Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Автомобильные путешествия по России и ближнему зарубежью


Вероника Боде : Сегодня мы будем говорить об автомобильных путешествиях по России и ближнему зарубежью. Своим опытом поделятся наши гости: журналисты Марина Маркова и Алексей Кусургашев, а также наш постоянный эксперт Юрий Гейко, ведущий программы «Автоликбез на Авторадио».


Юре, безусловно, есть, что рассказать, так как во время своего кругосветного путешествия осенью минувшего года он проехал почти всю Россию - от Москвы до Владивостока.



Юрий Гейко : Было дело.



Вероника Боде : Прежде всего (и, собственно, это и послужило поводом для сегодняшней нашей программы), у Марины и Алексея есть довольно интересная история, связанная с их недавним путешествием в Крым. Пожалуйста, расскажите.



Марина Маркова : На новогодние праздники мы решили поехать в Крым, потому что стало интересно, что из себя представляет Крым зимой. (Мы ездим туда каждый год летом, а тут первый раз зимой поехали.) Едим мы всегда на машине. И в этот раз тоже поехали на машине. Но это путешествие превратилось просто-напросто в бег с препятствиями, потому что стояли мы если не под каждым кустом, то весьма часто. Это был прямой, как мне кажется, грабеж на дороге.


Началось все с того, что вся Курская и Орловская область – это одна сплошная линия – один ряд в одну сторону и один ряд навстречу. Когда деревня и там ограничение скорости 40 километров в час - это понятно, все стараются это соблюдать. Но когда ты едешь через леса и поля, где совершенно нет необходимости, чтобы была сплошная линия, и стоит ограничение 40 километров… Естественно, что начинаешь обгонять, и обязательно стоит представитель нашей ГИБДД, который очень радостно тормозит тебя палочкой. Выходил всегда Алеша, я была за рулем. Так мы договорились с ним. Ехать далеко, а ехали мы в два этапа (до Харькова – первый этап - 800 километров, и второй – уже непосредственно в Крым). Договорились так, что я еду, а он расхлебывает ситуацию.



Алексей Кусургашев : А я расхлебываю последствия. Шофер должен был быть вне досягаемости для нервотрепки. Поэтому я брал на себя эту функцию.



Вероника Боде : И как же вам удавалось расхлебывать?



Алексей Кусургашев : А вы знаете, очень просто – достаешь деньги, платишь представителю Госавтоинспекции. Причем ни у одного из них не возникло удивления, почему не водитель выходит, а человек, сидящий рядом. В двух местах меня так и назвали: а, вы, наверное, коммерческий директор.



Марина Маркова : Финансовый директор.



Юрий Гейко : На какой машине вы ехали?



Алексей Кусургашев : Это было Renault Megane . Машина прекрасная. Возможности великолепные, комфортная машина. Конечно, если бы не было сплошной белой полосы, а были бы какие-то разрешающие знаки дополнительно, то не было бы необходимости нарушать правила. Кстати, в российских областях милиционеры употребляли очень интересный термин. Когда ты протягиваешь 100 рублей за превышение скорости, они говорят – нет, ребята, сейчас надо платить праздничные!



Смех в студии



Вероника Боде : Сколько же это?



Алексей Кусургашев : Праздничные – обычно 1,5 тысячи рублей.



Юрий Гейко : 1,5 тысячи?!



Марина Маркова : Забегая вперед, на обратном пути, когда в Харькове мы въезжали в мотель, к нам выходит на крыльцо мужчина. Он так смотрит, улыбается и говорит: «Москва?!». Я говорю: «Да.» (нетрудно догадаться по номерам). Он говорит: «Вы в Крым или из Крыма». Я говорю: «Мы уже из Крыма, к сожалению». Он говорит: «Ой, как я вам не завидую (это было 7 число)! Ведь меньше, чем 1,5 тысячи теперь на дороге не берут, потому что сплошные праздники».



Алексей Кусургашев : Мы не поверили, честно говоря.



Марина Маркова : Но так потом все и оказалось на следующий день.



Вероника Боде : Что же с вами приключилось в Крыму?



Алексей Кусургашев : Скорее, не в Крыму, а по пути в Крым. Дорога наезженная, мы ее хорошо знаем. Знаем, где традиционно стоят люди с палочкой в форме. Поэтому мы старались там не нарушать существующие правила. Есть там такое место (как только въезжаешь из Харьковской области в Днепропетровскую), которое называется Перещепино. Как потом оказалось (я смотрел на сайте), оно уже стало притчей во языцех.



Марина Маркова : Так получилось, что к этому местечку подъехало машин десять с московскими номерами. Все ехали в Крым. Это было 30 декабря. Мы все выстроились. Мы были как раз десятой, последней, машиной. Мы въезжаем в это Перещепино, зная прекрасно, что там пункт ГАИ. Его проезжаем спокойно. 40 километров ограничения, все, вроде бы, хорошо и чудесно. Так и пилим, все друг за другом выстроившись.



Алексей Кусургашев : С правой стороны наряд стоит, который останавливает все десять машин, и начинает осматривать, рассматривать: предъявите документы и прочее, и прочее. Подходят и говорят: «А где ша?» Непонятный вопрос, непонятно сформулированный с украинским акцентом, - он повергает в некий шок. Что значит «ша»? Шипы. Знак «шипы». Мы говорим – в Москве этого нет, и по международным правилам этот знак отменен.



Марина Маркова : Да, я, вроде, знаю, что этот знак сейчас необязателен. Это первое. Второе, я говорю - вы знаете, мы едем в Крым, где температура плюс 14 градусов. Да и здесь сейчас, в этом местечке, где мы остановились, сильно плюсовая температура. Поэтому я не очень понимаю, для чего этот знак «шипы».



Юрий Гейко : Я не понял, у вас на колесах шипы были?



Марина Маркова : Да, да.



Юрий Гейко : А знака информирующего не было?



Марина Маркова : Да, а знака не было. Вот с этого и началось. Причем все это в достаточно грубой форме было: «А где «ша» ваши?» Я говорю: «Какое «ша»? Что значит «ша»?»



Алексей Кусургашев : Здоровые ребята такие, откормленные на украинском сале, красномордые. Я иду разбираться, как мы договаривались с женой. Он мне говорит: «Сейчас в суд – и 1,5 тысячи гривен штрафа».



Марина Маркова : 1,5 тысячи гривен – это приблизительно 300 долларов.



Алексей Кусургашев : Да. Я говорю: «А не много?» Он говорит: «Ну, вот там и будете разбираться». Я говорю: «Сколько? Вот я вам даю 50 гривен, ребята. Вы когда-нибудь такие деньги держали в руках, как 1,5 тысячи гривен? Когда вы научились выговаривать такую сумму?» Короче, даю 50 гривен сержанту. Он берет, смотрит, вертит в руках и говорит: «Это что, подачка?» Я говорю: «Нет, считайте, что это на бензин. И будьте довольны». То есть разговор идет вот такой – кто кого пересилит. Они берут 50 гривен и говорят – езжайте.



Марина Маркова : Но потом, когда мы поговорили - все десять человек из Москвы - между собой, выяснилось, что это вовсе не представители ДАИ Украины. Все сказали, что нам еще удалось очень дешево отделаться. Чуть забегу вперед: когда мы приехали в Крым, мы увидели там машину с московскими номерами. Мы просто разговорились о том, как они ехали. У них тоже были сложности именно в этом местечке Перещепино. И они сказали: «А вы читали миграционные карточки, которые вы заполняли, когда въезжали в Украину?» Мы говорим: «Нет, конечно, другую сторону мы не читали». Они говорят: «Никто не читал, а вы прочитайте». И вот здесь я зачитываю то, что нас страшно удивило - один из пунктов. Здесь написано, что «ГАИ протокол направляет в российское консульство, а далее в суд по месту жительства в Российской Федерации для разбирательства. Автомашина, водитель, госномера, водительские права и иное не изымается и не задерживается».



Вероника Боде : Спасибо большое. Стало быть, главный совет нашим слушателям – читайте внимательно миграционную карту: то, что написано на обороте!


Марина и Алексей, насколько я понимаю, основные, самые интересные приключения, были у вас на обратном пути. Пожалуйста, расскажите коротко.


Марина Маркова : На обратном пути приключения уже были связаны не с ДАИ, а с таможней Украины. Мы решили выехать пораньше, часов в 6 утра, чтобы было как можно меньше машин, и пораньше приехать в Москву. Переезжали границу из Харькова. Это местечко называется Нехотеевка или Гоптевка с украинской стороны. Переезжали в 6 утра.


Нас останавливают. Нет ни одной машины. Мне указывают палочкой встать с правой стороны. Я останавливаюсь, предлагают заполнить декларации. Я говорю: «Ну, мы, вроде как, едем уже домой. Почему декларации? Вы можете открыть багажник и посмотреть. У нас там одна сумка, да и то там два свитера и больше ничего нет.» «Нет. Вы должны заполнить декларации. Это наше право - вам предложить». Мы говорим – хорошо. Берем декларации, смотрим, а они на украинском языке. Мы говорим: «Вы знаете, мы, к сожалению, не очень понимаем по-украински. Можно на русском или хотя бы на английском?» «Нет, нельзя». После чего Алеша остается в машине, а мне предлагают зайти в эту таможенную будку. Со мной заходит человек: очень вежливый, очень симпатичный таможенник, который, улыбаясь, мне так доверительно говорит: «А вы финансовый директор, я так понимаю?». Я говорю: «Не очень понимаю вопрос. Но давайте считать так». Он говорит: «Присаживайтесь». Закрывает окошечко, то есть «граница на замке», я так понимаю, с этого момента становится. Так мне любезно говорит: «Ну, как будем с вами разбираться? Сколько денег дадите?» Именно вот так - напрямую. Я говорю: «А почему я должна денег давать? Ч то такое?» Он говорит: «Вы же понимаете, какие могут быть последствия». Я говорю: «А какие могут быть последствия?» Он говорит: «Тогда мы сейчас поставим вашу машину. Мало того, что вы будете заполнять декларацию, вы будете еще заполнять вот это (показывает мне на огромную бумагу, где пунктов 100). Вы же понимаете, что мы все равно найдем то, что мы хотим у вас найти». Я говорю: «Понятно». Он говорит: «Мы здесь вдвоем сидим».



Вероника Боде : А что они собирались найти?



Марина Маркова : Мне он не сказал напрямую, что у нас будут найдены наркотики, но он сказал: «не волнуйтесь, мы у вас найдем то, чего везти вы не должны ни в коем случае». Я говорю: «Но у меня там сидит муж в машине». Он говорит: «Мы можем и на днище машины найти. Так что с деньгами?» Я говорю: «Понимаете, в чем дело. Мы едем обратно. У меня осталось 3 тысячи рублей и еще 100 рублей». Он говорит: «Ну, я могу их принять». Я говорю: «Но у меня бензина нет. Я просто не доеду до Москвы». Он говорит: «Это ваши проблемы». После чего, когда я уже начала дергаться… Там было достаточно темно. Он очень такой милый был, симпатичный, а по ногам бегали просто мыши с крысами (слава богу, что я их не боюсь, потому что это бы меня просто ввело бы в шок). Это, видно, такой дополнительный был психологический удар. Я начала соображать. А потом говорю: «Вы знаете, вообще-то я бы хотела каким-то образом этот вопрос решить как можно быстрее. Но неприятности я вам тоже обещаю, потому как я не буду просто молча все наблюдать». Он говорит: «Ну, так решайте. Вы же заперты здесь». Я ему молча положила 100 рублей, взяла свои документы и вышла. Больше никто нас не задерживал. И мы в состоянии некоторого шока уехали оттуда.



