Ссылки для упрощенного доступа

Герои нового сетевого скандала - Владимир Познер и Рената Литвинова, заседающие в жюри телешоу "Минута славы".

Очередным участником программы стал одноногий танцор Евгений Смирнов. И Познер, и Литвинова проголосовали против его номера, при этом первый назвал выступление "запрещённым приёмом", а вторая просто предложила Евгению "пристегнуть вторую ногу".

Слова судей вызвали очень резкий отклик.

Лев Оборин:

Это у них такое понимание борьбы с политкорректностью. Должно быть, гордятся своей честностью.

Павел Шехтман:

Только не говорите, что Познер с Литвиновой пробили дно. В России дна нет в принципе.

Мария Пироговская:

самое поразительное (или нет) в этом сюжете то, что Литвинова -- попечительница проекта "Антон тут рядом" и вроде бы должна была где-то слышать про инклюзивность.

Карина Орлова:

По поводу Ренаты Литвиновой, назвавшей участника Минуты Славы с ампутированной ногой «человеком-ампутантом».

Там на шоу Рената вращает глазами как безумная рыба, закидывает голову практически на плечи соседям-ведущим и, значит, спрашивает у участника-танцора следующее: «а можт вот вам эту, пристегнуть вторую, она же может быть не так очевидно отсутствовать!».

Так вот, в том, что у человека отсутствует нога, или рука, нет ничего постыдного и зазорного, чтобы это надо было прятать, «чтобы не так очевидно».

А вот когда у человека нет таланта, как у бездарной Ренаты Литвиновой, то это стыдно, и действительно, надо пристегивать лихорадочное закатывание глаз, беспорядочное верчение головой и томный голос, чтобы феноменальная бездарность могла бы не так очевидно отсутствовать. Хотя, надо признать, что определенная смекалка для того, чтобы весь это дешевый спектакль превратить в «узнаваемую манеру», все-таки нужна.

Короче, в нормальной стране с этой звездой саратовского драмкружка тут же разорвали бы все возможные контракты, и в первую очередь, контракт на ведение шоу Минута Славы. А пресса прокрутила бы ее так, что пришлось бы не только публично извиняться, но и пожертвовать крупную сумму в фонд поддержки инвалидов.

Но мы же в России, у нас духовные скрепы. Выражающиеся в том, что за давней спутницей жизни Литвиновой, Земфирой, стоит Абрамович, оплачивающий независимой певице студию, дорогие автомобили и прочие маленькие радости жизни. А то бы охранители нравственности уже взялись за Ренату по полной.

Игорь Поночевный:

Пошел как-то Познер в магазин за водкой, в Пятерочку. А по дороге на него машина и наехала с пьяным водителем. И ногу-то ему и оторвало.
Упал Познер мордой прямо в грязь, в жижу, и кричит оттудова:
— Люди добрые! Помогите кто-нибудь, вызовите срочно скорую!

А ему и говорят:
— Понимаете, Познер, но есть ведь запрещенные приемы. Когда лежит вот, такой безногий, и давит на жалость. И все должны срываться и ему помогать. Нас всех это очень сильно задевает. Такое иногда в кино бывает, когда все бегут и подхватывают его под руки, останавливают ему кровь, накладывают жгут, кричат: «Вызовите срочно кто-нибудь врача! Есть среди вас врач?! Срочно! Ему ногу оторвало!» И это все – дурной тон и некомильфо. А поэтому – нет, не поможем мы тебе. Извини, Познер.

И еще Литвинова подошла, и плюнула ему на обрубок и страшно захохотала. И пошла дальше по своим делам. И так и никто и не помог.

Наталья Дубровская:

Если бы в жюри были бы успешные красавцы и красавицы, это и вправду было бы непонятно. А там визжащие то ли от отвращения к жизни, то ли от ненависти к себе существа, вцепившиеся в свой стыдный успех, потому что больше уж совсем держаться не за что. Жаль, что убивать - для таких людей обязательная часть программы.

Никита Баталов:

Почему "Минута славы" - это отвратительный стыд.

Я все понимаю, Литвиновой и Познеру сценаристы отвели роль злых полицейских. И Рената ничего лучше не придумала, чем предложить инвалиду "пристегнуть" ногу.

Вот только как эту дрянь вообще можно выпускать в эфир? В стране, где инвалиду не то что тяжело чего-то добиться, а зачастую из дома выйти нереально? Только больной человек может придумать спекулировать на тему "а не пытается ли инвалид добиться преференций за счет своей инвалидности"?

Когда же вы, <черт побери>, поймете, что инвалиды - это те же члены общества, которым или от рождения или в результате несчастного случая просто повезло меньше нас? И все, что они хотят - это чтобы их просто воспринимали такими же членами общества?

А тыкать человеку, "а ты, братец, решил заняться танцами, чтобы нам показать свою ампутированную ногу и за счет этого добиться успеха" - это стыд, мракобесие, незрелость общества.

В другой стране их бы давно заставили извиниться и уйти со своих постов. У нас же это транслируют на главном канале и радуются рейтингам.

p.s. А этот парень-то точно не пытается добиться славы "за счет ампутированной ноги". И уже проделал такую огромную работу над собой, что ему плевать на то, что говорит Литвинова.

Владимир Голышев:

Парень без ноги - взрослый. До него Литвинова с Познером насиловали языками 8-летнюю девочку (за то, что "осквернила" песню Великой Земфиры)

Катерина Гордеева:

Российское телевидение, в его нынешнем виде, человека совершенно не любит, не ценит и не замечает. Человек для этого телевидения -- пункт в рейтинге, часть в доле, что-то обезличенное и презираемое в виду мизерности и никчемности.
Люди же, прикованные к телевизору, напротив, видят в телевидении и силу, и возможность, и даже правду.
Все это страшно усугубляется бесконечным разрывом в достатке, уровне жизни и, наконец, мироощущении тех, кто из телевизора вещает с теми, кому вещают.
В 2007-м году дядя Саша Малютин приехал на (ныне обширно обсуждаемую) телепередачу "Минута славы". Он мечтал, чтобы его увидели и не считали пропащим человеком сыновья, он хотел, чтобы его не вышвыривали из детского садика, где он трудился сперва музработником, а потом сторожем, он пытался, наконец, явить миру свои действительно уникальные способности. Выпускник алтайского музучилища Александр Малютин тяжело переживал, что жизнь как-то так по-дурацки сложилась, что он, самый одаренный из однокурсников -- тренируется виртуозной игре на аккордеоне в селе Алтайское, а однокурсники -- работают в оркестрах, некоторые даже -- гастролируют.
Малютин приехал в Москву и вышел на сцену большой студии "Минуты славы". Он играл на рояле то ногами, то руками, но недолго. Жюри, в котором были Александр Масляков, Татьяна Толстая и Юрий Гальцев, очень быстро нажало кнопку и высказалось один за другим в том духе, что играл Малютин фальшиво, да и вообще, на рояле в приличном обществе ногами не играют. Вернувшись домой, Александр Малютин повесился.
Я была у него дома, видела село Алтайское, занесенное по грудь снегом кладбище с неразличимой могилой, рассматривала его инструменты и километры видеозаписей подготовки к поездке в Москву, в Останкино. Мне все это время хотелось его остановить, схватить за плечи и заорать: да не езди ты туда, никто там тебя не ждет, никому ты там не нужен. Но останавливать было некого. Малютин был уже мертв.
А передача, смотрю, жива. Процветает. И оттачивает навык презрения к людям, которые по каким-то причинам не похожи на успешных красавцев и красавиц из жюри.

Виктор Мучник:

Я безотносительно даже к обсуждаемой истории всегда испытывал неловкость какую-то, когда натыкался в телевизоре на эту программу. Представлял, как эти, провинциальные по большей части, ребята убиваются, чтобы мелькнуть в телевизоре на минуту. Выслушать что-то снисходительное от жюри ( кто бы там в нем ни сидел). И снова исчезнуть в небытии. В отличие от Голоса, где, самоутверждаясь в конкурентной профессии, люди сознательно идут на риски, здесь в участниках всегда было что-то беззащитное. Особенно при нашем-то разрыве между поовинцией и столицей. А тут - просто квинтэссенция этого телепроекта. Жаль людей, которые попадают в такое.

Журнал Cosmopolitan публикует колонку психолога Дарьи Яушевой:

Выйти на сцену человеку с ограничениями — это риск. Мы, общество, которое считает себя просвещенным и знакомо с понятием «толерантность», до сих пор не понимаем, что делать с тем, что вокруг нас то тут, то там появляются люди Х, которые хотят жить не в замкнутых пространствах, а в самом обычном для нас мире. Большинство из нас замечает людей с ограничениями лишь на улицах — они просят милостыню. Все шире распространяющаяся информация о том, что зачастую это актеры, лишь убеждает нас: доверять никому нельзя.

На самом деле можно. Благодаря СМИ, социальным сетям, развитию сети НКО возможности людей перестают быть ограниченными, и они все громче заявляют о себе. Среди наших друзей, коллег, знакомых все больше тех, кто принимает решение поддерживать эту тенденцию, но все в том же контексте — оказывая помощь. Мы подключаем автоплатежи, устраиваемся волонтерами в фонды. Но не всегда и не всем нужна наша помощь. В определенный момент человек переходит на этап принятия своего положения, он научается жить полноценно с теми возможностями, что у него есть. И на этом этапе ему важно получить признание того, что отсутствующие нога или рука не делают его иным, мутантом он является только в нашей голове. На самом деле, он самый обычный человек с теми же стремлениями и желаниями, амбициями и готовностью внести свой вклад в общество, что и любой другой.

Но мы продолжаем стигматизировать. Защищаясь от тревоги, которая проявляется внутри («как реагировать?», «что я ему скажу?», «а вдруг он обидится?»), мы начинаем обвинять человека в том, что он на нас давит. Хотя давление — это внутреннее переживание. И стоит разобраться с собой: какие убеждения рождают это чувство? Нотка сомнения может спасти ситуацию: а прав ли я, думая, что сейчас меня пытаются «развести» на жалость? И кто в этой ситуации оказывается жертвой: человек, который жалуется на то, что на него давят, что он не может защититься, или тот, кто, преодолев страхи и рискуя, выходит на общих началах, чтобы получить свою минуту славы? Эта жертвенная позиция — дело добровольное, надо сказать. «Это ваш выбор», — разумно парировал Евгений.

А вот текст Ольги Страховской на "Медузе":

Выступление пары на шоу и реакция жюри обозначили проблему с инклюзивностью и восприятием людей с физическими особенностями в России. Люди с инвалидностью плохо защищены, им сложно адаптироваться в обществе и найти работу, а многие не всегда понимают, как правильно о них говорить, чтобы никого не обидеть (и что это вообще важно). В частности, ролик с этим эпизодом шоу на официальном ютьюб-канале телешоу называется «Инвалид без ноги на Минута славы 2017» — это выглядит неуважительно по отношению к героям видео и людям с инвалидностью в целом. Есть проблема и с их восприятием обществом из-за фактической «невидимости» и невключенности в повседневную жизнь людей с ограниченными физическими возможностями. Неслучайно и Познер, и Литвинова, критикуя выступление Евгения Смирнова и Алены Щеневой, ссылались на сильные или невыносимые эмоции, которые в них вызывает вид человека с инвалидностью.

В журнале Esquire открытое письмо Познеру от продюсера Сергея Евдокимова:

Мы как-то не заметили, но за последние лет пятнадцать телевидение превратилось в инструмент геноцида одной части общества другой. Не напрямую, конечно, а, как говорится, чисто символически. Все эти технологии публичного затролливания, превращения в шоу, бравирования статусом, которыми так гордится наше ТВ, — все они, по сути, направлены на моральное подавление соперника. Не успеешь первым обосрать ты, обосрут тебя. Наиболее хорошо это заметно на разных талант-шоу, в которых звездные судьи не столько оценивают выступления, сколько из раза в раз демонстрируют свой звездный статус, развешивая ярлыки и осуждая участников. Впрочем, в борьбе за встраивание в вертикаль, частью которой является вертикаль телевизионная (одна страна, один президент, одна Алла Пугачева), все средства хороши.

Надо еще понимать, что в России телевидение выполняет еще одну функцию — по сути, единственного социального лифта, доступного маленькому человеку. И для многих появление в телевизионном шоу — единственный способ состояться в профессиональном качестве. Осуждая и высмеивая, мы рискуем поставить крест на шансах людей пробиться в этой жизни и заявить о себе.

Вообще, обвинительный уклон сильно отличает российское ТВ от множества других, а риторика телевизионного судейства больше напоминает сталинские тройки, нежели профессиональную экспертизу. И от этого никуда не денешься — культура осуждения сопровождает нас с детского возраста через постоянные одергивания родителей и воспитателей до школы и взрослой жизни, как будто мы по умолчанию в чем-то виноваты, хотя бы самим фактом появления на свет. Дидактичность, нравоучительство, негативизм в оценке — из драматургической фишки (должен же по сценарию быть и плохой, и хороший следователь) в какой-то момент превратились в способ символической кастрации ближнего: не дай бог, он станет претендовать на место, которое занимаю я.

Это и отсутствие эмпатии — главные проблемы российского ТВ на текущий момент. Во всем мире шоу талантов задуманы как проекты, которые призваны поддержать национальный дух и личную инициативу, показать, что если работать над собой, то мечты сбываются, что все мы люди и в любой момент готовы прийти на помощь и поддержать друг друга, не важно, звезда ты или нет. Вспоминая рыдающего ребенка на фоне ослепительно холодной Ренаты Литвиновой, или одноногого танцора на фоне нахмурившегося Познера, или бывшего детского омбудсмена Астахова, поинтересовавшегося у едва не утонувшей в карельском озере девочки, хорошо ли они поплавали, понимаешь, что что-то с нами пошло не так.

Максим Фадеев высказывается на сайте Life:

Владимира Познера я до недавнего времени считал выдающимся журналистом, ярчайшим представителем своей профессии, одним из лучших интервьюеров России. Но сегодня я вижу человека, напавшего на ребёнка своими жестокими высказываниями и с абсолютно холодным сердцем. Но я уже об этом говорил у себя в "инстаграме", повторяться не стану. Ну а после номера Жени он предположил, что его выступление — это спекуляция на жалости людей. Правильно ли я понимаю, что господин Познер против участия людей с любой формой инвалидности в любых ТВ-конкурсах? Доступ им туда должен быть закрыт как прокажённым? И будто нет их? Но ведь на том же Первом канале аудитория доказала свою толерантность, проголосовав за участника третьего сезона шоу "Голос. Дети".

В своей первой колонке на Лайфе я хочу особенно заострить внимание на сидящей в жюри "Минуты славы" Ренате Литвиновой. Напомню, что Женю она назвала ампутантом и, окинув его режиссёрским взглядом, посоветовала ему пристегнуть протез, при наличии которого его инвалидность была бы не так очевидна. Термин "ампутант" действительно существует, но, например, если бы такая реплика прозвучала в эфире любого американского ТВ-шоу (и Познеру это очень хорошо известно), то незамедлительно говорун как минимум пошёл бы в суд и заплатил штраф за публичное оскорбление и унижение человека. А как максимум несколько тысяч людей собрались бы на демонстрацию, и мести бы говоруну месяц тротуары Манхэттена, а в дальнейшем этому человеку грозила бы реальная социальная изоляция — от невозможности устроиться на работу до потери круга друзей.

Немногие и очень осторожные попытки заступиться или попытаться понять.

Сергей Максимишин:

История с Познером и Литвиновой, мне кажется, пример неразрешимой этической задачи. Я бы не нашел решения. Но точно не стал бы говорить слово "ампутант" и точно не стал бы кидаться <дерьмом> в Познера. Как минимум, по этому поводу.

Или, что чаще, предложения не реагировать на телевизионные скандалы.

Наталья Холмогорова:

Интеллигентная публика узнала ВНЕЗАПНО, что на телешоу "Минута славы" ведущие хамят участникам. Плач, стон и негодование стоит по всему интернету. Как они могут!..
Много еще открытий ждет интеллигентную публику в волшебном мире телевидения.
Зря они вообще туда полезли. Стоит только начать - уже не выберутся. Они ведь еще Малахова не видели. Или Гордона. А там такоэ...

Там, кстати, действительно хтонь. Навеки врезалось в память, как на сцену выкатывают безрукого-безногого инвалида, пришедшего на передачу за помощью - и Гордон с видом сочувственным, но строгим обращает к нему свой первый вопрос:
- Ну что, Иван Иваныч, скажите нам откровенно: жалеете небось, что двадцать лет назад по пьяному делу отморозили себе руку и обе ноги?

Владимир Варфоломеев:

Раз все вокруг говорят и пишут про скандал вокруг телешоу, решил и я посмотреть, что же там сказала артистка из жюри, но очень быстро выключил ролик, потому что всё это некрасиво и неприятно.

Но главное тут совсем в другом, мне кажется.

Взрослые люди всё же должны понимать, куда именно они идут. Ни для кого ведь не секрет, что на воровской хате обычного человека могут ограбить, в борделе — заразить, в наркопритоне — убить. А на современном российском телевидении — растоптать. Оно сейчас в основном под это и заточено, да и его аудитория за долгие годы воспитана так, что ей по кайфу наблюдать, как оскорбляют и унижают тех, кто пробрался на экран.

Просто не надо туда ходить.

Олег Пшеничный:

Доносятся какие-то страсти про "Первый канал".

Их там всех спасёт пара фугасных бомб. Тогда все будут скорбеть и их жалеть.

Сююмбике Давлет-Кильдеева:

Темы для сюжетов- классика подобных шоу. Ребенок поет взрослую песню, простоватые зрители хватаются за сердце, к горлу подкатывает ком. В нашем случае режиссеры добавили пикантности, маленькая девочка в очках (такие вызывают жалость, известный приём) поёт песню Земфиры, в нарезке пускают видео с концерта певицы, где за кулисами стоит Литвинова, Михаил Боярский (он ведущий этой передачи, тысяча чертей) доверительно сообщает зрителям, что по слухам, Земфира посвятила эту песню Ренате.

И тут вместо ожидаемых розовых соплей на тему чистой души ребенка и родника его таланта раздается голос разума: Рената и Познер говорят о том, что вообще, по совести говоря, это полный отстой, когда детей заставляют петь песни, смысл которых они не понимают, что это всё долбаное тщеславие и амбиции их недалеких родителей. И вроде тут даже какой-то постмодернизм начинается, в телешоу начинают ругать каноны этого же телешоу. Налицо игра на эмоциях - сначала зрителя растрогали, потом окатили холодным душем критики жестокого жюри, и тут у человека начинает бомбить, ведь, как так, ребенка обидели, уроды, и зритель идет писать о своих уникальных переживаниях в соцсети на радость маркетологам первого канала.

Скандал ожидаем и срежисирован - намёк на интимную связь между Ренатой и Земфирой, срыв покровов с истинных мотивов таких выступлений, посреди всего этого стоит маленькая девочка в белых колготках и плачет настоящими детскими слезами, камера крупным планом их показывает, потом отъезжает и мы видим, как она, совсем малышка в своих смешных очках, стоит на огромной сцене, её душат рыдания, а ей никуда не деться и не спрятаться, а суровые бездшуные взрослые разносят её в пух и прах, фоном играет надрывная музыка Земфиры (кумира нашего, между прочим, поколения), и вишенка на этом медийном торте - смешной Боярский в модных очках с фиолетовыми стеклами. Ну, гениально, чё. Хорошо поработали.

Второй скандальный эпизод выстроен ровно по тем же лекалам, только там тригер другой - обидели не ребёнка, а человека с инвалидностью. Литвинова там говорит танцору "Пристегните что-ли ногу" - и вот эти спорные, сомнительные, мягко говоря, слова, их же не вырезали при монтаже, на них же вся ставка, которая блестяще сыграла, и только ленивый не возмутился.

Зачем же вы, дорогие мои соотечественники, ведетесь на это, как татарская бабушка?

Алексей Шабуров:

Поразительно, но даже в моей фб-ленте попадаются посты, посвященные программе "Минута славы".
Говорят, там Рената Литвинова унижает детей и инвалидов.

Не буду долго рассуждать о том, что все эти скандалы наверняка прописаны в сценарии и призваны повысить интерес публики к эфиру "Первого канала".

Скажу более страшную вещь. Ведущим "Минуты славы" в этом сезоне является Михаил Боярский. Вот где ужас-то.

Мария Баронова:

- первый канал сообщает о том, что нашел способ монетизировать свой контент в интернете.

- спустя месяц все в интернете смотрят и обсуждают одно за другим шоу первого канала во всех интернет-каналах доставки.

Вы не смотрите телевизор? Так он пришел к вам.

Между тем, телеканал не прошёл мимо этой ситуации, провёл внутреннее расследование и... уволил одного из редакторов!


Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG