Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В московском аэропорту состоялись переговоры президентов России и США


Программу ведет Андрей Шарый. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Андрей Шароградский и Ян Рунов.


Андрей Шарый


: Сегодня в московском аэропорту "Внуково-2" состоялись переговоры президентов России и США Владимира Путина и Джорджа Буша. Встреча президентов проходила в неформальной обстановке и продолжалась около полутора часов. По словам пресс-секретаря Путина Алексея Громова, одной из центральных тем обсуждения была иранская ядерная программа. Над темой работал мой коллега Андрей Шароградский

Андрей Шароградский


: Президент США Джордж Буш сделал остановку в Москве на пути во Вьетнам, где состоится саммит стран Азиатско-Тихоокеанского региона, и где у него тоже будет возможность встретиться с президентом России. Однако стороны, по-видимому, должны были согласовать некоторые вопросы перед саммитом в Ханое. Основная версия, циркулировавшая среди политологов накануне прилета Буша в Россию - Буш добивается от Путина ужесточения позиции в отношении ядерной программы Ирана в обмен на согласие Вашингтона на прием России в ВТО. Причем после сегодняшних переговоров Буш и Путин подтвердили, что российско-американский протокол о присоединении России к ВТО будет подписан именно в Ханое. Слово вице-президенту вашингтонского Совета по американской внешней политике Илану Берману.

Чем может быть продиктована необходимость такой короткой встречи, если через пару дней Буш и Путин встретятся на саммите в Ханое? Этот вопрос я задал вице-президенту вашингтонского Совета по американской внешней политике Илану Берману.


Илан Берман:


Сегодня Соединенные Штаты очень сильно нуждаются в российской поддержке по ряду проблем. И не в последнюю очередь - по проблеме ядерной программы Ирана. Если дальнейшие действия России обусловят невозможность введения санкций против Ирана, тогда нас ждет довольно драматичное развитие событий. Большую озабоченность в Вашингтоне вызывает ситуация вокруг Грузии. И вообще полезно дать России сигнал, что Америка ее помнит и считается с ней, даже несмотря на то, что Вашингтон почти полностью поглощен неудачами в Ираке и изменением баланса власти после промежуточных выборов в Конгресс.

Все сводится к тому, какой вывод сделает Путин, проанализировав нынешние политические позиции администрации Белого дома в отношениях с законодателями. Если он почувствует, что президент Буш лишился возможности принимать серьезные решения, двигать вперед внешнюю политику и в оставшиеся два года будет заниматься бегом на месте, - тогда Кремль теряет стимулы сотрудничать с Белым домом по многим вопросам.


Андрей Шароградский


: Это был вице-президент вашингтонского Совета по американской внешней политике Илан Берман.

Директор Московского центра Карнеги Роуз Готтемюллер считает, что целью остановки Буша в аэропорту "Внуково" не было достижение каких-то конкретных договоренностей. Госпожа Готтемюллер полагает, что Буш, которому до окончания президентского срока остается два года, после поражения республиканцев на выборах в Конгресс хотел убедить своего российского коллегу в том, что сохраняет контроль над американской внешней политикой. Кстати, полномочия Путина тоже истекают в 2008 году, напоминает глава московского центра Карнеги.


Роуз Готтемюллер


: Буш, конечно, хотел бы, чтобы он получил помощь от Путина в области... Что мы будем делать с Ираном, с иранской атомной программой и проблемами, которые являются из-за Ирана в Ираке? После выборов в Штатах Демократическая партия выиграла. Так что, самое главное, по-моему, как мы всегда говорим, такие близкие отношения, что важно, чтобы Буш просто встретился с Путиным и сказал, что я еще президент, у нас еще два года, я буду в Белом доме. Контроль над международными отношениями еще в руках. Да, у нас проблемы в разных отраслях, например, с Ираном. Но мы можем работать вместе еще два года.

Есть такой факт, что Путин еще через два года не будет в Кремле, не будет президентом. Так что, их статус немножко разный, с этой точки зрения. Конечно, Путин очень популярный президент. Буш, наоборот, теперь. Но все-таки, некоторое время они будут еще одинаковыми.


Андрей Шароградский


: Во вторник, на следующий день после того, как американский представитель в ООН заявил, что Россия создает препятствия на пути проекта резолюции, которая поможет блокировать ядерную программу Тегерана, стало известно, что эксперты Международного агентства по атомной энергии обнаружили частицы плутония и обогащенного урана в одном из иранских ядерных хранилищ. Вдобавок президент Ирана провозгласил, что международное сообщество готово принять его страну в качестве ядерной державы.

Как далеко будут готовы пойти Вашингтон и его европейские союзники, если Россия сейчас откажется поддержать европейский проект резолюции, предусматривающий запрет на сотрудничество с Тегераном в области ядерных и ракетных технологий? Вопрос американскому военному эксперту сотруднику фонда «Наследие» Бейкеру Спрингу.


Бейкер Спринг:


Перспектива российского вето в Совете безопасности, скорее всего, вынудит европейские столицы и Вашингтон действовать вне рамок ООН. Они вполне могут ввести, скажем, индивидуальные или коллективные ограничения на сотрудничество с Тегераном. И последние выводы экспертов МАГАТЭ придадут им решимости. Мне кажется, что некие санкции могут быть введены уже в недалеком будущем. В том, что касается силовых акций, то говорить о них преждевременно.

Андрей Шарый


: Давайте теперь попробуем взглянуть на отношения Вашингтона и Москвы в среднесрочной перспективе, как раз столько осталось до истечения президентских полномочий Владимира Путина и Джорджа Буша. Из Вашингтона, из Соединных Штатов, Ян Рунов, корреспондент Радио Свобода, который беседовал с влиятельным американским экспертом.

Ян Рунов


: Вот что думает об американо-российских отношениях в новых условиях, складывающихся в политической жизни США, директор Никсоновского центра Пол Сандерс:

Пол Сандерс


: Несомненно, наши отношения переживают трудный период. И, думаю, положение в какой-то степени ещё более осложнится, когда Демократическая партия возьмёт под свой контроль внешнеполитические комитеты в обеих палатах Конгресса. В то же время коренных изменений я не предвижу, потому что и при нынешней расстановке сил особых разногласий между демократами и республиканцами в отношении России нет. Обе партии озабочены позиции России в вопросе ядерной программы Ирана, в проблеме Северной Кореи, в отношениях России с Киевом и Тбилиси, в антидемократических тенденциях внутренней политики российского руководства.

Перемены могут быть продиктованы не столько различным подходом к российско-американским отношениям, сколько чисто внутренней политической борьбой в Вашингтоне. Например, нынешнее республиканское большинство в Конгрессе, в целом, сдерживало в своих рядах критику в адрес России, поскольку администрация Буша пыталась создать деловые, партнёрские отношения с правительством Путина. Демократы в Конгрессе, не связанные особыми обязательствами с республиканским Белым домом, более свободны в критике внешнеполитического курса администрации.


Ян Рунов


: А как, по-вашему, будет теперь строить отношения с Вашингтоном Москва?

Пол Сандерс


: Я думаю, это будет зависеть оттого, как оценивают в России будущее самого Путина. Если он действительно покинет свой пост, то каково будет его влияние на следующее российское руководство. В оставшееся время у Путина позиции в своей стране намного сильнее, чем у Буша в своей. И тут у обоих президентов есть два сценария поведения. Путин может стать ещё менее уступчивым, и переложить решение проблем на своего преемника, а по другому сценарию, в соответствии с интересами своих стран, оба политика могут ускорить договорённости, чтобы успеть что-то сделать в оставшиеся два года. Именно сейчас оба лидера могут заложить основу для будущего направления в двусторонних отношениях. Надо учесть, что оба президента подвергаются внутреннему давлению слева и справа. Поэтому для них политически легче и безопаснее оставить всё как есть, выступать со взаимной критикой, и не пытаться договориться по острым вопросам.

Ян Рунов


: Это было мнение Пола Сандерса из Никсоновского центра.


XS
SM
MD
LG