Вероника Боде : Но это еще не конец истории?



Марина Маркова : Нет, это еще не конец истории. Вы понимаете, в каком состоянии я всю дорогу ехала после этой «приятной» беседы. Нашу границу мы проехали без вопросов, по зеленой линии, нас не остановили, наоборот, сказали «приветствует Россия», что было крайне приятно.



Алексей Кусургашев : Добро пожаловать!



Марина Маркова : Да, добро пожаловать домой, проезжайте, все. Вечером я все-таки решила позвонить. Опять же на этой миграционной замечательной карточке, которую мы не читаем никто, есть телефон «горячей линии». Я вечером приехала домой, позвонила по «горячей линии». Попала по одному телефону, мне дали другой. Меня очень любезно выслушали. Я рассказала всю эту историю, которая произошла в 6 утра.



Юрий Гейко : Это украинский телефон был?



Марина Маркова : Да, это украинский телефон. Все рассказала, все записали, мне прочитали и сказали, что – да, мы разберемся. Когда я положила трубку, я не сомневалась, что все на этом будет и закончено. Буквально через 30 минут раздался звонок, мне сказали, что это звонит начальник таможенной службы Гоптевки, которому передано это заявление. Он приносит свои извинения, сейчас будет разбираться и немедленно нам вышлют эти деньги. Когда я стала говорить, что здесь даже дело не конкретно в тех 100 рублях, которые я оставила, а в самой ситуации. Что должен чувствовать человек? Наверное, я не первая и не последняя в этой ситуации окажусь. «Да, конечно, мы разберемся». Да, действительно, мне прислали эти деньги.



Вероника Боде : А те люди, которые с вами разговаривали на границе, - они понесли какое-то наказание?



Марина Маркова : Он не сказал конкретно, какое наказание. Он сказал: «Мы разберемся в этой ситуации. Вы не волнуйтесь. Больше такое никогда не повторится».



Алексей Кусургашев : В тот вечер нам звонили из харьковской таможни раз 7-8.



Вероника Боде : Это впечатляет, конечно.



Алексей Кусургашев : Скорее всего, как мы поняли, начальника таможни сняли где-то с рождественского стола, потому что он был в очень сильном запале, он совершенно искренне извинялся. Он сказал, что они все проверили и все действительно так. Мол, люди, о которых вы говорите, соответствуют вашему описанию. Они понесут самое серьезное наказание.



Вероника Боде : Юра, ваш комментарий, пожалуйста, к этой истории.



Юрий Гейко : Вы знаете, до этой последней истории я уже хотел сказать, что, ребята, не надо никуда ездить, особенно через Курскую область, а тем более на Украину и в Крым. Это катастрофа, это просто катастрофа! А сейчас как-то так забрезжил рассвет, как-то полегче стало. Вероятно, все-таки надо внимательно читать эти все телефоны. Было бы неплохо, если бы вы в эфире, может быть, их назвали?



Вероника Боде : А назовите!



Юрий Гейко : Вероятно, это Киев или Харьков? Харьков, скорее всего.



Марина Маркова : Да, здесь дается так: телефон 8-066-225-35-52 или 8-068-610-06-05.



Вероника Боде : Вот это - телефоны «горячей линии»?



Марина Маркова : Да, здесь еще специальная справочно-правовая служба поддержки россиян в Украине в сети Beeline 0711. Но еще одно добавление. Там был один очень приятный момент, когда мы выезжали из Симферополя, то нам пожелали счастливого пути, остановив нас, спросили, есть ли у нас какие-то проблемы? Сказали, впереди дождь, а вам очень далеко ехать, всего вам хорошего!



Вероника Боде : А сейчас предлагаем вашему вниманию выпуск автоновостей, который подготовил мой коллега Анатолий Горлов.



Анатолий Горлов : Совет Федераций России одобрил законопроект, согласно которому члены обеих палат парламента лишаются права ездить на автомобилях с «мигалками» и специальными номерами. Теперь закон должен подписать президент. Если он одобрит документ, то депутаты и сенаторы останутся без самой скандальной привилегии – привилегии на дорогах.


Пятая часть московских автозаправок торгует топливом, не соответствующим экологическим нормам, более семи процентов проверенного горючего не отвечает требованиям ГОСТа. К такому выводу пришли специалисты столичного Департамента природопользования и охраны окружающей среды, проверив почти двести столичных АЗС. В департаменте составили «черный» список таких автозаправок и рекомендуют водителям не заливать там горючее.


«АвтоВАЗ» планирует увеличить производство Lada – 112 купе почти в 15 раз, сообщает сайт «Лада – онлайн». План этого года - 8 тысяч купе, которые оснащаются двигателем объемом 1,6 литра, а также гидроусилителем руля. 8-клапанным мотором в 1,6 литра мощностью 80 лошадиных сил будут укомплектованы и машины серии Lada Samara. От использования полуторалитровых двигателей завод полностью отказался.


Citroen начал дорожные испытания нового поколения модели С5. Представители французской компании воздерживаются от подробностей, но известно, что машина построена на принципиально новой колесной базе с гидропневматической подвеской. Вероятно, C5 будет создан по образцу недавно показанного концепта C-Métisse. В этом случае новинка сможет похвастать набором бензиновых и дизельных моторов - ведь автомобиль предназначен для Европы, жители которой предпочитают разнообразные модификации двигателей.


