Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Олимпийская чемпионка в спортивных танцах на льду Марина Анисина


Алексей Кузнецов: В гостях у нас сегодня олимпийская чемпионка в спортивных танцах на льду Марина Анисина.


Вопросы Марине задают журналисты Фарук Фарда, главный редактор афганской газеты «Новидерус», и Гагик Карапетян, обозреватель журнала «Новое время».


Как обычно, в начале, по традиции, краткая биография гостьи нашей передачи. Марина Анисина начинала с Ильей Авербухом в паре, стала двукратной чемпионкой мира среди юниоров в 1990 и в 1992 годах, а затем выступала вместе с французским фигуристом Гвендалем Пейзера, и выступала эта пара за Францию. Достижения в этой пары замечательные: бронзовые призеры Олимпиады 1998 года и чемпионы Олимпийских игр 2002 года в Солт-Лейк-Сити. Кроме того, Марина Анисина и Гвендаль Пейзера завоевали звание чемпионов мира 2000 года, чемпионов Европы 2000 и 2002 года, они победили в финале чемпионских серий Гран-при сезона 1999-2000 года и стали пятикратными чемпионами Франции.


Марина, действительно, достижения замечательные, мы рады вас видеть. Скажите, пожалуйста, вы кем себя ощущаете – француженкой, россиянкой или еще кем-то, гражданкой Свободной Европы?




Марина Анисина

Марина Анисина: Конечно, в душе я, наверное, ощущаю себя русской, потому что я родилась в России и общаюсь много с русскими людьми во Франции. Но длительное проживание – 14 лет – во Франции тоже огромная часть моей жизни. И я уже свободно говорю на этом языке, он стал мне практически родным.



Алексей Кузнецов: А у вас гражданство российское или французское?



Марина Анисина: У меня и российское, и французское. Поскольку, чтобы выступать на Олимпийских играх, мне обязательно нужно было быть гражданкой Франции.



Алексей Кузнецов: А как вы ощущаете отношение французов к себе? Понятно, что после того, как вы завоевали титул олимпийской чемпионки, отношение это если не улучшилось, то стало, по крайней мере, заметно хорошим. Но, в принципе, как вы освоились во Франции, в чужой стране? Вам ведь было 17 лет, когда вы приехали туда?



Марина Анисина: Да, когда я приехала во Францию, мне было 17 лет, и уехала я не по своей воле, а так сложились обстоятельства.



Алексей Кузнецов: А напомните нам, пожалуйста, эту историю. Это достаточно поучительно. Вы танцевали с Ильей Авербухом, Авербух женился – и что дальше?



Марина Анисина: Ну, на тот момент он еще не женился, но просто принял решение кататься со своей будущей женой. И у меня была такая ситуация – я осталась без партнера. И в России на тот период я не смогла найти партнера, с которым хотела бы продолжать кататься, хорошего уровня. И мне пришлось искать за границей. На то время это было очень… мало кто уезжал в другую страну, и, в принципе, мало кто верил, что у меня что-то получится, и меня спокойно отпустили. И я поехала во Францию.



Алексей Кузнецов: Вы поехали просто так? Вы же, насколько я знаю, писали письма, предлагали сотрудничество…



Марина Анисина: Да, я написала письмо канадцу и своему партнеру Гвендалю. И он мне ответил. Я считаю, что я вытащил лотерейный билет. Но изначально я никогда не думала, что я останусь во Франции так надолго, конечно, мечтала о том, чтобы мы катались и в России, и во Франции, но это было невозможно. И поэтому мой переезд во Францию изначально был для меня очень сложен, потому что я не говорила ни слова по-французски, для меня все было очень ново, чужая страна, на тот момент чужие люди, и начинать нужно было практически с нуля. Конечно, изначально никто мне во Франции двери не открывал, нужно было доказывать, нужно было утверждаться, потому что была конкуренция, у них были свои пары, и нужно было пробиться, стать чемпионкой Франции сначала, а потом уже продвигаться на международной арене.


Со временем, конечно, французы меня признали, и я думаю, что сейчас они относятся ко мне как к своей.



Фарук Фарда: Очень хорошо вы сказали, что французы к вам относятся как к своей. А вы к ним как относитесь?



Марина Анисина: Я очень люблю эту страну. Франция дала мне возможность заниматься моим любимым делом, и конечно, за 14 лет проживания во Франции я адаптировалась, привыкла к их стилю жизни. Но, конечно, в душе я не могу сказать, что я француженка. Я, может быть, приняла их стиль жизни, и мне многое нравится, эта страна дала мне много нового, обогатила меня, помогло мне это очень в моей профессиональной работе, поскольку у нас было как бы слияние двух культур.



Гагик Карапетян: Насколько мне известно, вы живете в Леоне, часто бываете в Париже. Могли бы вы рассказать о своем круге общения, который у вас за эти годы возник? Насколько мне известно, в этом круге общения много русскоговорящих людей – можете кого-то назвать?



