Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Наверное, не только у меня складывается ощущение, что Россия подошла к какому-то переломному моменту, точке бифуркации, и вот чуть ли не со дня на день начнутся какие-то значительные исторические события. В какую сторону качнется маятник – сегодня неизвестно, да и вообще гадания и предсказания не есть научное развлечение. В этой ситуации интересно проследить за тем, как будет меняться общественное мнение, как 86% за Путина, как 91% россиян, поддержавших вхождение Крыма в состав России, будут поддерживать доллар по 91 рублю?

Мозг человека устроен таким образом, что мысль будет пытаться до последнего урегулировать несовместимые, противоположные идеи и мнения – во избежание когнитивного диссонанса, для сохранения психологического здоровья. Это и затрудняет исследование темы изменения общественного мнения: каждый новый опрос дает новые непоследовательные и несопоставимые с предыдущими исследованиями результаты. Расшифровки расширенных интервью с открытыми вопросами абсолютно нормальных и социально адаптированных людей могут показаться бредом сумасшедших, а не логической позицией. Но экономическая и политическая ситуация в России становится столь тяжелой, что уже не каждый сможет стройно уложить у себя в голове и доллар по 80 рублей, и поддержку действий правительства. В психологии это состояние называется когнитивный диссонанс, а в простонародье – "трескается шаблон".

В социальной психологии есть много интересных теорий, но, наверное, один из самых полезных и важных для понимания социальных процессов – концепция аттитюдов. Термин происходит от английского attitude, его можно объяснить в данном контексте так: наше отношение, наша реакция, наша склонность реагировать благоприятным или неблагоприятным образом на некий объект, лицо, институт или событие. В учебниках изучение аттитюдов начинается с изучения тройственной теории формирования нашего отношения к предмету. Теория утверждает: наше отношение зиждется на трех основных составляющих: аффект – эмоциональная реакция; когниция – познание, размышление; непосредственно реакция – поведение. Но психология – не математика, и на этом стройность конструкта заканчивается. Наложив теорию на житейские примеры, мы наблюдаем интересные феномены.

Один мой хороший знакомый, предприниматель средней руки, искренне поддерживает действия правительства, считает США и НАТО агрессорами, рапортует за импортозамещение и антисанкции. При этом он заблаговременно озаботился получением европейского гражданства для себя и своей семьи, вывел основные активы из России и прикупил недвижимость на Лазурном берегу. Я длительное время думал, что декларируемое отношение (одобрение внешней и внутренней политики России, из-за которой этот человек реально пострадал и лишился части своих капиталов – как на падении курса, так и на снижении капитализации компаний, да и вынужденного закрытия части бизнесов) – это просто нормативное поведение; некоторая маска, благодаря которой мой знакомый проходит тест "свой – чужой" и получает доступ к чиновникам нужного уровня, а через них и к кредитам, лицензиям, разрешениям. Сейчас, наверное, я могу сказать: нет, имеет место искренняя эмоциональная поддержка действий правительства, и при этом налицо абсолютно рациональное поведение по спасению своего бизнеса, обеспечению безопасности себе и своей семье, а когнитивная составляющая аттитюда направлена на построение логичных моделей, которые смогут примирить в одном человеке столь серьезные противоречия.

Если сейчас не произойдет рецидива вируса СССР, то уже в 2031 году можно будет наблюдать новую Россию

Философская мысль социальных психологов не стоит на месте. Следующая теория предлагает разделять аттитюды на внешние и внутренние (эксплицитные и имплицитные). Внешнее, поверхностное отношение может формироваться и под воздействием познавательных, рациональных факторов, и просто по причине конформизма и общепринятого социально-нормативного отношения, как в песне "Наш дурдом голосует за Путина". Внутренние, имплицитные аттитюды формируются на уровне подсознания, теория внутренних убеждений опирается на теории устройства нашего мозга и памяти – когда некоторые регулярные действия уходят на уровень подсознания и совершаются автоматически. Когда мы едем за рулем, то уже не анализируем, какой именно световой сигнал зажжен на светофоре, мозг автоматически обрабатывает эту информацию, и мы совершим автоматическое действие: остановимся на красный, даже если при этом будем заняты разговором с пассажиром.

Популярная ныне теория гласит: наше отношение – набор сохраненных в памяти шаблонов "объект-оценка" (объектов и нашего мнения по этому поводу), которые автоматически активируется при столкновении с данным объектом. Приведу простой пример: с самого раннего детства мы все миллионы раз слышали: фашизм – это плохо. Таким образом, сформировался автоматический шаблон "объект-оценка" – фашизм-плохо. Когда российская пропаганда стала наклеивать ярлык "фашист" на украинских военных, воюющих на Донбассе, наш мозг вытащил готовый шаблон – это плохо. Многократным повторением нового конструкта, который зацепился за старый шаблон (фашист-плохо), государственная пропаганда сформировала у населения новый аттитюд – Путин хороший, он борется с фашистами.

За что люблю психологию – так это за то, что нерешаемых уравнений не бывает. Это в математике по-другому: или есть решение, или нет, равенство или неравенство, а в психологии всегда можно найти объяснение всему и совместить несовместимое. Вернусь к истории с моим знакомым, горячим поклонником Путина, и его амбивалентным поведением, который, с одной стороны, искренне поддерживает действия властей, а с другой стороны – сам от этого страдает, пытаясь при этом минимизировать ущерб. Да тут, оказывается, все просто – есть в социальной психологии понятие категорий. Например, курица может быть и домашним животным, с которым играет ребенок, и супом. Объект один, а отношение в нему разное: курица-животное – друг, а курица-суп – еда. Фашисты-плохо, Путин борется с фашистами – значит хороший, а убытки – это плохо. То, что одно вытекает из другого и никаких дифференциальных уравнений не надо, чтобы доказать очевидное ("в эту линейную логику закралась фатальная ошибка"), балансируется простым решением: "подумаю над этим завтра", как у героини романа "Унесенные ветром". А для смягчения противоречия просто займем образовавшуюся пропасть кричалками: "жидобандеровцы", "пятая колонна", "либералы виноваты".

К сожалению, иногда действительность настигает сознание, происходит это внезапно и болезненно – так небрежно брошенные грабли бьют по голове, когда на них наступаешь. Можно, конечно, было не бросать грабли, а попытаться трезво посмотреть на реальность и переоценить наше отношение к ней, но, к сожалению, человек специфически устроен. Он будет стараться до последнего избегать когнитивного диссонанса, пытаться урегулировать противоречия внутри себя при помощи всяческих психологических ухищрений. А когда "грабли прилетят", то впадет в депрессивное состояние – периоды агрессии будут сменяться меланхолией, жизненные интересы сузятся, а при развитии ситуации состояние может перейти в реактивную стадию. У человека появляется идея-фикс, он определяет одну причину всех бед и в любой новой поступающей информации будет искать подкрепление этой своей суперидеи.

Учитывая, что шаблоны затрещат массово, почти у 80% населения, понятно, что Россию опять ждут очень тяжелые времена – не легче, чем в эпоху перестройки. Только в отличие от перестройки, когда за спасительную идею была принята идея демократизации общества и либерализации экономики, в данном случае общество будет находиться в состоянии суперпозиции. Это состояние – как в квантовой физике, когда наблюдаемая величина может какое-то время находиться в альтернативных, взаимоисключающих состояниях, быть и материей, и волной, например. От незначительных влияний (в квантовой физике, например, – от наблюдения) эта величина может стать или материей, или волной. В нашем случае российское общество может с легкостью скатиться обратно в СССР, даже к режиму Северной Кореи, где за суперидею будет принята концепция всеобщего объединения перед угрозой внешнего врага. Этот враг (скорее всего – США) будет объявлен причиной всех бед, а противостояние Америке – решением всех проблем. Но ситуация может переломиться и в другую сторону – за спасительную идею будет принята, например, концепция реинтеграции в международное сообщество.

Хотел бы еще ответить на основной вопрос, который занимал меня на протяжении нескольких лет: как меняется отношение? Ответ очень простой: никак. Старые шаблоны уходят со временем за ненадобностью и "сдаются в архив памяти". Через какое-то время старые шаблоны уже не выскакивают автоматически и не создают автоматических реакций. В одной из своих недавних статей я разбирал проблему автоматических шаблонов времен СССР, вопрос о том, почему они могут возвращаться. Для того чтобы вирус СССР, коммунизма, фашизма, сталинизма не вспыхивал автоматически в обществе, нужно просто, чтобы прошло достаточно времени с момента последней эпидемии. В еврейской традиции говорится, что Моисей водил 40 лет евреев по пустыне для того, чтобы сменилось два поколения, чтобы умерли те, кто вышел рабом из Египта, и дети их. В новую страну – Израиль войдет другой народ, свободный от старых рабских шаблонов. Если сейчас не произойдет рецидива вируса СССР, то уже в 2031 году можно будет наблюдать новую Россию.

Арье Готсданкер – израильский бизнес-психолог, эксперт по управлению изменениями

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG