Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

На нидерландском телевидении состоялась премьера документального фильма, посвященного Александру Литвиненко


Программу ведет Марк Крутов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Амстердаме Софья Корниенко.



Марк Крутов: Пока британские следователи из Скотланд-Ярда говорят о том, что расследование отравления бывшего подполковника российских спецслужб Александра Литвиненко вышло на финишную прямую и просят российскую сторону разрешить им вторично опросить в Москве фигурантов этого дела, на нидерландском телевидении состоялась премьера документального фильма, посвященного Литвиненко. Центральное место в нем занимает уникальное интервью с Литвиненко, снятое голландскими кинематографистами два года назад. С режиссером проекта Машей Новиковой побеседовала наш амстердамский корреспондент.



Софья Корниенко: Отрывок из фильма « In memoriam : Aleksander Litvinenko ».



Александр Литвиненко (отрывок из фильма « In memoriam : Aleksander Litvinenko ») : Вы знаете, я прошел первую войну в Чечне, я прошел все горячие точки на территории бывшего Советского Союза. На моих руках умирали солдаты. Я видел один раз, как 18-летний парень пулю взял и остановился. И за все это время ни один начальник, ни один политик нам не объяснил, что мы там делаем, кого мы там защищаем и за что мы там воюем. Я знал, что это банда уже к тому времени. Я не видел никакого отличия между наши офицерами и бандитами, против которых мы боролись, кстати. Единственная разница только в том, что у бандитов не было власти государственной, а у наших офицеров она была. И я понял, что я попал в банду, и я это осознал, начиная с 1996 года я уже это понимал. Но из банды очень тяжело выйти, из любой, я вас уверяю.



Софья Корниенко: Режиссер Маша Новикова…



Маша Новикова: Йос де Пюттер снимал Литвиненко у него дома. И когда убили Анну Политковскую, Литвиненко заболел, мы подумали, что... Когда Йос мне тогда принес пленки, я просмотрела, и оказалось, что это уникальный материал. Потому что это у него дома, достаточно интимно. Сидит он, смотрит собственные кадры, где его арестовывают в зале суда, и комментирует это все. Как-то это было очень трогательно, особенно после смерти, все увидеть опять...



Александр Литвиненко (отрывок из фильма « In memoriam : Aleksander Litvinenko ») : Я понял, что обратно нельзя возвращаться. Я закончил группу в военном училище. Нас было 25 человек. Половина уже убиты. Я помню, когда позвонил мне друг, Сергей Медведев. Он в Чечне четыре года пробыл. Дивизия стояла внутренних войск в Чечне, их потом вывели в Ставрополь. И от него ушла жена. Он мне звонит, я говорю: «Ты где живешь?» Он говорит: «Я живу в палатке. Мне Орден дали Мужества, а у меня ничего нет, кроме чемодана». А я ему говорю: «Сережа, как же так, кроме чемодана ничего нет?» А он говорит: «Саня, я живой! У меня руки, ноги и глаза, понимаешь? Я живой! Да, чуть-чуть с психикой у меня тяжело, но, Саня, я живой!» (...) Я уже в то время знал, что ФСБ убивает людей без суда и следствия. Одно дело – знать, что твой сосед по кабинету убивает, а другое дело – убивать самому. И я, когда мне дали приказ убивать людей, я сказал, я этого делать не буду. Сначала просто не стал этого делать тихо, молча. А потом, когда они начали настаивать, я отказался открыто. Я поговорил со своими подчиненными. У нас был такой разговор. Я говорю: «У нас есть три пути. Путь первый – начать убивать. И, я говорю, тогда у нас уже, ребята, пути назад нет. Конечно, мы будем жить богато, будем убивать в интересах своего начальства, и начальство нам разрешит убивать в наших интересах. Мы будем иметь большие деньги». То есть если ты можешь свободно заниматься убийствами, ну, 10-20 тысяч долларов в месяц ты можешь свободно заработать в Москве. Пусть второй: если мы начнем убивать, то пути назад уже нет. Путь второй – просто этого не сделать, и может быть, нас раскидают по подразделениям молча. И путь третий – открыто выступить. Если мы открыто выступим, то это все равно, что пойти на амбразуру ДЗОТа грудью. Я знал, что подняться против этой системы – это равносильно смерти. «Что с нами будет, - я сказал, - я не знаю, но мы должны сами решить, что делать». И мы несколько месяцев думали. И после этого отрыто выступили против нашего руководства. Мы пошли в прокуратуру и написали заявление, что нам отдают преступный приказ.



Софья Корниенко: Александр Литвиненко одну за другой показывает голландским кинематографистам видеокассеты. На одной он выслушивает оправдательный приговор, после того как несколько месяцев провел за решеткой по сфабрикованным обвинениям. В ту же минуту в здание суда врываются люди в масках и снова арестовывают его, увозя в Бутырскую тюрьму. На другой кассете человек с измененным голосом признается, что получал приказ уничтожить Литвиненко.



Александр Литвиненко (отрывок из фильма « In memoriam : Aleksander Litvinenko »): Сейчас я еще одну… Поставить или не надо? Судья в шоке сидел! Ты видела? Судья в шоке. Ты такое где-нибудь видела, чтобы в суд в масках врывались? Ужас! (...) Со мной встретился офицер ФСБ, полковник и сказал: «Больше мы с тобой разговаривать не будем. Мы тебя убьем»… ой, вернее – «мы убьем твоего сына шестилетнего». То есть мне он сказал так: «Тебя же судят не за то, что ты уголовное преступление совершил. Все знают, что ты их не совершал. А тебя судят за то, что ты предал систему. За то, что ты открыто выступил против системы».



Софья Корниенко: Рассказал в интервью голландским кинематографистам в 2004 году Александр Литвиненко.


XS
SM
MD
LG