Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Юбилей Дмитрия Лихачева как повод к дискуссии о состоянии гуманитарной культуры в России


Программу ведет Татьяна Валович. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская. Гость студии - исполнительный директор Фонда имени Дмитрия Лихачева Александр Кобак.



Татьяна Валович: 2006 год в России указом президента был объявлен Годом гуманитарных наук, культуры и образования - Годом академика Дмитрия Лихачева, 100-летие которого будет отмечаться 28 ноября. Социологические опросы показывают, что фигура Лихачева и сегодня остается невероятно популярной - больше 90 процентов опрошенных помнят его и знают о его жизни и работе.



Татьяна Вольтская: Исследования такого масштаба, как те, что были проведены социологическим центром «Мегаполис» и Агентством социальной информации «Санкт-Петербург», обычно применяются для изучения глобальных общественных проблем, в этом году с их помощью выясняли отношение людей к Дмитрию Лихачеву. Оказалось, что его не только помнят почти все, но как будто продолжают с ним диалог. Чаще всего его называли ученым-гуманистом и русским интеллигентом, но попутно выяснилось, что значительная часть населения сегодня относится к интеллигенции, лишенной денег и власти, с пренебрежением. Одновременно обозначилось и резко отрицательное отношение людей к официальным юбилейным мероприятиям, которые, как правило, имеют мало общего с фигурой юбиляра.


Видимо, юбилей Дмитрия Лихачева нельзя считать исключением. Еще в мае в Петербурге прошли VI международные Лихачевские чтения, именем ученого были названы площадь в Петроградском районе и безымянный проезд в Выборгском районе, где много лет прожил Дмитрий Лихачев. Ему же были посвящены первые школьные уроки в новом учебном году. Но сам ученый, скорее всего, был бы рад совсем другим вещам, - считает историк, соредактор журнала «Звезда» Яков Гордин.



Яков Гордин: Поговорить о важном и умном - это всегда хорошо. Но было бы не хуже, если бы было обращено в этот год специальное внимание на то, на что специальное внимание обращал Дмитрий Сергеевич, - это библиотеки, музеи, школы, школьные библиотеки. Если бы, скажем, президент параллельным указом обязал правительство вдвое увеличить бюджеты библиотек, что сказалось бы и на зарплате библиотекарей, а главное - на возможности приобретения литературы, если бы на полках сельских библиотек стояли книги, полученные в Год Лихачева, и это было бы написано на бумажечке, прикрепленной к полке в сельской библиотеке, - это была бы память.



Татьяна Вольтская: Известно, как горячо Дмитрий Лихачев выступал за сохранение облика Петербурга. Яков Гордин считает, что стремления к чистому идеалу в области культуры, поднявшегося на волне 80-90-х годов, больше нет, что сегодня голос ученого в защиту домов и памятников города был бы не слышен.



Татьяна Валович: Сегодня у нас в студии исполнительный директор Международного благотворительного фонда имени Дмитрия Лихачева Александр Кобак. Мы будем говорить о том, каковы же кульминационные события в ноябре, которые будут приурочены к 100-летию Дмитрия Сергеевича, и об общей ситуации как в России, так и в Петербурге, по поводу культуры, того культурного пространства, тех изменений, которые происходят.


Александр Валерьевич, в той ситуации, которая сегодня складывается в России, в Петербурге, празднование 100-летия Дмитрия Сергеевича Лихачева вас больше радует или огорчает?



Александр Кобак: Поскольку мы были инициаторами этого процесса, то все-таки, наверное, радует. Радует меня прежде всего вот какое обстоятельство. Вышел указ президента, нам удалось добиться, как сказал Яков Аркадьевич, член нашего правления, кстати сказать, что весь год объявлен Годом гуманитарной науки, культуры и образования.



