Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

За процессом над Михаилом Трепашкиным внимательно следят в Германии


Программу ведет Александр Гостев. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Евгения Назарец, Юрий Векслер.



Александр Гостев: Сегодня в Нижнем Тагиле начался процесс над полковником Михаилом Трепашкиным, бывшим следователем ФСБ, адвокатом родственников жертв взрыва жилого дома в Москве в 1999 году и адвокатом пострадавших в трагедии "Норд-Оста". Трепашкин обвинялся в разглашении сведений, составляющих государственную тайну, злоупотреблении должностными полномочиями и незаконном хранении боеприпасов и в результате получил срок заключения в поселении. Сам он утверждает, что мотивы его преследования - политического свойства. Трепашкин страдает астмой. За якобы совершенные им нарушения режима в поселении ему грозит отправка в колонию общего режима, что, мимо прочего, воспрепятствовало бы его досрочному освобождению.



Евгения Назарец: Сотрудник аппарата уполномоченного по правам человека в Свердловской области Владимир Попов постоянно следит за развитием ситуации.



Владимир Попов: Ему предъявляются разного рода обвинения, по которым он помещается, обвинение в нарушении режима, он помещается в штрафной изолятор. Он оспаривает, считает их придирками. Мы тоже согласны.


Один из эпизодов. Он, выходя в город, купил флакон туалетной воды, ему инъекции ставят, протирать. Ему это вменили как пронос незаконных веществ, поместили в ШИЗО. Предъявили обвинение в том, что обругал врача, хотя, в общем, все строится на показаниях других осужденных, а эти осужденные чаще всего находятся в очень серьезной зависимости от администрации колонии.



Евгений Назарец: Правозащитники обращают внимание так же на то, что заключенный болен астмой и не может получить адекватной медицинской помощи. Но суд рассматривает не только жалобы заключенного Трепашкина на предвзятое отношение и незаслуженные взыскания. Администрация колонии с обвинениями в свой адрес не согласна и выдвигает встречное, требуя ужесточения режима содержания для злостного нарушителя Трепашкина. Суд должен решить вопрос о переводе Михаила Трепашкина из колонии-поселения в колонию общего режима. Именно на этом настаивает руководство колонии.


Правозащитники привлекают внимание к происходящему акциями протеста и прямыми обращениями к властям. Сотрудник аппарата регионального уполномоченного по правам человека Владимир Попов возглавляет Союз правозащитных организаций Свердловской области.



Владимир Попов: Наша организация, мы писали обращение, начиная от Государственной Думы, Генеральной прокуратуры, открытое обращение, мы просили, пусть приедет объективная комиссия и рассмотрит его претензии объективно. Не комиссия, которая создается здесь, тагильская прокуратура, которой не доверяют подследственные. В общем, у них есть для этого, наверное, какие-то основания, потому что на все их жалобы ответы одни - ничего не обнаружено, все в порядке.



Евгения Назарец: Сегодняшнее рассмотрение нижнетагильским судом взаимных жалоб Михаила Трепашкина и администрации колонии правозащитники называют спровоцированным властями и опасаются необъективности суда. О ходе этого разбирательства пока не удалось ничего узнать из официальных источников. В пресс-службе областного суда заявили, что не обладают информацией о каких-либо слушаниях по жалобам Трепашкина или на него.



Александр Гостев: За процессом Михаила Трепашкина очень внимательно следят в Германии.



Юрий Векслер, Берлин: Консул Германии в Екатеринбурге присутствовал в зале Нижнетагильского суда, на первых заседаниях в декабре и намерен быть на всех последующих. Берлинская газета "Татц" опубликована в связи с этим процессом одно из писем Трепашкина продюсеру документальных фильмов Андрея Некрасова об Александре Литвиненко Ольге Конской. Из письма понятно, почему власти России не хотели бы выхода Трепашкина на свободу...