Новый хетчбэк Peugeot 308 проходит испытания в Швеции. Новинку построили на платформе, разработанной совместно с инженерами компании Citroen. Конструкторы планируют, кроме традиционной переднеприводной версии, создать и модификацию с полным приводом. В качестве силовых агрегатов будут использованы бензиновые и дизельные моторы объемом от 1,4 до двух литров. Дебют серийной машины ожидается в 2008 году.


Opel отзывает для ремонта 20 тысяч минивэнов Zafira, выпущенных в 2005-2006 годах. Появилась опасность выхода из строя климатической системы. Кроме того, сервисные центры должны посетить 6,5 тысяч моделей Zafira предыдущего поколения, работающих на природном газе. Их система питания оказалась весьма чувствительна к качеству газа и быстро загрязняется. Для решения этой проблемы Opel устанавливает на модели Zafira с газобаллонным оборудованием дополнительную систему очистки газового топлива.


Председатель совета Российского оборонно-спортивного общества в Алтайском крае застрелил инспектора ГИБДД. Трагедия произошла после того, как сотрудник милиции отказался принимать у курсантов экзамены на получение водительского удостоверения. По данным следствия, будущих водителей готовили в автошколе незаконно – у оборонного общества истек срок лицензии на этот вид деятельности.


В Свердловской области завершились испытания принципиально нового вида защитного покрытия под названием «жидкая броня» для усиления защиты вертолетов, катеров и автомобилей. Это гель из твердых наночастиц и жидкого наполнителя, которые при ударе мгновенно связываются друг с другом и превращаются в твердый композит. По мнению авторов разработки, «жидкая броня» способна сделать автомобиль неуязвимым и полностью защитить водителя и пассажиров при аварии.


Компания Kumho, специализирующаяся на производстве покрышек, объявила о создании пахучей резины – от колес исходит аромат лаванды, жасмина и других приятно пахнущих растений. По мнению изобретателей, покрышки будут пользоваться спросом у женщин и представителей сексуальных меньшинств. Пахучие колеса предлагают по цене от 119 до 138 долларов за колесо.



Вероника Боде : Сейчас я хочу прочесть выдержки с форума «Россияне в Украине». Это подтверждает опыт наших гостей. Например, «14 апреля 2006 года. Днепропетровская область. Ненаселенный пункт, неслужебный ВАЗ-2101. Два инспектора ДАИ без жетонов, один из которых, лейтенант, «разводит» россиян на российской машине – «купите у нас украинский экологический талон». К сожалению, рыбалка сорвалась. Как только россияне достали сотовый и миграционную карту с телефоном доверия МВД и ГАИ, стражи дороги ушли в глубину, то есть вдаль. И рыбалка с насадкой «россияне для службы соббезопасности» сорвалась. Водители-россияне! Тщательно готовьтесь к рыбалке и осторожно подбирайтесь к инспекторам, не спугните!».



Юрий Гейко : А мне бы хотелось, Вероника, вот что спросить у Алексея и Марины. Во-первых, кто злее и кто наглее – наши или украинские инспекторы? И, во-вторых: не считали ли вы штрафы на российской территории и на украинской?



Алексей Кусургашев : Конечно! Поскольку я расплачивался, я запомнил эти суммы. Кто наглее? Наши инспектора жестче и безжалостней. Потому что за ними стоит закон (они его стараются соблюдать, в его рамках действовать). А украинские наглее почему? Потому что они берут… - как, знаете, в старые времена было такое выражение - «на фу-фу». Кто-то делится, а кто отказывается делиться с ними, они тех отпускают.



Юрий Гейко : Но все-таки интенсивность поборов где выше – в России или на Украине?



Алексей Кусургашев : На Украине, конечно.



Юрий Гейко : А суммы в целом за поездку?



Алексей Кусургашев : Я думаю, что где-то долларов 200.



Вероника Боде : Ничего себе!



Юрий Гейко : Это еще - куда ни шло!



Вероника Боде : Нет, все-таки за недельку - это серьезно!



Марина Маркова : Когда мы ехали, как раз говорили, что если бы эти деньги вот так бы все оставляли в каком-то большом котле, то можно было бы построить дороги, где не нужны были бы все эти ограничения, не надо было бы кормить ненасытных инспекторов.



Вероника Боде : А кроме того, насколько я поняла, изучая форум «Россияне в Украине», на украинских дорогах действуют не только представители дорожной милиции, но и самые настоящие жулики, которые под дорожную и экологическую милицию подделываются…



Юрий Гейко : Но, главный, мне кажется, вывод тем, кто собирается ехать, нужно сделать следующий: первое – обязательно надо брать с собой телефоны, которые мы называли и которые есть в миграционной карте, второе – знать, что украинские ДАИшники не имеют права отнимать документы и права. Это очень важно! А вот тем, кто в Белоруссию, скажем, собирается ехать (я недавно ее исколесил всю), надо хорошо знать, что белорусские дорожные полицейские практически не берут взяток, а тем более у россиян. И надо знать, что очень жесткий скоростной режим там стал с недавних пор и что повышенные штрафы на белорусских дорогах. Мне, например, за превышение скорости на 15 километров в час выставили штраф где-то около 500 рублей русских.



Вероника Боде : По поводу Белоруссии - это уже с форума Юрия Гейко «Автоликбез» - пишет один из посетителей форума: «Выезжал со стороны Питера в начале первого ночи. Наши пограничники просто рукой махнули: мол, не задерживайся, а по сопредельной стороне все были вообще неизвестно где. Все темно и ничего не работает. А гайцы в Витебске на первом же светофоре потребовали страховку (и это в час ночи!), за отсутствие которой отобрали права». То есть страховку местную, белорусскую, да?