Татьяна Валович: То, что он объявлен, это, безусловно, прекрасно. Но вы чувствуете, насколько это искренне, насколько действительно какие-то приозошли события нужные? Петербуржцы очень отрицательно отнеслись именно к помпезности, чего не любил сам Дмитрий Сергеевич Лихачев. Как вы, как инициаторы проведения этого всего года, попытались, может быть, избежать этого?



Александр Кобак: Вы знаете, избежать помпезности помогли люди. В России произошло более 300 разных событий, в регионах, в маленьких библиотеках, в местных краеведческих музеях - конференции, круглые столы... Такое количество было акций, связанных с культурой и охраной памятников, которое никаким указом не достигается. Не может быть сотня мероприятий благодаря тому или иному даже самому высокому указу. Так что, на мой взгляд, юбилей Лихачева довольно-таки народный получился, и в этом смысле он помпезность лишен. Приведу несколько примеров из региональных событий. Очень интересная и очень острая конференция была в Петрозаводске, она была посвящена памятникам деревянного зодчества русского Севера. Специалисты считают, что есть три цивилизации, которые создали великую деревянную архитектуру, - это Норвегия, Россия и Япония. Так вот, сейчас нашей великой и уникальной в масштабах человечества деревянной архитектуре угрожает страшная опасность. Церкви горят, из тех мест, где они стоят, люди уходят, деревни пустеют. И эти шедевры остаются совершенно беззащитными. И вот на эту тему произошла конференция, приуроченная у Году Лихачева. Он, кстати, хорошо знал наследие русского Севера, у него есть очень трогательная статья "Русский Север", где он говорит об этом. И не надо забывать, что он провел на Соловках пять лет в заключении, то есть он видел русский Север и его наследие воочию.



Татьяна Валович: Результатом этой конференции что явилось или, может быть, еще явится? Будет ли какая-то помощь тем местам, тем памятникам, которые действительно находятся под угрозой?



Александр Кобак: Конечно, мы стараемся те события, которые происходят в нашим участием, с участием фонда, чтобы они оставляли свой след. Здесь специалисты приняли большую декларацию, где тщательно проанализирована ситуация с памятниками деревянного зодчества, и эта декларация направлена в Министерство культуры, в правительство. И мы надеемся, что к этому мнению прислушаются власть предержащие.



Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Меня зовут Сергей. Лихачев, наряду с академиков Сахаровым, считался совестью нации. Насколько я понимаю, с их смертью теперь совести нет у нации. Или кто-то их заменил?



Александр Кобак: Спасибо за ваш вопрос. Я не знаю, это выражение "совесть нации" - вряд ли сам Дмитрий Сергеевич относился к нем так уж благосклонно.



Татьяна Валович: С юмором. Насколько я помню последний юбилей, такой помпезный, который был устроен, мне очень понравилось, как отреагировал Дмитрий Сергеевич, сказав: "Я уже настолько стар, что меня испортить невозможно.



Александр Кобак: Я как раз хотел вспомнить эту фразу. Это было в Академии наук, и очень здорово он сказал. И как-то сразу вот эта помпезность куда-то ушла.



Татьяна Валович: Вопрос в другом. То, что мы сейчас имеем Невский проспект в том виде, в котором мы имеем, мы благодарны Дмитрию Сергеевичу Лихачеву. Это, может быть, был не демократический институт, когда никакие письма общественных организаций не помогали, но один лишь звонок Лихачева куда-то наверх, останавливал эти безобразные проекты. Что видим мы сейчас? Тот же проект "Газпром-Сити"...



Александр Кобак: Давайте все-таки окончательно ответим на вопрос Сергея, у него был вопрос очень конкретный и отчасти шутливый, конечно, что нация оказались бессовестной теперь. Я понимаю иронию. Я могу сказать, что авторитет людей умственного труда, интеллигенции, авторитет гуманитарных людей, конечно, за последние 10 лет значительно упал. Это проблема элит, вообще говоря. Сейчас таких гуманитарных элит, которые были у нас, нет. Это, с моей точки зрения, я с Сергеем согласен, довольно глобальная проблема для будущего страны. Вот они должны появляться, должен быть какой-то механизм формирования и выдвижения тех людей, ученых, не обязательно гуманитариев, это могут быть физики, - сейчас этот механизм разлажен. Общество горизонтальное стало, и элитами называются теперь только те люди, которые к деньгам большим ближе. Вот это положение, я с Сергеем согласен, неправильное, оно должно постепенно выправляться. И мы надеемся, что тот разговор, который прошел в России, в регионах, везде в связи с юбилеем Лихачева, может быть, как-то и эту проблему, одну из многих, тоже обозначил.



Татьяна Валович: У нас еще есть вопрос от слушателя. Добрый день.



Слушатель: Вадим, Москва. Добрый день. Скажите, в связи с тем, что и власть, и народ стали забывать преступления сталинизма против своего народа, против его лучших сыновей, как вы будете освещать эту часть жизни Дмитрий Лихачева, то, что он чуть не погиб на Соловках?



Александр Кобак: Спасибо, Вадим. Конечно, мы об этом совершенно не забываем. Я в двух планах, так сказать, отвечу на ваш вопрос. Одно из симпатичных событий, явлений этого года - это выпуск трехтомника избранных трудов Дмитрия Сергеевича, который называется "Воспоминания. Раздумья. Работы разных лет". Мы почти полтора года готовили, очень тщательно отбирали работы для этого трехтомника. Он не предназначен для специалистов по древнерусской литературе, одним из великих представителей которой был Дмитрий Сергеевич, а это такой достаточно широкий сборник для читателей. И там значительное место уделено лагерному периоду, в том числе, есть некоторые неопубликованные материалы Дмитрия Сергеевича, посвященные этому периоду. Это одно. Второе, когда в Петербурге в конце ноября будет конгресс большой "Культура и будущее России", там будет отдельная секция, посвященная исторической памяти. Вот это понятие, которое сейчас и в большую науку, в историю входит, для Лихачева было очень дорого. Я прочитаю вам одну мысль его. "Подобно тому, - писал он, - как личная память человека формирует его совесть, так историческая память народа формирует нравственный климат, в котором живет народ". Вот, собственно, Вадим об этом и спрашивал. Если мы не будем помнить о своем прошлом, самом печальном, то нам и хорошего будущего ожидать не приходится.



Татьяна Валович: И у нас есть вопрос от слушателя. Доброе утро.



Слушатель: Здравствуйте. Хочется два слова сказать о том, каким он человеком был. Он был, несмотря на свою занятость, весьма доступен. Я взял телефон у знакомого критика Лаврова, и охотно со мной поговорил Дмитрий Сергеевич по телефону. Как-то трогательно он заботился о чистоте русского языка. Спасибо.



Александр Кобак: Спасибо большое. Я согласен со всеми словами радиослушателя. Мы были знакомы с Дмитрием Сергеевичем в последние годы, и это совершенно точное наблюдение, это чистая правда. Что касается русского языка, Лихачев довольно много сделал в области сохранения наследия. Не только спасение от витрин на Невском или других вещей, но у него есть теоретические работы, посвященные наследию, прежде всего "Декларация прав культуры", работа "Экология культуры". Так вот, очень интересна его классификация наследия. На первое место всегда он ставил язык. Язык является главным, первейшим наследием любого народа, а дальше уже шло все остальное, памятники архитектуры и так далее. Вот интересно, что язык у него стоял на первом месте. Так что здесь наш слушатель прав.



Татьяна Валович: В связи с этим мне бы хотелось, чтобы вы рассказали, как фонд старался, чтобы это празднование 100-летия Лихачева было не просто помпезным государственным мероприятием, и зачастую политика у нас очень любят пользоваться такими моментами, а чтобы он стал именно продолжением, развитием тех идей, за которые ратовал Дмитрий Сергеевич, в частности, в области русского языка, в области литературы? И еще, кстати, будет интересное мероприятие - Книжный салон.



Александр Кобак: Я сейчас об этом скажу. Вы знаете, мы повторяем сейчас слово "помпезность" - да не вижу я, честно говоря, какой особенной помпезности. Конечно, в день юбилея, 28 ноября, в день рождения Дмитрия Сергеевича будет некое торжественное заседание. Но то, что происходит и будет происходить в течение этого года, мы делаем и другие люди делали, без нас, не для того, чтобы какую-то помпу навести, а для того, чтобы привлечь внимание и общества, и государства к каким-то важным гуманитарным факторам развития страны. Ведь сейчас очень кособокое такое представление, вот есть нефть, газ - это главные ресурсы. Спросите сейчас человека: что такое стратегически ресурс развития страны? Он вам скажет, что культура является стратегическим ресурсом? Вряд ли. Скорее он скажет, что нефть - это стратегический ресурс. Замечательно, пусть она будет, но мы упустили гуманитарную сферу. Вот я вам приведу один пример. В рамках этого года мы вместе с Российским гуманитарным научным фондом весной провели всероссийский грантовый конкурс проектов "Культурное наследие России. И целый ряд проектом нам удалось поддержать - около 30. Кажется, что неплохой результат, но я оцениваю этот конкурс как очень тревожный симптом. Потому что, знаете, сколько мы заявок получили? Почти 600, от Калининграда до Владивостока. Когда на конкурс, который может поддержать два-три десятка проектов, приходят сотни заявок, это говорит о том, что что-то не нормально в этой области. Значит, гуманитарные проекты недофинансируются очень серьезным образом. Вот что показал этот конкурс. И мы с тем же самым гуманитарным научным фондом хотим продолжить такие специализированные конкурсы в будущем году и в дальнейшем.



Татьяна Валович: Вы наверняка ездили по регионам. Мне бы хотелось узнать, что, может быть, вас поразило, удивило или расстроило еще в регионах, в рамках этого 100-летия?



Александр Кобак: Скажу сначала, что меня тронуло. Я был в маленьком городе Мышкине, который называет себя "любимый город Лихачева". Это город победившего краеведения. Там не так много домов и не так много памятников, но они тщательно берегут эти свои памятники. На каждом доме есть табличка, не набранная, а просто фанерная: "В этом доме жил доктор Вольф, любимый мышкинцами в XIX веке". И идешь от дома к дому - самые простые дома - и ты читаешь, как просто весь город живет. И благодаря такому вниманию к своему, может быть, и скромному наследию в этом городе между Ярославлем и Угличем стали причаливать большие круизные теплоходы. Получается, что культура, наследие, краеведческая работа - это ресурс, очень важный ресурс экономического развития территории.


А с "любимым городом Лихачева" там вообще очень трогательно. Я выяснил, что Дмитрий Сергеевич там никогда не был. Мышкинцы с ним переписывались и задали ему вопрос, как он относится к Мышкину и вообще что такое любить город? Любит ли он Петербург - вот какой был серьезный вопрос. Дмитрий Сергеевич сказал, что он не знает, что значит любить город, Петербург очень большой, очень разный, но любить - наверное, это вспоминать о городе, думать о нем, возвращаться к нему в своих мыслях. "Наверное, я люблю Мышкин, хотя там никогда не был. Мне нравится его имя смешное, мне нравятся его виды на старых открытках, мне нравится, что он на Волге. Наверное, я люблю город Мышкин". И теперь в Мышкине поперек главной улицы, единственной, написано: "Мышкин - любимый город Лихачева". И там действительно его помнят, знают и любят.



Татьяна Валович: А какие-то проекты, которые, может быть, не совсем были бы уместны, были, которые вы вынуждены были отсеивать?



Александр Кобак: Конечно. Я еще раз повторю, что наш фонд не координирует все мероприятия, их сотни, что делают люди в регионах, а только некоторые. Но были проекты совершенно удивительного свойства. Например, к нам в фонд приходили люди, которые предлагали канонизировать Дмитрия Сергеевича Лихачева, причислив к лику святых. Я был рад, когда мы расстались, и конечно, такого рода инициативы не имеют ничего общего со здравым смыслом, с реальностью вообще.



Татьяна Валович: Вы хотели несколько слов сказать о том Книжном салоне, который состоится в Петербурге тоже в конце ноября.



Александр Кобак: 24-26 ноября - это пятница, суббота и воскресенье - в "Ленэкспо" состоится большой Международный книжный салон, посвященный тоже юбилею. И пользуюсь случаем, чтобы пригласить туда тех слушателей, которые интересуются книгой. Это первый такой салон, он должен стать ежегодным впоследствии. Там будет большой стенд, посвященный Дмитрию Сергеевичу, его наследию, там можно будет в Интернете посмотреть его работы, можно будет посмотреть его книги и книги, изданные к юбилею, потому что таких изданий довольно много.



Татьяна Валович: А приобрести?



Александр Кобак: И приобрести, конечно, тоже. Форма салона традиционная, отличие только в том, что там будет большой стенд, посвященный академику Лихачеву.



Татьяна Валович: Этот форум книжный насколько, вы думаете, привлечет внимание? Потому что достаточно много проводится разных книжных ярмарок. Кроме того, что в этом году он будет посвящен юбилею Дмитрия Лихачева, какова может быть задумка тех, кто еще один такой книжный форум создавал? Для чего?



Александр Кобак: Вы знаете, в Петербурге их не много. В Москве - да. Есть известные европейские - Франкфуртский книжный салон, Парижский книжный салон. У нас в Петербурге серьезного такого салона нет, который бы соответствовал, вообще говоря, масштабу нашего города. Так что идея, конечно, в этом году провести только пилотный проект, только привлечь внимание. И в дальнейшем, с будущего года начать именно проводить международный салон. У нас в Петербурге Невский книжный салон был, но он не был, по сути дела, международным. А здесь сразу запах идет на международный салон. И акцент - на гуманитарную книгу, на серьезную художественную литературу, не на популярную литературу. Вот в этом отличие. Если салону в последующие годы удастся удерживать эту планку, я думаю, он найдет свое место в специализации книжных выставок.



Татьяна Валович: И у нас есть вопрос слушателя. Здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Меня зовут Виктор, я из Москвы. Интересная передача, и хочу господину эксперту задать вопрос такой. Известно, что демократия, в общем-то, развалилась в России, но господин Лихачев все-таки застал время, когда был разгул демократии у нас, когда она все-таки становились. И хотелось бы узнать, как эксперт к этому относился – к развалу демократии? И еще насчет того, что много разговоров о приоритетах культуры, и язык – основа культуры. Мне кажется, можно так же сказать, что воздух – это основа жизни. Это очень всеобъемлюще, и мне кажется, что основой культуры являются библиотеки, прежде всего библиотеки, которые сейчас тоже развалены.



Александр Кобак: Конечно, библиотеки очень важны, и Лихачев об этом много говорил. У него есть даже знаменитый афоризм, наверное, Виктор его помнит, потому и сказал о библиотеках, что если все исчезнет в культуре, останутся только библиотеки, то остальное все возможно восстановить. Но библиотеки – это только хранилища, это только материальные предметы. Когда Лихачев говорил о языке, он имел в виду язык во всех его проявлениях, в том числе, конечно, материализованный, в виде книг, литературный язык прежде всего, те произведения, которые пришли к нам из прошлого.


Теперь относительно демократии. Я, может быть, не вполне Виктора понял, но я хочу сказать два слова о том, как сам Дмитрий Сергеевич к этому относился. В знаете, Лихачев имел вполне определенные убеждения о том, что такое Россия, как она соотносится с Западом. Он говорил, что Россия никогда не была Востоком, Россия – это европейская страна. Он совершенно определенно говорил, что никакого особого, специального пути у России нет, она идет тем же путем, которым идут другие европейские страны. Это все очень важно, потому что сейчас в дискуссиях о будущем России, о так называемой национальной идее постоянно обсуждаются какие-то особые и специальные ходы, отличающие Россию от демократического, либерального пути, по которому шли европейские страны. Лихачев так никогда не думал.


Я даже хочу, отвечая Виктору отчасти, и для всех, может быть, это интересно, процитировать одну мысль. Вот что он писал: «Мы, принадлежащие к культуре России, должны принадлежать общечеловеческой культуре через принадлежность именно к культуре европейской. Мы должны быть русскими европейцами. Наша первейшая и насущная задача сегодня – не дать ослабнуть этой европейской общечеловечности русской культуры и посильно поддержать равномерное существование всей нашей культуры как единого целого». Вот квинтэссенция отношения Дмитрия Сергеевича к русской культуре и ее соотношению с европейской культурой. Мне кажется, это очень существенно для XXI века, то есть в этой части наследие Лихачева совсем-совсем не устарело. Он подбирался к формулировке национальной идеи, он все время ходил вокруг просвещенной либеральной национальной идеи.



Татьяна Валович: Жаль только, что эта идея почему-то… как вы совершенно верно заметили, сейчас ищутся какие-то другие идея, а не она становится во главу угла для тех людей, которые решают это наверху.



Александр Кобак: Не будем диктовать людям, в конце концов, должны существовать разные точки зрения. Я просто сейчас говорю о том, как думал об этом Дмитрий Сергеевич Лихачев, что отразилось и в тех статьях, которые вошли в трехтомник избранного, я о нем сказал некоторое время назад, о том, как он думал. Потому что очень часто его взгляды тоже подвергаются какой-то интерпретации, искажению.



Татьяна Валович: У нас есть еще вопрос от слушателя. Пожалуйста, вы в эфире.



Слушатель: Доброе утро. Меня зовут Николай. Как вы все-таки считаете, раньше можно было думать, что достаточно библиотеки и можно восстановить культуру, но кому нужно ее восстанавливать? И кто будет восстанавливать? На страну не осталось ни одного морального авторитета. Буквально два дня назад, когда последние голоса требуют навести хоть маленький порядок, и какой-нибудь попечительский совет организовать для контроля за телевидением, Сванидзе Николай Карлович говорит, что Лихачев умер и больше не осталось авторитетов…



Татьяна Валович: Да, эта мысль уже звучала, что больше нет совести и того человека, который мог бы заступиться.



Александр Кобак: Николай, вы задаете вопрос – кому нужно? Да нам нужно! Нам с вами нужно, Николай. А кому еще? Вот мне, например, нужно. Я чувствую, что вам это нужно. Значит, мы должны совершать какие-то действия, для того чтобы сохранить то, что есть. Мы не успеваем говорить сегодня, каждая передача оказывается мала, например, о проблемах сохранения памятников и в Петербурге, и в регионах России. Давайте что-то сделаем для этого. Маленькие музея, есть масса всего, к чему привлекал наше с вами внимание Дмитрий Сергеевич.



Татьяна Валович: Элементарно высказать свое мнение. Возвращаюсь к этому пресловутому проекту «Газпром-Сити», потому что уж настолько это перекликается с небесной линией Петербурга, о которой писал Дмитрий Сергеевич, и что сейчас происходит в Петербурге. Вот когда ходило по редакция, по каким-то гуманитарным заведениям письмо с просьбой подписать против этого проекта, вот здесь, по-моему, каждый человек и может, и должен, если ему это не безразлично, высказывать свое мнение. И, между прочим, очень интересно в том социологическом опросе, который проводился в Петербурге, что именно молодежь указывала на разрыв исторической памяти и недостатке той культуры, того культурного пространства, для того чтобы какие-то проекты были реализованы.



Александр Кобак: Да, и меня это очень порадовало в социологическом исследовании, что молодые люди тоже знают Лихачева, что они думают о каких-то его идеях и переживают этот вот разрыв, который сейчас есть. Конечно, вы правы, Татьяна, нужно высказывать свою точку зрения. Но до этого еще нужно думать. Вот Лихачев много писал об удивительном петербургском ландшафте. Небесная линия, горизонт – по-русски это звучит как-то возвышенно, так же как судьба, какой-то небесный путь. Очень красивое он дал название своей статье – «Небесная линия города на Неве», но говорит он о том, что исторический центр – это горизонтали: горизонталь воды, горизонталь набережной, горизонталь домов. Он говорит о том, что высотное строительство здесь не было возможно, оно было просто запрещено до 1917 года. Он очень боролся со строительством небоскреба «Петр Великий» на Васильевском острове – это 1993 год, может быть, кто-то помнит.


Так что проекты вот этого нового высотного здания «Газпром-Сити» я не видел еще, на выставке не был, но меня они, конечно, очень пугает, потому что мне кажется, что эта вертикаль вмешается в облик исторического города, в ландшафт исторического Петербурга, что, конечно, недопустимо. В то же время мы понимаем, что город сохранился, благодаря такому стечению обстоятельств историческому: в нем просто ничего не происходило, он как бы заморозился, столица ушла в Москву, и исторический центр оказался в таком вот виде – то есть чудо такое историческое сохранило для нас этот город. Поэтому когда инвестиции сейчас начинают приходить в город, это связано не только со зданием «Газпрома». Все время возникает желание что-то строить в центре.



Татьяна Валович: Да, или переносить музеи, как Военно-морской музей выселить, чтобы была открыта нефтяная биржа.



Александр Кобак: Да. Поэтому мое мнение, и я думаю, что Дмитрий Сергеевич тоже так думал бы, что сам по себе приход денег в город – это неплохо, это хорошо, это благо, но это оказывает очень большое давление на памятники истории и культуры Петербурга. И охрана памятников должна быть усилена адекватно тому мощному давлению средств, которое началось и которое будет только возрастать. По сути дела, Петербург сейчас стоит перед выбором. Это не первый мегаполис, который сталкивается с этой проблемой. Есть три типа таких городов, как говорят специалисты. Один тип – это Рим, где вообще ничего нельзя нового строить, и точка. Ничего и нигде, и никак. Другой тип мегаполисов – это Париж, где можно, но с большими ограничениями. И третий тип мегаполисов – это Лондон и Москва – вот эти города решили, что наследие не является чем-то существенным для них. Да, это важно, но это второстепенно. И вот, на мой взгляд, Петербург сейчас стоит примерно между выбором: как Рим мы уже не будем, но между Парижем и Лондоном или Москвой. И это выбор наш общий, и горожан тоже.



Татьяна Валович: Самое главное, что иногда власть, объявляющая о таких проектах, понятно, что никто не против инвестиций, но вот вчера вице-губернатор Петербурга Александр Вахмистров заявил, что будет учитываться общественное мнение. Но общественное мнение не раз высказывалось против, и вот эта коллизия, когда власть не слышит, и, что говорил Гордин, вероятно, даже в этой ситуации сейчас в Петербурге и в России голос Лихачева тоже не был бы слышен, - вы считаете, это так?



Александр Кобак: Я хочу думать, что если бы Дмитрий Сергеевич был жив, его голос был бы услышан. Эту фразу Вахмистрова я вчера, к сожалению, пропустил в новостях, так что не стану его комментировать. Скажу в заключение то, что мы учредили вместе с городом и еще некоторыми организациями Премию имени Дмитрия Сергеевича Лихачева «Сохранение культурного наследия России». Может быть, это будет одна из капелек, которая поможет в этом деле.



Татьяна Валович: Спасибо, Александр Валерьевич.


XS
SM
MD
LG