Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ахмед Закаев: Я готов встретиться с представителями Генпрокуратуры


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие эксперт по вопросам безопасности Андрей Солдатов.



Андрей Шарый : Закаеву предъявлены обвинения "в организации и руководстве незаконными вооруженными формированиями, организации вооруженного мятежа и попытке убийства в период первой войны в Чечне", цитирую я обвинительное заключение. Закаев тогда командовал так называемым Юго-Западным фронтом. Ему вменяется в общем счете 11 эпизодов преступной деятельности. В 2002 году обвинения предъявлены судебным органам Дании, где в тот момент находился Закаев. Однако там эти обвинения признали недостаточными для экстрадиции Закаева в Россию. В конце 2002 года он был арестован в Великобритании как объявленный в международный розыск по линии Интерпола. Потом его выпустили из тюрьмы под залог, а британский суд также счел обвинения в адрес Закаева недостаточными и отказал России в экстрадиции. Судья Уоркман посчитал, что Закаева в России могут подвергнуть пыткам. Через несколько дней Великобритания объявила о предоставлении Закаеву политического убежища. Сейчас он пользуется статусом беженца. Допрос Закаева (если он состоится) будет проходить в рамках дела об отравлении полонием Александра Литвиненко, собственное расследование которого ведет Генеральная прокуратура России. Вот что по этому поводу думает сам Закаев.



Ахмед Закаев: По любому вопросу, который интересует Российскую Генпрокуратуру, и по собственному делу, так называемому, и по "делу Литвиненко" я готов встретиться с представителями Генпрокуратуры, если на это будет добро властей Великобритании. Я с 2003 года имею политическое убежище в Великобритании именно от России. Никакие контакты с представителями властных структур этой страны не могу иметь, не нарушая Женевскую конвенцию. Эта встреча не может проходить ни в российском посольстве, ни в резиденции посла. Потому что это считается территорией России. А у меня однозначно политическое убежище от России. В остальном я не вижу никаких проблем. Никогда не бегал от них ни по своему делу. Я, наоборот, добивался и добиваюсь справедливости, непредвзятого рассмотрения всех тех пунктов обвинения, которые они выдвинули. Для меня абсолютно достаточно того, что Российская Федерация, Генпрокуратура России имела возможность вывезти всех свидетелей и потерпевших. В суде Англии эти вопросы рассматривались. Было дано заключение.


Но я понимаю российскую сторону. Они неудовлетворенны таким решением. Они от случая к случаю, из года в год, как они сказали, что уже наступила активная фаза "дела против Закаева", возбужденного в 2001 году. Может быть, эта активная фаза для них станет и финальной фазой, если мы с ними встретимся.


Я уже научился за это время читать между строк. Я думаю, что расчет именно на то, что следователи Скотланд-Ярда находились более 10 дней на территории России. Как всегда Россия осталась верна самой себе, и российские правоохранительные структуры. Они решили снова сторговаться именно по этим вопросам. Это и есть те новые обстоятельства, о которых они говорят. Но дело в том, что в этой стране не может быть какой-либо взаимосвязи с тем терактом, совершенным в Великобритании против гражданина Великобритании, и тех бредовых обвинений, которые они выдвинули против меня и проиграли в двух европейских судах. Никакой взаимосвязи или же попытки выторговаться здесь не пройдет. Потому что здесь привыкли работать в соответствии с законом. Никогда не базировались на фактах и на конкретных доказательствах. Это все было взято с потолка. Была попытка добиться экстрадиции. Я абсолютно уверен в том, что никаких новых доказательств, новых каких-то обстоятельств, которые они выглядели бы в другом свете на суде в Великобритании, у Генпрокуратуры нет. Люди, которые вели эти мои дела, на них были возбуждены уголовные дела. Они отстранены от работы, как люди, причастные к коррупции и нечистоплотные.



Андрей Шарый : Прокомментировать ситуацию с возобновлением уголовного дела против Закаваева в контексте расследования по делу от отравлении Александра Литвиненко, я попросил главного редактора Интернет-сайта "агентура.ру", эксперта по вопросам безопасности Андрея Солдатова.


Допрос Закаева в Лондоне может каким-то образом расширить картину, которую российские следователи имеют по "делу Литвиненко", или речь идет совершенно о другом?



Андрей Солдатов : Я думаю, что просто в данном случае российские правоохранительные органы увидели возможность для себя поднять вопрос о Закаеве, Березовском и других лицах, которых не выдает Лондон. Они просто пытаются использовать эту возможность всеми способами, какими только возможно. Пользуйтесь, что мы дали допросить вам этих, а вы нам дайте тех. Боюсь, что здесь такая простая логика.



Андрей Шарый : Уже не один судебный процесс был относительно экстрадиции Закаева. И в Дании, и в Лондоне требования российской прокуратуры не были удовлетворены. Есть ли основания полагать, что на этот раз следователи будут удачливее?



Андрей Солдатов : Действительность очень часто не совпадает с ожиданиями. Дело в том, что почему-то в России очень большие ожидания от того соглашения, которое будет подписано между прокуратурами России и Великобритании. Почему-то создалось впечатление в некоторых высоких кабинетах, что это поможет выдать Закаева и Березовского. Хотя, как мы понимаем, такие вопросы решаются судом. Но почему-то вот эти ожидания присутствуют. Видимо, на них базируются российские следователи, которые думают, что смогут как-то продвинуть дело с мертвой точки.



Андрей Шарый : А вам эти ожидания кажутся оправданными?



Андрей Солдатов : Нет, я думаю, что они совершенно неоправданны. Просто в чистом виде мы наблюдаем здесь такую некую юридическую безграмотность, когда люди думают, что с помощью политического давления или договоренностями между правоохранительными органами можно решить вопрос о таких вещах.



Андрей Шарый : Разное говорят об итогах визита британских следователей, которые допрашивали свидетелей по делу о гибели Литвиненко, в Москву. Судя по той информации, которой вы располагаете, как можно оценить уровень сотрудничества между Российской Генеральной прокуратурой и британскими следователями?



Андрей Солдатов : Здесь мы пока имеем только такие короткие официальные сообщения на сайте Генеральной прокуратуры и некие подозрения в британских газетах. Пока судить очень сложно. Но я думаю, что если и создавались некие препятствия, то они создавались именно, скажем так, в перспективе грядущих планов на Закаева. Потому что, я думаю, что уже изначально российская сторона, принимая британцев, думала о том, что это может быть возможностью для выдачи, для продвижения вопроса о выдаче Закаева.



Андрей Шарый : У вас есть основания полагать, что в деле об убийстве Литвиненко становится все понятнее и понятнее, либо, наоборот, все только запутывается?



Андрей Солдатов : Все пока совсем непонятно. Потому что даже если мы скажем слово "если", потому что пока это все еще очень непонятно, проясняется ситуация с исполнителями, никакой информации о заказчиках и о том, кто планировал эту акцию, мы не получили. Пока даже сложно представить. Пока все версии, которые присутствовали в первый же день совершенно конспирологического толка, они пока вполне имеют право на существование и ничем не опровергнуты.




XS
SM
MD
LG