Юрий Гейко : Да, Вероника. Кстати, о страховке. Отличительная особенность езды по белорусским дорогам – все требуют страховку в час ночи, в четыре утра. Там действуют только два вида страховки – это обычная грин-карта европейская, в которой обязательно должна быть Белоруссия (вот я с такой картой ехал), либо чисто белорусская страховка, которая приобретается на границе.



Вероника Боде : Продолжаю цитировать: «Вызволение прав занимает в лучшем случае полдня. Стоит эта услуга для россиян 20 «зеленых». Съездить в ГАИ, постоять в очереди, поменять валюту на «зайчики», оплатить, принести квитанцию и страховку… А если в области отберут, добавьте время доставки протокола в центр. Страховка нужна конкретно белорусская или грин-карта.» (Юра, вы уже об этом сказали: грин-карта, где Белоруссия указана в списке стран.) «Грин-карту для россиян не оформляют совсем даже на границе в Бресте. Запасайтесь всем до въезда в Беларусь».


Дальше. «Гаишники местные тормозят всех с российскими номерами. Вроде как мы виноваты, что живем лучше - так в отместку! Права изымаются за любое нарушение ПДД – не пристегнут ремень и так далее. Белорусский гаец всегда прав. Если не согласен, вот тебе временное разрешение – доказывай в ГАИ. Взятки с россиян, что интересно, брать боятся до ужаса. Не берут даже со своих, если авто типа Audi -6 и круче. Если машина попроще, откупаются за полцены. Но мало кто превышает более чем на 20 километров».



Юрий Гейко : Да, там 115 по Белоруссии на трассе Минск-Брест. Этого вполне хватает. Идешь 120, ничем не рискуя. Особой необходимости нарушать там нет. Скажу честно, что меня пытались оштрафовать. Я книжкой откупился своей.



Смех в студии



Юрий Гейко : Между прочим, взяли.



Вероника Боде : Хорошая взятка!



Юрий Гейко : Да. Взяли, хотя «Авторадио» там нет. И после того, как я попался, возвращаясь из Европы, я, честное слово, ни разу не нарушил. Потому что некомфортно, а 120 – вполне хватает.



Вероника Боде : Юра, а вот в путешествиях по Европе, скажем, вам приходилось вот каким-то таким образом сталкиваться с дорожной полицией или с таможенниками?



Юрий Гейко : Вы знаете, Европу, проехав, в частности, вот в этой кругосветке, туда и обратно, я только один раз столкнулся с таможенниками. С полицией - практически нет. Во Франции - «приборы Саркози», которые фотографируют нарушителей. Это все знают, все видели уже. А вот когда я выезжал из Испании во Францию… Вроде бы Шенген, свободный проезд. Там просто сужение всех рядов автобанов в один, и стоят таможенники или полицейские. (Мне трудно было по форме различить.) И вот машину KIA Spectra , на которой я ехал, разрисованную всю, всю обклеенную, выхватывают из потока. И тут начинается такое! (Это было в ноябре.) Я потерял четыре часа. Дошло до того, что подняли на подъемнике днище, дверки вскрывали, собаку спускали. У меня было два смонтированных баллона, одно штатное запасное колесо, а одно лежало в багажнике – все-таки кругосветка. Таможенник или пограничник - он в руках их взвешивал: какое колесо тяжелее. Я сразу думаю: героин, наверное, ищут. Потом открутили золотник, дали собаке воздух выходящий понюхать. Я вел себя спокойно. Мне было запрещено разговаривать по мобильному телефону и отвечать на звонки в это время. Потом унесли эти колеса. Видимо, их размонтировали, посмотрели. Героин я не вез. Слава Богу, там нет такого, как у наших, то есть ничего не подбросили.



Марина Маркова : И не обещали.



Юрий Гейко : И не обещали. Я разговаривал с ними легко, по-французски. Но в конце я им все-таки высказал. Я очень вежливо сказал: «Господа! На будущее я вам скажу, что русские контрабандисты героин на таких заметных машинах не возят. Они его возят на незаметных машинах с местными номерами». И уехал.



Алексей Кусургашев : Они улыбнулись?



Юрий Гейко : Они, по-моему, не поняли.



Смех в студии



Юрий Гейко : Но они только где-то часа через два поняли, что это, как говорится, «голый Вася», тут героина не найдешь. Но смешно, правда, в расписанной машине с московскими номерами возить героин через границу?!



Вероника Боде : Смешно, кончено!



Юрий Гейко : У меня было даже ощущение, что, может быть, кто-то из моих недоброжелателей с родины позвонил?



Вероника Боде : Юра, по-моему, сейчас самое время рассказать о российской части вашего кругосветного путешествия, которое состоялось осенью.



Юрий Гейко : Российская часть была Москва - Владивовсток. Я проезжал этот маршрут уже в третий раз. Скажу вам, что за Читой мне будет очень жалко тех, кто отважится поехать по этому куску дороги до Хабаровска, который открывал наш президент три года назад, торжественно разрезая ленточку. Я потом залез в Интернет - ну, как же так! Президент открывал асфальт, показывали же по телевизору! Ну, построили там асфальт до горизонта с одной стороны, до горизонта с другой стороны. А в Интернете и в средствах массовой информации очень мощно и деликатно сказали, что президент открывал не новую дорогу, а движение по новой дороге. Движение есть. Японские праворульки идут легко. Ну, как легко? Очень тяжело. В общем, той дороги длиной 2 тысячи километров, которую стоит вся страна, на которую в год уходит 6-7 миллиардов рублей, - ее практически нет сейчас. На ноябрь прошлого года около 20-30 процентов земляных работ не выполнено. Приходится выходить из машины, разбрасывать острые камни, чтобы не пробить картер. Объезды жуткие. Там груженые машины не ходят, легковые могут пройти, но могут и не пройти. Самое страшное – мы видели три перевернувшихся джипа на этой дороге, потому что там гранит - острый, как ножи, режет. Там баллоны не спускаются, они взрываются, потому что их прорезают эти гранитные камни. 70-80 километров - это уже для грейдера приличная дорога. Когда разрезается баллон, машина летит кувырком. Нам повезло. Мы пробили всего-навсего бензобак, два баллона…



Вероника Боде : Ничего себе – повезло!



Юрий Гейко : …разбили ветровое стекло. Никто не верил, что мы вообще доедем до Владивостока. Говорили – у вас запасные амортизаторы есть? Нет. А глушитель запасной есть? Нет. Все наши перегонщики, которые гнали японские машины, смеялись, что мало мы запчастей взяли. Но мы доехали. Не хочу рекламировать KIA , но машина не подвела!



Вероника Боде : А что-то собираются делать с этой трассой дальше?



Юрий Гейко : Да, естественно. Мы же строим как бы межконтинентальную дорогу, супертрассу Москва - Владивосток. Но, скажите, какой смысл строить… Те куски, которые построили, - они хороши. Но все равно, господа, это один ряд в одном направлении, один ряд в другом. Что это за трасса? Что это за трансконтинентальная? Это смешно! Какая пропускная способность?! Так что много шума, но, к сожалению, эта трасса уже сейчас давным-давно устарела.



Вероника Боде : Юра, я вас об этом уже спрашивала, но и еще раз спрошу: что вас все-таки заставляет пускаться в такие экстремальные путешествия?



Юрий Гейко : Вероника, да я сам даже не знаю. Дурь, наверное…



Смех в студии



Юрий Гейко : Потому что, приехав из этой кругосветки… 76 дней, 55 городов… Мы когда встречались с Михаилом Михайловичем Жванецким, в кулуарах он мне говорит: «Юра, это подвиг, это подвиг!» Я говорю: «Это преступление - 76 дней, 55 городов! Он тут же среагировал и говорит: «А преступление есть оборотная сторона любого подвига. Кто это говорил? Я это говорил». Я нескоро, наверное, опять поеду, но любопытство, глаз горит, хочется ехать…



Вероника Боде : Но по России, по таким дорогам – это же просто экстрим, самый настоящий!



Юрий Гейко : Нет, вы знаете, по России ведь тоже интересно ехать. Можно же сказать и добрые слова. Ведь многие дороги улучшаются. Прекрасная дорога Москва – Нижний Новгород. Еще года два назад она была плохая и разбитая. Сейчас по ней ехать - одно удовольствие. Инфраструктура дорожная есть, бензин везде есть, гостиницы есть, рестораны есть. Это тоже хорошо. Заправки вполне приличные, европейские. Так что не все у нас плохо в отечестве!



Вероника Боде : К Марине и Алексею вопрос. Вы много путешествуете по стране?



Алексей Кусургашев : Я бы хотел ответить на вопрос, продолжая ответ Юры.



Вероника Боде : Да, что вас толкает на такие путешествия?



Алексей Кусургашев : Мне кажется, с автомобильным путешествием не сравнится ни одно другое – ни перелеты на скоростных лайнерах, ни поездки на «паровозе». Это совсем другое дело. Это особые впечатления. Это особое состояние. Это особые виды. Ты видишь красоту вокруг. Красота, к радости, по обочине дороги все-таки есть. Эти российские перелески, эти поля, это переход в степную зону...


Украина – прекрасна и очаровательна. Сначала мы едим, когда все цветет вокруг, разнотравье, а обратно едем – поля подсолнуха, поля репса. Это бесподобно! Ничто с этим не может сравниться!



Юрий Гейко : Согласен.



Вероника Боде : Вы так красиво рассказываете! Даже захотелось поехать...



Юрий Гейко : Автомобильное путешествие – это какой-то особенный подъем духа. После кругосветки - Новый год прошел, и 4 января нам с женой надоело есть и пить, пить и есть. Мы сели на машину и поехали – куда бы вы думали? – по Золотому кольцу. Суздаль, Кострома - прекрасный город! И что мы обнаружили? Из Костромы люди не могли уехать 7 января, 8 января. Все поезда и дополнительные автобусы были забиты, перегружены. Суздаль забита. Ярославль забит. Иваново – еле устроились в гостинице. Мы поняли, что страна все меньше пьет, все больше путешествует. Нас это тоже порадовало.



Вероника Боде : А вот считается все-таки, что опасно путешествовать на машине по России – преступность процветает на трассах. Приходилось сталкиваться?



Алексей Кусургашев : Честно скажу: я начну с того, что сплюну через плечо. Нет, не приходилось. Самые опасные встречи были с милиционерами.



Смех в студии



Юрий Гейко : Нет, вы знаете, это больше относится к фурам. Да, у них есть еще этот элемент в жизни. А вот машины с частными номерами, легковые машины… Я тоже не встречался.



Марина Маркова : Мне кажется, это еще и потому, что мы, например, никогда не едем ночью. Я не знаю, кто как ночью передвигается, мы всегда где-то обязательно ночуем. Тем более что, как Юра сказал, сейчас очень много есть мест, где можно переночевать, причем абсолютно приличных. По поводу дорог еще я хочу сказать. Раньше самая ужасная дорога была в Курской области. Ехать было просто невозможно, как после бомбежки. В этом году, сейчас, зимой мы ехали: ее всю реконструировали, правда, она все равно осталась в один ряд, к сожалению, но там уже можно ехать с нормальной скоростью, не боясь, что колеса отвалятся.



Алексей Кусургашев : Украинские дороги, как мне показалось, в гораздо лучшем состоянии, чем российские.



Юрий Гейко : Белорусские – тоже, кстати.



Вероника Боде : Юра, вот вы много лет путешествуете, в частности, по России. Качество дорог все-таки сильно изменилось за последние годы?



Юрий Гейко : Качество дорог улучшается. Я бы не сказал, что сильно, но улучшается. Но горько видеть, как вкладывают огромные средства в эту «трансконтинентальную» дорогу Москва – Владивосток, а куски под Омском, Новосибирском есть просто непроезжие. Ведь пропускная способность любой дороги – это ее самые узкие места. Какой смысл делать, расширять, вбухивать деньги… Если уж делать, так все.



Вероника Боде : Я бы хотела, чтобы все участники нашей программы дали советы тем, кто хочет отправиться в такое путешествие - по России, на Украину, в Белоруссию. Любые советы, помимо того, что мы уже сказали.



Юрий Гейко : Можно, я первый совет дам? Езжайте! Получите огромное удовольствие, несмотря на все трудности!



Алексей Кусургашев : Мой совет - не для водителей, а для пассажиров. Больше смотри вокруг, чтобы красота мимо не прошла!



Вероника Боде : А какие-то конкретные, практические вещи? Например, чем запасаться, что брать с собой, как готовить машину? Что вы делаете?



Алексей Кусургашев : Мы начали свои автомобильные путешествия с российских марок – «Жигули», «Нива». Там, наверное, можно дать много советов. Но, поскольку мы пересели на иномарку, то…



Юрий Гейко : Да, брать с собой ремень вентилятора, свечи, крышку трамблера…



Вероника Боде : (Смеется) Не нужно!



Юрий Гейко : …тосол там – ну, короче, полбагажника раньше брали с собой.



Марина Маркова : Бензин еще возили с собой раньше!



Вероника Боде : Да, в канистрах.



Юрий Гейко : Это обязательно.



Марина Маркова : На крыше ехал бензин, в багажнике. Теперь абсолютно везде бензоколонки. Бензин везде очень приличный, никаких проблем нет. Везде бензин есть.



Алексей Кусургашев : Российская экспансия очевидна.



Юрий Гейко : Я приехал перед кругосветкой (30 тысяч километров) на головную станцию, где обслуживается мой автомобиль, и сказал: «Ребята, вы специалисты, что вы мне дадите, то я и повезу в кругосветку». Скажу вам, ничего я не вез, даже лампочки.



Вероника Боде : А что там за российская экспансия?



Алексей Кусургашев : Везде наш бензин.



Смех в студии



Алексей Кусургашев : ЮКОС, «ЛУКойл». Ничего другого нет.



Юрий Гейко : Да, в Америке я видел наши заправки сколько угодно, довольно много.



Вероника Боде : Юра, у вас есть масса советов путешественникам, насколько я знаю по вашей книге.







Юрий Гейко : Вы знаете, какой совет? Во-первых, желательно все-таки ехать не одиночным автомобилем, а чтобы хоть пара была. Уже легче, веселей. Не потому, что опасно, а просто веселей. Мало ли что? Вас всегда поддержат, возьмут на буксир. Преферансик вечером расписать, опять же, пулечку.


Что с собой взять? Мне кажется, что надо изучить маршрут все-таки до того, как ехать. Даже изучить его не столько по карте, по дорогам, а сходить в хороший книжный магазин и купить буклеты тех городов, которые проезжаешь. Ведь когда едешь и знаешь о городе что-то, его историю, то гораздо все это интереснее. Получаешь больше удовольствия. В те же Суздаль, Кострому, Ярославль мы ехали уже зрячие. По Европе – то же самое. А что взять с собой? Да ничего не надо сейчас брать с собой ни в Россию, ни, тем более, в Европу. Все есть в дороге, все можно найти. Если только что погрызть от сна – бараночки, орешки, сухарики.



Вероника Боде : От сна?



Алексей Кусургашев : Энергетические напитки.



Юрий Гейко : Да, от сна.



Вероника Боде : Чтобы не заснуть в дороге, да?



Юрий Гейко : Чтобы грызть.



Вероника Боде : Еще музыку от сна надо брать!



Юрий Гейко : Да, и хорошую музыку обязательно.



Вероника Боде : А какие маршруты порекомендуете российские?



Юрий Гейко : Российские? Золотое кольцо. Там, правда, дороги кошмарные, поэтому не спешите. Алтай великолепен. Мы ехали в первой кругосветке (это был 1989 год), с нами было около 20 иностранцев. Это были итальянцы, немцы, пара американцев. Так вот, единодушное мнение: они объехали очень много (чуть ли не весь мир), и не видели они земли красивей, чем наше Прибайкалье, Забайкалье и Дальний Восток.



Алексей Кусургашев : Я до сих пор, попадая туда – в Прибайкалье, Забайкалье, на Дальний Восток, могу сказать, что приезжаешь и сравниваешь не в пользу Швейцарии. Красота потрясающая!…



Юрий Гейко : А Бурятия, Алексей?! Это какая-то фантастика – Улан-Удэ, Бурятия. Какая там Швейцария! Хорошо, что сейчас принята программа развития туристской отрасли. Так там же такой климат! Там такие горы! Фантастика! Так что, есть, что посмотреть.



Вероника Боде : На пейджер пришел такой вопрос «Что вы можете сказать об автобусных маршрутах из Петербурга в Таллинн, Ригу и Хельсинки?», - спрашивает Сергей. Кто-нибудь что-нибудь может сказать?



Юрий Гейко : В автобусах мы не ездим.



Алексей Кусургашев : Нет, это – «галопом по Европам».



Вероника Боде : А вот я съездила минувшим летом как раз в Хельсинки через Петербург автобусом. Это очень мучительная поездка. Там несколько часов приходится на границе проводить. И все это - с 4 до 8 утра. Когда в 9 утра в таком состоянии приезжаешь в Хельсинки, то видеть уже абсолютно ничего не хочется.



Юрий Гейко : На машине ведь те же проблемы на границе.



Вероника Боде : Да, но там можно отъехать в сторонку, отдохнуть или в гостинице по пути остановиться, в мотеле. А тут мы были жестко связаны с этим экскурсионным маршрутом. Было очень тяжело.



Юрий Гейко : Вероника, мой сын ездил в Париж. Ему 12 лет было. Ему дико Париж не понравился. Только через год-два мы выяснили, почему. Да потому, что в автобусе не было туалета!



Вероника Боде : Вот так!



Алексей Кусургашев : Я хотел еще один совет дать. Может быть, он сформулирован именно мной. Не гоните на скорость. В каком смысле? Не пытайтесь покрыть за сутки расстояние от Москвы до Крыма. Ощущение удовольствия пропадает.



Юрий Гейко : И помните, что средняя скорость – это не максимальная, а количество остановок.



Вероника Боде : Это как же так получается?



Юрий Гейко : А очень просто. На среднюю скорость больше влияет количество остановок, чем максимальная скорость. Не гоните! Правильно Алексей сказал. Если уж вы хотите иметь приличную среднюю скорость, постарайтесь меньше останавливаться.



Вероника Боде : Ко всем у меня вопрос. Есть какие-то еще места, куда бы вы хотели съездить на машине, но куда пока не удается?



Марина Маркова : Я бы везде хотела съездить на машине. Потому что я, наверное, теперь уже больна именно путешествиями на машине, несмотря ни на какие трудности.



Вероника Боде : Марина, что вам лично это дает?



Марина Маркова : Вы знаете, у меня какое-то совершенно особое ощущение. С тех пор, как мы стали ездить на машине везде, я вообще не признаю другого вида транспорта – ни поезд, ни автобус, ни самолет. Только машина, машина, машина.



Алексей Кусургашев : Эффект присутствия твой везде.



Юрий Гейко : А тем, кто ездит на Канары, Сейшелы, в Гоа, я бы дал совета – прилетите в Нью-Йорк, возьмите в компании «Херц» машину на прокат и рваните на Флориду. Лучшего нет времяпровождения, я считаю.



Вероника Боде : У нас звонок. Павел из Санкт-Петербурга, здравствуйте!



Слушатель : Здравствуйте! Насколько я понял, вы на KIA Spectra ездили. Случались ли у вас поломки во время путешествий? И почему вы сказали, что самые опасные встречи были с милицией?



Юрий Гейко : Ну, это не я сказал. Это Алексей. Я ехал на KIA Spectra . Ни одной поломки не было. Ни одной! Я говорю, что я два колеса пробил, разбито ветровое стекло, пробит бензобак. Но это дорога по Сибири. А так - проблем не было.



Вероника Боде : А почему самые опасные встречи с милицией?



Алексей Кусургашев : Потому что мы не встречались ни с бандитами, ни еще с кем-то. А деньги вымогала милиция.



Вероника Боде : А вот с этих жуликов, которые на украинских дорогах под экологическую милицию подделываются, - вы их видели?



Алексей Кусургашев : Как же! Я им деньги отдавал. Меня единственное, что смутило, - что нас в Перещепино два наряда остановило через 200 метров друг от друга. Со всеми пришлось расплачиваться. Первым я отдал 50 гривен, вторым я отдал 1500 рублей.



Юрий Гейко : Как выясняется, вы могли им ничего не давать!



Вероника Боде : Это действительно была экологическая милиция?



Алексей Кусургашев : Это не экологическая служба, это так называемые «казачки» - добровольная народная дружина.



Юрий Гейко : Даже если бы была экологическая, то здесь не надо.



Вероника Боде : Все понятно. Наша передача подходит к концу. На прощание - традиционная рубрика «Автобайки и анекдоты». На сей раз нас ждут анекдоты.



Диктор : Едет новый русский на спортивной машине. Гонит под 200. Вдруг мимо со свистом на дикой скорости проносится кто-то на маленькой непонятной конструкции. Новый русский бросается догонять. Догнал еле-еле. Едет рядом и кричит: «Эй, мужик! Что у тебя за машина?» В ответ: «Не знаю!» «Откуда ты?!» «С американских горок!».



Что такое автотурист? Это человек, который едет за 5 тысяч километров, чтобы сфотографироваться на фоне своей машины.



Инструктор блондинке за рулем: «Вы делаете большие успехи. Сегодня впервые обогнали грузовик с открытыми глазами».



Под знаком «обгон запрещен» - таблица: «Уважаемые дамы! Данный знак распространяется не только на машины красного и черного цвета».



Каждое утро мимо поста ГАИ на огромной скорости проносится 600-й «Мерседес». Гаишник свистит, машет палкой, но автомобиль не останавливается. Зато из окна его каждый раз вылетает зеленая купюра в 100 долларов, которую гаишник с удовольствием ловит. И вдруг - нет «Мерса». Один день нет, другой день нет. Целых две недели нет. Гаишник совсем приуныл. Наконец, появляется «Мерседес». Гаишник бежит навстречу, заступает ему дорогу, останавливает и спрашивает водителя: «Ну, что же вас так долго не было?» А тот: «Да с женой на Канары отдыхать ездил». Ладно, дал он гаишнику дежурные 100 долларов и уехал. А гаишник стоит и думает: «Вот гад! На мои деньги отдыхать ездил!».



На светофоре старая «копейка» ударяет сзади 600-й «Мерседес». Все тихо. Из «Мерса» никто не выходит. Едут дальше. На следующем светофоре - такая же история. Когда на третьем светофоре «копейка» снова врезается в «Мерс», оттуда выходит «браток» и говорит водителю «копейки»: «Слышь, мужик, я тут направо ухожу: дальше тормози, как хочешь!».


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG