Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Истории Запада и Востока. "Пасхальный кризис" в Дании


Программу ведет Полина Ольденбург. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Максим Ярошевский.



Полина Ольденбург: В первые годы после Второй мировой войны скандинавские страны занимали по отношению к СССР дружественную позицию, строя свою внешнюю политику на принципах нейтралитета. Однако, по мере усиления «холодной войны», стратегическое значение Скандинавии, находящейся в зоне важнейших морских и воздушных коммуникаций, возрастало, и в борьбу за передел сфер влияния в регионе вступили бывшие союзники по антигитлеровской коалиции - СССР и США.


О том, как ощущался этот процесс в Дании, беседа нашего скандинавского корреспондента Сергея Джаняна с датским историком, профессором университета Южный Фюн Бентом Йенсеном.



Сергей Джанян: Весна 1948 года вошла в историю Дании, как время так называемого «пасхального кризиса». Жители страны, всего три года назад избавившейся от немецко-фашистской оккупации, стали готовиться к новому вторжению - на этот раз советскому. Что было причиной таких настроений?



Бент Йенсен: Я сказал бы, что главная причина - это внешнеполитические события того времени, например, коммунистический путч в Чехословакии: коммунисты там взяли при помощи Советского Союза власть в феврале. В то же время Москва очень сильно давила на Финляндию - предложила так называемый Союз дружбы и взаимопомощи. Вот это предложение было копией других таких же пактов между Советским Союзом и восточноевропейскими странами. Люди тогда боялись, что Финляндия тоже будет коммунистической.


Потом были всякие слухи, что Советский Союз готовился к атаке на Данию и Норвегию. Всё-таки люди, которые лично пережили немецкую оккупацию, боялись: они знали судьбу стран Балтии, судьбу Польши, Чехословакии, Венгрии и так далее. Потом были разные слухи насчёт наших коммунистов: что они готовили путч, что они получили из Москвы оружие и самолёты, и вообще там много чего. Психологически понятно, что это была истерия.



Сергей Джанян: Однако, из донесений датской разведки, поступавших на стол премьер-министра Ханса Хедтофта, было известно, что датские коммунисты готовились поддержать советское вторжение в Данию. Активным членам ДКП предписывалось быть в ежедневном контакте друг с другом, чтобы быть готовыми к проведению актов саботажа на предприятиях и формированию в стране «пятой колонны».



Бент Йенсен: Эти документы военной разведки до сих пор, так сказать, очень спорные, фактически, скорее, их происхождение - кто их составил, это до сих пор не ясно. Может быть, это какие-то частные организации были… которые делали такие доклады. Но там есть всё-таки какие-то факты. Например, я сам нашёл в архиве в Москве подтверждение факту, который считаю достаточно интересным. Датские гражданские лица, которые работали в вооружённых силах нашего королевства, были организованы в профсоюз водителей и рабочих, где начальство было сплошь коммунистическое. И этот председатель профсоюза, коммунист, он имел связь с советским посольством в Копенгагене. В те дни, когда происходили эти события, он поддерживал контакты с этим посольством.


Есть и другие детали - ведущие датские коммунисты были очень солидарны с коммунистами Чехословакии и говорили, что мы должны готовиться, что мы тоже должны быть готовы использовать оружие в Дании. Так что люди здесь - 90% - считали, что датские коммунисты - предатели, и поэтому были такая ненависть, подозрения и так далее. Наша спецслужба реагировала, конечно, но никаких репрессий в отношении коммунистов не было - эти люди свободно передвигались по стране, и так далее.



Сергей Джанян: Была ли «советская угроза» в Дании реальной или это была пропагандистская задумка для побуждения вступления страны в Североатлантический альянс? Действительно ли в СССР вынашивали планы оккупации Дании?



Бент Йенсен: Думаю, что нет. Потому что западные спецслужбы, американцы тоже не считали тогда, что есть такая вероятность. Они, конечно, следили за советскими войсками в Восточной Германии, за советским Военно-морским флотом в Балтийском море, но они не видели, что возникает такая угроза. Наше посольство в Вашингтоне, датские чиновники постоянно контактировали с американцами. И американцы всё время говорили: у нас такой информации нет.


Я считаю, что это был психологический кризис. Он не был спровоцирован ЦРУ - напротив. Именно датские политики вдруг осознали, что Дания совсем беззащитна. Когда датский премьер-министр спросил «что мы можем сделать в случае советской агрессии?», то командующий датскими вооружёнными силами ответил: мы ничего не можем. У нас ничего не было - никакого военно-морского флота, никакой авиации. Это шокировало. Я сказал бы, что это была одна из главных причин решения Дании вступить в НАТО.



Сергей Джанян: Советский Союз крайне негативно реагировал на такое решение Дании: в советской военной газете «Красная Звезда» даже предрекали вашей стране, что она сгорит в атомном пламени…



Бент Йенсен: Там была ссылка на сказку Андерсена, ну, на того оловянного солдатика, что сгорел… И судьба Дании, мол, будет такая же, если Дания не откажется от членства в НАТО…



Сергей Джанян: Скандинавский политический кризис 1948 года принуждал скандинавов определиться, на чьей стороне им быть. Чтобы удержать Данию и Норвегию на позициях нейтралитета, правительство Швеции выдвинуло проект альтернативного Скандинавского оборонительного союза, призванного играть роль буферной зоны между Востоком и Западом. Однако, переговоры по его созданию были неудачными, и ситуация разрешилась вступлением Дании и Норвегии в Североатлантический военный альянс в апреле 1949 года. В январе 1950 года эти страны заключили с США соглашение о военной помощи, а год спустя уже принимали участие в создании единого командования и общих вооруженных сил НАТО.


XS
SM
MD
LG