Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"У нас в школе главный не ребенок, а чиновник, и мы, педагоги, работаем на чиновника!"

Реформа российской школы, которая, казалось бы, с ведением новых федеральных стандартов, при поддержке закона «Об образовании», дающем учебным заведениям больше свободы, вот-вот должна принести результаты, оказалась напрасной.

Все экспертные пожелания и горячие общественные обсуждения, экономические стимулы и педагогические расчеты, которые были нацелены на создание нового образовательного пространства, оказались не просто преждевременны, а неверны. Администрация школ не желает свободы, учителям в тягость творчество, а родители хотят помогать детям с домашним заданием и получать пятерки. Мир изменился, но представление большинства российских граждан о нем – нет.

Намерение подтолкнуть педагогов к развитию финансовым образом, выраженное в появлении стимулирующей части, привело к увеличению их зависимости от школьной администрации. Та, в свою очередь, попала под пристальное внимание местной власти из-за показателей единого государственного экзамена. Губернаторов стали оценивать по ЕГЭ, и понадобилось слово президента страны, чтобы этот процесс остановить.

Правда, была надежда, что новые федеральные стандарты, которые успели-таки принять, и которые являются государственным обязательством, ситуацию в школе постепенно, от младшей ступени к старшей,изменят к лучшему. Но если раньше сопротивление было в значительной степени морального свойства, поскольку кто же захочет признать, что методы его работы требуют обновления, но теперь задекларированная модернизация затормозится из-за недостаточного финансирования. И это при том, что последние несколько лет педагоги в числе главный своих бед называют низкую заработную плату и высокую нагрузку.

О том, какие проблемы больше всего волнуют учителей в разных регионах России Радио Свобода рассказали педагоги Анна Инютина (г. Камбарга); Сергей Онищенко (г. Санкт-Петербург), Алексей Юмалов ( г. Череповец) и Дмитрий Казаков (п. Вознесенское Нижегородской области).

Анна Инютина

Анна Инютина

Анна Инютина, учитель (г. Камбарга) :

- У нас обычная средняя школа - чуть больше 400 учеников, женский коллектив. И огромная проблема в районе с кадрами, нет литераторов, нет математиков. Понятно почему – на них падает очень большая нагрузка – и ОГЭ, и ЕГЭ, и сочинения, огромное количество тетрадей, и все это никак не учитывается. Поэтому молодые кадры уходят. Выдерживают две недели, месяц, много – год, и увольняются, потому что зарплата маленькая, груз непомерный, плюс электронные журналы и бумажные. У нас постоянные трудности с интернетом, сервер часто не работает. Порой приходится по четыре часа сидеть, чтобы заполнить журнал – не идет, не получается. К тому же нет компьютеров в каждом классе.

навязанные нам обязанности заставляют лгать и изворачиваться

Еще меня волнует проблема загруженности учителя, когда учитель не в состоянии выполнять те функции, для которых он пришел в школу. Мы не можем воспитывать детей, потому что навязанные нам обязанности заставляют лгать и изворачиваться. Система образования построена так, что мы все время боремся за показатели: ЕГЭ, ОГЭ, лучшая школа в районе, лучшая в республике. Всем нужны показатели, начиная от РОНО, и заканчивая министерством. Эта система противоречит тому, что должно быть в школе. У нас в школе главный не ребенок, а чиновник, и мы работаем на чиновника.

Мы кругом отчитываемся! Нужно сдать рабочую программа, которая проверяется бедными завучами, потом приходят из Рособрнадзора, смотрят ее и говорят: у вас тут не хватает, тут неправильно… Мы все переписываем. А кому это надо, если у всех стандартные учебники и стандартные программы? И по новым федеральным стандартам мы не можем нормально работать, потому что нет обеспечения. Все спускается сверху – программа воспитания, теперь патриотического, и мы только успеваем отчитываться, как это сделать, а делания не происходит, все уходит в бумажки.

Дмитрий Казаков

Дмитрий Казаков

Дмитрий Казаков, учитель (п. Вознесенское Нижегородской области):

- У нас, в Нижегородской области с 2006 по 2013 год действовала программа поддержки молодых специалистов, и не только в образовании. Поэтому в школы пришло достаточно большое количество молодежи. Например, наш коллектив сельской школы совсем небольшой, но достаточно молодой. У нас 50 учеников, и практически во всех классах есть компьютеры, интерактивные доски, но есть проблемы с выходом в интернет – низкая скорость. То есть техника есть, но полностью ее использовать в учебном процессе бывает затруднительно. Мы не можем в полной мере использовать электронный журнал, электронные дневники. Поэтому нам приходится вести и бумажный журнал, и электронный, и это превращается в огромный труд, за который учителя еще и получают нагоняй – почему не выставили вовремя оценки.

Когда общаешься с учителями из городов, они жалуются, что учитель перегружен, а у нас главная проблема в том, что в селе учителя готовы терпеть все ради того, чтобы была работа. С 2007 года, когда я пришел в школу, начался процесс оптимизации – закрываются школы. И часто чиновники этим пользуются: терпите, гонитесь за показателями – и тогда, возможно, вас не закроют. Но если у вас не будет олимпиадников, вас могут закрыть. Но как в школе, где 50 детей, можно подготовить учеников ко всем олимпиадам, чтобы они там заняли какие-то места даже на районном уровне? Если в районе проводится какой-то конкурс – тоже надо участвовать. И учитель часто сам и работы пишет, фальсификации…

наш район – глубинка, и альтернативы в глубинке не существует

У меня мама – учитель, я заканчивал педагогический институт, но в школу, конечно, идти не хотел, потому что была маленькая зарплата и зачем возвращаться в деревню, где перспектив никаких. Но когда появилась специальная программа, я пошел в этот проект из корыстных целей – получить квартиру и машину. Потому что другие перспективы были туманные. И вот я уже 8 лет работаю в школе, мне осталось 2 года, мой контракт заканчивается, и я могу уйти из школы. Но я хотел бы работать в школе!

Несмотря на все трудности, мне нравится работать в школе. У нас молодой коллектив, половина его - мужчин разного возраста. Но сейчас школы закрываются, и учителя часто страдают от отсутствия нагрузки, потому как зарплата получается маленькая. При маленькой нагрузке учитель вынужден искать еще подработку где-то на стороне. Я, скажем, и в школе работаю, и помимо школы работаю, чтобы обеспечить более-менее нормальный уровень жизни своей семье.

Наш район – глубинка, и альтернативы в глубинке не существует. Даже получить какую-то информацию тяжело. Но я не думаю, что перед нами стоят какие-то глобальные задачи, нерешаемые. Все решаемо. А на местах, в селе, чтобы все изменилось к лучшему, необходимо в первую очередь, чтобы учитель занимался своим делом. Не работал летом на стройке, как часто бывает, а занимался своим делом.

Алексей Юмалов

Алексей Юмалов

Алексей Юмалов,учитель (г. Череповец):

- У нас обычная общеобразовательная школа,и проблемы у нас обычные для всех школ. Зарплата складывается из нагрузок, которые вынуждены нести учителя, а это две и более ставки. Необходимо учитывать и то, что, по сути дела, происходит нарушение трудовых прав. Учитель в современных условиях практически лишен права на отдух. Он работает и в школе, и дома, и объемы работы настолько большие, что просто не успеваешь все сделать.

по всей России мы выполняем одну и ту же работу, но при этом получаем разные зарплаты

Обновления кадров не происходит потому, что учителям пенсионного возраст уходить на мизерную пенсию резона нет, а молодежь, которая приходит после окончания вузов, не имея категории и стажа, получает заработную плату значительно ниже средней. В итоге, попробовав пожить на нее, они из школы уходят. То есть основной вопрос – во введении нормы оплаты труда за ставку, за 18 часов. Тогда не нужно будет учителям набирать большое количество часов, и молодые педагоги смогут получать приличную зарплату.

Есть еще один спорный момент, на который тоже следует обратить внимание. Ввели такое понятие – сколько стоит ученик, и именно из этого начинает формироваться размер оплаты труда учителя. В каждом регионе своя определенная цена. Однако мы по всей России работаем по одной и той же программе, пишем необходимую документацию и так далее, то есть выполняем одну и ту же работу, но при этом получаем разные заработные платы.

Сергей Онищенко

Сергей Онищенко

Сергей Онищенко, учитель (Санкт-Петербург):

-У нас в Санкт-Петербурге с зарплатами педагогов ничуть не лучше, чем где-нибудь еще. Два года назад была объявлена по Северо-Западному региону сумма в 27 тысяч рублей как средняя. У меня был 5-летний перерыв, и когда два года назад я пришел в своей лицей, за мной никакие аттестации категорий не сохранились. Я попросил завуча уложить мне 18 часов в три дня, поскольку, не имея высшей категории, много денег не будет, а у меня съемное жилье, и я получаю в школе 21 тысячу рублей. То есть объявленную среднюю по экономике региона зарплату получают только те педагоги, которые имеют и пенсионное обеспечение, и выслугу за 20 лет.

Для меня сейчас работа педагога как дополнительная халтура, по большому счету, я еще занимаюсь администрированием компьютеров, и это меня кормит настолько же, насколько кормит школа. Педагогическая работа в большей степени для души, конечно. Когда у тебя полжизни с этим связано, уже не одно поколение детей вырастил…Но обидно, что хороший депутат в Думе всю свою жизнь делает за год и получает зарплату – 420 тысяч, а хороший учитель за всю свою жизнь ничего не заработает, ни жилья, ни машины.

для меня сейчас работа педагога как дополнительная халтура

Есть свод положений о распределении надбавочной части, но кто принимает решения по этому своду, какие именно, куда – все это держится в тайне, и понятно почему. Потому что администрации это выгодно. Наши профсоюзные лидеры и мы, активисты, два год назад по этому поводу обращались к правительству. В итоге у нас в Санкт-Петербурге вполовину уменьшили надбавочный фонд, то есть его перевели в основной фонд зарплаты. В принципе, надбавочная часть призвана стимулировать труд педагога, но большинство учителей сейчас не смогут объяснить систему начисления заработной платы, потому что она крайне непрозрачна, и каждый регион ее по-своему формирует. Часто административные работники получают в разы больше, чем учителя, которые работают с учениками.

У нас очень много понимающих людей. Но я не понимаю, почему у нас глухонемая власть, давайте уж открыто говорить. С 2000-х до текущего момента нами пройден очень серьезный этап, современность меняется очень быстро. И если военные расходы увеличиваются, то разве не надо поддерживать и образование, ведь оно не в меньшей степени защищает наше будущее?!

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG