Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Саудовской Аравии Владимир Путин говорил в основном об экономике


Программу ведет Александр Гостев. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Данила Гальперович.



Александр Гостев: Владимир Путин предложил банкирам из Саудовской Аравии открывать свои отделения в России. Во время визита российского президента в Эр-Рияд подписано соглашение так же о регулярном воздушном сообщении между двумя странами. Путин первый российский лидер, посетивший Саудовскую Аравию с официальным визитом. Его поездка по странам Ближнего Востока продолжается. Насколько связано это турне с недавней речью российского президента в Мюнхене? Можно ли говорить о новом векторе в российской внешней политике? И велика ли в этих визитах экономическая составляющая?



Данила Гальперович: Специальный визит по странам Ближнего Востока, в которых Владимира Путина встречают с королевскими почестями, многие в исламских странах называют исторический. И это отчасти верно, потому что такого масштаба турне по этому региону ни советские, ни российские лидеры не совершали. Примечательно еще и то, что поездка в Саудовскую Аравию, Катар и Иорданию проходит сразу после сугубо европейского события - конференции по безопасности в Мюнхене, на которой Путин отчитал Соединенные Штаты за попытку доминировать в мире.


К мюнхенскому выступлению российского президента как минимум в двух странах должны были отнестись хорошо - в Иордании, которая находится в зоне ближневосточного конфликта, и Катаре, где исламские радикалы чувствуют себя более-менее свободно. А в Саудовской Аравии Владимир Путин говорил в основном об экономике.



Владимир Путин: Хотел бы выразить свое отношение к планам создания совместных финансовых структур. Это хороший план. Но хочу обратить ваше внимание так же на то, что никто не мешает и саудовским финансовым учреждениям просто открывать свою деятельность, прямую деятельность свою в Российской Федерации. Российское законодательство позволяет это делать. Можно открывать дочерние банки со стопроцентным саудовским капиталом. И уверен, что интерес к деятельности саудовских финансовых учреждений в России будет высоким, рынок финансовых услуг в России развивается.



Данила Гальперович: Очевидно, что большая экономическая делегация, которая прилетела с Путиным на Ближний Восток, призвана поддержать российского лидера в приглашении местного бизнеса в Россию. Но здесь есть очевидные противоречия: страны-регионы входят в ОПЕК, не партнером, а конкурентом которого на нефтяном рынке является Россия. Так что речь о сотрудничестве может идти не столько в энергетической области, сколько в поставках оружия или действительно финансовой сфере. При этом главный редактор журнала "Россия в глобальной политике" Федор Лукьянов уверен: пытаясь укрепить влияние России на Ближнем Востоке, Владимир Путин пишет свою историческую биографию.



Федор Лукьянов: Такая глобальная диверсификация, связанная не с какими-то разворотами, а с попыткой утвердить возвращение России к статусу Советского Союза в смысле страны, которая не ограничивает свое влияние и свое присутствие какими-то географическими рамками. В этом смысле то, что Путин говорил в Мюнхене, то, что он говорит в Эр-Рияде, и будет говорить во многих других местах, это как раз, я бы сказал, первый элемент пакета исторического наследия, который он для себя начал комплектовать. А именно, что при нем Россия из ослабленной страны, ограниченной до рамок региональной державы, вернулась на глобальный уровень. Во всяком случае, это то, что он хотел бы застолбить в качестве одного из своих главных достижений.



Данила Гальперович: При этом Федор Лукьянов отмечает, что мюнхенская речь Владимира Путина явно появилась не на пустом месте.



Федор Лукьянов: Выступление в Мюнхене, я бы сказал, что определяющим там является не содержание, а форма. Когда я прочитал это на бумаге, у меня было одно впечатление, когда я потом посмотрел по телевизору отрывки, как он это говорил, впечатление стало другое. Слова министра обороны США Гейтса о том, что Россия вновь фигурирует в числе военных противников, они прозвучали до. И, кстати, я не исключаю, что они добавили вот этой фривольности и жесткости Путину, хотя понятно, что выступление готовилось давно.



Данила Гальперович: Про то, как российский президент подпортил свой имидж на Западе своим выступлением в Мюнхене, уже сказано много. Но как же Катар, где агенты российских спецслужб были осуждены за убийство бывшего президента Чечни Зелимхана Яндарбиева? Корреспондент кувейтской газеты "Аль-Ватан" Фалех Хасан говорит, что здесь визита Владимира Путина как раз и ждут, чтобы забыть это происшествие.



Фалех Хасан: Я слышал, что катарское руководство просило как бы взамен на освобождение русских, которые обвинялись в убийстве бывшего президента Ичкерии, на визит Путина. В этих рамках состоится этот визит. Поэтому здесь можно говорить только о том, что катарское руководство готово забыть то, что было.



Данила Гальперович: Стоит добавить, что позитивные сигналы в этот регион Владимир Путин посылает регулярно: совсем недавно он встречался с посланником иранского духовного лидера Хаменеи, до этого были заявления о желании Москвы быть наблюдателем при Лиге арабских государств. Востоковед, член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко уверен: Владимир Путин действительно верит, что может стать влиятельной фигурой в регионе.



Алексей Малашенко: Россия давно себя пытается позиционировать на Ближнем Востоке, в том числе в этом конфликте несчастном, как самостоятельная сила, а не как, допустим, как было раньше, когда просто подыгрывали, так сказать, "четверке" и так далее. Есть такая попытка и на это направлена российская политика на Ближнем Востоке уже больше года. Пока не особенно получается, но, тем не менее, упор сделан на это. Я думаю, что с этой точки зрения будет очень любопытный визит в Иорданию. Вот там, возможно, есть поле для политической активности. Россия пытается играть роль медиатора, причем по разным направлениям - медиатором между ХАМАСом и Махмудом Аббасом, медиатором между ХАМАСом и королем Иордании и вообще медиатором между ХАМАСом, так скажем, и всеми остальными. Вот такой своеобразный мост. Пока это посредничество не ахти как получается, но Россия в этом направлении ведет себя, по-моему, достаточно настойчиво.



Данила Гальперович: Отчасти эта настойчивость, по мнению Алексея Малашенко, оправдана. Администрация Соединенных Штатов пока не может поправить свой имидж на Ближнем Востоке в связи с продолжающейся эскалацией насилия в Ираке. Но у желания Владимира Путина стать своим у ближневосточных лидеров может быть и другой эффект: Запад может окончательно разувериться в России как в партнере.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG