Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Жертвенный урок «Курска»


15 лет назад атомный подводный крейсер потерпел аварию. Никто из 118 членов экипажа не выжил

12 августа 2000 года – этот день навсегда изменил жизнь многих людей. Не только тех, кто потерял родных и близких, но и всех, кто был связан с Военно-морским флотом, кто сердцем отозвался на постигшую его беду, рвался прийти на помощь своим товарищам…

На момент трагедии самой многочисленной и авторитетной общественной организацией ветеранов флота был Санкт-Петербургский клуб моряков-подводников, созданный в 1994 году. Костяк его составляли подводники-североморцы, а также конструкторы и корабелы – создатели атомных субмарин. К августу 2000 года в клубе насчитывалось более 500 адмиралов и старших офицеров, а членские билеты носили такие известные люди, как генеральный конструктор советских атомных подводных крейсеров стратегического назначения Сергей Ковалев, писатель Виктор Конецкий, народный артист России Петр Вельяминов, телеведущий Кирилл Набутов.

За шесть лет существования Клуб успел заслужить общественное признание и популярность у СМИ своей деятельностью по защите чести и достоинства подводников экипажей К-19, К-129, К-219... При участии Клуба отечественными и зарубежными документалистами были сняты несколько фильмов, посвященных драматическим страницам холодной войны на море. Наши ветераны выступили в качестве консультантов американского блокбастера «Враждебные воды», в титрах которого фигурировали имена Рутгера Хауэра, Мартина Шина и Макса фон Сюдова, а после взялись за «доработку» сценария новой голливудской картины «К-19: оставляющая вдов».

В конце мая 2000 года в Петербурге состоялся 37-й Международный конгресс ветеранов-подводников с участием делегаций США, Великобритании, Франции, Италии, Германии, Польши, Норвегии, Чили, Израиля, Украины. Впервые столь представительный международный форум проходил в России, и многие из наших зарубежных гостей восприняли это как знак окончательного прощания с наследием холодной войны. Хорошо помню слова одного из наших гостей: «Несмотря на то, что официально холодная война завершилась 10 лет назад, в моем сердце она закончилась тогда, когда я выпил с этими парнями».

«Включи радио»

Все эти обстоятельства привели к тому, что с 14 августа 2000 года, когда СМИ официально сообщили об аварии атомного подводного крейсера «Курск», Клуб оказался в эпицентре событий, превратившись на долгое время в пресс-центр, пункт сбора гуманитарной помощи семьям погибших моряков и площадку для дискуссий экспертов по самым разным вопросам. А началось все с короткого сообщения, пришедшего в тот день на мой пейджер: «Включи радио». Слова диктора, скороговоркой известившего слушателей, что в Баренцевом море во время учений одна из атомных лодок вынуждена была лечь на грунт, не укладывались в сознании. Любому подводнику известно, что конструкция АПЛ исключает подобную операцию.

В Клубе меня ожидало короткое письмо по электронной почте, из Франции, от контр-адмирала Жана-Мари Матея, с настораживающим вопросом: «Игорь, что случилось с вашей подводной лодкой?» Этот вопрос тогда можно было услышать повсюду. Опытный моряк так же, как и многие из нас, понимал, что произошло нечто экстраординарное. Интуиция подсказывала, что ситуация может оказаться гораздо хуже, чем ее описывают журналисты. К сожалению, предчувствие оправдалось.

Клуб привык работать со СМИ и оказывать помощь семьям моряков, оказавшимся в трудной ситуации. Как же тогда пригодился этот опыт! Мои помощники не успевали отвечать на многочисленные звонки изо всех уголков России, а количество сообщений по электронной почте из-за границы ежедневно превышало несколько сотен.

Ясно было, что командование флота и правительство не готовы к взаимодействию со СМИ и широкой аудиторией в сложившейся экстремальной ситуации. Медленно налаживались каналы горячих линий, не было оперативного пресс-центра. Все это появилось уже в период проведения беспримерной операции по подъему АПРК «Курск» осенью 2001 года, а пока эти задачи легли на плечи моих малочисленных, но самоотверженных помощников: Евгения Азнабаева, Ирины Руденко, Елены Кузнецовой, Игоря Козыря и Ларисы Морозовой. Время от времени им помогали другие члены Клуба. Как бы то ни было, наиболее ценные сведения, поступавшие из различных источников, включая друзей, продолжавших служить на флоте, и специалистов, знакомых с устройством и вооружением АПРК «Курск», собирались в нашем офисе. И я, в меру своих сил, знаний и опыта, старался удовлетворить информационный голод журналистов.

Просто делать, что должно

По прошествии времени стало понятно, насколько ошибочными были некоторые мои высказывания и прогнозы, но подобных оплошностей не смогли избежать даже те, кто обладал гораздо большим опытом и знаниями. Чего стоит одна только неосторожная фраза Президента: «Она утонула…»

Не могу согласиться с упреками в свой адрес со стороны тех, кто предпочитал держаться в стороне от общественной дискуссии, в ходе которой участники пытались понять причины аварии, оценить шансы на спасение оставшихся в живых и целесообразность подъема затонувшего корабля, разобраться в формах оказания социальной помощи семьям. В этом заключается одна из обязанностей руководителя общественной организации, в уставе которой предусмотрена защита интересов флота и оказание ему помощи во всех формах. К тому же почти каждому выступлению предшествовали многочасовые встречи и обсуждения затронутых вопросов с ветеранами-подводниками, имеющими опыт службы на однотипных лодках, участниками поисково-спасательной операции и конструкторами. К сожалению, иногда до меня доносились сведения о недовольстве старших офицеров флота моим активным сотрудничеством со СМИ, хотя постепенно удалось наладить конструктивные отношения и с пресс-службой Главного штаба ВМФ, и с командованием Северного флота.

Одной из первых нам позвонила Людмила Милютина – мать Андрея Милютина, командира дивизиона живучести на «Курске». Она рвалась на Север, в Видяево, чтобы быть как можно ближе к сыну. Как и многим другим родственникам моряков, ей нужно было помочь с деньгами и билетами.

За сутки процесс отправки на Север довели до автоматизма. Мои видавшие виды «Жигули» беспрепятственно пропускали тогда буквально к трапу самолета, отправлявшегося в Мурмаши, где прилетевших встречал Олег Горелов, глава администрации Видяево, бывший командир атомохода, или кто-нибудь из его помощников. Необходимые денежные средства появились уже через несколько часов: их приносили в офис самые разные люди. Нам оставалось только принимать их по ведомости под роспись, хотя порой появлялись ребята с толстыми золотыми цепочками на шее, принципиально игнорировавшие подобную процедуру. О том, насколько такой неформальный подход чреват проблемами во взаимоотношениях с финансовой инспекцией, некогда было думать.

Хорошо помню, как в один из этих дней ко мне подошел пожилой мужчина в короткой рубашке, под которой виднелась тельняшка. Он сказал: «Послушайте, я тут пытаюсь в Мурманск улететь. Говорят, вы можете помочь… – Это был Тихон Макарович Багрянцев – отец капитана 1 ранга Владимира Багрянцева, начальника штаба 7-й дивизии подводных лодок, старшего на борту «Курска». – Из Севастополя лечу, нас обещали отправить военным бортом, но за два дня ничего так и не решилось, а своих денег до Мурманска мне не хватает…» В руках у бывшего старшины второй статьи, служившего в пятидесятые на линкоре «Новороссийск», был один только полиэтиленовый пакет. И с таким багажом отправлялись на Север многие.

Погибли

Надежды на спасение окончательно исчезли 21 августа. В 13 часов 35 минут норвежские водолазы открыли внутренний люк подлодки «Курск». В девятом отсеке оказалась вода. В 17 часов 07 минут по закрытым каналам прошло сообщение о гибели экипажа подводной лодки. Чуть позже раздался звонок из штаба Северного флота. Нас попросили собрать родственников в Клубе моряков-подводников, чтобы они смогли услышать официальное заявление представителей военного руководства по каналу «Россия-1».

О том, что экипаж погиб, мы узнали на полтора часа раньше. Услышал об этом и кто-то из родственников, но приходилось изо всех сил сдерживать себя, чтобы подготовить к страшной новости остальных. В помещении Клуба на 8-й линии Васильевского острова собралось человек пятнадцать. Рядом дежурила бригада медиков. До последнего мгновения никто не мог поверить, что весь экипаж погиб.

Теперь все наше внимание было обращено на оказание помощи родным и близким экипажа АПРК «Курск». Конечно, сбором средств для семей погибших подводников занимались не только в Клубе. Но мы можем гордиться тем, что все деньги, оказавшиеся в наших руках, были израсходованы исключительно по назначению и не задерживались на наших счетах. В этом очень скоро смогли убедиться все проверяющие. А вскоре, опять же при помощи Клуба, был создан «Фонд помощи семьям АПРК “Курск”», возглавляемый Володей Митяевым, потерявшим на К-141 сына, и мы с облечением передали ему собранные средства, включая те, что поступали к нам из-за границы.

Об этом стоит рассказать отдельно. Как правило, за рубежом сбором средств занимались наши недавние гости – участники 37-го Конгресса подводников в Петербурге. Одним из инициаторов благотворительной кампании стал Клуб военно-морских атташе, возглавляемый в ту пору представителем ВМС Швеции Кристианом Аллерманом. Еще раньше в Клубе появился кэптен Джефф Макриди, военно-морской атташе Великобритании с коробкой из-под телевизора, в которой находилось около десяти тысяч фунтов мелкими купюрами, собранных английскими подводниками. Значительная часть собранных средств была позднее использована для создания на Серафимовском кладбище мемориального комплекса и на его содержание.

Мир не отвернулся

Статус общественной организации позволял нам общаться с самыми разными инстанциями. В то время, когда широко обсуждалась версия о потоплении «Курска» одной из американских лодок, находившихся в районе проведения учений Северного флота, мы не без нахальства отправили запрос командованию ВМС США с просьбой сообщить о местоположении «Толедо» и «Мемфиса» на момент гибели нашей субмарины. До сих пор не всем известно, что едва ли не впервые в истории отношений между нашими странами на подобное обращение пришел официальный ответ, в котором категорически отвергалась причастность американской стороны к трагическому инциденту.

Можно скептически отнестись к такому документу, но сколько раз во время последующих встреч с зарубежными ветеранами-подводниками, приходилось слышать слова сочувствия российским морякам и семьям погибших. Траурные церемонии прошли не только во многих городах России, но и в Пёрл-Харборе, Норфолке, Портсмуте… Забегая вперед, упомяну, что в марте 2002 года состоялась необычная встреча родственников членов экипажа АПРК «Курск» с известным ученым-буддистом Икэгути Эканом, получившим в Японии звание «великого учителя» (дайадзяри). От него мы узнали, что с первых дней трагедии он непрерывно молился о спасении наших моряков, а потом о спасении их душ в загробном мире.

В одном из писем, адресованном «доблестным воинам “Курска” от подводников ВМС США и всего мира», можно было прочесть: «Сейчас все наши мысли и чувства обращены к тем, кто Вас любил и остался в этом мире без Вас. Нашими молитвами, дай им Бог сил и утешения в той боли, которую им надо вынести, и в том горе, которое им надо пережить. Мы надеемся, жертвенный урок, оплаченный Вашими жизнями, оценят и поймут все нации и особенно в России. Пусть это останется в сердцах тех, кто способен исправлять ошибки и не допустит их повторения. Ваша смерть не должна быть напрасной и должна помочь сохранить жизни других подводников, уберечь их от повторения Вашей судьбы. Несмотря ни на что, мы будем с почтением и уважением хранить в своей душе память о Вас, так же как храним память о своих погибших товарищах, ушедших в Дальний Поход, из которого никто уже не вернется».

Такие же пожелания можно было услышать и во время проведения международной конференции в Ланкастере, посвященной 100-летию подводных сил Великобритании, в ходе которой адмирал флота, первый морской лорд Майкл Бойз провел благотворительную лотерею в пользу семей подводников АПРК «Курск». Участниками представительного международного форума подводников было собрано около 20000 фунтов. Даже сейчас трудно осознать глубину и силу чувства соборности, испытанного миллионами людей из разных стран мира, переживавших вместе с нами трагедию в Баренцевом море.

«Я искренне люблю вас всем сердцем!»

Из стихотворений, посвященных погибшим и их родным, можно собрать не один поэтический сборник. Таким же внушительным является собрание музыкальных произведений на эту тему в самых разных жанрах – от авторских песен и рок-баллад до симфонических ораторий. Из далекой Австралии пришло письмо от 12-летнего Джеймса Крофта, умирающего от рака мозга, пожелавшего стать после смерти ангелом-хранителем военных моряков. В памяти остались последние строчки его стихотворения, посвященного подводникам: «В моем сердце вы самые храбрые, справедливые и правдивые. Да хранит Вас Господь. Я искренне люблю вас всем сердцем!»

Любовь и поддержка были необходимы не только родственникам погибших, но всем нам, особенно в те дни, когда после мучительной процедуры опознания тел погибших их останки были переданы родным для захоронения.

32 моряка обрели покой на Серафимовском кладбище Петербурга. А их родные, не без участия Клуба, получили прописку в Питере и вместе с ней – возможность посещать могилы своих близких. Когда-то в нашем городе проживало 10 семей, теперь же их около полусотни. Морская столица приняла всех, кто хотел сюда перебраться.

До сих пор Клуб продолжает поддерживать связь с родителями и вдовами, помогая им и в решении бытовых проблем, и в их подвижнической работе по увековечению памяти экипажа АПРК «Курск». В разных уголках России появляются мемориальные доски, памятники, напоминающие о жертвенном подвиге подводников: в Петербурге, Мурманске, Севастополе, Волгограде, Северодвинске, Курске, поселке Видяево, селе Чубковиче под Брянском… Особенно трогательно выглядят экспозиции музеев военно-морских училищ, школ и техникумов, выпускники которых погибли на «Курске»: в петербургской школе №134, в курской школе №18, дивеевской монастырской православной школе в нижегородской области, муромской школе №9… Все не перечесть. Нередко школьники, разыскивающие родственников-подводников, обращаются к нам, и Клуб помогает в установлении контактов и шефских связей с теми, кто продолжает служить в Видяево.

Члены Клуба работают не ради похвал, но для нас очень много значат слова признательности от тех, кому мы помогаем. Например, от Камилии Бражкиной, матери погибшего на АПРК «Курск» старшего лейтенанта Александра Бражкина: «Клуб подводников всегда откликается на все просьбы, помогает во всех начинаниях, устраивает наших детей в учебные заведения и военные училища, помогает в проведении траурных мероприятий, в организации поездок в Севастополь и на Север. В Клубе работают отзывчивые и неравнодушные к чужой беде люди. Мы можем в любой момент прийти и обратиться к ним, и нам всегда помогут. Спасибо им за то, что они есть, и дай им Бог здоровья на долгие годы».

Каждый год 12 августа мы собираемся вместе в Никольском соборе и на Серафимовском кладбище, чтобы почтить память героев АПРК «Курск» и напомнить тем, кто продолжает службу в Военно-морском флоте, об обязательстве, взятом перед погибшими – не допустить повторения подобной трагедии в будущем.

Игорь Кириллович Курдин

Председатель Санкт-Петербургского клуба моряков-подводников, капитан 1 ранга

XS
SM
MD
LG