Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Золото Туркменбаши станет ключом к власти в Туркмении»


Сапармурат Ниязов и после смерти присматривает за гражданами Туркменистана

Сапармурат Ниязов и после смерти присматривает за гражданами Туркменистана

В Туркмении подводят итоги выборов президента. Накануне к середине дня выборы были признаны состоявшимися, так как проголосовали почти 95 процентов избирателей. В борьбе за президентское кресло участвовали шесть кандидатов, их утвердил Народный совет Туркмении сразу после смерти пожизненного президента республики Сапармурата Ниязова.


Все шестеро - малоизвестные государственные чиновники, занимавшие при жизни покойного Туркменбаши высокие административные посты. Оппозиция от выборов была полностью отстранена. Чтобы обеспечить высокую явку избирателей, государственное телевидение республики выпустило серию рекламных роликов, в которых каждому пришедшему голосовать обещали подарок.


Если говорить о фаворитах, то считается, что наибольшие шансы на победу у временно исполняющего обязанности главы государства Курбанкули Бердымухаммедова, бывшего министра здравоохранения в правительстве Ниязова. Он возглавил страну через несколько часов после смерти Туркменбаши, и за прошедшее время его имя более-менее стало известно жителям Туркмении. Главные пункты программы Бердымухаммедова - реформа образовательной и культурной сферы.


Значительные запасы углеводородного сырья в Туркмении и ее стратегическое географическое положение - главная причина, по которой исход нынешних выборов и возможные в будущем перемены во внешней и внутренней политике Туркмении оказались в центре внимания мирового сообщества. Последние президентские выборы прошли здесь в 1992 году, почти 15 лет назад. Сапармурат Ниязов, не имевший соперников, набрал тогда, по официальным данным, 99,5 процента голосов избирателей. В 1994 году по итогам всенародного референдума полномочия Ниязова были продлены до 2002 года, а в 1999 году Народный совет республики назначил Туркменбаши пожизненным президентом.


По мнению наблюдателей, нынешние выборы в стране вряд ли можно назвать справедливыми. С этой оценкой не вполне согласен президент Фонда востоковедческих исследований, профессор МГИМО, доктор исторических наук Сергей Лузянин:


- При всей понятности этих выборов, имея в виду, что традиция жесткого авторитаризма, конечно же, сохранилась и повлияла на выборы, тем не менее, в этот раз была хоть и формальная, но альтернативность - 6 кандидатов, что в эпоху Туркменбаши и представить себе было сложно. С другой стороны, абсолютно очевидно, что выборы проходили по сценарию исполняющего обязанности президента и его команды Бердымухаммедова. Это был, конечно, проект последовательной смены власти в том режиме, в котором она существовала при покойном президенте Ниязове. И в этом смысле, конечно же, реальной оппозиции или реальной борьбы в Ашхабаде не было.


- Чем обусловлена столь высокая явка на выборах? Неужели люди шли из-за подарка?
- Нет, не только, хотя это, видимо, для отдельных слоев было мотивом. Здесь сработал, конечно же, такой фактор традиционной восточной культуры, характерной для центрально-азиатских обществ в целом. Народ привык к дисциплине в таком психологическом, культурно-политическом отношении, тем более укрепленной, усиленной режимом покойного лидера. И в этом смысле высокая явка - это такая типичная черта поведения избирателей Центральной Азии, тем более Туркменистана, повторяю, где долгое время существовал один из самых жестких режимов. Я не думаю, что он радикально изменится, но вот сам факт явки - это фактор консолидации. Кстати, нравился или не нравился покойный президент и его культ, в принципе, этот культ, этот жесткий режим вольно или невольно не то что возродил, но придал значительность понятию «туркменский народ». Другой вопрос - сколько здесь мифологии, а сколько реальности. По этому поводу можно спорить, но диктатура позволила «раскрутить» в хорошем смысле понятие «туркменский народ» через «Рухнаму» и другие эпические и иные произведения.


- С какой долей уверенности можно сказать, что Курбанкули Бердымухаммедов, сейчас исполняющий обязанности президента Туркмении, станет новым президентом страны?
- Да больше, чем 90 процентов. Здесь другой вопрос - удалось ли Бердымухаммедову найти «золото партии». Ведь об этом, конечно же, не писали и не говорили, но понятно, что у покойного лидера остались колоссальные деньги от нефти и газа на счетах в третьих странах. Высказываются разные версии, иногда сенсационные, но не будем сейчас вдаваться в подробности. Если большая часть информации на эту тему, очень деликатную, была, в том числе, и у генерала Реджебова, начальника спецслужб и начальника охраны бывшего президента, то, если Бердымухаммедову и генералу Реджебову удалось найти общий язык, то абсолютно точно, что новая власть будет у исполнявшего обязанности президента. А другие фигуры были просто номинальные, как некий политический антураж для так называемых альтернативных выборов. Второй момент, очень важный, - какова будет внешняя политика нового лидера, особенно региональная. Здесь есть некоторые нюансы.


- Новое руководство - это новый курс или продолжение курса Сапармурата Ниязова?
- Базовые вещи, конечно, сохранятся. Имеется в виду монополия «Газпрома», России по транспорту газа в Европу, поскольку есть соглашение с «Газпромом» до 2030 года, заключенное еще с покойным президентом. Но здесь, я повторяю, возможны некоторые нюансы. В первую очередь обострится борьба за газовый экспорт Туркменистана, и, возможно, в нейтралитете Туркменистана появятся некоторые моменты, связанные с попыткой Ашхабада отойти от жесткой односторонней газовой дипломатии через Россию и Европу. [В качестве новых игроков здесь могут выступить] Иран и Китай, особенно сопредельный с Туркменией Иран. Тегеран имеет давний интерес и постоянные контакты на всех уровнях с руководством [Туркменистана]. А у Китая есть соглашения о проекте нового газопровода. То есть борьба в треугольнике Китай-Иран-Россия по газовой сфере значительно обострится.
Другой новый момент: в плане авторитета во внешней политике нынешний лидер Туркменистана Бердымухаммедов - это все-таки тень покойного диктатора, и в этом смысле давление малых, средних стран Центральной Азии на Ашхабад возрастет в том, что касается перераспределения сфер влияния, квот торговли. Ашхабад будут щипать, будут давить на него. Потому что новый лидер пока не доказал, что он такой же великий, как покойный президент, у него нет того авторитета, который, нравился он кому-то или нет, имел Ниязов, особенно в центрально-азиатском регионе.


XS
SM
MD
LG