Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Аэропорт надежный. Банка "Колы" не показатель"


Зачем россиян вывозят из Египта? Что это дает их безопасности, если случившееся с аэробусом А-321 действительно месть боевиков ИГИЛ? В гостях корреспондент "Новой газеты" Зинаида Бурская и директор офиса "Tez tour Шарм-эль-Шейх" Андрей Панагушин. С участим туристов, вернувшихся из Египта. Ведущая Елена Рыковцева.

Елена Рыковцева: Российских туристов массово вывозят из Египта, их было там 80 тысяч человек, остается с каждым днем все меньше, скоро не останется совсем, и когда они отправятся обратно — неизвестно. Потому что Дмитрий Медведев заявил сегодня, что только с окончанием расследования будет решаться вопрос, вернутся ли российские туристы в Египет.

​ПОЛНАЯ ВИДЕОЗАПИСЬ ЭФИРА

Я представляю гостей программы: с нами Зинаида Бурская, корреспондент "Новой газеты", которая освещает для своей газеты всю эту катастрофу, все связанное с ней. С нами на связи Андрей, москвич, который только что вернулся из Египта. И с нами на связи Андрей Панагушин из Шарм-эль-Шейха, где происходят эти события, Андрей возглавляет местное отделение офиса "Tez tour Шарм-эль-Шейх" — это туристическая компания, которая встречает российских туристов. И ждем появления из аэропорта Домодедово нашего корреспондента Святослава Леонтьева, который опрашивает там туристов, 15 рейсов сегодня вернулось из Египта. На эту минуту, согласно всем версиям, которые есть, считаете ли вы, что правильное было решение лишить Египет туристов, обоснованное на основании имеющейся информации?

Зинаида Бурская: Мы должны понимать, что мы знаем сейчас об этой катастрофе. На самом деле точно мы не знаем практически ничего. Информации, которая была бы проверена, которую нам официально сообщили, не так много. Мы знаем, как прошли последние минуты полета и последние секунды, благодаря сайту «Флайт-радар», мы знаем, что на месте ведутся работы, мы знаем, что найдены самописцы, мы знаем что на параметрическом самописце по всем параметрам все в полете было нормально, а потом запись внезапно обрывается. Мы знаем, что расшифровкой речевого самописца сейчас занимаются.

Елена Рыковцева: И мы знаем, что обнаружен посторонний шум.

Зинаида Бурская: Кажется, что на самом деле мы знаем об этой катастрофе гораздо больше. Потому что очень много было новостных сообщений, очень много сообщений со ссылками на неназванные источники, на анонимные источники. Важно то, что происходило в конце прошлой недели. А именно в четверг Владимир Путин поговорил по телефону с премьер-министром Великобритании, на следующий день в пятницу господин Бортников, директор ФСБ заявляет о том, что он считает целесообразным прекратить полеты в Египет временно, Путин с ним соглашается. После этого сразу же создается оперативный штаб, который возглавляет Дворкович, открывается «горячая линия МЧС», в 8 вечера полеты пассажирские в Египет прекращаются. Такие быстрые действия говорят о многом. Потому что ни одна страна не захочет добровольно втягиваться в такую историю, а именно прекращать полеты куда бы то ни было, потому что все прекрасно понимают, что это урон для авиакомпаний, для туристической отрасли и проблема для людей, потому что мы все знаем, что Египет — это самый доступный зарубежный отдых для россиян. Если такое решение принимается, мы должны понимать, что оно скорее всего принимается не наобум. До этого то же самое сделала Великобритания. Учитывая потери, которые несут разные отрасли, вряд ли их можно заподозрить в том, что это популистское решение или попытка оказать давление на кого-то.

Елена Рыковцева: Там же нет других вариантов, это решение могло приниматься только по причине той версии, что это теракт. К сожалению, можно думать на какой-то процент вероятности, что это был теракт, но что дает то, что больше не будет туристов в Египте? Потому что это же месть не Египту.

Зинаида Бурская: Безусловно так. Но мы все понимаем, что у государства есть прямая и важнейшая обязанность — защитить своих граждан. И в этой ситуации, мне кажется, государство пытается это сделать. Я не знаю, насколько корректно в случае, когда погибли 224 человека, рассуждать о том, какая причина крушения лайнера была бы хуже или лучше, но, наверное, сценарий с терактом для нас самый страшный и самый проблемной, потому что мы не понимаем, что с этим делать. Скорее всего, если взрывное устройство было, то оно попало на борт именно из Египта, а это не та зона, которую мы можем контролировать. И в этом случае, наверное, эти меры обоснованы — они уменьшают риски.

Елена Рыковцева: Они уменьшают риски в Египте. Но если это конкретная история связана непосредственно с тем, что мы подозреваем и чего мы боимся, то таким образом российский турист не застрахован не только в Египте. Может быть в Египте действительно хуже отлажена система безопасности, но тем не менее, глобально проблема встает вот так, что есть масса других арабских стран и не только арабских, в которых есть российские туристы. Андрей, расскажите о своей поездке, вы весь срок, от звонка до звонка отбыли там?

Андрей: Мы отбыли от звонка до звонка. Мы отпуск не прерывали, мы отдохнули. Буквально на второй день мы узнали о теракте, когда прилетели. Наложило, конечно, свой отпечаток на отдых, потому что приходилось отслеживать информационные ленты, что да как.

Елена Рыковцева: Сколько вы раз были до этого в Египте?

Андрей: Мы первый раз.

Елена Рыковцева: Почему вы приняли такое решение — в этот раз будет Египет?

Андрей: Во-первых, финансовая сторона. Во-вторых, каникулы совпали, день рождения дочки и хотели все это и море совместить. Сейчас не так много стран, Азия подороже, а Египет самый дешевый.

Елена Рыковцева: Деньги и тепло — две причины. Как вы расцениваете эту неделю в Египте в качестве отдыха, не считая травмы тяжелейшей, которую получили все туристы, узнав об этой трагедии?

Андрей: В общем все хорошо, что касается моря, тепла.

Елена Рыковцева: Как вас вывозили и как вам показалось, усилены ли меры безопасности?

Андрей: У меня с Египтом сравнить нет возможности, но у меня есть возможность сравнить, я летал после башен-близнецов в Америку, летал после взрывов в Волгоград. Я могу сказать, что в Египте даже после того, что случилось, очень низкие требования к безопасности. Когда мы садились на рейс, можно было пронести и железные банки, и воду, и вообще досматривалось очень все плохо. Можно было забыть телефон в штанах, и ты пройдешь, прозвенит, тебя пропустят даже после всего этого.

Елена Рыковцева: То есть в сравнении с другими пунктами пропускными, которые вы проходили раньше после терактов, это было, на ваш взгляд, плохо организовано?

Андрей: Вообще очень низкий уровень. Если не могли решить вопрос безопасности прохождения в Египте, представителей российских мы не видели, все на египетской стороне. Единственное, что порадовало, что авиаперевозчики подготавливают заранее свои борта в Турции, не подпускают египетские технические службы к самолету. Это радует, чувствуешь себя безопасным с этой точки зрения. Но с точки зрения досмотра, у нас банки железные были с «Пепси-Колой», мы прошли свободно.

Елена Рыковцева: Чемоданы поехали от вас отдельно?

Андрей: Египетские службы реагируют на это болезненно, это, типа, ваши проблемы, все жалобы направляйте своему президенту. Наши чемоданы сложили в центре зала, нам бирок не выдали, мы их подписали просто и оставили.

Елена Рыковцева: И они еще не приехали?

Андрей: Мы приехали в Домодедово, написали заявление по розыску багажа, на этом все. Некоторые вещи могли бы быть организованы более качественно. Потому что люди в основном узнавали все в Египте через телевидение и интернет, туроператоры никакую информацию дополнительную не вывешивали. Из-за этого начинается паника, все ринулись в интернет, начинают искать, кто-то придумал, кто-то дополнил. Если бы туроператоры вывесили четкую информацию, все было бы гораздо цивилизованнее.

Елена Рыковцева: Вы считаете, эта история с чемоданами тоже оправданна по-своему?

Зинаида Бурская: Вы же понимаете, что никто не хочет усложнять себе жизнь просто так. Если решают, что багаж должен лететь отдельно, наверное, для этого есть основания. Мы же прекрасно понимаем, что никто не хочет специально создавать сложности. Для людей, которые попали в эту историю, все организовано не оптимально. Буквально сегодня наш корреспондент Екатерина Фомина прислала большой репортаж о том, что происходит в аэропорту, конечно, все это некомфортно.

Елена Рыковцева: Андрей, давайте о вас поговорим, о вашей компании, которая несет, безусловно, сейчас убытки.

Андрей Панагушин: Конечно.

Елена Рыковцева: Сегодня Дмитрий Анатольевич Медведев сказал, что все это вписывается в понятие форс-мажора для туриста, он, конечно, вправе потребовать деньги от туристических фирм назад, но и фирмам тоже должны быть компенсированы их расходы. Вы эту процедуру видите как-то или вы слабо верите в том, что это возможно.

Андрей Панагушин: Я бы хотел сказать, что мы сделали соответствующее объявление, поместили в турагентствах и фирмах, с которыми мы сотрудничаем, о тех процедурах, которые необходимы для того, чтобы туристы, которые заказывали туры с нами в Египет, могли заменить их соответствующим уровнем отеля и по времени в других направлениях. Сделали довольно ясные рекомендации нашим партнерам, что делать в этой ситуации, чтобы пройти эту ситуацию с минимальными потерями.

Елена Рыковцева: Вы там живете, вы все это видите, вы это знаете. Действительно ли Египет, египетский аэропорт были не на надлежащем уровне даже в сравнении с другими аэропортами?

Андрей Панагушин: Я бы хотел сделать маленькую ремарку, я думаю, все делают отсылку к такому понятию, что расследование не закончено, окончательные причины катастрофы неизвестны. Они, во всяком случае, официально не объявлены. А то, что касается принятых решений по выводу туристов Британией и Россией — это все-таки были приняты решения на уровне политических лидеров. Мне кажется, это больше политическое решение, чем техническое. Техническое должно было произойти после решения, что да, действительно безопасность в аэропортах не соблюдается надлежащим образом, вследствие чего произошло это трагическое событие. Так как результатов мы не имеем, я думаю, что это будет довольно длительный процесс, пока выяснится вся ситуация, говорить о том, был это теракт или нет, мне кажется, рано. Насчет безопасности в Египте, я могу сказать, живя здесь, видя, как развивается Египет, как развивается именно Шарм-эль-Шейх, меры безопасности за последние несколько лет улучшились в разы. Более того, Египет та страна, которая имеет большой опыт в борьбе с защитой от такого рода террористических атак. Я думаю, что весь опыт применяется по максимуму, в том числе и в аэропортах. На чем основывается мое утверждение? За последний год здесь проводилось более пяти крупных международных форумов, в том числе с приглашением глав государств, короли, президенты, министры разных стран прилетали сюда, улетали без всяких проблем, не было ни одного происшествия ни в городе, ни в аэропортах. Шарм-эль-Шейх по-своему визитная карточка Египта, я бы сравнил с Сочи, курорт, который выставляют для иностранцев, показать, как можно организовать туристический бизнес в стране. Так же и здесь Шарм-эль-Шейх в последний год благодаря поддержке президента страны и правительства очень развился, в том числе в плане поддержания безопасности.

Елена Рыковцева: Вы говорите — политическое решение, я хочу понять, какой смысл вы вкладываете в слово «политическое решение». Оставить Египет без российских туристов — это политическое решение. В чем политика?

Андрей Панагушин: Я думаю, здесь политическое решение, потому что первое лицо государства принимает решение по такому вопросу. Если бы это принималось решение коллегиально правительством и было только на правительственном уровне, мы могли бы сказать, что это техническое. Но здесь первое лицо государства, которое дает соответствующее указание — это, по-моему, политическое решение. Связано оно с Египтом, либо еще с какими-то факторами, которые на него повлияли — это вопросы более глубокие.

Елена Рыковцева: Вы, наверное, согласитесь, что если бы это была техническая версия, такого бы политического решения не было, конечно, в этом случае речь идет о теракте. Если ставится целью защитить российских граждан от таких происшествий впредь, то почему только Египет, почему Шарм-эль-Шейх, который, как вы говорите, очень продвинулся в мерах безопасности? Что это дает защите российского туризма, изоляция туристов именно от Египта? Неужели в других странах они будут чувствовать себя более защищенными?

Андрей Панагушин: Я затрудняюсь отвечать, почему именно Египет. Я лишь ограничусь тем, что с нашей стороны мы видим, что это очень сильный удар по туристической отрасли России для большинства туроператоров. Цена, которую мы вынуждены сейчас платить из-за этого решения, очень высока. В данном случае мы очень бы рассчитывали, если бы правительство Российской Федерации соответствующим образом нам бы помогло, есть уже и указания Медведева. Пока что мы больше помогаем, если честно, государственным институциям, в том числе МЧС и Министерству туризма, мы оказываем максимальное содействие. Хотелось бы, чтобы соответствующее содействие нам оказывало правительство, такого рода кризиса мы давно не переживали.

Елена Рыковцева: Правильно ли я понимаю, что в Египте остаются туристы из многих стран мира, немцы не отзывали своих туристов?

Андрей Панагушин: На данный момент балтийские страны, Британия, Россия, те страны, которые издали соответствующие указы о запрете полетов. Все остальные многие летают. У нас, по линии нашей компании, продолжает летать Казахстан по нашей линии, Белоруссия, Украина. Я думаю, что они продолжат летать.

Елена Рыковцева: Две страны перестали летать, остальные летают. От чего это зависит, как вы считаете?

Зинаида Бурская: Я думаю, это зависит от сведений, которыми располагают власти одной страны и власти другой страны.

Елена Рыковцева: Мы правильно понимаем, что разведка Германии не располагает никакими сведениями, которые ее граждан предостерегали бы от таких поездок?

Зинаида Бурская: Может быть они располагают какими-то сведениями, но делают другие выводы. Мы не можем это смоделировать. Говоря о том, политическое это решение, не политическое это решение, опять же давайте попробуем его оценить. Мне кажется, с политической точки зрения у этого решения больше потерь, чем каких-то бонусов. Потому что никакого понимания у людей, которые хотят отдохнуть в Египте, оно, естественно, не встречает именно потому, что Египет самое доступное, а мы должны понимать, что нам сейчас доступно не так много в виду кризиса. Людям хочется туда, они, конечно, не понимают. Вот оно уже случилось, эту катастрофу не отменишь. Поэтому это вызывает больше раздражения, чем различных потенциальных бонусов. Это не похоже на имитацию заботы о своих гражданах.

Елена Рыковцева: Хорошо, если вы хотите обезопасить туристов, пока не закончилось расследование, возите их чемоданы отдельными самолетами. Почему нужно лишить этот курорт вообще туристов?

Зинаида Бурская: Чем меньше россиян там будет находиться, тем теоретически у нас меньше шансов, что россияне пострадают. Именно поэтому решили не ввозить, а вывозить. Опять же надо понимать, как их вывозят. Это же не какая-то срочная операция, когда всех скопом привозят в аэропорт и срочно увозят. Насколько я понимаю, люди оттуда выезжают ровно по такому графику, по которому они должны были это делать.

Елена Рыковцева: Есть ли такая вероятность, что не просто любой самолет, а все-таки целевым образом был выбран российский самолет, и не первый попавшийся российский самолет, а именно питерский, как только что предположил наш слушатель?

Зинаида Бурская: Я думаю, что если мы говорим о взрывном устройстве, вполне возможно, специально выбирался российский самолет. О том, куда он должен был отправляться, я думаю, здесь мы уже переходим в область конспирологии.

Елена Рыковцева: Андрей, расскажите о своих туристах. Каждый из них сейчас этот отпуск догуляет, как нам говорят, их срывать с места не будут?

Андрей Панагушин: Сообщили не мы, все здесь имеют телевидение, интернет. Мы максимально постарались эту информацию разъяснить с точки зрения, как будет происходить все. В пятницу мы имели представление о том, что все будут улетать своими датами, которые у них предварительно указаны. Данная информация поступила, особого негатива не возникло, те, кто здесь пребывает, они отбыли свой отпуск спокойно и возвращались назад. Те неудобства, которые связаны с багажом или еще чем-то, сейчас решаются, в том числе с помощью МЧС и Министерства туризма, представителей, которые здесь есть. В принципе люди относятся с пониманием и каких-то нареканий именно здесь в Шарм-эль-Шейхе нет. Я думаю, больше вопросов в России у тех, чей отпуск был сорван.

Елена Рыковцева: А такие вопросы есть, вы о них знаете?

Андрей Панагушин: Мы в целом отслеживаем ситуацию. У нас, во-первых, прекратились продажи, мы вынуждены здесь решать вопросы с нашими партнерами долгосрочными, приходится вопросы урегулировать. Это все-таки не шутка, мы имеем дело с многотысячными объемами. То, что происходит в России, наши офисы в Москве сейчас работают практически круглосуточно, потому что столько броней нужно перебронировать и сделать с максимальным учетом того, чтобы турист не пострадал.

Елена Рыковцева: Наверное, все было распланировано на Новый год, продано много?

Андрей Панагушин: Я думаю, основной пик на Новый год пришелся бы на вторую половину ноября. Я думаю, к Новому году люди будут корректировать свой отпуск в соответствии с этим решением. Мы надеемся, что возврат решения может произойти скоро, хотя бы чтобы дали нам возможность Новый год отработать нормально, а людям отдохнуть в Египте, одном из любимых направлений.

Елена Рыковцева: А если выяснится, что теракт? Что изменится в ситуации сегодня и через два месяца в самом Египте по отношению к русским туристам?

Андрей Панагушин: Если мы переводим дискуссию в плоскость гипотетическую, то должно быть окончательное решение по расследованию. Соответственно, будут выявлены те факторы, которые спецслужбы, если мы говорим о теракте, упустили, они соответствующим образом могут подкорректировать свою деятельность, после этого, согласовав с соответствующими линиями, дать добро, зеленый свет на то, что да, мы поняли, как это произошло, подкорректировали, усилились и отозвать. Но я хотел бы прокомментировать, если мы возвращаемся к какому-то решению, что это теракт, здесь последнюю неделю комиссия за комиссией прилетают, различные международные группы. Шарм-эль-Шейх — это международный аэропорт, и все уезжают, давая довольно-таки позитивную оценку. На данный момент все, что от нас скрыто, та информация, на основании которой было принято решение, мы не можем о ней рассуждать, но разные международные инспекции, которые приезжают, дают довольно-таки позитивные результаты, в том числе по вопросам обеспечения безопасности. Международный аэропорт Шарм-эль-Шейх действует уже более 20 лет, успешно обрабатывает большие потоки туристов, система здесь налажена на высоком уровне. То, что молодой человек, турист, возвращался и не заметил этого — это не значит, что этого нет. Я сам летаю очень часто, я понимаю, на что обращают внимание спецслужбы, на что не обращают. Пронести бутылку «Кока-Колы» внутрь — это не значит, что есть какая-то проблема. Аэропорт оборудован несколькими уровнями определения детекции взрывчатых веществ, это есть на въезде в аэропорт, это есть при прохождении соответствующих чекпоинтов. И то, что это незаметно, потому что это встроенные вещи, они здесь делались международными специалистами, это не значит, что этого нет. Определение наличия взрывчатки за последнее время поставлены по всему Шарм-эль-Шейху. Если мы возьмем в пример другой туристический город, там многих таких предосторожностей мы не найдем.

Елена Рыковцева: Я хочу вас поддержать, потому что я достаточно часто летаю в Европу и в Штаты, я должна сказать, что все зависит от человека, который стоит на просвечивающем аппарате, от его персоны. В Швейцарии у вас выбросят баночку с сыром Филадельфия, а в Штатах поклянчишь, да и провезешь баночку с джемом. С нами Святослав Леонтьев, который приехал только что из аэропорта Домодедово. Давайте посмотрим, что вы успели снять.

Видеосюжет смотрите в видеоверсии эфира

Елена Рыковцева: Святослав, ваши впечатления?

Святослав Леонтьев: Мы буквально только что вернулись оттуда. Мы встретили рейс, который возвращался, там люди без вещей, без всего приехали. Знаете, довольно странное впечатление осталось — никто ничего не боится. Мы разговаривали со всеми, у всех такое отношение, что да, такое случилось, но с нами ничего не случится. В основном говорят о каких-то прозаических вещах, о том, что не довезут багаж, что египтяне нахамили, отношение не понравилось и так далее. Мы встретили несколько туристов, которые вылетали в Египет уже после того, как это произошло с самолетом. Меня именно удивило не то, что безразличие, а определенное бесстрашие: что-то происходит, но не с нами, а мы будем отдыхать.

Елена Рыковцева: Как они реагируют на запрет? Вот они отдохнули, но больше они не полетят.

Святослав Леонтьев: Я спрашивал у людей, они считают, что полетят еще в следующем году, никто не считает, что это надолго.

Елена Рыковцева: Если поговорить с теми, кто сейчас собирается, то у них будет другие мнение.

Святослав Леонтьев: Мы зале прилета были, получили возможность общаться только с теми, кто прилетел. В аэропорту меры безопасности, очень сложная система аккредитации.

Полный репортаж наших корреспондентов

Елена Рыковцева: Все ли туристы отбыли до конца, никто из них не срывался не в срок?

Святослав Леонтьев: Насколько я понял, да. Все спокойно отдыхали, даже не особо думали о том, что происходит. Один мужчина мне сказал: мы телевизор не смотрим, мы отдыхаем. То есть они доотдыхали и прилетели. Самое больше, что этих людей волнует — это как у них с багажом. Потому что с багажом непонятно, надо на сайте МЧС отслеживать, смотреть, когда довезут, как.

Елена Рыковцева: Мы только что услышали от Андрея, туриста из Москвы, что его багажа близко нет, и он не знает, когда он будет.

Святослав Леонтьев: У большинства людей такие же непонятности. Люди отдали свой багаж и прилетели, они еще не знают, как это сложится, они только знают, что надо будет в другой аэропорт, по-моему, в Шереметьево за ним ехать. Я знаю, что до 10 килограмм можно было с собой брать. Были люди, которые радовались, что с собой немного взяли и все обратно вернули, больше с багажом не мучаемся.

Елена Рыковцева: Как они оценивают, что они говорят о мерах безопасности в египетском аэропорту?

Святослав Леонтьев: Именно об этом мы не разговаривали. Одна женщина нам высказала, что ей очень не понравилось отношение с египетской стороны, что им хамили, невнимательно относились, заставляли долго ждать и мало о них думали. Но по одной женщине делать выводы, бывают люди, которые жалуются. Другой человек сказал, что все очень хорошо. Наших хвалят, что русская сторона хорошо работает, все предупредили, расписали.

Елена Рыковцева: Мы уже не первый раз слышим, что русские в аэропорту жалуются на действия египетских властей. Вы об этом слышали? Способны ли туристические фирмы влиять на то, чтобы было комфортнее в этих очередях пробиваться туристам в самом аэропорту?

Андрей Панагушин: В нашем случае мы реагируем, у нас таких жалоб нет. Мы данную ситуацию держим под контролем. С чем связаны задержки? В основном каждый туроператор вывозит своими чартерными рейсами людей, поэтому соответствующая работа оператора и сказывается, насколько слаженно он смог организовать вылет регулярный с одной особенностью, что багаж необходимо было сдавать отдельно. В этом случае мы как туроператор не имеем тех жалоб, о которых говорила данная туристка, у нас в системе вся информация очень четко отслеживается, когда будет рейс, когда привозить туристов. То есть это все зависит от слаженности работы самих туроператоров.

Елена Рыковцева: Вы знаете прекрасно, что возникла между Россией и Украиной такая ситуация, слава богу, безо всяких терактов, отменили, тем не менее, самолеты, не летают прямые рейсы из Киева в Москву, из Москвы в Одессу и так далее. Что произошло дальше? Я открываю свою почту и вижу рассылку австрийских авиалиний — прямые рейсы Киев-Москва, Москва-Одесса. У них не было этих рейсов раньше, но они увидели, что могут на этом рынке преуспеть. Если российский турист принципиально хочет отдохнуть в Египте на Новый год, мне жене запрещено моим государством отправиться в Египет, какие варианты для этих туристов? Могут ли какие-то через третьи страны придуманы возможности их доставки не запрещенными российскими авиалиниями, а какими-то другими?

Андрей Панагушин: Мы рады будем видеть российских туристов на Новый год, для этого мы здесь находимся и делаем все возможное, чтобы они отдохнули и получили максимум, чего они ожидали. А насчет авиалиний, уже сегодня идет рассылка, турецкие авиалинии успешно начали производить прямые рейсы Москва-Хургада, Москва-Шарм-эль-Шейх. Другие авиакомпании переориентируются очень даже спокойно на этот рынок.

Елена Рыковцева: То есть совершенно нет проблемы долететь из Москвы в Хургаду, потому что появятся новые рейсы других авиакомпаний, которым российское правительство не может запретить летать из Москвы в Хургаду?

Андрей Панагушин: В данном случае, мне кажется, надо смотреть, какого рода запрет существует, каким авиакомпаниям и так далее. Сегодня турецкие авиалинии предлагают соответствующий перелет.

Зинаида Бурская: Нужно смотреть документы, потому что я не думаю, что какая-то авиакомпания может встать на эту линию без согласования с российской стороной и с египетской стороной.

Елена Рыковцева: Я не напрасно рассказала про Украину — это история один в один. Политическое заявление звучит так: мы прекращаем прямое авиасообщение с Украиной, мучайтесь обходными путями. Но тут же появляется иностранная компания, которой по каким-то причинам Российской Федерации выгодно разрешить этот маршрут, и тогда каким-то образом рассасываются политические проблемы. Здесь волшебным образом рассосется проблема террористическая, если полетит не российская авиалиния, а турецкая. Правильно я вас понимаю, что те туристы, у которых была путевка на Новый год, это уже дело компаний, если появятся новые авиарейсы, переоформить эту путевку с другими билетами?

Андрей Панагушин: Я хотел бы уточнить, что это не прямые, а через Стамбул, но довольно-таки доступная цена, она фактически по цене, которая была у чартерных перевозчиков. То есть возможность долететь существует. Плюс, не забывайте, соседняя Белоруссия, куда тоже можно спокойно доехать, без лишних затрат вылететь из Минска сюда, Белоруссия не закрывала авиасообщение.

Елена Рыковцева: Принцип тот же, неважно, прямой рейс или не прямой, через Стамбул, вы туда долетите, и у вас путевка не пропадет.

Андрей Панагушин: Если мы возьмем людей, которые планировали отпуск на Новый год, им надо посчитать, как альтернативно лететь, если с доплатой на перелет окажется дешевле, то, возможно, они воспользуются этим. Потому что платить по некоторым направлениям приходится почти в два раза дороже.

Елена Рыковцева: Получается, что в принципе русские туристы, несмотря на все заявления, что русских туристов в Египте не будет, если они захотят, они там будут, их путевка не пропадет. Ему придется доплатить разницу между чартером российским и чартером турецким, но он туда попадет. Тогда будет грош цена всей этой кампании по вывозу туристов русских.

Зинаида Бурская: Я не думаю, что все сто процентов захотят ехать обходным маршрутом. Потому что если ты не один и не с супругой или супругом, а если ты едешь с детьми, то тебе ехать стыковочным рейсом будет неудобно. Но, конечно, те, кто очень хотят, они смогут поехать.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG