь спрашивающему: «Скотт, я вернусь к тебе позже. Я забыл добавить к ответу на предыдущий вопрос...» И так можно пудрить мозги сколько угодно.

Владимир Абаринов: Есть своя хитрость и у Дэны Перино.

Дэна Перино: А меня научили такому трюку. Если тебя спрашивают о чем-то, о чем ты не хочешь особенно распространяться, то в своем ответе постоянно называй спросившего по имени, и тогда телекомпании не вставят в свои репортажи именно этот кусок, потому что они не хотят, чтобы в ответе то и дело мелькало чье-то имя. Поэтому ты просто говоришь: «Как я уже сказала, Стивен, мы, Стивен, уже обсуждали эту тему ранее...» И тогда они не смогут использовать это место.

Владимир Абаринов: И напоследок – немного статистики. Чемпион по количеству пресс-конференций – президент Франклин Рузвельт. За свои неполные четыре срока он дал 881 пресс-конференцию, или по шесть конференций в месяц. Первое место по числу пресс-секретарей делят Гарри Труман и Билл Клинтон – у них было по пять пресс-секретарей. Линдон Джонсон и Буш-младший сменили по четыре пресс-секретаря. У Барака Обамы сейчас уже третий пресс-секретарь, Джош Эрнест. Нынешняя зарплата пресс-секретаря Белого Дома – 132 тысячи долларов в год.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG