Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Зарабатывают ли свои деньги супербогатые? Этот вопрос задают не только демократы, но и просто богатые американцы



Юрий Жигалкин: Тезис о том, что богатые богатеют, а средний класс беднеет был до сих пор почти в исключительном пользовании демократов, приводивших цифры о рекордном скачке доходов богатейших, как пример несправедливости экономической системы, созданной в последнее десятилетие. Но сейчас классовые эмоции овладели и богатыми, которые жалуются на то, что супербогатые создали для себя роскошную кормушку из рыночной системы, назначая себе невиданные и незаработанные премии, часто - десятки миллионов долларов в год.



Ян Рунов: Просто богатые составляют 1% населения страны. По данным вашингтонского Центра исследований бюджета и политических приоритетов, среднегодовой реальный доход богатой семьи, если судить по сумме уплаченного подоходного налога, 940 тысяч долларов. Кажется, этим людям некому завидовать, и они не могут жаловаться на несправедливость. Однако, могут, когда видят доходы супербогатых, составляющих 0,1% населения: их доход в среднем 4,5 миллиона долларов в год. Но и над этой группой есть другая, получающая, в среднем, по 20 миллионов долларов в год. С каждой более богатой группой населения разрыв в зарплате увеличивается. Сверхбогатые становятся богаче в два раза быстрее, чем просто богатые.


Среди зажиточных самая многочисленная и самая бедная группа - это врачи, адвокаты, консультанты управления, финансовые брокеры Уолл-Стрита. Это они негодуют по поводу астрономических премий, получаемых менеджерами паевых фондов и управляющими компаний. Негодуют потому, что считают премии, которые доходят до 100 миллионов долларов в год, не заслуженными, ибо они не связаны с успехом или неудачей компании.


Вот что думает по этому поводу профессор экономики из Национального университета в Сан-Диего, штат Калифорния, Патрик Борман...



Патрик Борман: В последние годы несколько раз мы видели, как некоторые компании терпели убытки, бизнес становился всё хуже, акции теряли стоимость, а менеджеры этих компаний всё равно получали рекордные премиальные. Мировой опыт последних сотен лет показывает, что рыночная система не может существовать в вакууме, ей нужна благоприятная среда, и в это понятие входят законность и наличие правил (хотя и не командных), которые в определённой степени регулируют движение экономики в интересах населения страны. А когда мы имеем дело с компанией, извращающей эти механизмы, то есть когда доходы компании падают, а зарплата менеджеров этой компании растёт, это извращение рыночной системы. Она выглядит плохо, менеджеры компаний выглядят плохо и вообще это плохо.



Ян Рунов: Можно ли с этим бороться?



Патрик Борман: Для этого требуется, чтобы правительство США обратило внимание на проблему. Для меня это как движение на городских дорогах. Если вы хотите, чтобы в автомобильном движении был порядок, вам не обойтись без светофора, регулирующего автомобильные потоки. А иначе система будет деградировать, превратится в хаос, будет потеряна вера в честное слово, в совесть, и вся система станет неэффективной. Действенной экономике нужна свобода, но упорядоченная, со строгим соблюдением законов, правил делового поведения, с социальной ответственностью.



Юрий Жигалкин: Тем не менее, могут ли оскорбительные на взгляд многих заработки избранного класса быть нормальной приметой новой рыночной реальности, могут ли услуги управляющего корпорацией стоить пятьдесят или сто миллионов долларов в год? Вот что говорит профессор экономики Михаил Бернштам…



Михаил Бернштам: Люди, которые в силу исключительных обстоятельств или исключительных способностей позволили массе других людей или большому количеству других людей получить богатство, эти люди получают, в общем-то, по заслугам. Важен принцип - не сколько получили люди, а получили ли они по заслугам. Очень высокие заработки по заслугам имеют очень большое значение в рыночной экономике, потому что люди, которые основывают успешные новые компании, такие, как Google , они тоже входят в число людей, получающих сверхвысокие заработки.



Юрий Жигалкин: Профессор, и все же когда один процент населения кладет в карман 16% прибыли, созданной всей страной, невольно задумаешься о справедливости. Интересно, многим ли в этом Америка отличается от России?



Михаил Бернштам: В Америке как раз ситуация более или менее близкая к чистому рыночному распределению дохода, потому что перераспределение дохода от тех, кто его заработал, к тем, кто не заработал, очень невелико. И есть очень простой критерий: надо посмотреть на долю прибыли и долю инвестиций в экономике. Если доля инвестиций совпадает с долей прибыли в национальном доходе, как это происходит в Америке (примерно 17% - доля прибыли, примерно 17% национального дохода - доля инвестиций), значит, тогда получается, что люди, получающие прибыль (то есть собственник капитала) получают свою долю, то, что они вложили, то они получают. Фонд заработной платы составляет примерно две трети национального дохода. Это критерий того, что фонд заработной платы в рыночной экономике должен получать. В России фонд заработной платы 45% национального дохода, то есть очень высокая часть прибыли, прибыль составляет около 40% национального дохода. То есть собственники капитала, которые не создали новых производственных мощностей, получают очень много. Нас беспокоит и должно беспокоить именно перераспределение дохода.


XS
SM
MD
LG