Марина Анисина: Много русскоговорящих – я не могу сказать. Да, я встречаю в последнее время, и вообще за всю свою карьеру я много езжу по всем странам, и я не могу сказать, что я все время нахожусь во Франции. Допустим, даже в этом сезоне, как закончилась Олимпиада в Турине, у нас было большое турне во Франции, которое длилось в месяц, мы ездили в Японию, потом мы сразу поехали в Америку, где провели пять месяцев в «Чемпионс Сонайс». Потом – опять в Японию. Сейчас я приехала в Россию. То есть пока у меня жизнь как бы на колесах, много шоу, много приглашений. И мне это очень нравится, поскольку мы востребованы, и люди рады нас видеть. И для меня моя профессия очень дорога, поскольку мне дан шанс дарить людям добро, доносить какие-то эмоции, может быть, на какое-то время они забывают о своих проблемах, которые встречаются в жизни.



Гагик Карапетян: А ваши друзья живут во Франции или в России?



Марина Анисина: Друзья у меня есть и во Франции, как французы, так и русские, у меня осталось много друзей и в России. У меня очень много друзей в Америке.



Алексей Кузнецов: Среди фигуристов отношения не всегда бывают безоблачными, как говорится. В любой среде, близкой к искусству, существуют разного рода напряженности, а уж там, где речь идет о медалях, о победах, наверное, есть проблемы. Среди фигуристов с кем у вас наиболее хорошие, теплые отношения?



Марина Анисина: Вообще, как и в любом спорте, конечно, там, где конкуренция, трудно иметь много друзей. И вообще, наверное, много друзей иметь очень трудно. Но во время моей карьеры… я такой человек, в принципе, я очень не люблю конфликты, и никогда в них не вступала, и у меня, в принципе, отношения со всеми спортсменами, тренерами разных стран абсолютно нормальные. Но у меня есть и подруги. Оксана Казакова, олимпийская чемпионка в Нагана, мы до сих пор общаемся, дружим, правда, приходится видеться редко. Маша Бутырская.



Алексей Кузнецов: Побольше вам друзей желаем.



Марина Анисина: Спасибо.



Фарук Фарда: Вы в своей профессии больше всего благодарите свою женскую мягкость или тренировки?



Марина Анисина: Я думаю, и то и другое. Поскольку у нас спорт очень разноплановый, там присутствует и культура, и костюмы, и музыка, и конечно, играет большую роль внешний вид, женские качества. И огромный труд много лет. И без труда, я думаю, достичь результата вообще невозможно, даже если огромный талант, но обязательно тяжелый труд необходим, чтобы достичь высших высот в спорте.



Алексей Кузнецов: Марина, вы сказали, что взаимодействие культур, вы с Гвендалем – русская женщина и французский мужчина – это достаточно уникальный случай вообще в истории фигурного катания. Рискну вас вот о чем спросить. В ваших танцах неоднократно едва ли не фирменным элементом был прием, когда вы поддерживали Гвендаля, когда русская женщина «несла на руках» французского мужчину (извините, что я так это описываю). Это была принципиально такая задумка? Ведь это практически образ художественный. Или просто так получилось, как говорится, без задней мысли?



Марина Анисина: Вы знаете, идея эта появилась у нашего хореографа Шанти Рашполь, которая нам ставила олимпийскую программу перед Олимпийскими играми в Наган. И это как бы стало визитной карточкой нашей пары, это действительно так, поскольку публика очень хорошо то восприняла, и действительно, никто, кроме нас, до этого это не делал. В современных танцах, в балете этот прием использовался уже очень давно, и наш хореограф просто предложила попробовать. Изначально мне показалось, что это вообще практически невозможно, и я не очень хотела исполнять. Но потом мы попробовали. Конечно, это тренировки, и у нас это очень легко получилось, и не как физическая нагрузка и какое-то упражнение, а в контексте программы, постановки, хореографии всего танца.



Алексей Кузнецов: А вы сами чувствовали этот момент, такой художественный, когда исполняли это, когда готовились к этому элементу?



Марина Анисина: Нет, поскольку, конечно, скорость на льду, как и когда мы поднимаем человека в воде, это помогает. Скорость, конечно, не так, как вода, но при определенной технике это помогает. И, в принципе, многое зависит от моего партнера тоже. Я как бы опора.



Алексей Кузнецов: Русская женщина – одно слово.



Марина Анисина: Да.



Гагик Карапетян: У вас позади определенный этап жизни, связанные с чемпионами мира, олимпиадами, соревнованиями. Сейчас у вас новый этап – деловые шоу. А дальше что? Каким вы себе представляете свое будущее? Насколько мне известно, вы даже мечтали получить сертификат тренера.



Марина Анисина: Да, я уже получила диплом во Франции тренера, и даже в этом году, и в прошлом тоже, попробовала себя в новом качестве – в качестве хореографа. В этом году я ставила программы трехкратному чемпиону Америки Джонни Виронг, который выступал в Турине в прошлом году. И в ноябре этого года будут международные соревнования, которые будут проходить в Москве, и вот он будет в них участвовать. И я надеюсь, что я буду его поддерживать. Это действительно новое для меня, раньше я никогда не думала, что я когда-нибудь буду тренировать или быть хореографом, но мне это очень понравилось, и мне кажется, что получилось. Конечно, на сегодня, как я вам уже говорила, у нас очень много приглашений в разные шоу, и конечно, я буду продолжать. Может быть, у меня получится совмещать и то, и другое. Но о будущем, конечно, я задумываюсь. Вообще, для каждого спортсмена, когда заканчиваешь спортивную карьеру, это один из сложных этапов, много размышлений, конечно, что будет дальше. Может быть, в фигурном катании у нас есть шанс, что у нас есть шоу, и это нам помогает.



Гагик Карапетян: А есть шанс у ваших родителей, наконец, изменить социальный статус, и они когда-то станут бабушкой и дедушкой?



Марина Анисина: Я надеюсь, конечно.



Алексей Кузнецов: Гагик вовремя вспомнил о родителях, я как раз думал, что пора переходить и к этому вопросу. Родители у Марины Анисиной известные люди, оба бывшие спортсмены. Ирина Черняева была чемпионкой Советского Союза в парной катании. Вячеслав Анисин – думаю, не преувеличу его заслуги, если скажу, что он был знаменитым хоккеистом. Семья спортивная, и в таких случаях обычно ребенка рано приучают к спорту…



Марина Анисина: Я первые свои шаги на льду сделала очень рано, мне было где-то 2,5 года, на открытом катке. Мои родители не хотели, чтобы я становилась профессиональной спортсменкой, потому что оба знали, как это тяжело и трудно. Но так сложилось, что мне очень нравилось. Заболела моя бабушка, и моей маме пришлось водить с собой на тренировки меня, и так я начала кататься.



Алексей Кузнецов: Вопреки воле мамы.



Марина Анисина: Да.



Алексей Кузнецов: Мне кажется, я где-то читал, что вы хотели стать одиночницей.



Марина Анисина: Я начала кататься в одиночном катании, как все фигуристы в России всегда начинают с одиночного катания. Во Франции, допустим, мой партнер никогда не катался в одиночном катании, он начал сразу с танцев. А у нас, что я считаю правильным, маленькие дети не могут сразу кататься в паре, сразу подразумевается пара – это мужчина и женщина, для детей это очень сложно. И я прокаталась до 9 лет в одиночном катании. Конечно, мне очень нравились спортивные танцы, поскольку это был очень популярный вид спорта, более театральный. Но конечно, решение приняла мама, потому что она сама каталась в спортивных парах, у нее была травма серьезная, и она совершенно не хотела, чтобы я пошла либо в парное, либо в одиночное катание, и отдала меня в танцы.



Фарук Фарда: Марина, вы с какими партнерами себя чувствуете спокойно? Это общий вопрос. И как вы сравниваете русского партнера с французским?



Марина Анисина: Я начинала с Сергеем Сахновским. Все три партнера моих участвовали в Солт-Лейк-Сити, на одной Олимпиаде со мной. Конечно, совершенно разная психология, совершенно разный подход к тренировкам, к спорту.



Алексей Кузнецов: А в чем разница, как вы сами ее почувствовали, можете это объяснить?



Фарук Фарда: С души начните, например, души французского и душа русского – какая вас успокаивает?



Марина Анисина: Такой сложный вопрос.



Алексей Кузнецов: Я понимаю, на это непросто ответить. Вы, наверное, чувствуете, но объяснить это сложно.



Марина Анисина: Наверное, русские партнеры, мы все воспитывались в более, я бы сказала, жестких условиях, у нас больше дисциплины, у нас четко разделяется, что это серьезное дело, и с детства нас приучали работать. У французов все это немножко по-другому. У них начинается все с хобби, и мой партнер Гвендаль, для него фигурное катание стало серьезным только после того, как мы стали бронзовыми призерами в Нагана, а до этого для меня это было все, моя жизнь, я многим пожертвовала для спорта, а для него это было хобби.



Алексей Кузнецов: Но вообще, мне кажется, такой поступок, который вы совершили, приехав в чужую страну в 17 лет, само намерение выбрать, найти партнера где-то еще, не в своей стране, это, по-моему, достаточно уникальный случай вообще для спорта, но и для фигурного катания. Наверное, тут уже разница была. Человек живет во Франции, у него хобби, вдруг приезжает к нему русская женщина, целенаправленная, целеустремленная, привычная к дисциплине. Каких-то конфликтов у вас не было на этой почве?



Марина Анисина: Конечно, было много конфликтов, как у всех бывают в танцах, когда катаются два разных человека, а тут еще два иностранца. Я совершенно не говорила по-французски, мы общаться начали на английском. И пришлось мне очень многое изменить в подготовке вообще в клубе французском. Было очень трудно, но время показало, что все реально. Было огромное желание, и у меня так сложилась ситуация, у меня не было другого выхода.



Алексей Кузнецов: Российская и советская еще школа фигурного катания всегда считалась едва ли не лучшей в мире, одной из серьезнейших. Не найти партнера в России, по-моему, это звучит странно по меньшей мере…



Гагик Карапетян: Дело в том, что я хотел о других партнерах спросить Марину, потому что наверняка сейчас, находясь в Москве, она в курсе, что два телеканала провели телевизионные шоу ледовые, и одно из них курировал ваш бывший партнер. Я не спрашиваю, как вы относитесь к этим ледовым шоу, но я хотел бы спросить вас, как любительницу хороших компаний здесь, в Москве, а кого из ваших друзей и партнеров вы бы пригласили в пару, если бы ледовое шоу в будущем году продолжилось, и вы бы научили этого человека прямо экспромтом кататься на льду? Это человек публичный какой-нибудь, кого бы вы назвали?



