Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Гиганты джаза в Нью-Йорке. Blue Note празднует 25-летие


В клубе Blue Note часто записываются знаменитые альбомы

В клубе Blue Note часто записываются знаменитые альбомы

Нью-Йорк отметил свою серебряную свадьбу с легендарным джазовым клубом «Голубая нота» — Blue Note Jazz Club.


Гринвич Вилледж (Greenwich Village), или Вест Вилледж (West Village), как его еще называют, или просто Вилледж, для меня район особый. Здесь, тоже четверть века назад, я начала делать свои первые репортажи для Радио Свобода, в том числе и о Blue Note, который без особого шума открылся осенью 1981-го года на углу Третьей улицы (3rd Street) и Шестой авеню (6th Avenue), прямо напротив шумного паба «Колыбель для кошки» (Cat's Cradle), который с тех пор сменил много владельцев и названий. А Blue Note все на том же месте, и невозможно представить себе сейчас Третью улицу без этого музыкального ресторана, который за 25 лет существования, превратился в знаменитую джазовую достопримечательность города. В одном из путеводителей по Нью-Йорку Blue Note сравнивают с одаренным ребенком, который, пропустив несколько классов, закончил школу и университет рано, он моложе своих достижений. Уже давно закрылся популярный в свое время джазовый клуб «Свит Бейзил» (Sweet Basil Jazz), не выдержал конкуренции и совсем недавно переехал в Лас-Вегас знаменитый Сиби-Джиби (CBGB), а под голубой неоновой вывеской Blue Note, как обычно, стоит очередь, и лишь немногие в ней знают, что этот самый известный джазовый клуб Нью-Йорка, справляет свою серебряную свадьбу с городом.


«Лично я ничего не справляю, — говорит посетитель Ховард. — Я просто пришел послушать хорошую музыку, приятно провести вечер, может, поужинать, здесь хорошо готовят. А про юбилей я как-то не думал. Действительно, 25 лет, почти мой возраст...»


Это Ховард так шутит. На самом деле, ему уже давно перевалило за семьдесят, и в Blue Note он бывал не раз: «Хорошее имя для музыкального ресторана, не правда ли? — говорит он. — Руководство, я имею в виду нынешнее руководство Blue Note, сейчас открывает под этим именем клубы и рестораны в других странах, они это делают сейчас по всему миру».


Ховард, оказавшийся каким-то важным консультантом в области телевидения и радио (по работе он объездил и многие российские города), говорит, что вести такой бизнес, как музыкальный ресторан, очень сложно. Чтобы выстоять, все должно быть первоклассным, и музыка, и кухня, и бар, и обслуживание. Но главное — только лучше музыканты. И если Blue Note продержался на таком уровне четверть века, это замечательное достижение: им есть что праздновать. 25 лет в таком бизнесе — это очень много».


Здесь же, в очереди, пара из Сиэттла. Приехали справить свой юбилей, 25 лет совместной жизни: «Мы в Нью-Йорке первый раз — туристы, говорит Том. — И про Blue Note ничего не знаем. Просто искали, где можно послушать живьем "Манхэттен Трансфер" (Manhattan Transfer), это наша любимая с женой нью-йоркская группа, у нас все их пластинки есть, еще с 1970-х годов, и случайно узнали, что они играют сегодня здесь».


«Манхэттен Трансфер» — группа знаменитая на весь мир. Они поют, пишут и выступают вместе уже 30 лет. За это время выпустили 25 альбомов и получили 15 премий Грэмми (Grammy Awards). Помню, в 1985-м году, они были номинированы сразу по 12 категориям. Джаз, свинг, поп, рок, бразильская музыка — все это «Манхэттен Трансфер» неоднократно представлял и здесь. Не случайно, серия юбилейных концертов в Blue Note начинается именно с них, с ветеранов, которые своими голосами напоминают звучание джазовых инструментов. Первое шоу в восемь вечера, все билеты, естественно, проданы, и пока народ рассаживают за столики, я беседую с Джонатаном Кантором, представителем по контактам с прессой и директором отдела рекламы Blue Note, который, к слову сказать, младше самого юбиляра: «Этот клуб основал Денни Бенсусан (Danny Bensusan), хороший бизнесмен и большой поклонник джаза, — говорит Джонатан Кантор. — Преуспев в ресторанном деле, он решил, что может применить свой опыт для открытия джазовых клубов. Ему казалось тогда, в 1980-е годы, при администрации Рейгана, что джаз в Нью-Йорке умирает. Не то, чтобы его вообще не было, где-то играли, но все реже и реже. Из центра джаз переместился на периферию, обратно в подвалы, откуда в свое время вышел. Короче, это было не самое лучшее время для открытия джазового клуба. Но Денни не привык отступать, он решил вернуть джаз в маленькие клубы, и был уверен, что из его затеи получиться успешный бизнес».


— Легко сказать успешный, все об этом мечтают, но большинство новых ресторанов, кафе, баров закрываются в первый же год. Как удалось Blue Note не только продержаться 25 лет, но и стать самым известным джазовым клубом в Америке?
— Поначалу Blue Note едва сводил концы с концами. Успех пришел, когда решили приглашать в клуб лучших джазовых музыкантов. Но как новый клуб может привлечь певицу такого класса, как Сару Вог (Sarah Vaughan), например, или Тито Пуэнто (король латиноамериканской музыки — Tito Puente, Ernesto Antonio Puente Jr., Tito "El Rey del timbal" PuenteРС)? Для этого, относясь к клубу, как к бизнесу, надо понимать, что дело это особое. Его первая задача — популяризировать искусство. И в этом уникальность Blue Note — он сохранял и сохраняет историю джаза.


Почувствовать себя королем джаза


И Сара Вог, и Тито Пуэнто неоднократно выступали в Blue Note. А кроме них — Оскар Питерсон (Oscar Peterson), Рэй Чарльз (Ray Charles), Чик Кореа (Chick Corea), Диззи Гиллеспи (Dizzy Gillespie), с которым много лет назад я здесь познакомилась, и даже брала интервью. Его, как и многих других, уже давно нет, но в местном подарочном магазине можно купить уникальные альбомы записанных здесь, в Blue Note, джазовых сессий и с Дизи Гиллеспи и со многими другими легендарными джазменами. Кстати, последний альбом, записанный в Blue Note — альбом тромбониста Конрада Хервига (Conrad Herwig) Another Kind Of Blue. The Latin Side Of Miles Davis, представлен сейчас на Grammy Awards в главных категориях.


«К музыкантам, — говорит Джонатан Кантор, — надо относиться с уважением, чтобы у них возникло желание вернуться. Это второе главное правило хорошего бизнеса. Тут очень помог приятель Бенсусана Ларри Браун, которого называют крестным отцом Blue Note. Браун, сам великолепный джазовый пианист, убедил самых знаменитых в то время джазменов выступить в Blue Note. Придя в клуб впервые, они обнаружили, что здесь для них приготовлены отдельные артистические уборные со всеми удобствами, к ним относились, как к звездам, так, как они того заслуживают».


Короче, через несколько лет после открытия, в Blue Note выступали с концертами уже многие знаменитости, и со всей Америки стали приезжать туристы, чтобы их послушать. Здесь распевали свои серенады Стиви Уандер, Тони Беннет, Стинг, Билли Джоэл и бразильская суперзвезда Гейл Коста. Все они, включая приглашенного на юбилей легендарного Тадж Махала, считали Blue Note своим домом. Так начиналась история нью-йоркского джазового клуба Blue Note.


«Ходят слухи, что Blue Note давно перекупили японцы. Так ли это?!, — спрашиваю я Джонатан Кантора. Тот улыбается: «У Blue Note был и есть один хозяин Денни Бенсусан...Это при его содействии через семь лет после того, как открылся нью-йоркский Blue Note, под тем же названием возник джазовый клуб в Токио, а затем в Осаке и Нагойе. Японцы обожают джаз — концерты приезжих знаменитостей проходят там на гигантских стадионах. Кстати, японцы, местные и туристы, были в числе первых посетителей Blue Note. Неудивительно, что первые филиалы этого джазового клуба появились именно в Японии. А в 2003 году Blue Note открылся в Милане. Мы и в будущем собираемся открывать подобные филиалы в Европе, в Латинской Америке, и в России, конечно. Цель Денни Бенсусана — распространить имя Blue Note по всему миру, и делает он это не для своей компании, а для джаза».


«Люди стояли в очереди с утра, чтобы послушать Гиллеспи»


Менеджер Ричи Кокран, один из старейших сотрудников клуба, работает здесь с 1992 года. «Blue Note тогда как раз отмечал 75-летие Диззи Гиллеспи, — говорит он. — Люди стояли в очереди с утра, чтобы послушать легендарного трубача. И никто тогда не знал, что это его последние концерты, что через год его уже не будет. Их, ветеранов, становится все меньше и меньше, великих джазменов старой школы. На их место, конечно, приходят новые, но им до великих еще далеко. Знаете, в чем была уникальность Blue Note? Здесь можно было узнать, кто есть кто в мире джаза. Я с пятнадцати лет начал ходить по нью-йоркским джазовым клубам. Это было 50 лет назад! Живьем, и много раз, слушал Телониуса Монка (Telonius Monk), еще в старом, оригинальном джазовом кафе «Бердленд» (Birdland Jazz), и в «Вилледж Вангард» (Village Vanguard), где также неоднократно бывал на концертах Майлса Дэвиса (Miles Davis). Вот за этим многие и ходят в хорошие джазовые клубы, чтобы сказать потом ненароком: я был в Blue Note, когда там играл… Дальше называется имя какой-нибудь знаменитости».


Ну, например, Игоря Бутмана, который неоднократно выступал в Blue Note, и которого Билл Клинтон, сам играющий на саксофоне, назвал самым великим саксофонистом из ныне живущих. Чарли рассказывает, что Бутман недавно вновь приезжал в Нью-Йорк и играл в Blue Note на какой-то частной вечеринке. Бутман со своей группой пожаловал для одного только этого вечера, и на следующий день они уже улетели обратно в Россию. Джаз сейчас международная музыка.


XS
SM
MD
LG