Диктор: "В период расследования взрывов домов сотрудники ГУВД задержали с гексогеном группу лиц, они предлагали купить партию гексогена. Им сделали подставу, и процесс купли-продажи засняли на видеокамеру. Однако вскоре после их задержания в здание РУОПа примчались люди от Патрушева и забрали все материалы, вещественные доказательства - гексоген, а лиц, производивших задержание, было приказано уволить. У меня в 2000 году была встреча с несколькими офицерами РУОПа, которые рассказали мне эту историю. Предлагали взять видеокассету и заявили о том, что многие сотрудники могут выступить свидетелями. Так как спецслужбы готовы пойти на любой беспредел, в том числе уничтожить всех свидетелей - а у них маленькие дети - то я не стал обнародовать этот эпизод даже на общественной комиссии Госдумы. Саша Литвиненко знал об этом и даже предлагал выкупить видеокассету. Я ему пояснил, что эти действия грозят тяжкими последствиями для свидетелей и их семей. Я Саше сказал, что намерен этих свидетелей вызвать в суд и официально задокументировать в присутствии всех участников процесса. Сотрудники ФСБ оказались изворотливы. Мне подбросили в автомашину чеченский пистолет с семью патронами, ложно объявили, что я готовлю покушение на президента России Путина, и заперли под стражу. Процесс прошел без меня. Доверить кому-либо судьбы свидетелей я не мог, они были бы в реальной опасности. Да и процесс сделали закрытым, люди бы не узнали ничего.


После всех гонений на меня и убийства Саши Литвиненко вряд ли свидетели рискнут все показать. Надо выждать изменений в стране, чтобы раскрыть эту тайну. Я не надеюсь на реальную помощь российских и международных правозащитников, ибо слишком долго сижу в тюрьме и зоне, а сдвигов нет. Вранье властей России сильнее действует на мозги руководителей государств Европы, которые могли бы повлиять на беспредел".



Юрий Векслер: Газета "Татц" опубликовала так же открытое письмо режиссера Андрея Некрасова президенту России Владимиру Путину. Я спросил Андрея Некрасова, что побудило его обратиться к президенту.



Андрей Некрасов: Мое открытое письмо президенту Путину с просьбой обратить внимание на Трепашкина и его дело. Так уж получилось, что в конце прошлого года двое моих друзей - Анна Политковская и Александр Литвиненко - были убиты. Миша Трепашкин был нашим общим другом. Так получается, что узкий круг друзей буквально тает на глазах. Видимо, это не случайно.


Я в коротком обращении к президенту Путину указал на то, что люди, которые ушли, - Политковская, Литвиненко - считались его врагами, поэтому некоторые, кое-кто обвинил его, прямо или косвенно, в организации этих убийств. Я четко пишу, что никаких доказательств и объективных доводов в пользу версии, что Путин сам стоял за этими убийствами, нет, тем не менее, его реакция заставляет меня и многих других беспокоиться.


Трепашкин очень болен. Я обращаю внимание на то, что Трепашкин находится в очень тяжелых психологических и физических условиях в колонии в Нижнем Тагиле. Слушания могут привести к ухудшению его условий. Я его знаю уже четыре года с лишним. Я не следователь, я документалист и журналист и внимательно, очень внимательно следил за его деятельностью. Я могу сказать, что он политический оппонент сегодняшней власти, но никак не преступник. И судьба его вызывает опасения. Я призываю и президента Путина, и российскую общественность обращать внимание на таких людей, как Трепашкин, до того, как произойдет то, что произошло с Литвиненко, с Трепашкиным. Он может быть неудобным, он может казаться странным для людей, которые делают карьеру во власти и в ФСБ, но он, безусловно, человек честный. В отличие от Литвиненко, не утверждал, что вся система прогнила, то есть он мне говорил, что очень многие люди и в ФСБ, и в правоохранительных органах его уважают за его принципиальность. Поэтому сегодня, когда у нас царит "шариковщина" такая в нашей так называемой элите, такие люди, как Трепашкин, должны быть у нас на вес золота.



Александр Гостев: Добавлю, только что слушание дела Трепашкина было перенесено на завтра.


XS
SM
MD
LG