Алексей Кузнецов: Не фигуриста имеется в виду.



Гагик Карапетян: Не фигуриста, естественно.



Марина Анисина: Я даже не знаю. Не могу вам ответить на этот вопрос.



Алексей Кузнецов: У вас будет время подумать. Может быть, кого-то из сегодняшних ваших собеседников, например, Фарука научить кататься.



Марина Анисина: Хотите, я вас приглашу (смеются).



Алексей Кузнецов: А я, представьте, не умею кататься на коньках.



Гагик Карапетян: Надо не уметь кататься, условие должно быть такое.



Марина Анисина: Но они же все не умели кататься.



Гагик Карапетян: Ну, вот кого вы пригласите из ваших московских друзей?



Марина Анисина: Даже не знаю.



Алексей Кузнецов: Хорошо, но я все-таки вернусь к своему вопросу. Действительно, вы согласны с точкой зрения, что советская и теперь российская школа фигурного катания одна из признанных в мире, одна из самых сильных. Как же так получилось, что в России не оказалось партнера для вас?



Марина Анисина: Вообще найти партнера в танцах – это сложный вопрос, потому что много критериев, которые должны совпадать: возраст, рост… Обычно девочек занимается намного больше фигурным катанием, чем мальчиков, поэтому это не так легко. И играет роль тоже уровень спортсменов. Конечно, у меня был выбор в России, но мне казалось… я не чувствовала, и мне хотелось, конечно же, продолжать кататься и добиться какого-то результата. И мне хотелось найти партнера, с которым я почувствовала бы, что могу работать и добиться какого-то результата. Гвендаль был нашим соперником в юниорском спорте, когда мы катались с Ильей, и даже он нас побеждал. И перед тем, как написать два письма, я просмотрела очень много видеокассет с иностранными фигуристами, кто вообще существовал на то время, и мне сразу как-то выпал выбор на Гвендаля и канадского мальчика, который тоже участвовал в Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити.



Алексей Кузнецов: Ну, что ж, выбор ваш оказался удачным, титул олимпийских чемпионов – это уже навеки вошло в историю, да еще и бронзовые медали другой Олимпиады.



Фарук Фарда: Как соотносятся любовь и спорт?



Марина Анисина: Вообще, у нас очень трудная профессия, которая занимает много времени, много поездок, и устроить свою личную жизнь очень нелегко. Потому что, как я говорила, мы все время переезжаем, совершенно нет времени. Я не могу сказать, что я обделена вниманием мужского пола, но пока на сегодняшний день я не встретила человека своей судьбы.



Алексей Кузнецов: Из того, что вы говорите, следует, что Гвендаль – это не тот человек. Ведь в фигурном катании есть пары – семейные союзы, так сказать, и с большой историей. Людмила Белоусова и Олег Протопопов – самый яркий пример. И они у нас, кстати, бывали здесь, в программе «Лицом к лицу».



Фарук Фарда: Еще вы, наверное, слышали про язык. Есть такие мнения, например, говорят, что немецкий язык – это военный язык, про русский не говорю, французский – это язык любви. Вы 14 лет там жили…



Марина Анисина: И что?



Фарук Фарда: Ну, вот я многоточие ставлю. Вы 14 лет там жили, французский язык – это язык любви…



Марина Анисина: Вы знаете, до того, как я уехала во Францию, я даже не могла предположить, что я когда-то буду говорить на этом языке любви. И для меня всегда французский язык был одним из самых красивых языков. И сейчас, когда для меня он стал практически как родной, я очень рада, что говорю на этом языке, но я его слышу совершенно по-другому, не так, как раньше.



Гагик Карапетян: Марина, вероятно, вы в курсе относительно того, как Ирина Роднина вернулась из Америки, ей не удалось выстроить свой Дворец на льду, и она сейчас стала видным партийным деятелем. А вот вам предлагали вернуться в Москву и что-либо предлагали конкретное, какую-то работу?



Марина Анисина: Пока о конкретном говорить очень сложно. Конечно, у меня во Франции, так сказать, комфортная, нормальная жизнь, и мне очень приятно, что меня признали французы, и даже французские президент наградил Орденом почетного легиона. Конечно, это очень все приятно, и я благодарна этой стране. Но иногда, когда у меня есть свободное время, я сижу и думаю, что я очень скучаю по России. Я здесь родилась, это мой родной язык, у меня здесь живет папа и много друзей, и конечно, мне хотелось бы приезжать в России почаще. И у меня есть какие-то проекты на будущее, которые сегодня, в принципе, я не могу сказать, что конкретные, но чувствую, что у меня есть желание, силы и творческие, и какие-то другие идеи, и если бы у меня что-то получилось в России, я бы с удовольствием что-нибудь сделала.



Гагик Карапетян: А вот среди ваших творческих идей и проектов, связанных с Россией, нет мысли о том, чтобы написать книгу? Все-таки у вас такая богатая, интересная творческая жизнь на льду была и вокруг.



Марина Анисина: В принципе, может быть, это интересная идея. Почему бы и нет? Мне многие об этом говорили, но до сегодняшнего дня у меня не было на это времени. Конечно, на это нужно много времени, чтобы сделать хорошую, полноценную книгу. Конечно, у меня есть много что сказать, и сравнить две культуры, может быть, в России будет интересно узнать что-то от меня о Франции.



Алексей Кузнецов: А французам – от вас о России, наверное, тоже.



Марина Анисина: Да, почему бы и нет.



Алексей Кузнецов: Будем считать, что идея родилась у Гагика плодотворная. Марина, наверное, вы хорошо помните, знаете, по крайней мере, видели, может быть, в записях выступления своих предшественников. Принято было считать, что в фигурном катании, по крайней мере, в советском, одно время боролись, так сказать, две школы. Одна из них более связанная с фигурным катанием как видом спорта, так называемое атлетическое катание, олицетворением которого была Ирина Роднина. И второе направление было, назовем его условно художественным, яркие представители – те же Людмила Белоусова и Олег Протопопов. В какое-то время не без указаний сверху, не без политических решений атлетическая школа доминировала. Как, по-вашему, сегодня сохраняется такое противостояние? Или все же фигурное катание вобрало в себя и одно и другое направление, лучшие черты и той и другой школы.



Марина Анисина: Вы знаете, я никогда не видела Белоусову с Протопоповым, как они катались, поскольку, может быть, я тогда еще и не родилась, и видела только в записи. Ирину Константиновну Роднину, конечно, я видела, и ходила смотреть вживую в Лужники, и конечно, она одна из самых титулованных фигуристок в мире, я бы сказала, легенда. Но с каждым годом в фигурном катании, конечно, идет прогресс. И я думаю, что сейчас, в современном спорте важно и то и другое.



Алексей Кузнецов: А вы сами какой-то школе отдавали предпочтение, в какую-либо сторону смотрели? Или для вас это были совершенно неразрывные элементы?



Марина Анисина: Вы мне задали вопрос, и вы говорили о парном катании. Я каталась в спортивных танцах на льду.



Алексей Кузнецов: Безусловно, в танцах все-таки искусства больше.



Марина Анисина: Конечно, должна быть и техника, и художественное направление тоже. Потому что для меня очень важна реакция публики. Ведь мы же катаемся не только для результата, а для людей, которые приходят на нас смотреть, стараемся им дарить радость. И конечно, искать что-то новое, показывать интересные, оригинальные программы, и творческая часть, конечно, очень важна.



Алексей Кузнецов: Спорт ивные танцы ведь не всегда были в олимпийской программе, долгое время не было их, и сейчас идут разговоры о том, что танцы – не такой вид спорта, где можно 100-процентно объективно определить победителя. И на это основании вновь звучат голоса тех, кто хочет исключить танцы из программы Олимпиад. Вопрос ключевой, собственно, один – спорт или искусство? Как вы для себя отвечаете на этот вопрос?



Марина Анисина: Я думаю, что исключить танцы из олимпийских видов спорта – это вряд ли, потому что это все равно остается спортом. Да, он более зрелищный, потому что в фигурном катании парно катание отличается от танцев на льду, конечно же, правилами. В парном катании присутствуют прыжки, высокие поддержки, а в танцах на льду намного больше шагов, каких-то связок, у нас запрещены поддержки выше головы. Но в последнее время в танцах на льду даже ввели вращения, и на мой взгляд, уже в этом году спортсмены показали совершенно оригинальные вращения, которые даже намного сложнее, чем в парном катании. И то, что это спорт, - это безусловно. Здесь есть конкуренция, здесь есть физическая нагрузка, и очень даже нелегкая, поскольку я каталась в одиночном катании тоже, и мне есть с чем сравнить.



Фарук Фарда: Я хочу узнать у Марины, кроме спорта, кроме своей профессии, вы о другом о чем-то думаете или нет?



Марина Анисина: О другом – о чем?



Фарук Фарда: Ну, много что есть, о чем человек думает. Кроме своей профессии, о чем вы думаете?



Марина Анисина: Я думаю, конечно, как любая женщина, я мечтаю создать семью, когда-нибудь это случится, и я это верю, как говорится, вера, надежда любовь. Я обязательно встречу такого человека, но на сегодняшний день я поглощена своей работой и очень занята.



Алексей Кузнецов: Вы чувствуете творческое удовлетворение от своей работы, от катания, от публики, от выхода на лед к публике?



Марина Анисина: Да, конечно. Я уже об этом несколько раз говорила, на сегодняшний день мне это очень нравится и доставляет удовольствие. Но я прекрасно понимаю, что это не будет длиться всю жизнь, и если сегодня у меня есть желание и силы, то, я думаю, если Бог дал мне талант, я должна продолжать дарить людям радость.



Гагик Карапетян: По дороге в студию вы попали в пробку, что неудивительно в Москве. Вероятно, такое же происходит в Париже. Вы сами водите машину, насколько мне известно.



Марина Анисина: Да.



Гагик Карапетян: Вот если бы с машиной что-то случилось, вы бы смогли что-то починить? И второй вопрос, а вы дома хорошо готовите, у вас есть фирменные блюда?



Марина Анисина: Починить машину, я уверена, я бы не смогла, это совершенно нереально для меня. Я, в принципе, никогда не думаю о негативном, и даже у меня таких мыслей не возникало, что машина сломается или я встанут где-то в пробке. Я очень редко вожу машину, поскольку я много путешествую на самолете и на поезде. И даже когда я еду к друзьям или отдыхать, я никогда не поеду на машину, я предпочитаю сесть на самолет и лететь или ехать на скоростном поезде.



Гагик Карапетян: А дома как у вас ситуация с обедами, с приглашениями? У вас есть фирменное блюдо?



Марина Анисина: У меня фирменное блюдо?.. Конечно, я умею готовить, но на это у меня просто нет времени.



Алексей Кузнецов: Творческая кухня гораздо важнее, замечу я в скобках. Кто из ваших предшественников наиболее близок вам по стилю, по духу? Я имею в виду, конечно, в первую очередь мастеров спортивных танцев.



Марина Анисина: Вы знаете, из российских спортсменов всегда, когда я была маленькой, были моими кумирами Наталья Бестемьянова и Андрей Букин. Я уже много раз говорила во многих интервью, мне они очень были интересны темпераментом Наташи и галантностью партнера Андрея. И еще одна пара, которая тоже, могу сказать, была для меня кумиром, которая занималась со мной и с Гвендалем, это английский дуэт Торвил - Дин.



Алексей Кузнецов: А Людмилу Пахомову и Александра Горшкова вы не застали? По времени нет, но в записи, наверное, видели.



Марина Анисина: Я начинала кататься у Людмилы Алексеевны Пахомовой, мне удалось кататься при ее жизни всего полтора года, но я считаю, что она мне очень многое дала, это было очень хорошее начало. Я видела записи Людмилы Алексеевны и Александра Георгиевича, но вживую я никогда их не видела.



Фарук Фарда: Марина, вы много говорили, что у вас нет времени, и сказали, что часто бываете приглашены в рестораны. Если один раз в неделю обедать в ресторане – пожалуйста, или два раза в неделю - пожалуйста, а если всегда так – это значит, что у вас времени очень много. Вы не смогли определить свое время.



Марина Анисина: Нет, поскольку даже во всех поездках, во всех шоу, во всех турне нам приходится ходить в рестораны. Я очень люблю, я даже думаю, что я гурман, потому что к этому приучила меня Франция. И я могу сказать, допустим, даже про наше турне в Америке, которое длилось 4 месяца, и конечно же, у нас были выходные дни, мы проехали всю Америку, и очень часто с моими друзьями – фигуристами, которые были в этом туре, мы ходили в рестораны, что очень нормальное явление.



Гагик Карапетян: Марина, действительно, большая часть жизни сейчас, на этом этапе у вас проходит в путешествиях, в самолетах, в поездах-экспрессах и так далее. А что вы любите делать в поезде – спать, читать книги, смотреть видео?



Марина Анисина: Знаете, я вообще обожаю путешествовать, и в последнее время у меня такое ощущение, что я вхожу самолет, как к себе домой. Уже столько много было перелетом, и смена времени. Конечно, это очень тяжело – длительные перерыва, перемены во времени, когда мы летим в Токио, потом в Америку, опять в Европу. Но спать в самолете весь полет – для меня это очень трудно. Я очень люблю читать, и как раз это время, когда я могу почитать, посмотреть фильмы.



Гагик Карапетян: А что вы любите читать и какие фильмы мы любите смотреть? Хотя бы жанр, если не какие-то названия.



Марина Анисина: Читать я люблю поучительные, серьезные книги.



Гагик Карапетян: Женские истории?



Марина Анисина: Иногда бывает, да. Немного поднадоели детективы. Фильмы…



Гагик Карапетян: У вас есть любимые актеры, актрисы?



Марина Анисина: Мне очень нравится Шерон Стоун, которая…



Гагик Карапетян: … только что была в Москве.



Марина Анисина: Да, и я была на этом приеме и видела ее вживую. Очень обаятельная женщина.



Алексей Кузнецов: Марина, а вы на каком языке читаете – на русском, на французском, на обоих?



Марина Анисина: Я читаю на обоих, но больше, конечно, на русском.



Фарук Фарда: Марина, что вам дала Франция, что не смогла дать вам Россия? Что вы получили там?



Алексей Кузнецов: Кроме партнера, понятно.



Марина Анисина: Вообще, французы отличаются очень большой оригинальностью в творчестве, своими идеями, и у них, конечно, во всем присутствует огромный вкус и свой стиль. И я думаю, что мне вот именно эти качества очень помогли вообще в жизни и в моем творчестве.



Гагик Карапетян: Я хотел продолжить выяснение такого образа Марины Анисиной вне льда. У вас есть, видимо, какие-то пристрастия к каким-то модельным домам, вы дружите с кем-то, может быть, из модельеров. Какие вы больше всего любите платья одевать?



Марина Анисина: Вообще, мне очень нравится, конечно, мода, и я иногда присутствуют на показах мод. Трудно сказать о каких-то конкретных дизайнерах, которых я только и одеваю. Я одеваю то, что мне нравится, в чем я себя чувствую комфортно.



Алексей Кузнецов: Сами вы не пытались фантазировать на эти темы, может быть, изобретать какие-то модели, по крайней мере, костюмы для танцев?



Марина Анисина: Я принимала очень большое участие в выборе наших моделей и костюмов для фигурного катания для меня и для моего партнера. И даже последний сезон, который был очень важен для нас, олимпийский сезон мне пришлось самой рисовать наши костюмы на произвольный танец, идея была моя, и потом художник как бы воплотил ее на картинке. Во Франции это, наверное, одна из проблем в фигурном катании – у них нет специализированного ателье, как у нас в России. У нас всегда были дизайнеры именно для фигурного катания, которые знали лед, знали специфику нашего спорта. Ведь мода и лед – это две совершенно разные вещи. И во Франции таких специализированных ателье нет. И поскольку я люблю, чтобы все было совершенно, люблю попробовать приблизиться к совершенству, все эскизы, которые мне предлагали, мне не нравились, и потом я начала сама фантазировать.



Алексей Кузнецов: А раз так получилось, у вас не возникала идея в будущем развиваться и в эту сторону, делать что-то на этой ниве, может быть, во Франции открыть такое ателье свое?



Марина Анисина: Почему нет? Это может быть, но пока конкретно я об этом не задумывалась. Мы вели переговоры с дочкой Людмилы Алексеевны Пахомовой, Юлией Пахомовой, которая тоже живет во Франции, мы с ней общаемся, и она дизайнер. Но пока это у нас на стадии проекта.



Алексей Кузнецов: Вот смотрите, уже была идея книги, идея дизайнерского ателье, очень много интересного можно узнать, общаясь с коллегами-журналистами, не правда ли? А журналистских никаких идей у вас не возникало? Вам не приходилось комментировать какие-то выступления, что-то в этом роде?



Марина Анисина: Мне приходилось комментировать во Франции чемпионат Европы, который проходил в прошлом году в Леоне перед Олимпиадой, некоторые другие соревнования. Например, в этом сезоне мы попробуем с моим партнером вести Гала-концерт на этапе Гран-при в Париже, который называется «Бонпар», это бывший «Лалик», раньше чемпионат Франции. Почему бы нет?



Алексей Кузнецов: Прекрасно, что вы не отвергаете ни одной идеи. Значит, впереди есть много шансов на развитие ваше именно как творческой личности. Я думаю, в том, что Марина Анисина человек творческий, вряд ли кто сомневается, достаточно вспомнить или посмотреть запись хотя бы одного из танцев этой замечательной пары.



Фарук Фарда: У некоторых знаменитых людей есть в жизни мечты и свои планы. Например, заканчивается период профессии, семейная жизнь продолжается, и кроме этого, человек хочет еще что-то сделать, чтобы были его связи с миром, с людьми. Например, Софи Лорен не играет больше в фильмах, но у нее есть какие-то благотворительные фонды, которые помогают детям в мире. Она свои контакты продолжала с новым поколением, которое растет, и Софи Лорен они знают. И, например, английская принцесса Диана – вы, наверное, прекрасно понимаете, что она сделала и для кого. У вас есть какие-то такие мечты, мысли, чтобы после спорта и устройства семейной жизни у вас была такие планы?



Марина Анисина: Вы знаете, это, конечно, замечательная идея, о которой вы говорите, чем занимаются все эти знаменитые люди. Я тоже состою в Ассоциации для больных детей, которая называется RF и участвую во многих мероприятиях. И во второй ассоциации тоже, которая называется «Элла», тоже принимаю участие.



Алексей Кузнецов: А в чем ваше участие выражается, что вы делаете?



Марина Анисина: Я принимаю участие в каких-то мероприятиях, где приглашают знаменитых людей общаться с детьми либо помогать сделать какие-то аукционы, либо привлекать людей, чтобы помогать больным детям. Я участвовала во Франции в «Телетоне», который проходит каждый год, по телевидению проходит 48 часов нон-стоп, и все это тоже для больных детей. И у меня даже был такой случай при участии в этом «Телетоне» на телевизионном канале, я очень подружилась с маленьким мальчиком, который просто был замечательный, но у него была очень серьезная болезнь. Он никогда не видел спортсменов вживую, и я его пригласила на наше ледовое шоу, которое проходило в Куршавеле, чтобы он увидел все своими глазами. Со своей мамой они приехали в Куршавель, провели там выходной, были очень довольны шоу, и сейчас он меня просит, чтобы я стала, если сказать по-французски, «марэн» их ассоциации.



Алексей Кузнецов: Ну, символом, можно сказать.



Марина Анисина: Да, этот мальчик попросил меня быть лицом их ассоциации. Кстати, вы много говорили о книге, и у меня должна выйти книга во Франции, которая уже на последней стадии находится, и этот мальчик мне написал очень трогательные слова для моей книги, я была очень тронута.



Гагик Карапетян: Марина Анисина не только замечательная фигуристка, но и прекрасная дама, особенно участница светских мероприятий, поэтому я хотел спросить. Марина, вы предпочитаете, когда вы покупаете платье на выход, сами покупать или чтобы кавалеры вам дарили? Предпочитаете машину покупать сами или кавалеры вам дарят? И вообще, в ресторане вы сами за себя расплачиваетесь или кавалеры?



Марина Анисина: Что касается платьев, я очень независимый человек и могу себе позволить сама выбрать платье. Конечно, подарки я тоже люблю, но у меня нет такой проблемы, что я нуждаюсь, чтобы мне постоянно кто-то покупал платья или машины. Конечно, это очень приятно, но в ресторане, я считаю, каждый уважающий себя мужчина должен приглашать женщину.



Алексей Кузнецов: И не только приглашать, но и платить по счету, вероятно. Скажите, Марина, ваши папа с мамой живут в России?



Марина Анисина: Моя мама живет уже много лет во Франции.



Алексей Кузнецов: С вами?



Марина Анисина: Да. А папа – в России.



Алексей Кузнецов: Переезжать к вам не собирается?



Марина Анисина: Дело в том, что мои родители разведены, у моего папы другая семья, у меня есть брат, который занимается хоккеем, который играет в ЦСКА.



Алексей Кузнецов: А мама с трудом привыкла к французской жизни? Вы скоро ее забрали к себе с тех пор, как сами уехали?



Марина Анисина: Я думаю, что довольно скоро. Где-то через два года после того, как умерла моя бабушка, моя мама, конечно же, захотела быть поближе ко мне, и она первый год поехала работать тренером, около Парижа есть такой город Компьень, где дворец Наполеона, и проработав там год, она решила совсем перебраться поближе ко мне, в Леон. И сейчас моя мама живет на юге Франции, в Биорицце. Я думаю, что она очень легко привыкла к Франции, она очень любит эту страну.



Алексей Кузнецов: А она сейчас не работает по специальности, не тренерствует?



Марина Анисина: Она дает уроки по фигурному катанию, делает семинары в том месте, где она живет, там есть каток прямо даже, я бы сказал, на пляже. Но фигурное катание пока там не очень популярно. Там идут как бы разработки для новых проектов, и как только будет построен новый каток, я думаю, моя мама с огромным удовольствием будет заниматься своим любимым делом.



Алексей Кузнецов: В стране когда появляется олимпийский чемпион, всегда есть такая вспышка интереса к этому виду спорта, дети иногда идут заниматься, ориентируясь на своих чемпионов. Ваша победа и выступление брата и сестры Дюшанэ чуть-чуть раньше способствовали такому повышенному интересу во Франции к фигурному катанию? Вы это ощущали?



Марина Анисина: Я думаю, безусловно, да, поскольку я могла видеть, как после нашей победы на Олимпиаде и даже до этого очень много детей пришли в наш клуб. И моему тренеру даже пришлось брать все больше и больше ассистентов, город нам выделил больше льда, потому что желающих появилось очень много.



Фарук Фарда: Вы на шоу как француженка играете или как россиянка? Например, я гражданин России, но меня здесь не принимают как гражданина России, а принимают как афганца, потому что я из Афганистана приехал сюда, получил гражданство России. А у вас как?



Марина Анисина: Вы имеете в виду на соревнованиях, на шоу?



Фарук Фарда: Да.



Марина Анисина: Конечно, меня объявляют как француженку, потому что мы представляли Францию на протяжении многих лет, и на Олимпиаде звучала «Марсельеза».



Фарук Фарда: А вы когда-то думали, когда вы на соревновании, что много людей здесь болеют за вас как россиянку?



Марина Анисина: Вы знаете, когда я приехала после Олимпиады в Россию, и очень многие люди мне говорили, что они очень за нас с моим партнером болели, и даже узнавали во многих местах, - и мне это было очень приятно.



Алексей Кузнецов: Спасибо, Марина. Я предлагаю своим коллегам, Фаруку и Гагику, поделиться соображениями, впечатлениями о нашей сегодняшней беседе, что нового и для себя интересного вы узнали от Марины и что Марине можете пожелать? Фарук, пожалуйста.



Фарук Фарда: Первый раз в этой студии я слышал короткие ответы. Очень было приятно, и поэтому вопросов много удалось задать. Мы не такие известные люди, как Марина, и нам приятно, что сидит перед нами такая красавица.



Марина Анисина: Спасибо.



Фарук Фарда: И желаю вам скоро, скоро, скоро семьи и цветы, дети. Чтобы в следующий раз, как мы с вами встретимся здесь или во Франции, чтобы с вами были какие-то маленькие на руках.



Марина Анисина: Спасибо большое. Вы очень хорошо говорите по-русски.



Алексей Кузнецов: Гагик Карапетян, ваши пожелания?



Гагик Карапетян: Если я раньше за Мариной наблюдал с олимпийских трибун в Нагана, в Солт-Лейк-Сити, то теперь с глазу на глаз, что называется, я понял, что поговорка английская - self - made man – она неправильная, а есть еще self - made woman . Мне кажется, Марина – та замечательная спортсменка, которая сама себя сделала.



Марина Анисина: Спасибо.



Алексей Кузнецов: Поскольку перспектив впереди еще много, есть куда развиваться, я поддержку Гагика, действительно, вы уже очень много сделали сами для себя. И пусть Франция знает, что такое русские женщины, скажу я с гордостью! Спасибо вам большое за ваши выступления, за ваши победы и за ваше творчество!


В конце беседы еще несколько слов слушателям Радио Свобода.



Марина Анисина: Спасибо большое за ваши комплименты. И мне было очень приятно пообщаться с вами и рассказать, может быть, что-то интересное для наших слушателей.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG