Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В начале июля я уже писала о том, что Кремлю выгодно использовать в своих интересах радикально настроенные патриотические группы и движения. С одной стороны, радикальные элементы играют важную роль в милитаристской мобилизации населения с одновременным упором на роли самого Владимира Путина как "вождя встающей с колен" России. С другой стороны, такие группы удобно использовать для шантажа Запада тем, что после Путина к власти может прийти условный "Гиркин", а потому выгоднее договариваться с "вменяемым" российским лидером.

На данный момент лидеры основных ура-патриотических течений подконтрольны либо непосредственно Кремлю, либо отдельным группам в политических элитах или силовых структурах России. Однако, на мой взгляд, опасность того, что какое-то из этих течений все же рано или поздно выйдет из-под контроля, все же существует. Вопреки расхожему опасению, я не уверена, что такой группой станут националисты. Российские радикальные националистические движения довольно разрозненны, не имеют общей программы, склонны к экстремистским проявлениям и не способны обеспечить себе широкую поддержку в многонациональной стране. После аннексии Крыма и вторжения России в Донбасс и вовсе стало очевидно, что большинству русских националистов свойственно имперское сознание, которое не различает, где продолжается эта империя, в Донецке или в Дамаске. Оставшиеся в меньшинстве националисты-неимперцы предпочли присоединиться к украинскому "Правому сектору" или другим подобным организациям или просто уйти в подполье.

Однако иная ситуация складывается с коммунистами. Здесь, разумеется, имеются в виду не дежурные члены фактически лояльной к власти КПРФ, а настоящие, убежденные сторонники возрождения "красного проекта", преимущественно из молодежи. Ведь еще до русско-украинской войны у "советского проекта" существовало множество как естественных, так и искусственно созданных предпосылок для возрождения:

1. Многие россияне в 90-е годы действительно "не вписались в рынок", искренне ностальгировали по советским временам, дававшим им гарантированное рабочее место, соцобеспечение, хоть и низкого качества, зарплату – словом, социальный пакет, не зависевший от личных усилий, способностей и достижений.

2. Нынешняя власть, при всех своих агрессивных попытках регламентировать жизнь общества, так и не предлагает модели будущего. Отличительная черта современной русской идеологии – отсутствие конкретного наполнения. За идеологически насыщенными понятиями вроде "Русский мир", "русская цивилизация", "особый путь развития" не стоит конкретного содержания. В результате на смену советскому мифу о "светлом будущем" приходит идеализированное прошлое. Объектом такой идеализации стал образ Советского Союза.

3. На этом фоне существовали и продолжают существовать идеологи и проповедники возвращения к "светлому прошлому", притом не только на уровне газеты "Завтра", но и в приближенных к власти аналитических центрах. Глава Центра изучения кризисного общества Сергей Кара-Мурза на протяжении всех последних десятилетий доказывал, что феномен "советского человека" отвечает глубинному культурному коду россиян, а потому "советский" и "русский" фактически являются синонимами.

Еще в 6 ноября 2003 года в эфире "Эха Москвы" Кара-Мурза заявил, что советский человек – это продукт цивилизации. "Возьмите антисоветизм – сознательный, глубинный. Ведь под ним всегда русофобия лежит", – убеждал он. При этом Кара-Мурза постоянно проводил мысль о том, что советское время было идеальным воплощением ценностей взаимопомощи, солидарности и братства (видимо, подзабыв о массовом доносительстве, идеологии ненависти к "врагам и предателям", "проработках" на партсобраниях и других советских реалиях). Ту же мысль сейчас проводят и его последователи, к примеру, некий Владимир Сомов, утверждающий, что "негативное отношение к "Советам" и "советскому" – реакция… на исторически главную этническую составляющую России как государства".

4. Российские власти много лет вели целенаправленную работу по идеализации отдельных элементов советского строя с целью эксплуатации образов прошлого и для усиления авторитарной политической системы, и для оправдания растущих амбиций лично Владимира Путина. Вот некоторые из этих атрибутов: реабилитация Сталина и проводимых им репрессий; культ "чекизма" как такового с романтизацией сотрудников спецслужб и оправданием любых, даже самых жестоких их методов, а также постоянный поиск внешних и внутренних врагов. Имеет место возрождение ключевых характеристик советского менталитета, кроме, собственно, коммунистической идеологии.

Постоянная привязка к лозунгу "Чтобы выиграть войну, нужно стать такими, как СССР", на которой все чаще паразитируют власти, может обернуться против них самих

Результатом этих процессов стало появление идейно настроенной молодежи, искренне верящей в возможность восстановления СССР. Мне приходилось сталкиваться с последователями Сергея Кургиняна. В отличие от членов "Молодой гвардии" или печально известных "нашистов", они не рассматривают свое членство в организации как возможность политического "трамплина" и легкого карьерного роста. "Кургиняновцы" с удивительной слепотой не замечают провластной ангажированности своего лидера. Они действительно считают себя оппозиционным течением, верят в свою миссию по "спасению России", и готовы за собственный счет ехать в Москву на митинги на Поклонной горе или заказывать портреты Сталина для расклейки в городских автобусах.

Другое дело, что доля таких идейных коммунистов мала по сравнению с основной массой безразличных к политике обывателей. Однако ситуация может измениться в связи с непрекращающейся последние полтора года мобилизацией населения. Искусственное создание экстремальных условий, непрекращающаяся война, нагнетание угрозы, внушение того, что "Россия находится в кольце врагов", призывы к тому, чтобы вытерпеть новые лишения во имя борьбы, нещадная эксплуатация исторических мифов для оправдания нынешней политики Кремля – все это неизбежно ведет к увеличению активной части населения.

Известно, что авторитарные режимы опираются на гражданскую пассивность населения, а тоталитарные – на его мобилизацию. Однако здесь верна и обратная зависимость: постоянная мобилизация населения порождает повышенную потребность в тоталитарной идеологии. Сегодня власть требует от привыкшего к комфорту россиянина подвига хотя бы в виде лишений: ради "Крыма", "помощи Новороссии", "защиты братского сирийского народа в борьбе с "Исламским государством" и так далее. Образцы и примеры такой "жертвенности" кремлевские идеологи и пропагандисты черпают, естественно, в советском прошлом, градус романтизации которого в связи с агрессивной политикой Москвы вырос даже в сравнении с недавним довоенным периодом.

Однако у подобной пропагандистской стратегии есть и обратная сторона. Наряду с имперскими комплексами, готовностью к лишениям и одобрением милитаристской политики властей советский миф прочно связан в сознании россиян с идеей социальной справедливости и тотальным неприятием олигархии и коррупции. На фоне нарастания агрессивной риторики в российских СМИ все чаще звучат голоса: коррупция "в военное время" – это "саботаж, диверсия и предательство", коррупционеров следует наказывать "по-сталински", а имущество олигархов давно пора "экспроприировать". Да и самих олигархов, равно как и нерадивых чиновников, все чаще именуют "агентами Госдепа" и тайными врагами страны.

Пока Владимиру Путину удается держать идейных борцов под контролем, выводя из-под удара их обличений не только себя, но и свое ближайшее окружение. Пока Кремлю удается успокоить беднеющий на глазах народ "показательными порками" и отставками самых проворовавшихся чиновников. Однако чем дальше будет продолжаться агрессивная внешняя политика в сочетании с ростом репрессий, культом сталинизма и игрой на ностальгических настроениях, тем больше вероятность того, что все большая часть искусственно погруженного в прошлое населения начнет требовать "подлинного социализма": с гарантированными рабочими местами, отсутствием преступности, бесплатным образованием и здравоохранением. То есть именно того, что российская власть не в состоянии им предоставить.

Постоянная привязка к лозунгу "Чтобы выиграть войну, нужно стать такими, как СССР", на которой все чаще паразитируют власти, может обернуться против них самих. Когда уровень жизни народа начнет стремительно ухудшаться, могут начаться социальные бунты, но только не под либеральными, как того боится власть, а под социалистическими знаменами. И для тех российских чиновников, которые не готовы ходить в одном старом кителе и отказаться от роскошных дворцов, могут наступить невеселые времена.

Ксения Кириллова – журналист, бывший корреспондент "Новой газеты" (Екатеринбург), живет в США

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG