Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новое дело о дедовщине: был ли дед?


Реальная история рядового Евгения покамест скрыта где-то в лесной чаще

Реальная история рядового Евгения покамест скрыта где-то в лесной чаще

Военная прокуратура Приволжско-Уральского военного округа выясняет обстоятельства бегства рядового из воинской части в Свердловской области. О причинах побега солдат сообщил только правозащитникам, затем история попала в СМИ. Рассказ об издевательствах шокирует, но для прокуратуры этот солдат - по-прежнему обвиняемый в самовольном оставлении части, а не пострадавший.


Рядовой Евгений, призванный из Башкирии в железнодорожные войска, служил в Свердловской области и самовольно оставил воинскую часть еще весной – это все, что знает о нем прокуратура. Сбежал, не послужив и года. Правда, месяцев шесть из них Евгений провел в госпитале, потому что в армию призвали, несмотря на слабое здоровье.


Командиры избивали его за это. А когда он попробовал дать сдачи, пьяный офицер с «помощниками» избили его до потери сознания и закопали в лесу. Спас и выходил солдата местный житель, после чего солдат ушел в бега.


Все эти подробности стали известны средствам массовой информации со слов активистов уфимского комитета по защите прав военнослужащих, куда Евгений написал письмо. Уполномоченный по правам человека в Свердловской области Татьяна Мерзлякова сама узнала о единственном в этом году в регионе случае дедовщины от журналистов.


«Пока ясно только одно: настоящего заявления никто не сделал, прокурор организовал оперативную группу только по фактам, полученным из средств массовой информации. Информационное агентство подало о возбуждении дела против офицера – это неверно. Сейчас идет там работа. Но Сергей Викторович Чернышов говорит, что, похоже, парень что-то додумал, потому что пока нет ни деда, и вообще никого», - сказала Мерзлякова.


Дед, которого она упоминает, это не старослужащий на армейском жаргоне, а пожилой мужчина, которого сбежавший солдат упоминает как своего спасителя. Этот необходимый свидетель пока не найден.


Екатеринбургский комитет солдатских матерей знает о заживо похороненном командирами солдате не больше прокуроров – герой жуткой истории сам из Башкирии и обращался к башкирским правозащитникам. Призывникам-свердловчанам с весны раздают памятки с телефонами военной прокуратуры – напоминает Татьяна Мерзлякова. Она говорит, что лично позаботилась о том, чтобы ее телефоны знали призывники большинства находящихся в регионе гарнизонов, в том числе внутренних войск. Но Евгений служил в железнодорожных войсках.


«Теперь сделаю вывод о том, что надо в железнодорожном корпусе тоже иметь свой телефон. Надо было, прежде всего, конечно, мальчика освидетельствовать хотя бы в гражданском здравоохранении, придти в ближайшую военную прокуратуру. Военная прокуратура ребят не сдает. Особенно тех, кто к нам обращался, всегда переводили в другую часть для того, чтобы парень мог дослужить», - утверждает она.


Без заявления пострадавшего солдата военная прокуратура не могла возбудить уголовное дело против его обидчиков. Сейчас начата проверка фактов, изложенных в СМИ. Но в отсутствие самого пострадавшего это дело не имеет перспективы. С юридической точки зрения он остается самовольно покинувшим расположение части.
XS
SM
MD
LG