Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Государственной думе запахло жареным. Депутаты даже во время каникул мечутся: что бы еще такого иностранного запретить – число доступных для табуирования сфер жизнедеятельности россиян катастрофически сокращается. А ведь не все избранники успели отличиться на ниве запретительного патриотизма, внезапной любви ко всему отечественному, измеряемой в граммах личной преданности В. В. Путину. Чего только нет в этом списке реализованных и недоосуществленных запретов – от кружевных трусов, кедов, балеток и шпилек (последние три позиции – инициатива справедливоросса Олега Михеева), сторублевой купюры с "порнографическим изображением" иноземного Аполлона, по мнению бдительного депутата от ЛДПР Романа Худякова, противоречащего требованиям закона № 436-ФЗ "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию", до НКО-"иноагентов", "нежелательных" иностранных организаций и скандального "закона Димы Яковлева", запрещающего усыновление иностранцами российских сирот. Теперь вот кулинария на очереди: депутат от КПРФ Вадим Соловьев предлагает законодательно обязать заведения, не специализирующиеся на какой-то одной национальной кухне, иметь в меню минимум 50 процентов русских блюд. О какой конкретно обязательной закуске идет речь, не уточняется.

Представителей околовластного бизнеса тоже распирает от патриотизма, особенно если забрезжит перспектива пополнения за счет него личных накоплений. В цене не только хлеб, но и зрелища.

Промоутер, продюсер ВИА "Земляне" и основатель фонда "Федерация" Владимир Киселев – своим нынешним благополучием, кстати, обязанный именно ненавистному Западу, откуда в последние годы транспортировал в Россию звезд кино и шоу-бинеса на радость высокопоставленным российскими зрителям, – внезапно сменил ориентацию. Совсем запретить "подкармливавших" его до сих пор иностранцев, правда, не предлагает. Зато вместе с председателем совета директоров "Русской медиагруппы" (РМГ) Ольгой Плаксиной обратился к Путину с идеей создания на базе телеканалов и радиостанций РМГ нового музыкального медиахолдинга – патриотического, разумеется. Говоря его собственными словами, "своего рода инкубатора отечественных суперзвезд". Внешнеполитическая ситуация, пишут Киселев и Плаксина президенту, не позволяет делать ставку на зарубежных артистов, нужно иметь под рукой собственных, "идеологически правильно настроенных кумиров миллионов", чтобы обеспечить "творческо-музыкальный ресурс для идеологических задач, стоящих перед руководством страны в работе с электоратом".

Судя по тому, что письму, как утверждают "Ведомости", был дан ход, Путину идея понравилась. В отличие от некоторых завистников-конкурентов Киселева, сразу учуявших в его действиях желание "откусить" хороший кус бюджетных денег: накануне стало известно, что "Русская медиагруппа" (в составе "Русского радио", DFM, "Хит FM", Maximum и "Радио Монте-Карло", а также телеканала Ru.tv) может перейти под контроль государства в лице подведомственного Минкультуры ФГУП "Госконцерта".

И наконец, со своей инициативой выступил в конце июля председатель Следственного комитета России (СКР) Александр Бастрыкин. Это уже не о хлебе, и даже не о зрелищах. Главе СКР по чину положено брать выше. Вот он и взялся – за Конституцию. Собственно, идею Бастрыкин вынашивал почти полгода. Для начала объявил приоритет международного права над национальным "правовой диверсией" и предложил исключить из Основного закона Статью 15, этот приоритет закрепляющую. Теперь же в очередном интервью "Российской газете" развил тему. Особенно главу СКР вслед за Конституционным судом РФ беспокоит Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод (согласно недавнему решению Конституционного суда, Россия может действовать вразрез с обязательствами, накладываемыми Европейским судом по правам человека, если они противоречат национальным правовым нормам). В оправдание своего возмущения Бастрыкин даже обратился к зарубежному опыту – конституционных судов ФРГ и Италии: там-де тоже случаются разногласия с толкованиями Конвенции.

Не возьмусь предсказывать судьбу шашлыка или бастурмы в свете известных внешнеполитических веяний. Не ровен час, попадут на карандаш очередного народного избранника, страждущего заявить о себе патриотической инициативой

Вот только приводимые Бастрыкиным причины таких разногласий у них и у нас какие-то уж слишком разные. У них во главе угла – опасения, как бы чего лишнего в правах гражданина не нарушить; у нас – чего бы еще этого гражданина лишить. Их конституционные суды обосновывают разногласия с ЕСПЧ тем, что соблюдение международных обязательств не может являться причиной снижения уровня защиты прав, уже заложенного во внутреннем правопорядке. Бастрыкин же сетует, что ЕСПЧ считает меры принуждения, применяемые в России к обвиняемому или подсудимому, "избыточно жесткими", не принимает во внимание российских реалий – криминогенную обстановку, отношение общества к опасным преступным деяниям. В некоторых решениях ЕСПЧ, негодует глава СКР, отчетливо прослеживается презумпция виновности государства. А значит, из Основного закона следует исключить положения, согласно которым общепризнанные принципы и нормы международного права составляют неотъемлемую часть российской правовой системы.

В связи с упорными желанием господина Бастрыкина привести Конституцию РФ в соответствие с российской действительностью, мне вспомнился старый советский анекдот.

Приходит посетитель в ресторан и просит официанта: "Принесите мне, пожалуйста, шашлык". Официант: "Шашлыка нет".

– Но ведь в меню есть.

– В меню есть, а так нет.

– Ну, тогда бастурму.

– Бастурмы нет.

– Но в меню же есть.

– А на самом деле нет.

– Ну а харчо?

– Харчо тоже нет.

– Послушай, дорогой, это у тебя меню или Конституция?!

Не возьмусь предсказывать судьбу шашлыка или бастурмы в свете известных внешнеполитических веяний. Не ровен час, попадут на карандаш очередного народного избранника, страждущего заявить о себе патриотической инициативой.

А вот Конституцию, по-моему, можно было бы приблизить к жизни гораздо проще, чем предлагает господин Бастрыкин. К примеру, дополнить Статью 29 в ряде мест частицей "не". Вот как-то так: каждому (не) гарантируется свобода мысли и слова; … (не) каждый (ну, или каждый "не") имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом;… (не) гарантируется свобода массовой информации; …цензура (не) запрещается.

И патриотично. И реалиям соответствует.

Галина Сидорова – московский журналист

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG