Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Cамоопределение или территориальная целостность: что дороже


«Дело даже не в том, что это право в ряде случаев, особенно на Кавказе, завоевано в бою. На самом деле для того, чтобы стать сложившейся нацией, этого маловато»

«Дело даже не в том, что это право в ряде случаев, особенно на Кавказе, завоевано в бою. На самом деле для того, чтобы стать сложившейся нацией, этого маловато»


«Непризнанные государства. Возможности и вызовы XXI века» - так называется первый выпуск сборника «Научные тетради» Института Восточной Европы. Российские аналитики предложили различные взгляды на проблемы Карабаха, Абхазии, Южной Осетии и Приднестровья. Дискуссия авторов развернулась в том числе и в отношении двух противоположных принципов - права наций на самоопределение и территориальной целостности государства.


Один из инициаторов и редакторов сборника о проблемах непризнанных государств на постсоветском пространстве - директор Института Восточной Европы Александр Погорельский - так обосновывает выбор темы: «С одной стороны, мы наблюдаем некое злоупотребление этим совершенно ложным и опасным для России - может быть, трижды больше, чем для всех остальных стран мира - лозунгом "Право наций на самоопределение". Последствия его для России могут быть катастрофическими. Обретя такую независимость, эти страны с большой долей вероятности потеряют братское чувство к России, привязку к ее интересам и, конечно, отдадутся другим силам, в первую очередь Евросоюзу. То есть на самом деле - почему это неприятно будет? Потому что увеличится количество фишек, на которые ставить. Это в случае, если такие процессы пройдут мирно», - объясняет Александр Погорельский. «Если же они пройдут вооруженным путем - когда, допустим, Ассоцицаия народов Кавказа примет активное участие в отстаивании независимости, например, Абхазии - мы уже такой путь проходили. Мы, собственно, сами создали Басаева. Теперь мы получим десятки или сотни басаевых, которые вернутся на территорию Россию, и тогда идея большого Кавказа без России будет более чем реальна. Такие непризнанные государства, как, например, Ичкерия в России, Гагаузия в Молдавии или Талыш-Муганская республика в Азербайджане, фактически исчезли с политической карты постсоветского пространства. Но другие аналогичные образования - Нагорный Карабах, Абхазия, Южная Осетия и Приднестровье - существуют примерно 15 лет».


Как считает один из инициаторов и редакторов «Научных тетрадей» Василий Жарков, «сегодня в отношении этих непризнанных государств, возможно, возник некий баланс сил, которые позволяют создать этот феномен так называемых замороженных конфликтов, когда страна, метрополия, скажем, Молдавия или Грузия, или Азербайджан, не имеют достаточных сил для того, чтобы вернуть эту территорию. И мировое сообщество так же не заинтересовано в том, чтобы эту силу и какую-то поддержку оказывать слишком уж массированно. С другой стороны, самопровозглашенные государства, имея уже и органы власти, и состоявшийся бизнес, и даже свою интеллигенцию, при этом не имеют достаточных сил для того, чтобы продвинуться уже в качестве состоявшегося государства».


По мнению Жаркова, универсальных рецептов разрешения подобных проблем не существует: «Необходим индивидуальный подход в каждом конкретном случае. Скажем, решение по Косово, которое отложено как минимум на год - очень характерно. Мы хотим побудить экспертное сообщество, прежде всего, и общество в целом, включая те страны, о которых мы писали, к попыткам не искать простых решений, а попытаться все-таки найти адекватные рецепты применительно к каждой конкретной ситуации».


Право наций на самоопределение - это опасный принцип, убежден директор Института Восточной Европы Александр Погорельский: «В системном виде право наций на самоопределение - это порождение начала XX века. И уже в то время он обозначал либо попытку взорвать весь миропорядок, что относится, допустим, к деятельности Владимира Ильича Ленина в том числе, либо попытку аннексии. На самом деле я считаю, что в сегодняшнем мире, который так неустойчив, как в силу столкновений интересов разных игроков, так и в силу неоднородности внутреннего развития, нет более опасного принципа на мировой арене, чем право наций на самоопределение. Это верный способ взорвать всю систему международных отношений. Поэтому есть примат - принципы территориальной целостности государства. Однако любой принцип, доведенный до абсурда, превращается в свою противоположность и содержит не меньше бед, чем принцип права наций на самоопределение. Почему так происходит? Дело в том, что наряду с принципом территориальной целостности государств существуют важные ценности - допустим, права человека и, как я уже говорил, в первую очередь право человека на жизнь. Если мы достигли такой стадии развития конфликта, когда проведение этого принципа последовательно и до конца приводит к огромным человеческим жертвам, ясно, что нужно находить какие-то совершенно новые решения, причем в рамках конкретной ситуации, анализируя ее всесторонне. Если страна, метрополия, проводит политику подавления национальных меньшинств и ущемления их прав, то, по сути дела, принцип территориальной целостности такой страны подвергается серьезному сомнению. И народ - в том числе и отдельные территории - приобретает некие дополнительные права».


С другой стороны, по словам Александра Погорельского, не каждое самопровозглашенное государство автоматически получает право на независимость - или даже на автономное существование. «Дело даже не в том, что это право в ряде случаев, особенно на Кавказе, завоевано в бою. На самом деле для того, чтобы стать сложившейся нацией, этого маловато. Речь идет о зрелости государственности этих новых образований: насколько там сложились цивилизованные институты, государственные институты, насколько там проводятся демократические процедуры, насколько эти демократические процедуры подтверждены экономической самостоятельностью, то есть способностью существовать независимо», - говорит директор Института Восточной Европы.


XS
SM
MD
LG